Анатомия чужих секретов

Тишина, темнота, ночь. На улице ни звука. Холодные серые стены окружали одинокого парня по имени Эбби. Тот лежал на кровати и просто размышлял, что ему делать завтра. Ведь, если быть честным, он не знал, ради чего просыпаться. Его жизнь казалась сплошным мусором: родители погибли в автокатастрофе ещё давно, в школе его ждали вечные издёвки и избиения, а плохая успеваемость едва дотягивала до тройки — лишь бы не умереть от рук злобных учителей. Ничего не держало его в этом мире. Ни одной зацепки, ни одного уступа, за который можно было бы ухватиться, чтобы не улететь вниз, к смерти. Он просто отчаянно искал повод пожить своей бессмысленной жизнью. От петли и избавления от этих страданий его не останавливало ровным счётом ничего. У него не было ни друзей, ни родных. С одной стороны, это давало полную свободу, но с другой — лишало всякого стимула двигаться дальше. Парень уснул. Ему ничего не снилось, буквально ничего. На этот раз обошлось даже без привычных кошмаров об издевательствах — жизнь будто просто оставила его в покое на эти несколько часов. Резкий звонок будильника на телефоне вырвал парня из забытья, хотя сном это назвать было трудно — скорее, тяжёлым трансом. Он безэмоционально встал и побрёл в душевую, чтобы умыться. Посмотрев в зеркало, Эбби увидел свои стеклянные глаза, которые одновременно утратили всякий смысл и всё ещё искали тот самый уступ, способный удержать его от рокового шага. Ополоснув лицо холодной водой и почистив зубы, он захотел поесть, но, заглянув в холодильник, ничего там не обнаружил. Придётся идти в школу на голодный желудок и молиться, чтобы в столовой нашлось хоть что-то съедобное. Подойдя к шкафу, парень привычно выбрал старое чёрное худи с капюшоном и приевшиеся чёрные спортивные штаны. После смерти родителей он носил только это, практически не глядя на висящую рядом школьную форму. Одевшись и подхватив рюкзак, Эбби вышел из квартиры, закрыл её на ключ и начал спускаться по ступенькам. Выйдя из парадной, он осмотрелся. Больше всего на свете Эбби любил наблюдать и рассматривать детали — это было его своеобразным хобби, пожалуй, единственным крошечным выступом, за который он цеплялся пальцами на отвесной горе под названием жизнь. Шагая по привычному маршруту, он постоянно высматривал какие-то изменения. Но всё было точно таким же, как и вчера. Иногда ему казалось, что мимо проходят одни и те же люди. Дойдя до школьного двора, он пересёк его и подошёл ко входу, прекрасно понимая, что сейчас за дверью его встретит тройка хулиганов: Оливер — главный отличник, самый жестокий задира и по совместительству вожак их компании; Зип — девчонка-хулиганка, которая тоже училась на отлично (у неё ещё был младший брат Чип, но тот, в отличие от сестры, рос спокойным и дружелюбным); и Эдвард — ещё один отличник, который лучше всех в школе разбирался в химии. Из-за высокой успеваемости этой троицы учителя закрывали глаза на то, как они издеваются над остальными ребятами. Эбби POV: Зайдя через входную дверь, я уже внутренне сжался, готовый к тому, что меня сейчас начнут бить. Но, к моему удивлению, у входа никого не было. Это казалось крайне необычным, ведь для них я был главной мишенью. Из-за этого внезапного изменения в голову закралась странная мысль: мне вдруг стало безумно интересно, что же у них такого случилось, раз они решили пропустить утреннюю расправу? Эта мысль застряла в моих мыслях надолго. У шкафчика тоже всё прошло гладко и без происшествий. Я пошёл в класс и — впервые за огромный срок — не опоздал. Обычно тройка хулиганов задерживала меня своими издевательствами, из-за чего я никогда не успевал ко звонку. Зайдя в кабинет математики, я обнаружил, что и там их нет. С одной стороны, я почувствовал облегчение, но с другой — внутри нарастала тревога. Всё это казалось слишком странным. Прозвенел звонок. Все расселись по местам, но места лидеров пустовали. В кабинет вошла Мисс Циркуль, окинула класс быстрым взглядом и поздоровалась: — Здравствуйте, класс. Сегодня у нас контрольная, сейчас я раздам тесты. Меня бросило в лёгкую дрожь. Контрольная! Я, конечно, готовился, но всё равно до смерти боялся получить двойку и пасть жертвой её ярости. Когда листы легли на парты, я принялся за задания. Из-за отсутствия хулиганов решать тест оказалось гораздо легче: никто не кидал в меня обрезки ластика и бумажные самолётики. По телу разлилось непривычное, давно забытое спокойствие. Главные внешние раздражители просто исчезли. Написав работу, я сдал её, надеясь хотя бы на тройку, чтобы просто выжить. Когда я подходил к учительскому столу, Мисс Циркуль пристально посмотрела на меня. — Эбби, твой тест я проверю раньше остальных, — произнесла она со своей широкой, хищной улыбкой, явно намекая на то, как ей хочется завалить меня и покончить с этим. Но когда она пробежалась глазами по ответам, её лицо изменилось. На нём проступило недовольное, глубокое удивление. Она подняла на меня взгляд и произнесла фразу, повергшую меня в шок: — Четыре... Неужели ты взялся за голову? — Ч-что?.. Вы уверррены? Вы точно не ошибблись? — заикаясь, переспросил я. Я схватил лист. На нём красовалась жирная буква «B». Впервые за всю школьную жизнь я получил такую высокую оценку. Глаза округлились от смеси шока и безумной радости. С глупой улыбкой на лице я вернулся за парту и молча дождался окончания урока. Остальные занятия пролетели незаметно, но мысль о пропавшей троице так и не оставила мою голову. За ответами я решил отправиться прямиком к директору — Мисс Грейс. Дойдя до её кабинета, я трижды тихо постучал. — Войдите, — донеслось с той стороны. Я толкнул дверь. Мисс Грейс оторвала взгляд от бумаг и удивлённо посмотрела на меня: — О, Эбби. Почему ты ещё здесь? Школьный день ведь уже окончен. Тебе что-то нужно? Я слегка задрожал от волнения, но всё же озвучил свой вопрос: — Здравствуйте, Мисс Грейс. Я хотел спросить... А почему сегодня не было Оливера, Зип и Эдварда? Директор удивилась ещё сильнее — зачем парню знать, где его вечные мучители? — А, ты об этом... Их родители написали мне, что после школы ребята пошли дурачиться на речку и сильно простудились. Но через пару дней они снова смогут посещать занятия. В этот момент в моей голове что-то щёлкнуло. Мне захотелось последить за ними. В их жизнях всегда происходило что-то более интересное, чем в моей серой рутине. — А вы не могли бы дать мне их адреса? Чтобы я мог навестить их... — спросил я, стараясь говорить уверенно. Мисс Грейс на секунду впала в ступор от такой заботы к своим обидчикам. — Ладно... Это, конечно, странно с твоей стороны. Но держи. Она протянула мне листок с именами и адресами. — Спасибо, Мисс Грейс, — поблагодарил я, попрощался и вышел на улицу. Придя домой, я первым же делом повесил свой единственный тест с четвёркой на стену, а затем принялся обыскивать старые ящики в коридоре. На дне одного из них я нашёл бинокль отца. Когда-то очень давно мы ездили с ним в лес рассматривать птиц... Нахлынувшие воспоминания больно кольнули, но я быстро убрал вещь в рюкзак и снова вышел на улицу. Я отправился по первому адресу — к дому Эдварда. К счастью, все они жили недалеко друг от друга. Почти добравшись до места, я заметил заброшенное двухэтажное здание, из окон которого открывался идеальный вид на нужные мне окна. Пробравшись на заброшку и поднявшись на второй этаж, я достал бинокль и настроил фокус. В прямоугольнике окна я чётко увидел Эдварда: он сидел на кровати, укутанный в плотное одеяло, и уныло листал что-то в телефоне. Просто смотреть мне быстро показалось мало, и я открыл заметки в своём смартфоне. Я начал аккуратно фиксировать данные: дату, точное время и то, чем именно Эдвард занимался в этот момент. Внутри рождалось чёткое, трезвое осознание — я занимаюсь сталкингом. Когда в его комнате погас свет и он лёг спать, я подождал ещё немного, а затем решил возвращаться. Дома меня затопило странное, ни на что не похожее чувство радости и глубокого наслаждения от самого процесса наблюдения. А ещё больше грело душу то, что завтра суббота — выходной, никуда не нужно идти. От жуткой усталости я плюхнулся на кровать прямо в одежде. Я засыпал с улыбкой, понимая, что у меня наконец-то появился новый уступ. Моя собственная цель и смысл жить дальше.