Повернуть время вспять.

Обычные школьные будни. На улице постепенно теплеет, зима подходит к концу. Чимин сидит за партой и от безделья листает учебник. Его тонкие пальцы перебирают страницу за страницей, иногда поглаживая и загибая углы. За окном слякоть, немного моросит дождь вперемешку с хлопьями снега, солнце слепит так, что рыжая макушка Чимина светится, будто нимб. Постепенно в класс заходят и другие ученики, рассаживаются по местам и готовятся к первому уроку. Нагрузка в корейских школах очень большая, но для Чимина это не имеет особого значения. Он с самого раннего детства был довольно умным ребенком и всегда опережал сверстников. Чимин бы мог досрочно сдать экзамены и уже поступить в вуз, но в школе его держит лишь одно – Мин Юнги, его лучший друг, вместе с которым он пишет песни. Сколько бы лет не прошло, весь район никогда не забудет этих безбашенных подростков, которые особо-то ничего плохого не делают, но все равно попадают в неприятности и каким-то образом выходят из воды сухими. Были моменты, когда они убегали от хулиганов, и когда случайно растоптали чьи-то цветы в палисаднике, и когда получали по шапке за поздние прогулки от полицейских. С каждым годом дружба становилась лишь сильнее, и личных границ будто и не существовало вовсе. Чимин учился на класс выше своих сверстников, так как был очень смышленым. Именно так он и попал в один класс к Юнги. И именно с этого момента началась их дружба.        - Хен, я проголодался, - Чимин поглаживает урчащий живот и смотрит на соседа по парте. Мятные волосы небрежно обрамляют светлое, немного опухшее лицо. – Пойдем купим чего-нибудь. - Я схожу сам, отнеси пока наши портфели к шкафчикам. – Кивает Юнги на сумки, лежащие на полу, встает и выходит из кабинета. Чимин подбирает портфели и направляется на первый этаж школьного корпуса А1. Пока он шел, в голове пел новые слова совместной песни и пальцами наигрывал мелодию, карябая лямку одного из портфелей. Скоро конец учебного года, а это значит, что он и Юнги наконец войдут во взрослую жизнь. Вернее ворвутся. После учебного дня Чимин и Юнги пошли шататься по улицам своего района и громко смеяться. Сегодня пятница, впереди выходные, и это значит, что парни 24 часа из 24 будут готовиться к экзаменам. Вернее, Чимин будет помогать Юнги готовиться. - Чимин, давай хотя бы сегодня отдохнем, - скулит Мин и плавно стекает по дивану. – Я очень устал. Завтра выложусь на все 200. - Хен, ты же хочешь поступить вместе со мной в один университет? – Спрашивает Чимин и кладет на рабочий стол несколько книг. - Хочу. – Выдыхает Юнги и поднимается с пола. Обычно выходные пролетают быстро, потому что Мин хоть и не особо одарен, но старается все понять ради Чимина. Да он в целом ради него и в школу ходит, и домашку пишет, и выходные тратит на учебу, а не гулянки с Чонгуком. Каждый совместный вечер заканчивается одним – Юнги засыпает сидя на диване с книгой в руках, а Чимин посапывает лежа головой на рабочем столе. Конечно, на утро у обоих болят спины и шеи. За завтраком парни неспешно повторяют правила, а этим же вечером решают огромное количество примеров. Комната Чимина маленькая, но уютная: слева стоит рабочий стол, рядом с ним большой диванчик, справа находится кровать, которая чуть больше односпальной, около нее маленький кофейный столик. Напротив – большой шкаф и зеркало. По периметру потолка неоновая лента желтого цвета. Свет давно приглушен, работает лишь светильник на кофейном столике. Ближе к стене лежит Чимин, укутанный в одеяло, а рядом с ним, полулёжа, Юнги, который что-то листает в телефоне. Между парнями царит тишина, приятная и мягкая, изредка слышится, как кто-то из них зевает. Время близится к полуночи, Чимин давно сопит под одеялом, а Юнги готовится ко сну. Он убирает телефон на столик, снимает с макушки очки и кладет их рядом, аккуратно поворачивается на бок, шепчет привычное «Сладких снов, Чимин» и засыпает. Для него это как маленький обряд – желать сладких снов Паку, даже когда тот не слышит. Чимин всегда просыпается последний, хоть и засыпает первее. Из-за этого под утро вся кровать в его распоряжении, поэтому он часто оказывается не на своей подушке. Его будит Юнги, неспеша убирая руками пряди рыжих волос, которые за время сна прилипли ко лбу Пака. - Хен, сколько время? – Протяженно зевает Чимин и пытается найти телефон на журнальном столике, - Нам же никуда, да? - Да, сегодня мы дома, - Юнги сидит на диване в очках, в руках у него блокнот и ручка. Это значит, что его пустую голову посетила умная мысль. Ну, нет, на деле Мин пишет очень красивые песни, сочинения и эссе, просто грамотность хромает. (Прыгает на одной ноге) – Сейчас 9:27, ты сегодня рано проснулся. - Просто выспался, вот и все, - Чимин постепенно из положения лежа садится в бабочку и сонно смотрит в окно, - Думаю, ты хорошо подготовлен к экзаменам, если хочешь, можем погулять на следующих выходных вместе с Чонгуком и его компанией. - Ты правда выспался. Пойдем перекусим. – Юнги поднимается с дивана, подходит ближе к Паку и гладит его рыжую макушку. В школе все как обычно. Вернее было, пока Чонгук не предложил уйти с последнего урока в караоке и хорошенько отдохнуть перед экзаменами. Разумеется, Чимин и Юнги стали первыми, кто его поддержал. Правда, никто из них не знал, что это не просто посиделка, а целая мини-вечеринка всех старших классов в местном баре. Неоново-фиолетовый свет поначалу резал глаза, но после нескольких минут стало нормально. Чимин и Юнги сидели вместе, кто бы мог подумать, что будет иначе. Рядом с ними был Чонгук, Тэхён, Намджун и еще пара людей. Сначала все веселились и без выпивки, но Чон договорился на бар, поэтому через два часа уже половина людей была подвыпившая. Чимин просто сидел в своей зоне комфорта и весело общался со всеми, Юнги тоже. Время шло, с каждым часом выпивших становилось больше. Один парень, сидящий около Чонгука, предложил сыграть в карты на желания, из-за чего все вокруг оживились и уселись в круг. Всего 8 человек – Чонгук, Уджин, Минхо, Намджун, Тэхён, Джисон, Чимин и Юнги. Всем было весело, желания загадывали нелепые и смешные. Пока дело не дошло до Чимина. - Чим, ты проиграл, - улыбаясь говорит Уджин, - Что загадаем? – обращается он ко всем сидящим вокруг. - До дна! – Вдруг шутит Тэхён и ставит на стол рюмку, в которой намешано лекарство от бешенства или для бешенства… В общем, всякий разный алкоголь. - Но я не умею пить, - робко говорит Чимин. Всем было все равно, они кричали «пей до дна, до дна!» и стучали по столу, как мартышки. Чимину ничего не осталось, кроме как залпом проглотить этот алкогольный вихрь. Фу. Совсем не вкусно. Пак поморщился и поставил стакан на стол. Первое время все было в порядке, веселье продолжалось, но уже через два часа Чимина начало невыносимо мутить. Он встал и вышел из-за стола, держась за стены. Юнги быстро подхватил его и держал за плечи, помогая дойти до туалета. - Чимин, ты как? – Обеспокоенно спросил Мин. - Плохо, - еле слышно ответил младший, - Мне кажется, я больше никогда не буду пить то, что дает Тэ, - последнее, что удается сказать Паку перед тем, как содержимое желудка вышло в унитаз. Юнги все время был с ним и гладил его по спине. После такого, разумеется, оба парня направились домой, ведь продолжать веселиться было за гранью их возможности. Дома темно. Это значит, что мать еще не вернулась. Юнги помог Паку снять обувь и дойти до кровати. - Я сейчас приду, подожди две минуты, - говорит Мин и уходит в другую комнату. Чимин не успел ничего понять, как старший вернулся. Быстро. В руках у него был тазик, полотенце и стакан холодной воды. - Хен, я нормально, - говорит Чимин и пытается самостоятельно раздеться, - Я просто хочу спать. Юнги молча подходит, ставит все предметы на столик и помогает младшему снять сначала черную кофту, а затем серые спортивные штаны. Пак лежит в одном белье и тянется укутаться в одеяло, но безуспешно. Его жутко мутит, поэтому траекторию свою он поменял на тазик, который Юнги только что принес. Всю ночь Чимин не отлипал ни от тазика, ни от Юнги, ни от одеяла. Ранним утром, когда солнце только просыпалось, Пак встал попить воды. Сегодня он спал с краю, так как всю ночь его рвало. Он нащупал стакан и залпом осушил его, после чего встал в туалет. Пока его не было, Юнги успел проснуться из-за шороха и пошел почти следом за младшим. Он переживал за него, ведь Пак впервые в таком плачевном состоянии. - Чимин, все в порядке? – сонно и хрипло спросил Юнги, облокотившись на дверной косяк. Дверь в туалет, конечно, была открыта, но Мин не решился зайти. Ответа не последовало, после чего уже старший вошел в комнату. Чимин сонный, опухший и еле-еле стоящий на ногах, уже собрался выходить. Юнги его поймал и слегка приобнял, чтобы Пак немного пришел в себя. - Хен, меня тошнит пиздец, - Младший расслабил все тело и стоял в какой-то прострации, - Отнеси, - жалобно и почти умоляюще просил Чимин. Юнги быстро подхватил младшего и понес в спальню. Там он положил его на кровать, аккуратно накрыл одеялом и сел напротив – на диван. Пока Пак отсыпался и отходил от похмелья, Юнги писал слова для их новой песни «Tony Montana», беззвучно настукивая по блокноту мелодию. Ближе к 9 проснулся Чимин. Телефон разрывался от очередных звонков учителей, но все это было бессмысленно. Юнги поставил оба смартфона на беззвучный и лег рядом с Чимином. Парни лежали напротив друг друга, в приятной тишине. Младший изредка зевал и продолжал валяться в «полусне». - Чимин, когда твой отец вернется? – спросил Мин, нарушив тишину. - Вроде сегодня в обед у него вылет. Он прилетит ненадолго, на день или два, - Пак приподнялся на локти, лежа на спине, уставился в окно и слегка улыбнулся. – Может вообще на пару часов. Ты же знаешь его. - Знаю. – А еще Юнги знает, что эта чиминова улыбка не от счастья, а от той душевной боли, которая зародилась еще в детстве. Отец Чимина никогда не был идеальным, всегда в разъездах, никогда не оставался дома больше, чем на три дня. Даже на дни рождения он никогда не попадал. Да, зарабатывал он немало, но ценность семьи утерял еще тогда, когда Чимин только родился. За все 17 лет деньги так и не смогли заменить отцовскую любовь. Искреннюю и теплую. Все свои годы Чимин прожил лишь с матерью, которая постоянно пропадала. Она ходила по магазинам, кафе, ресторанам, могла не возвращаться домой неделями. Но она искренне любила Чимина, всегда во всем поддерживала и утешала. Виделись они редко, но Пак никогда не говорил и не думал плохо о своей матери, ведь она была его одной из единственных опор в этой жизни. Но как только Чимин перевелся на класс выше, он познакомился с Юнги, и именно тогда его жизнь обрела по-истине яркие краски. - Я не злюсь на него, - вдруг начал тихо говорить Пак. – Просто мне жаль себя, мелкого и глупого, ждущего отца под дверью. Я готов был спать в прихожей, лишь бы посидеть с ним немного. - Чимин, главное сейчас все хорошо, он пытается наладить с тобой контакт, это уже неплохо. – Юнги незамедлительно отвечает и аккуратно берет ладошку младшего. – Даже если он передумает, я рядом. Чимин редко слышит такие слова от Юнги, но не значит, что не слышит совсем. Мин умеет поддержать, он прекрасно знает каждую особенность Чимина, знает, что и когда необходимо сказать. За все 8 лет дружбы Юнги выучил младшего от и до. - Спасибо, хен. – Чимин сказал это с искренней благодарностью и какой-то собственной любовью к Мину и его поддержке. Губы невольно расплылись в улыбке. Парни еще немного пролежали в кровати и пошли на кухню завтракать. День был не такой пасмурный, как обещал прогноз погоды, солнце ослепляло даже через шторы, шум дождя еле-еле слышался через открытое окно. Веяло прохладой. Юнги поставил на стол две глазуньи с беконом, пока Чимин в это время наливал кофе. Сидя за столом, парни общались на разные темы, все шло как обычно. Пак вроде отошел от пьянки, его, конечно, все еще мутило, но совсем чуть-чуть. - Хен, я в порядке, если хочешь, можешь возвращаться домой. – Пак пил кофе и листал свой телефон, лайкая видео с котиками и собачками, чтобы помочь авторам с монетизацией. Юнги кивнул и продолжил есть. Сегодня он намного тише, чем обычно. Это потому, что бабушка так и не позвонила ему за все три дня, что он ночевал у Чимина. Мин рос без родителей, так как те отказались от него. Но его бабушка взяла опеку и растила Юнги действительно хорошим человеком. Она научила его многому. Он всегда помогал ей, ведь знал, что больные суставы — это не шутки. Ближе к вечеру Юнги ушел домой. Чимин остался один – ему не привыкать – он решил посмотреть какой-то рандомный фильм: взял плед, бутылку воды, чипсы, немного шоколада и улегся на диван. Время быстро пролетело, потому что Чимин уснул примерно на середине фильма, но ранним утром его вдруг разбудил звонок от отца. - Да? – Пак проснулся моментально. Он никогда в жизни не говорил с отцом по телефону. - Я сейчас в больнице, Джихе потеряла сознание, пока возвращалась домой. - Что? Мама? – Чимин подорвался с дивана и пулей выбежал из дома, успев накинуть на себя лишь старые кроссовки. – Где она, я сейчас приду. - Она в местной больнице ***********. – отец немного помолчал в трубку, было понятно, что он хотел что-то сказать, но было поздно. Чимин бросил трубку и ринулся на автобусную остановку. Ехать было 10 минут. Всю дорогу он не находил себе места, кусал губы, утешал себя, писал и стирал сообщение, которое предназначалось Юнги. «Мама попала в больницу» «Я еду в больницу к маме» «Мама потеряла сознание и попала в больницу» «Пожалуйста, приезжай ***» 7:14 Кто бы мог подумать, что жизнь человека настолько хрупкая. Чимин влетел в больницу, подбежал к стойке и назвал имя своей матери. 213 палата. - Мама! – Пак еле дыша ворвался в палату и замер. Мать была подключена к огромному количеству аппаратов, трубок, каких-то проводов. Она была на аппарате жизнеобеспечения. Чимин молчал. Долго, глаза постепенно становились мокрыми, губы шевелились в попытках сказать хоть что-нибудь – бесполезно. Отец сидел напротив Джихе, он не плакал и не выглядел расстроенным – лишь смотрел опустошенным взглядом на бледное женское лицо. Он самый первый узнал, что случилось. - Чимин, - Отец сделал паузу. - У Джихе последняя стадия рака легких. - Пап, - Пак говорил сквозь слезы, медленно приближаясь к койке, на которой без признаков жизни лежала его мать. – Она будет жить? Глупый вопрос. Палату вновь начала угнетать тишина, всхлипы и противное жужжание аппаратов. Через пару минут в палату вошел главврач, в руках у него было большое количество документов и бумаг. - Послушайте, если говорить откровенно, Чхве Джихе не проживет и двух месяцев на препаратах. Вы можете, конечно, позволить ей пожить еще пару недель, но я вас уверяю, рак – это последнее, чем хочется болеть. Она жила с болью около года, видимо, не считала нужным обследоваться, что привело к метастазам. Мы можем попробовать что-нибудь сделать, но это всего лишь обман. Джихе не просто на 4 стадии, она уже умирает прямо сейчас и с каждой минутой ей больнее. Как только врач закончил свой рассказ, он передал какие-то бумаги отцу. ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------ ЗАЧЕРКНУТЬ то, с чем вы согласны: ОТКАЗ ОТ ИВЛ: ДА / НЕТ ИВЛ – ИССКУСТВЕННАЯ ВЕНТИЛЯЦИЯ ЛЕГКИХ. ОТКАЗ ОТ СЖО: ДА / НЕТ СЖО – СИСТЕМА ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ. ОТКАЗ ОТ ХИМИОТЕРАПИИ: ДА / НЕТ ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------