Моя Добыча

Эмили отправляется в клуб, надеясь, что грохот басов и плотная толпа вытеснят из головы лицо Алекса и те мерзкие сообщения, что она удалила, но не смогла забыть. Красное платье облегает её тело как вторая кожа, короткий подол едва прикрывает ягодицы, оставляя ноги почти полностью открытыми. Она заказывает два шота текилы подряд — горькая жидкость обожигает горло, разливается теплом в животе, расслабляя мышцы и притупляя тревогу. Она выходит на танцпол, где стробоскопы рвут темноту вспышками света. Музыка давит на грудную клетку, вибрирует в костях. Эмили закрывает глаза и начинает двигаться в такт, покачивая бёдрами, проводя ладонями по собственным бёдрам, зарываясь пальцами в волосы. Она чувствует себя свободной — хотя бы на несколько минут. Из тени, у колонны, за ней наблюдают. Алекс стоит неподвижно, почти сливаясь с чернотой, и только белки глаз светятся голодным блеском, когда прожектор выхватывает его лицо. Он смотрит, как она изгибается, как платье задирается выше, открывая край трусиков, и его член набухает, упираясь в ширинку. Он представляет, как валит её прямо здесь, на грязный пол, задирает это дурацкое платье до пояса и вбивается в её киску грубыми, резкими толчками, заставляя её кричать в гул динамиков. Как сжимает её горло, пока она хватает ртом воздух, и кончает глубоко внутрь, смешиваясь с её слезами. Он двигается сквозь толпу, плечами расталкивая потные тела. Подходит вплотную сзади, когда она отклоняется назад. Его пальцы скользят по её пояснице, на мгновение задерживаются на ягодице, сжимают мягкую плоть сквозь тонкую ткань. Эмили дёргается, но не оборачивается — темнота и алкоголь сделали своё дело, она решает, что это случайное прикосновение в тесноте, и продолжает танцевать, раскачивая бёдрами ещё сильнее. Алекс усмехается в полумраке. Его ладонь снова ложится ей на талию, скользит вниз по бедру, затем вверх — уже смелее, почти нагло. Он прижимается пахом к её ягодицам, давая почувствовать твёрдость своего возбуждения сквозь тонкую ткань брюк. Затем наклоняется к её уху, обжигая горячим дыханием мочку, почти касаясь губами. — Ты так красиво двигаешься, — шепчет он, но музыка заглушает слова, оставляя только интимное дуновение. Эмили замирает. Внутри всё обрывается. Этот голос, это дыхание — она знает его, хотя пытается убедить себя, что ошиблась. Она резко оборачивается, но в мельтешении прожекторов видит лишь тень, которая уже растворилась в толпе. Сердце колотится, лёгкие сжимаются. Паника накрывает волной, стирая алкогольное опьянение. Она проталкивается сквозь танцующих, выбегает к бару, хватает стакан воды, но руки дрожат так, что жидкость расплёскивается. Она решает уйти. Накидывает кожаную куртку на плечи и направляется к выходу, чувствуя, как чей-то взгляд сверлит спину. В кармане вибрирует телефон. Она открывает сообщение — тот же скрытый номер, и содержание заставляет её похолодеть. 💬 Твоя задница в этом платье — просто мечта. Хочу зарыться лицом между этих ягодиц, раздвинуть их и вылизать тебя до мокрого блеска. А потом трахнуть так, чтобы ты забыла своё имя. Пальцы немеют. Она делает шаг к двери — новое сообщение: 💬 Сиськи красиво подпрыгивают, когда ты танцуешь. Интересно, как ты будешь прыгать на моём члене? Я заставлю тебя кричать, сука. Я всё вижу. Не пытайся спрятаться. Эмили выбегает на улицу, в холодный воздух. Глаза щиплет от слёз. Она оглядывается на вход в клуб, но там только очередь и вышибалы. Её трясёт.