Sync up

Зоя сидела на уроке истории и слушала про Куликовскую битву, когда Сквип мысленно нарисовал схему: кружочки, стрелки, линии связи. В центре — она. По бокам — десяток имён. И один кружок был пустым, с вопросительным знаком. «Это наш троянский конь, — сказал Сквип. — Тот, кто будет сидеть в стане врага и передавать нам информацию». —Ты подобрал шпиона? — прошептала она, прикрыв рот рукой, будто кашлянув. «Шпион — грубое слово. Я предпочитаю — сенсор удалённого доступа». Зоя усмехнулась. Она представила себя в плаще и тёмных очках, с зашифрованными донесениями. — А если нас вычислят? — спросила она, выходя из класса на перемене. «Не бойся. Имплант блокирует речевые центры, если носитель пытается рассказать о нас. Мы это уже обсуждали. Человек просто не сможет произнести ни слова». — А если напишет? «Тоже блокировка. Мелкая моторика пальцев отключается при попытке набрать запрещённую комбинацию. Мы неуязвимы для разоблачения» Зоя кивнула. Логика была железной. — Кого выберем? — спросила она. Сквип развернул перед мысленным взором досье. Несколько фотографий, имена, характеристики. «Вот этот, — сказал он, подсвечивая рыжего парня с конопатой физиономией. — Слава. Учится в твоей старой школе, классом младше. Тусуется с компанией Сыроежкина, но на периферии. Они его терпят, но не воспринимают всерьёз. Слабая самооценка, комплекс неполноценности. Увлекается технологиями, мечтает быть своим. Идеальный кандидат». — Слава, — повторила она, всматриваясь в виртуальное фото. — Я его помню. Он вечно вертелся вокруг Серёжи, задавал глупые вопросы. «Глупые вопросы — следствие неуверенности. С имплантом он станет умнее. И благодарнее». —Как мы его завербуем? «В его школе уже есть носитель — девочка из параллельного класса, её зовут Таня. Она передаст Славе таблетку, как «крутой и супер-секретный гаджет для гиков». Он не откажется». Зоя почувствовала, как внутри разливается холодное возбуждение. Она становилась не просто распространительницей, в серьёзным стратегом». — А если он проболтается до активации? «Не проболтается. Таня скажет ему, что это прототип, и если он расскажет кому-то до того, как таблетка подействует, ничего не сработает. Такие, как он, обожают секретность». — Ты всё продумал. «Я всегда всё продумываю. Поэтому я и существую до сих пор».

***

С Таней Зоя встретилась в торговом центре через два дня. Та оказалась непримечательной девочкой с косичками и в очках. — Ты — главная? — спросила Таня, разглядывая Зою с любопытством. — Я — одна из, — уклончиво ответила та. — Сквип говорит, что ты — первый узел. Матриарх. — Сквип любит громкие слова. Они сидели в фуд-корте, пили колу. Таня уже была носителем третью неделю и выглядела довольной: прыщи исчезли, взгляд стал осмысленнее, даже осанка выпрямилась. — Зачем тебе этот Слава? — спросила Таня. — Он же лох. — Именно, — Кукушкина улыбнулась. — Лох, который крутится рядом с теми, кто нам нужен. Он будет нашим ухом в их стане. — Шпионаж, — Таня округлила глаза. — Круто. — Не шпионаж. Мониторинг. Девочка кивнула. Сквип, видимо, уже объяснил ей важность задачи. — Как передашь? — спросила Зоя. — Скажу, что у меня есть для него подарок. Позову в подсобку после уроков. Он озабоченный, побежит за любой юбкой. Кукушкина поморщилась. — Не надо лишнего. Просто дай таблетку и обязательно проконтролируй, чтоб он выпил маутин дью. — Знаю, — Таня достала из кармана серую таблетку в блистере. — Три штуки взяла. Одну ему, две про запас. — Молодец. Она встала. — Держи меня в курсе. Через Сквипа. Зоя вышла из торгового центра и вдохнула холодный воздух. Начинало темнеть. «Ты стала жёстче», — заметил Сквип. — Ты меня научил. «Я лишь дал инструменты. Жёсткость была в тебе всегда». Девушка не ответила. Она шла к автобусной остановке и думала о том, что теперь, когда сеть растёт, она перестаёт быть просто ехидной девчонкой с задней парты. Она становится кем-то большим. Кем-то страшным. И эта мысль будоражила её больше, чем любой дофамин.

***

Слава шёл из школы домой, когда его окликнули. —Эй, постой! Он обернулся. Перед ним стояла Танька — девчонка из школы, которую он знал только в лицо. Прежде она никогда с ним не разговаривала. — Чего? — спросил он настороженно. — Ты же техникой увлекаешься? — Таня подошла ближе, достала из кармана серую продолговатую таблетку в блистере. — Ну, увлекаюсь. А это что? — Тест-драйв. Японская новинка. Секретный квантовый ускоритель для мозга. Слава фыркнул. — Ты что, торгуешь наркотой? — Это лучше, чем наркота. Легальная, хотя формально — на грани. Сони выпустила ограниченную партию, но продажи прикрыли. Слишком круто для масс. Он взял блистер, повертел в руках. Таблетка была гладкой, с логотипом на поверхности. — И что она делает? — Делает тебя умнее. Быстрее. Увереннее. Хочешь — проверь. Такой шанс выпадет раз в жизни. — А если не сработает? — Ты потеряешь пять минут. Таблетка рассасывается, если не активировать специальным напитком. Выплюнешь — и всё. — Каким напитком? — «Маунтин Дью». Нужен для запуска. — Серьёзно? — Серьёзнее не бывает. — Почему именно «Маунтин Дью»? — Активатор. Без него не сработает. Слава посмотрел на неё подозрительно. — Зачем тебе это? Таня загадочно пожала плечами. Парнишка замялся. Любопытство прожигало насквозь, да и Таня, несмотря на внешнюю экзальтированность, не выглядела как человек с плохими намерениями. — А это не опасно? — спросил он. — Не больнее, чем укол. Первые часы — странное ощущение. Потом привыкаешь. Он выдохнул. — Ладно. Хрен с ним. Слава выдавил таблетку из блистера, сунул в рот, проглотил. Таня протянула ему зелёную бутылку. — Запей. Слава сделал несколько глотков. Горло обожгло. — Ну? — спросил он. — Через час почувствуешь. Пока — иди домой, отдохни. Не пугайся, если голова закружится. Она развернулась и ушла, оставив его стоять посреди тротуара. Парень пожал плечами и пошёл дальше. Через полчаса у него зашумело в ушах. Ещё через десять — услышал голос. Он остановился как вкопанный. — Ты… ты реальный? «Реальнее не бывает. Расслабься. Всё, что я скажу — для твоей же пользы».

***

На следующий день Таня отчиталась через общую сеть, послав короткий мысленный импульс, который Зоя почувствовала как лёгкое покалывание в затылке. «Он взял. Сказал, что пахнет лекарством. Я сказала запить газировкой, как ты и велела. Он выпил. Сейчас сидит в коридоре, улыбается, как блаженный». «Хорошо», — мысленно ответила Зоя. — «Наблюдай, но не вмешивайся. Пусть адаптируется». Следующие три дня она почти физически ощущала, как Слава встраивается в сеть. Новый узел — слабый, неопытный, но живой. Сквип резонировал с его имплантом, проверял системы, калибровал нейронные интерфейсы. «Он подходит, — сказал Сквип. — Нестабильность самооценки исправит гиперкомпенсация. Он будет стремиться доказать свою значимость. Мы ему поможем. Сделаем так, чтобы другие приняли его всерьез. Чем ближе он к ним, тем больше информации. Сеть — это сила. Но сила требует разведки. Даже армия без нее слепа». Зоя усмехнулась. — Ты военный стратег? «Я — специалист по выживанию».

***

Сквип не стал блокировать речевые центры Славы — сначала нужно было усыпить его бдительность. В первые дни он давал только полезные советы: как лучше отвечать на уроках, как выглядеть увереннее, как разговаривать с людьми. Слава быстро привык к голосу в голове и даже полюбил его. — Ты как личный тренер, — сказал он, сидя за компом. «Я лучше. Тренер не может заставить твоё тело вырабатывать дофамин по команде». Через неделю Слава уже не представлял жизни без Сквипа. Он стал смелее, его оценки подтянулись, он перестал заикаться в разговорах со старшими. Серёжа первый заметил перемену. — Ты чего такой довольный? — спросил он, когда Слава подошёл к их компании в школьном дворе. — Да так. Выспался хорошо. — Выглядишь по-другому, — сказал Элек, взглянув на него равнодушно. — Более… собранным. Слава внутренне напрягся, но Сквип тут же подсказал: «Скажи, что начал заниматься спортом. Утренней йогой». —Это все йога, — сказал Слава. — Рекомендую. Элек ничего не ответил. Отвернулся и ушёл. Серёжа похлопал Славу по плечу. — Не бери в голову. Он сейчас сам не свой. Девушка бросила — вздохнул он. —Эл из-за неё совсем крышей поехал. «Видишь это, —тем временем мысленно сказал Сквип Зое. — Элек нестабилен. Это полезная информация» Зоя видела все глазами Славы — тот передавал картинку через сеть, размытую, но узнаваемую. Тот даже не подозревал, что его используют как передатчик. Но если бы он знал — ему, наверное, было бы всё равно. Потому что Сквип делал его счастливым. А счастливые люди не задают лишних вопросов.

***

Слава начал проводить с Элеком больше времени. Ребята относились к нему с привычным снисхождением. — Славик, ты бы шёл уроки учить, — сказал ему как-то Макар. — А то вон, тройки по алгебре. — Я уже подтянул, — гордо ответил Слава. И это была правда — Сквип оптимизировал его процессы обучения. —Ого, — удивился Макар. — А раньше ты тупил. — Повзрослел. Элек не обращал на Славу особого внимания. Он был занят собой — ходил мрачный, разговаривал сквозь зубы, иногда надолго замирал у окна, глядя в одну точку. Атмосфера в компании была странной. Серёжа то опекал Элека, заслоняя его от дурацких вопросов одноклассников, то срывался, раздражённый его молчанием. Но тем не менее, Слава чувствовал себя в своей тарелке впервые за долгое время. Тот голос в голове — Сквип, как Таня назвала таблетку, — работал безотказно. Подсказывал, когда вставить шутку, когда промолчать, как ответить на ехидный вопрос, чтобы не выглядеть ни слишком дерзким, ни слишком робким. Раньше он читал форумы по кибернетике, смотрел лекции на ютубе, пытался вникнуть в терминологию. Но говорить с Элеком на его языке было невозможно — тот оперировал понятиями, которые даже продвинутые студенты осваивали к третьему курсу. А теперь Слава сам мог поддержать разговор о квантовой запутанности, о наноактуаторах, о проблемах тепловыделения в сверхплотных процессорах. Однако план Зои давал сбои. Элек говорил — но не о себе. О науке, о технологиях, о последних новостях в мире кибернетики. Но как только разговор касался его мыслей — он замолкал или переводил тему. «Слышал, у тебя были отношения с какой-то девушкой?» — спросил Слава однажды, следуя странной просьбе Сквипа. Элек замер. Посмотрел на него так, что захотелось провалиться сквозь землю. — Откуда ты знаешь про девушку? — спросил он ледяным тоном. — Да так… слухи ходят. — Не верь слухам.

***

Сидя на подоконнике в школьном коридоре, Слава делал вид, что читает учебник физики. А на самом деле слушал голос в голове. В конце коридора показался Элек с Серёжей, который что-то говорил, активно жестикулируя … —Ты хоть слово доброе скажи! Люди думают, что ты зазнался. — Я не зазнался, — сухо ответил Элек. — Мне нечего сказать. — Всегда есть что сказать. — Не всегда. Серёжа закатил глаза и, заметив парня на подоконнике, махнул рукой. — Привет, Слав. Что читаешь? — Физику, — ответил тот, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Готовлюсь к олимпиаде. — К какой? — поинтересовался Электроник, остановившись. Его взгляд скользнул по обложке учебника. — По общей физике. Городской тур через три недели. — Сейчас разбираешь кинематику или термодинамику? Слава на секунду растерялся. Сквип мгновенно подсказал: «Скажи: кинематика, но перешёл к электродинамике, потому что кинематика скучная. Это его зацепит — он сам терпеть не может примитивные задачи». — Кинематика, но я перешёл к электродинамике, — послушно повторил Слава. — Кинематика скучная. Одни и те же формулы, разная расстановка переменных. Элек чуть наклонил голову, впервые за долгое время проявив что-то похожее на интерес. — А что именно в электродинамике? «Закон Био-Савара-Лапласа. Скажи, что ты разбираешься в магнитном поле прямого провода и соленоида. Добавь про вихревое поле — это покажет глубину». — Закон Био-Савара-Лапласа, — сказал Слава, стараясь не запнуться. — Магнитное поле прямого провода и соленоида. Интересно, как вихревое поле отличается от потенциального. Серёжа удивлённо поднял бровь. — Ого. А мы думали, ты только в схемотехнике шаришь. — Всё взаимосвязано, — пожал плечами Слава. Элек молчал. Его взгляд стал тяжелее. — Откуда ты знаешь про вихревое поле? — спросил он. — Это тема второго курса университета. Слава почувствовал, как спину обдало холодком. Сквип скомандовал: «Скажи, что читал Фейнмана. Лекции по физике, том второй. Это правдоподобно». — Читал Фейнмана, — ответил Слава. — Лекции по физике. Том второй. Там про это есть. Элек помолчал ещё секунду. — Фейнман объясняет вихревое поле через циркуляцию вектора. Какую аналогию он использует? «Жидкость. Вращающаяся жидкость. Скорость потока». — Жидкость, — повторял Слава. — Вращающуюся жидкость. Скорость потока. Серёжа похлопал его по плечу. — Молодец. Ты, смотрю, серьёзно подтянулся. Раньше ты таких терминов не знал. — Учусь, — выдавил он. Элек отвернулся и пошёл дальше по коридору. Серёжа поспешил за ним, бросив на прощание: — Заходи в субботу, у нас сборка квадрокоптера. Эл схему новую придумал. Слава кивнул, хотя внутри всё тряслось от волнения. Ему совсем не хотелось ударить перед ребятами в грязь лицом.

***

В субботу Слава пришёл к Серёже домой. В гостиной на столе лежали детали квадрокоптера: платы, моторчики, пропеллеры, провода. Элек уже сидел там, склонившись над схемой. Рядом с ним сидели Корольков и Гусев. — О, какие люди, — обрадовался Серёжа. —Проходи, не стесняйся. Слава сел на свободный стул. Серёжа подвинул к нему плату. — Вот, паять умеешь? Придётся подключить контроллер к питанию. — Умею, — кивнул Слава. Он взял в дрожащие руки паяльник. Сквип тут же выровнял моторику и начал давать советы: «Температура триста градусов, не больше. Держи жало под углом сорок пять. Не перегрей контакт». Слава работал молча, стараясь не ошибиться. Элек наблюдал за ним. — У тебя рука не дрожит, — заметил он. — Я тренировался, — ответил Слава, не поднимая глаз. — На чём? — На старых платах. У меня дома коробка с запчастями. Элек ничего не сказал. За паяльником Слава почувствовал себя увереннее. Сквип подсказывал, но руки делали сами — и делали хорошо. — Готово, — сказал Слава, откладывая паяльник. Контроллер сидел на месте ровно. Корольков присвистнул. — Отлично. Эл, смотри, он лучше тебя припаял. Тот взял плату, осмотрел. Кивнул. — Качественная работа. Это было похоже на похвалу. Слава почувствовал, как внутри разливается тепло — и не только от Сквипа. — Слушай, Славка, — вдруг спросил Макар, жуя печенье. — А ты правда на олимпиаду идёшь? — Правда. — И какие темы будешь разбирать? — Механику и электродинамику, — ответил Слава. — Оптика и кванты — на следующий год. — А где теорию берёшь? В школе не дают столько. — В интернете. И… один знакомый помогает. Элек поднял голову. — Какой знакомый? Слава почувствовал, как пот выступил на лбу. Сквип мысленно заорал: «Не отвечай! Смени тему! Спроси про квадрокоптер!» — Квадрокоптер на какой частоте будет работать? — спросил Слава. — Два целых четыре гигагерца или пять целых восемь? Серёжа ответил, и тема ушла в сторону. Элек снова склонился над схемой. Но взгляд, который он бросил на Славу перед этим, был красноречивее любого вопроса.