Рецепт с изъяном

– Внимание, заставка пошла, до эфира три, два, один. Запись. Невидимая аудитория разразилась аплодисментами. – Дорогие зрители и телезрители, вы на кулинарном шоу «Все оттенки вкуса», и я его бессменный ведущий, Не Хуайсан, рад приветствовать каждого, кто любит вкусно поесть и ценит разнообразие кухни. В этом спецвыпуске участие принимают четыре первоклассных шефа, которые уже сделали себе имя. Они порадуют гурманов своей изысканной готовкой и в рамках конкурса продемонстрируют свое мастерство, чтобы определить, чье же блюдо достойно считаться вершиной кулинарного искусства. – Общий план. Теперь снимаем лица участников. – За кадром командовал режиссер. – И так, за первой платформой господин Сяо Синчэнь – талантливый повар, известный своей аккуратностью и почти «медитативным» стилем готовки, владелец небольшого, но очень востребованного ресторана «Шуанхуа» в Санья на острове Ханья. На экране моложавое красивое лицо. Взгляд ясный и собранный. – Вторая платформа – магистр жгучих пряностей и яркого вкуса, специализирующийся на сычуанской кухне – мастер Вэй Усянь. Зал взорвался аплодисментами, когда на экран позади участников вывели изображение парня с широкой улыбкой, затронувшей серые глаза. – Вэй Усянь самый молодой участник нашего особенного выпуска. Ворвавшись в среду кулинаров с мировым именем, он мигом возглавил список самых востребованных поваров. Шеф-повар в пятизвездочном отеле «Старейшина Илин» в Шанхае. Посетители по достоинству готовы ценить контраст вкусов, и его острая пряная еда там очень востребована. Без ложной скромности Вэй Усянь стал раскланиваться во все стороны, разя харизмой наповал. Только после того, как новая волна аплодисментов схлынула, Не Хуайсан смог перейти к третьему участнику. – Далее, не просто шеф, но и представитель одной из древнейших династий в сфере пищепрома. Под крылом корпорации «Безночный город» целая сеть ресторанов и закусочных, раскиданных по всему Китаю. Шеф Вэнь. После оваций Вэй Усяню третьего участника встретили более скромно. По сигналу продюсера, работник зала поднял табличку «Аплодируем», после чего аудитория набрала энтузиазма. – Вэнь Чао – кулинар, получивший признание на нескольких международных конкурсах. Посмотрим, сможет ли он так же легко покорить своим талантом и наших авторитетных судей. На мгновение губы участника дрогнули в презрительной усмешке, но камера быстро переключилась с горделивого профиля на ведущего. – И самая очаровательная шефиня, призванная разбавить концентрат тестостерона участников-мужчин, Цзян Яньли. – Девушке также отсыпали аплодисментов. А стоило ей улыбнуться, отчего на щечках заиграли ямочки, зрители повторно начали рукоплескать. Цзян Яньли кланялась и смущенно махала рукой, отчего толпа только сильнее бесновалась. Ведущий, посмеиваясь, стал просить утихнуть фанатов, чтобы он имел возможность представить участницу как положено. – Цзян Яньли специализируется на традиционной китайской кулинарии. Ее суп «из корня лотоса и свиных ребрышек» по оригинальному рецепту – коронное блюдо семейного ресторана «Пристань Лотоса», уважаемом гурманами Гонконга. – И так господа. И дама, – обратился Не Хуайсан ко всем участникам, с небольшим кокетством сделав акцент на обращении к Цзян Яньли, – Вы знаете правила, каждому предстоит приготовить по изысканному яству, отвечающему теме задания, используя обязательный ингредиент дня. Далее к зрителям. – Что же, вы проголодались? – Одобрительный гул в зале. – Тогда приступим! Задание первого этапа – блюдо из рыбы. Тема «Ностальгия». Ингредиенты на стойке позади платформ участников. Время приготовления – один час. И пусть всем нам будет вкусно!

***

Свет бьёт в глаза так, будто кухня – не кухня, а операционная. – Камера два, ближе на руки, – раздаётся из-за мониторов. – Есть ближе на руки. Сяо Синчэнь не смотрит ни на камеры, ни на людей. Рядом участник Вэй устроил целое представление из разделки фугу на почти прозрачные полоски. Синчэнь не отвлекается. Его готовка иная. Тихая. Перед ним – разделочная доска, нож, зелень и рыба. Всё выстроено с такой точностью, будто это не съёмка, а ритуал. Он двигается спокойно. Слишком спокойно для таймера, который уже отсчитывает последние минуты. – Участники, осталось десять минут! – бодро объявляет ведущий. Где-то справа кто-то начинает паниковать, слева – шум сковороды. Сяо Синчэнь режет. Тонко. Ровно. Без лишних движений. Сюэ Ян стоит за рядом мониторов, опираясь плечом о стойку. – Этот опять как монах, – лениво бросает он оператору. – Зато красиво, – отвечает тот, не отрываясь от кадра. – Скучно. На экране – крупный план рук. Слишком чисто. Слишком правильно. Сюэ Ян щурится. – Добавить бы драму, – бормочет он себе под нос. – Чего? – Ничего. Он отталкивается от стойки и проходит вдоль студийной кухни, будто просто проверяет оборудование. Никто особо не обращает внимания – он здесь свой. Останавливается у плиты Сяо Синчэня. Быстрый взгляд. Регулятор температуры. Почти минимальный огонь. Сюэ Ян хмыкает. – Конечно. Идеально. Пальцы двигаются сами – лёгкое движение, почти незаметное. Огонь становится сильнее. – Посмотрим, как ты с этим справишься, – тихо. Он уже отходит, когда слышит: – Камера три, крупный план сковороды! Сяо Синчэнь не спешит. Он кладёт рыбу на сковороду – и в ту же секунду слышит резкий, агрессивный шипящий звук. Слишком громкий. Огонь выше, чем должен быть. Он чуть задерживается – на долю секунды. Этого хватает. Масло вспыхивает брызгами. Рефлекс быстрее мысли – он отдёргивает руку, но не полностью. Горячее масло попадает на кожу. Резкая боль. Нож соскальзывает. – Стоп! – кто-то кричит. Камеры всё ещё пишут. Сяо Синчэнь стоит неподвижно, глядя на свои руки, будто пытается понять, что именно произошло. Кровь – тонкая линия вдоль пальца. Кожа уже краснеет от ожога. Он сжимает руку. – Я в порядке, – спокойно говорит он, прежде чем кто-то успевает подойти. Но голос режиссёра уже громче: – Медиков на площадку! Сюэ Ян замирает. Сначала снисходительно наблюдая за поднявшейся паникой. Затем раздраженно – подумаешь, капля масла попала на кожу. – Да ладно, – тихо, почти с усмешкой. – Это даже не… Он видит кровь. И как Сяо Синчэнь чуть сильнее сжимает пальцы, будто пытается скрыть дрожь. Сюэ Ян больше не улыбается. – Я сказал, я в порядке, – повторяет Сяо Синчэнь, когда к нему подходят. – Покажите руку, пожалуйста. – Это не… Его аккуратно, но настойчиво уводят в сторону. Камеры наконец отключаются. Шум не утихает, но меняет характер – теперь это не азарт, а тревога. Сюэ Ян стоит там же, где был. Смотрит на плиту, на регулятор. Слишком высокий огонь. Он щёлкает языком. – Чёрт. – Слово звучит тихо. Без привычной насмешки. Оператор рядом кивает в сторону: – Похоже, выбыл. Жаль. Красивый был участник. Сюэ Ян не отвечает. Смотрит туда, где Сяо Синчэня уже почти не видно за спинами людей. Пальцы медленно сжимаются. – Я же просто… – он начинает и замолкает. Где-то в глубине кухни всё ещё идёт таймер. Но для него он уже закончился.

***

Белый свет здесь другой. Не режущий, как на кухне, а ровный, холодный – такой, под которым всё выглядит чуть хуже, чем есть на самом деле. – Сожжение первой степени… и порез, – спокойно говорит медик. – Глубокий, вам нужно первое время беречь руку. Сяо Синчэнь сидит на кушетке, спина прямая, ладонь раскрыта. Кожа на пальцах покраснела, местами вздувшись пузырями, тонкая повязка аккуратно ложится поверх раны. Он наблюдает за этим с тем же вниманием, с каким несколько минут назад нарезал рыбу. – Это не помешает мне продолжить, – говорит он. Не вопрос. Утверждение. Медик поднимает на него взгляд. – Помешает. Вопрос только – насколько. За дверью шум. Голоса. Шаги. Чьи-то быстрые объяснения. Потом дверь приоткрывается – не до конца. – Можно? – лениво, будто это не медпункт, а склад реквизита. Сюэ Ян. Медик оборачивается. – Сейчас не лучшее время. – Я быстро, – перебивает он, уже заходя внутрь. Как будто его уже пустили. Сяо Синчэнь поднимает взгляд. Их глаза встречаются. Пауза. Короткая, но плотная. Сюэ Ян облокачивается о стену, скрещивает руки. – Ну что, – тянет он, – великий мастер ножа… жив? Медик недовольно хмурится. – Если вы не по делу… – Я по делу, – перебивает Сюэ Ян. – Контроль состояния пострадавшего. Очень важная функция. – У нас есть медперсонал для этого. – Да? – Сюэ Ян кивает на повязку. – Вижу, справляетесь. Сяо Синчэнь всё это время смотрит на него спокойно. Слишком спокойно. – Со мной всё в порядке, – говорит он, переводя взгляд обратно на свою руку. – Конечно, – сразу откликается Сюэ Ян. – Ты же всегда всё контролируешь. Лёгкая пауза. – Всегда. Медик заканчивает перевязку. – Постарайтесь не нагружать руку. Особенно резкие движения. И не мочите повязку. Сяо Синчэнь кивает. – Благодарю. Сюэ Ян отталкивается от стены, подходит ближе. Слишком близко для постороннего. Смотрит на повязку. На пальцы. На едва заметное напряжение в кисти. – Дай угадаю, – тихо. – Скажешь, что это ерунда? – Это не ерунда, – отвечает Сяо Синчэнь. И поднимает на него взгляд. Спокойный. Чистый. – Но это не повод останавливаться. Что-то в этой фразе цепляет. Сюэ Ян кривит уголок губ. – Упрямый, значит. – Последовательный. – Разница небольшая. Снова пауза. Сюэ Ян чуть наклоняет голову, изучая его. Слишком внимательно, будто пытается что-то понять. Или проверить. – Ты вообще заметил? – вдруг спрашивает он. Медик бросает на него взгляд. – Что именно? Сюэ Ян не смотрит на медика. Только на Сяо Синчэня. – Огонь. – … – Он был выше, чем должен. Сяо Синчэнь не отвечает сразу. Взгляд опускается на повязку. Пальцы чуть сжимаются. – Я заметил, – говорит он наконец. Сюэ Ян внимательно следит за реакцией. Ждёт. – Тогда что? – почти лениво, но в голосе скользит что-то жёстче. – Ошибка? – Вероятно. Ответ слишком ровный. Слишком аккуратный. Сюэ Ян выдыхает коротко, беззвучно. С усмешкой, которая не дотягивает до глаз. – Конечно, – повторяет он. – Ты же не ошибаешься. Сяо Синчэнь поднимает взгляд. Он не понимает. – Ошибаются все. – Но не ты, да? – Я не говорил этого. Сюэ Ян задерживается ещё на секунду. Смотрит, как будто хочет услышать что-то ещё. Что-то конкретное. Обвинение. Подозрение. Хоть что-нибудь. Ничего. – Скучно с тобой, – бросает он, отворачиваясь. И идёт к двери. Уже у выхода останавливается. Не оборачивается. – Постарайся в следующий раз не развалиться на камеру. Дверь закрывается. В комнате снова становится слишком тихо. Медик качает головой. – Странный у вас тут персонал. Сяо Синчэнь не отвечает. Смотрит на свои руки. Потом – на дверь. И только через пару секунд тихо говорит: – Да. Пальцы слегка сжимаются, повязка натягивается. Он опускает руки на колени. Ровно. Аккуратно. Как будто всё под контролем.