Большой Злой Волк

Младший брат стал слишком часто пропадать со Скоттом. И слишком легко — как будто между делом — перестал рассказывать ей, куда именно он исчезает. Раньше он не умел держать язык за зубами. Только не с ней. Сейчас — научился. И это не радовало. Мстислава сидела, не двигаясь, и смотрела на него. Не в упор — чуть в сторону, как будто просто слушает. Но взгляд её был тяжёлым. И где-то на краю этой тишины у неё в голове крутилась мысль: не рано ли она дала столько свободы? Стайлз сломался первым. — Так… — он прошёлся по комнате, запуская руки в волосы. — Прежде чем ты что-то скажешь — давай договоримся: ты не кричишь, я не умираю от стыда, и мы делаем вид, что всё это звучит логично и правильно. Мстислава даже не моргнула. Но кивнула, побуждая брата рассказывать. Он начал сначала осторожно. Как будто проверяя, на каком моменте его могут остановить. Потом — быстрее. Слова начали налетать друг на друга, путаться, сбиваться, словно если не задерживаться на деталях, они станут менее… реальными. Как Скотт рассказал ему, что почувствовал запах крови у сгоревшего дома Хейлов. Как они пробрались в больницу, чтобы МакКолл мог сравнить этот запах с ранее найденной половиной трупа. Как они вчера с ним ночью поехали в лес и нашли вторую половину трупа… Мстислава не перебивала. До самого конца. Повисла пауза. Слишком короткая для того, чтобы в ней можно было спрятаться. — Значит, вы копали труп. Стайлз застыл. — Ну если формально… — Вы. Копали. Труп. Ночью. — Это была идея Скотта, — выстрелил он почти сразу, будто заранее подготовился. Она медленно повернула голову. И посмотрела на него в упор. — Конечно. Потому что ты бы в жизни сам не поехал ночью в лес копать тело на месте, где сгорела целая семья. Он скривился. — Ты в курсе, что можно утонуть в твоём сарказме? Серьёзно, это уже уровень стихийного бедствия… Ладно. Да. Мы облажались. Но это было важно… — Настолько важно, — перебила она тихо, — что ты решил не сообщать об этом своей родной сестре? Он открыл рот, но она не дала вставить ни слова: — Которая, напомню, ни разу тебя не подставляла. И которая, в отличие от вашей парочки недоследователей, умеет думать, а не просто пытается это делать. — О, да, конечно! — он вскинул руки. — Ты бы так и сказала: «Стайлз, конечно, поезжай ночью раскапывать труп, это отличная идея»! — Нет, — слова звучали ударом. — Не сказала бы. Но и не остановила. Он моргнул. — Что? — Для начала я заставила вас хотя бы продумать, что именно вы собираетесь делать, прежде чем лезть туда вслепую, — так же спокойно продолжила она. — И возможно даже поехала бы с вами. Тишина вернулась. Но теперь — уже натянутая, как струна. Стайлз выдохнул, опустил взгляд. — Из-за того, что мы нашли вчера ночью, Хейла сегодня утром арестовали. Говорить дальше стал тише — почти осторожно. Про то, как залез в машину шерифа. Про разговор с Хейлом. — Это было… странно. Я пытался выяснить про ту девушку. Спросил, была ли она такой же, как Скотт… ну, оборотнем. Но возможно, другого вида. Настоящим волком. Он провёл рукой по затылку. — А он… он ничего на это не ответил. Сказал, что мне лучше беспокоиться о Скотте. Что если тот сорвётся на поле — ему не поздоровится. Что Скотт его точно не послушает… а вот я смогу его остановить. Мстислава медленно кивнула, словно получила какой-то недостающий кусочек картины, что рисовала в своей голове, а затем медленно подняла взгляд на брата: — Хейл, конечно, самый настоящий Большой Злой Волк… Но что-то мне подсказывает, что в смерти этой девушки он точно не принимал участия. Это было бы слишком просто.

*****

Как и предполагала старшая Стайлз — Хейла вскоре отпустили. Стайлз влетел домой с этим почти торжественно — как будто сам до конца не верил, что это вообще возможно. Судмедэксперт сделал своё заключение. Животное. Не человек. Младший брат возмущенно тараторил что-то о том, что если бы этот судмедэксперт только знал про оборотней, то этот мрачный парень, точно так просто не открестился бы от таких обвинений. Мстислава слушала, стоя у окна. Не оборачиваясь. А потом прозвучало имя. Имя разорванного напополам трупа. Лора Хейл. — Стайлз, — прервала в этот раз чрезвычайно разговорчивого младшего брата девушка. — Ты вроде, пока мы искали информацию для Скотта, натыкался на интересную статью про социальную структуру волчьей стаи… — Что ты… — А ещё ответь-ка мне на один вопрос: какой может быть причина, из-за которой ты мог бы меня убить? — Ты рехнулась?! Чтобы я тебя… — начал было Стайлз, но резко замер, открыв рот. Мстислава почти слышала этот щелчок в его голове — такой же, как у неё, прозвучавший при упоминании имени старшей сестры Хейла. Парень перевёл на неё ошарашенный взгляд: — Это надо быть полностью больным на голову ублюдком, чтобы… чтобы… — Ага. А Хейл просто хмурый мудак. Единственное, что не укладывалось в голове старшей Стилински — почему каждый раз, когда она слышит это имя, в памяти всплывает один и тот же взгляд.

*****

Дни после этого не шли — они неслись. События накладывались друг на друга, как стеклышки в калейдоскопе — ярко, резко, бессвязно. Только успевай поворачивать — и картинка уже другая. И, пожалуй, единственным, что хоть как-то удерживало это всё от полного хаоса, было то, что Стайлз… одумался. Отчасти. Теперь он говорил. Много. Иногда слишком много. Он вваливался к ней в комнату без стука, садился на край стола, ходил кругами — он сообщал ей буквально обо всём, что они делают со Скоттом, и о том, что она не могла узнать самостоятельно. О том, что происходит на той, сверхъестественной стороне. Частенько он даже… просил помощи. Мстислава даже ехидно улыбнулась, вспоминая ошарашенное выражение лица младшего брата и его лучшего друга, когда она протянула им в один из дней пульсометр. Который принадлежал их тренеру. Стайлз тогда ошарашено моргнул. — Ты… Она чуть склонила голову, уголок губ дёрнулся. — Ага. Стащила у Финстока. Не думаю, что он заметит. Или что ему это в ближайшее время понадобится. Она щёлкнула кнопкой, экран мигнул. — Зато нам нужно понять, на какой отметке у Скотта начинает ехать крыша. Конкретика, мальчики. Цифры. А не «мне кажется, я сейчас превращусь». Стайлз уже начинал улыбаться. — И да, — добавила она почти между делом, — советую обратить внимание на благотворное влияние Эллисон. Скотт застыл. — В каком смысле?.. — В прямом. МакКолл рядом с ней стабилизируется. Видно невооружённым глазом, как он успокаивается. Но, — она подняла палец. — Есть нюанс. Это работает, пока вы просто мило смотрите друг на друга и держитесь за ручки. Но если вы решите… углубить общение… — О БОЖЕ, — выдохнул Скотт, мгновенно краснея. — … то гормональный всплеск может сыграть с тобой злую шутку, — невозмутимо закончила она. — Так что либо ищешь способы контролировать себя, либо рискуешь в самый ответственный момент испортить свидание… Жаль, что у неё в тот момент не было фотоаппарата — абсолютно красный от смущения МакКолл что-то жалко бурчал себе под нос, а её младший брат почти задыхался от смеха. Этот момент стоил того, чтобы его сохранить. Но это воспоминание сразу улетучилось под грузом других, более мрачных мыслей. Растерзанный водитель автобуса. Не слух. Не преувеличение. Факт. С фотографиями, которые никто не должен был видеть — но что поделать, если она с младшим братом живут в доме шерифа-трудоголика, у которого есть скверная привычка брать работу домой. И абсолютно провальные попытки спрятать эту самую работу, чтобы его дети туда не сунули свой любопытный нос. Город начал сжиматься. Комендантский час ввели почти сразу. И на этом фоне Скотт… ломался. Сны. Сначала он говорил о них неохотно. Потом — чаще. И даже напрямую ей. Мстислава, слушая рассказы МакКолла о его снах, вычленила один интересный момент —в этих снах всегда было одно и то же ощущение чужого присутствия. Альфа. Это мальчишки выяснили от Хейла. Ну точнее — Скотт выяснил и поделился со Стайлзом, а тот уже рассказал ей. А Мстислава ловила себя всё чаще на одном и том же ощущении — прижать к стенке этого Большого Злого Волка по имени Дерек Хейл и вытрясти больше информации, а не те жалкие крохи, которые он время от времени выдавал МакКоллу. Ведь тогда они станут ближе к разгадке, кто именно стоит за этим.