Твари сближают

Утренний свет и новые чувства

Солнечные лучи неохотно пробивались сквозь панорамные окна гостиной, разрезая полумрак квартиры Йоичи длинными золотистыми полосами. На двадцать четвертом этаже мир казался обманчиво спокойным, далеким от ужасов, которые скрывались внизу, в темных углах зараженных зон. Алексис Несс проснулся от непривычного, но удивительно приятного аромата. В носу больше не стоял удушливый, едкий запах разложения и серы, который преследовал его последние двое суток. Вместо этого в воздухе пахло свежезаваренным кофе, поджаренным хлебом и чем-то пряным. Парень медленно открыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Лихорадка, терзавшая его всю ночь, наконец отступила. Благодаря сильным антидотам Организации, легкие больше не обжигало при каждом вдохе, а в теле появилась слабая, но уверенная легкость. Несс сел на кровати, опустив ноги на теплый деревянный пол. Взгляд его упал на стул, где лежала чистая домашняя одежда, которую Исаги оставил для него еще с вечера. Это была простая, объемная черная худи и свободные серые спортивные штаны. Алексис быстро натянул их на себя. Вещи Йоичи были ему слегка велики в плечах, и ткань сохраняла едва уловимый, специфический запах хозяина квартиры — тонкий шлейф дорогого стирального порошка, оружейного масла и прохлады. Этот запах почему-то мгновенно заставил сердце Несса забиться чуть чаще. Когда Алексис робко переступил порог кухни, он застал Исаги у плиты. Профессиональный охотник на адских тварей сейчас выглядел совершенно по-домашнему: в простых черных штанах и облегающей футболке, которая подчеркивала рельефную спину и плечи. Его синие глаза были сосредоточены на сковороде, где аппетитно шкворчал омлет с зеленью и беконом. Метавидение Исаги, похоже, работало даже здесь — он не оборачивался, но точно знал, что Несс вошел. — Доброе утро. Садись за стол, — негромко произнес Йоичи, ловким движением перекладывая готовую еду на две тарелки. — Лихорадка прошла? — Д-доброе утро, Исаги... Да, спасибо. Мне гораздо лучше, — тихо ответил Алексис, послушно присаживаясь на высокий стул у кухонного острова. Он не мог оторвать взгляда от Йоичи. В утреннем свете оперативник больше не казался тем грозным, пугающим палачом в маске, каким Несс увидел его впервые на скотобойне. Сейчас, без тактического жилета и оружия, Исаги выглядел невероятно красивым. Его резкие, правильные черты лица, уверенные движения и глубокие, пронзительные синие глаза притягивали к себе, словно магнит. Несс поймал себя на мысли, что внутри него зарождается совершенно новое, незнакомое ранее чувство. Это был не просто страх или благодарность за спасенную жизнь. Это было восхищение, плавно перерастающее в глубокую, трепетную привязанность. Йоичи стал для него центром вселенной, единственной скалой посреди бушующего океана кошмаров. Алексис смотрел на него с такой нескрываемой нежностью и обожанием, что воздух между ними, казалось, стал осязаемым. Исаги поставил перед ним тарелку и налил кофе. Подняв взгляд, он наткнулся на этот странный, лучащийся теплом взгляд Несса. Йоичи на мгновение нахмурился, чувствуя себя крайне неуютно. Его эгоистичный, заточенный под боевые задачи разум совершенно не понимал, почему этот немецкий парень так на него смотрит. «Может, у него все еще галлюцинации от антидота? — подумал Исаги, садясь напротив. — Или это побочный эффект психологической травмы? Смотрит на меня так, словно я какое-то чудо света». — Ешь, пока горячее, — буркнул Йоичи, отводя глаза и принимаясь за свой завтрак. — Тебе нужно восстанавливать силы. Сегодня весь день проведешь в постели, понял? — Хорошо, Исаги. Как скажешь, — улыбнулся Несс, и в его голосе прозвучала такая искренняя, мягкая покорность, от которой у Йоичи по спине пробежал странный холодок. Они успели съесть едва ли по половине, когда тишину кухни разрезал резкий, пронзительный звук. Это был особый сигнал оповещения на тактическом смартфоне Исаги. Звук, который заставил обоих парней мгновенно замереть.

Тварь из пригорода

Йоичи резко вытянул телефон из кармана. Экран светился тревожным ярко-красным цветом. На дисплее всплывали зашифрованные строки данных, географические координаты и трехмерная тактическая карта. Разлом в пригороде. Красный уровень угрозы. Исаги быстро пробежался глазами по тексту, и его лицо мгновенно посерьезнело, вернув тот самый холодный, рабочий вид. Метавидение в его голове за доли секунды выстроило схему новой угрозы, анализируя присланный аналитиками отчет. — Черт... Еще одна крупная особь, — процедил Исаги сквозь зубы, поднимаясь из-за стола. — Объект №45691. Пригород полностью отрезан. Алексис замер с вилкой в руке, его лицо снова начало бледнеть, а в глазах замелькали тени недавнего прошлого. — Что... что там, Йоичи? — с тревогой спросил он, подаваясь вперед. — Снова что-то страшное? — Крупная особь, — жестко ответил Исаги, уже направляясь в сторону своей спальни, где хранилось снаряжение. — По описанию — уродливое существо огромного размера с неестественно длинной, сегментированной шеей. Тварь невероятно быстрая и прожорливая. Она уже успела полностью пережрать местный пригород, выкосив пару жилых кварталов до того, как Организация успела выставить барьеры. Масштаб катастрофы точно такой же, как и с твоей Трёхногой. Если не хуже. Мне нужно выдвигаться немедленно. Несс поднялся со стула, его сердце бешено заколотилось в груди. Ужас от осознания того, что Исаги снова идет навстречу смертельной опасности, сдавил горло. Но теперь Алексис боялся не за себя. Он до безумия боялся за Йоичи. Мысль о том, что эта длинношеяя тварь может разорвать Исаги, причинить ему боль или убить, причиняла Нессу почти физическую боль. — Нет... Йоичи, подожди! — Алексис бросился за ним в коридор. — Это же слишком опасно! Ты только вчера вернулся с задания, ты не отдохнул! Пусть отправят кого-то другого! Исаги остановился у шкафа с экипировкой и резко повернулся к Нессу. В его синих глазах не было страха — только ледяная решимость хищника, который почуял свою добычу. — Другого? — переспросил Исаги, и его голос прозвучал пугающе эгоистично. — Никто не прочитает это поле боя лучше меня. Никто не найдет уязвимое место этой длинношеей паскуды быстрее, чем мое метавидение. Это моя работа, Несс. И я сделаю её безупречно. А твоя задача — оставаться здесь. Йоичи начал быстро облачаться в свой привычный боевой костюм: плотная черная водолазка, укрепленные карго-штаны. Он затянул ремни тактического жилета, закрепил на бедре кобуру с пистолетом и привычным, отточенным движением зафиксировал за спиной ножны с тяжелой катаной. В конце он взял со стола черную тряпочную маску. Подойдя к Нессу вплотную, Исаги посмотрел на него сверху вниз. Алексис стоял перед ним, сжимая края огромной худи Исаги, его глаза были полны слез и немого моления. На мгновение Йоичи показалось странным, почему этот парень так сильно переживает за него, ведь они знакомы меньше суток. Но времени на размышления не было. — Слушай меня внимательно, Алексис, — Исаги положил тяжелую ладонь на его плечо, слегка сжав его, чтобы заставить сосредоточиться. — Из квартиры — ни шагу. Дверь заблокирована намертво, система безопасности активирована. Еда в холодильнике. Если кто-то будет стучать — не подходи. Наружу не смотреть. Сиди здесь и жди меня. Я вернусь через несколько часов. Понял? Несс судорожно сглотнул, глядя в эти невероятные, холодные глаза. Сила, исходившая от Исаги, немного успокоила его панику, но тревога за его жизнь никуда не делась. — Обещай... обещай, что вернешься, — прошептал Алексис, неосознанно накрывая ладонь Исаги своей ладошкой. — Пожалуйста, Йоичи. Вернись живым. Йоичи удивленно моргнул, чувствуя тепло его пальцев. Внутри него снова шевельнулось то самое непонятное чувство, но он быстро загнал его вглубь своего разума. — Я никогда не проигрываю, — коротко отрезал Исаги, натягивая маску на лицо. Он развернулся, подхватил тактический кейс для сбора биоматериалов и вышел из квартиры. Электронный замок на тяжелой двери издал тройной клик, запечатывая помещение.

Ожидание в черных тонах

Квартира мгновенно погрузилась в звенящую, давящую тишину. Алексис остался стоять посреди просторного коридора совершенно один. Он медленно опустился на пол, поджав колени к груди и уткнувшись в них лицом. Уходить из этого места Несс даже и не думал. Куда ему идти? Его дома больше не существовало, его мать была мертва, а весь его прежний мир сгорел в синем пламени адского разложения. Но здесь, в этих стерильных стенах, была зона безопасности. И самое главное — здесь было все, что напоминало об Исаги. Алексис посильнее закутался в огромную черную худи Йоичи. Ткань все еще хранила тепло тела оперативника. Несс натянул просторный воротник до самого носа, глубоко вдыхая запах Исаги. Этот аромат — смесь пороха, металла и легкого мужского парфюма — действовал на его измученную психику как самый лучший наркотик. Парень закрыл глаза, представляя, как Йоичи сейчас мчится на своем бронированном внедорожнике к пригороду, как он обнажает свою катану и включает свое пугающее, но такое завораживающее метавидение. «Он такой сильный... такой эгоистичный и прекрасный», — думал Алексис, чувствуя, как его сердце сжимается от сладкой, но мучительной тоски. Это была чистая, безусловная влюбленность, вспыхнувшая на обломках его прошлой жизни. Несс понимал, что для такого профессионала, как Исаги, он сейчас всего лишь обуза, гражданский объект под охраной. Но Алексис был готов на все, лишь бы оставаться рядом с этим черным силуэтом, лишь бы снова видеть эти пронзительные синие глаза. Время тянулось невыносимо медленно. Один час, два, три... Несс не находил себе места. Он ходил по огромной гостиной, то и дело поглядывая на запертую входную дверь. Каждый шорох за окном, каждый стук капель дождя по стеклу заставлял его вздрагивать. В его воображении то и дело возникали жуткие картины: огромная тварь с длинной шеей, уворачивающаяся от ударов катаны, кровь, кости... Алексис судорожно сжимал ткань худи на своей груди, безмолвно молясь о том, чтобы эгоизм Йоичи снова оказался сильнее адского голода монстра. Парень подошел к панорамному окну и прижался лбом к холодному стеклу. Где-то там, далеко за горизонтом, Исаги Йоичи сейчас вел свою очередную смертельную игру. И Несс знал, что когда эта дверь снова откроется, он сделает все возможное, чтобы стать для этого холодного охотника кем-то большим, чем просто спасенный гражданский.