Поезд в пустошь

Лестница наверх была узкой, с крутыми железными ступенями, которые дрожали под ногами при каждом шаге. Трисс шла первой, чувствуя за спиной тяжёлое, размеренное дыхание Эрика. Когда они наконец толкнули тяжёлую металлическую дверь и вышли наружу, яркий солнечный свет ударил в глаза, заставляя зажмуриться. День был в самом разгаре. Солнце стояло высоко над пустошами, заливая разрушенный город беспощадным белым светом. Когда-то это место называлось Чикаго. Теперь от него остались лишь искалеченные скелеты небоскрёбов, торчащие в небо, словно обломанные кости. Вокруг павильона тянулись полосы потрескавшегося асфальта, ржавые остовы машин и провалы в земле, заросшие сухой серой травой. Воздух пах раскалённым металлом, пылью и чем-то тревожным. Так пахнет место, где выживание давно стало важнее нормальной жизни. Макс уже ждал их наверху. Он стоял у края бетонной платформы, щурясь на солнце и разглядывая разрушенный город так, словно всё вокруг принадлежало ему. - О, а вот и наши звёзды, - сказал он, потирая руки. -Вид бодрый. Это хорошо. Адреналин - лучший грим, его не купишь. Он подошёл ближе, внимательно переводя взгляд с Трисс на Эрика. Будто проверял результат эксперимента. - На сегодня у меня осталась ещё одна сцена. Маленькая. Всего один штрих, чтобы закрепить ваше… знакомство. Макс поднял голову к солнцу и недовольно поморщился. -Но сейчас свет слишком жёсткий. Тени всё убивают. Он посмотрел на часы. -Так что у вас есть перерыв. Поешьте, приведите себя в порядок. В три часа жду вас здесь. И пожалуйста… - он усмехнулся, - без побегов. Макс повернулся к Эрику. -Проследи, чтобы наша героиня не сбежала обратно к своим отчётам. Эрик коротко усмехнулся. -Она не сбежит. Он сказал это спокойно. Но в его голосе было что-то такое, от чего по спине Трисс прошёл неприятный холод. Макс, кажется, остался доволен этим ответом. Он что-то насвистывал себе под нос, пока вместе с операторами и остальной съёмочной группой уходил в сторону вагончиков. Постепенно площадка опустела. Шум голосов отдалялся. Солнце палило всё сильнее. Трисс осталась стоять у края платформы, глядя на разрушенный город перед собой. Два часа. Два часа тишины перед следующей сценой. И почему-то ей казалось, что самое сложное в этой игре начинается именно тогда, когда выключаются камеры. Несколько секунд они стояли молча. Эрик первым отвёл взгляд от уходящей съёмочной группы. - Я знаю одно место неподалёку, - сказал он неожиданно. Трисс нахмурилась. - Что? - Забегаловка. Нормальная еда. Не та дрянь, которой кормят съёмочные группы. Он говорил спокойно, будто между ними вообще ничего не произошло. - Пойдём. Я угощаю. Трисс посмотрела на него с подозрением. - С чего вдруг такая щедрость? Эрик пожал плечами. - Голодные люди хуже играют. Она едва заметно усмехнулась. - А я думала, тебе нравится, когда люди страдают. На секунду в его глазах мелькнуло что-то странное. Почти усталость. Но исчезло так быстро, что Трисс решила, что ей показалось. - Страдание быстро надоедает, - спокойно ответил он. - Особенно чужое. После этих слов он просто развернулся и пошёл вперёд, даже не проверяя, идёт ли она следом. Трисс осталась стоять на месте ещё на несколько секунд. Это могло быть: издевательством, очередной игрой, или проверкой. Но желудок неприятно сжался от голода. А ещё сильнее её раздражало то, что ей стало любопытно. Она тихо выдохнула и пошла за ним. Догнав Эрика, Трисс заметила: впервые с момента знакомства он двигался не как человек, играющий роль. А как тот, кто наконец перестал притворяться....