The Quiet Storm.

Рано утром близнецы спустились на кухню. Дурсли уже сидели за столом и смотрели новенький телевизор, подаренный Дадли по окончании учебного года, чтобы сыночек смотрел мультфильмы рядом с холодильником. И теперь Дадли весь день проводит на кухне. Маленькие поросячьи глазки прилипли к экрану, а пять подбородков работают без остановки. Гарри сел между Дадли и дядей , а Виола тихо опустилась на свободный край скамьи по другую сторону. С днём рождения их никто не поздравил, даже доброго утра не пожелали — делают вид, что их нет. Подумаешь! Им к этому не привыкать. Виола взяла гренку и глянула на экран, где говорили о сбежавшем преступнике:«Блэк вооружён и очень опасен. Увидев его, немедленно сообщите властям по специально созданной горячей линии». — Без вас понятно, что негодяй! — крякнул дядя Вернон, глядя на преступника из-за газеты. — Да вы посмотрите, на кого похож этот грязный бездельник! Взгляните на его патлы! Он метнул злой взгляд на племянников, чьи растрёпанные волосы вечно повергали в гнев прилизанных Дурслей. Тёмные, непослушные вихри Гарри и ярко-рыжие волнистые кудри Вайолет всегда раздражали дядю. Но дядя не прав, у беглеца причёска куда хуже. Волосы такие длинные и спутанные, что худого, бледного лица почти не видно. Тем временем диктор сменил тему. «Сегодня Министерство сельского и рыбного хозяйства объявляет…» — Идиот! — презрительно глядя на диктора, рявкнул дядя Вернон. — Хоть бы сказал, откуда сбежал этот маньяк! И вообще, какой прок в этой горячей линии?! А вдруг этот псих сейчас бродит по нашей улице?! Тётя Петунья, худосочная блондинка с лошадиным лицом, подлетела к окну. «А…надеется увидеть преступника и позвонить на горячую линию», — подумал Гарри, и Виола мысленно разделила с ним эту ироничную догадку. На целом свете не сыщешь столь любопытной дамы. Всю жизнь только и делает, что следит за соседями — такими же благопристойными занудами. — Да неужели непонятно, — дядя обрушил на стол багровый кулачище, — таким людям дорога одна — на виселицу! — Что верно, то верно, — кивнула тётя Петунья, не отрывая взора от зарослей вьющейся фасоли на соседнем участке. Дядя Вернон допил чай и взглянул на часы. — Ну, я пошёл, Петунья. Поезд Мардж прибывает в десять часов. — Тётушка Мардж?! — не подумав, вскрикнул Гарри. — Она…она…сегодня приедет?! Тётушка Мардж — сестра дяди Вернона, и с Гарри и Вайолет родственными узами не связана. Однако близнецов всю жизнь заставляли звать её тётушкой. Она живёт в пригороде в особняке с садом и разводит бульдогов. Тётушка Мардж — не частый гость на Тисовой улице — расставание с прелестными собачками для неё невыносимо. Но в каждый её приезд Гарри и Виоле впору лезть на стену. Гарри помнил приезд тётушки на пятилетие Дадли. Мальчики побежали наперегонки, и Гарри обогнал толстяка, за что получил от тётушки Мардж тростью по ноге. А года через два тётушка заявилась на Рождество. Дадли подарила игрушку — электронного робота, а Гарри — коробку собачьего печенья. Вайолет тогда досталась старая, полинявшая лента для волос, которую Мардж нашла в своей конуре. Последний визит она нанесла за год до поступления в Хогвартс. Тогда Гарри серьёзно пострадал. Он нечаянно наступил на лапу её любимой собаке — Злыдню. По итогу Бульдог гонял не только Гарри по саду, но и Виолу так как она не могла оставить своего брата одного с этой собакой, эти догонялки так продолжались если бы Гарри с Виолой не залезли на дерево, где и просидели до глубокой ночи..тётушка и не подумала отозвать пса. Вспоминая об этом, Дадли и сейчас хохочет до колик. — Мардж погостит у нас неделю, — пробасил дядя Вернон, — а вы, — ткнул он в Гарри толстым пальцем, а затем перевёл тяжёлый взгляд на Виолу, — слушайте меня внимательно! С Мардж вы будете предельно вежливы! Только попробуйте её нагрубить! Поняли?! — Хорошо, — уныло выдохнул Гарри. Вайолет лишь молча кивнула и скзаала. — Но пусть и она нас не трогает. Дядя Вернон пропустил её слова мимо ушей. — Далее. Мардж ничего не знает о вашей… э-э…ненормальности…И покуда она здесь, никакой магии, никаких заклинаний и не выпускайте свою сову! Ведите себя прилично! Поняли меня?! — Мы будем себя прилично вести только в том случае, если она будет так же нормально с нами себя вести. — стиснув зубы, сказала Виола, она уже устала что каждый раз приезд тетушки обращается в их личный ад. Лицо дяди Вернона багровело от злости, но он продолжил. — И наконец, мы сказали Мардж, что ты , Гарри ходишь в школу для трудных, ну, в общем, безнадёжных подростков имени святого Брутуса. — Что?! — ахнул Гарри. Врать, что он учится с преступниками?! Виола возмущённо выпрямилась, её зелёные глаза опасно блеснули, если они выдумали подобное для Гарри неужели и для неё подобная школа припослась. — Мальчик, замолкни и запомни что я скзаал. Не то тебе будет худо, — брызнул слюной дядя. Побледнев, Гарри уставился на дядю. Тётушка Мардж приезжает на целую неделю! Да-а, Дурсли устроили незабываемый день рождения Поттерам. По сравнению с этим подарок в виде старых носков дяди Вернона — просто мечта! — Ну, а теперь…пора ехать, Петунья, я поехал, — сказал дядя, тяжело поднимаясь со стула. — Дадли, не хочешь прокатиться со мной? — Не-а, — замотал головой Дадли. — Дадлик, пойди переоденься. — Тётя ласково погладила сыночка по жидким светлым волосам. — Мама купила своему мальчику такую красивую бабочку! Ах! Тётушка будет в восторге! Дядя хлопнул Дадли по толстому плечу.— Я скоро вернусь, — попрощался он и вышел из кухни. Гарри сидел понурив голову. Он был вне себя. Вайолет сидела напротив, разделяя с ним это мрачное утро, как вдруг его озарило. Отбросив гренку, Гарри пулей вылетел в холл, Виола поднялась и побежала за ним понимая что он задумал. Дядя Вернон уже натягивал пальто. — Вас я с собой не звал, — буркнул дядя. — Мы не за этим, — твёрдо сказал Гарри. — Хочу вас кое о чём попросить. Дядя Вернон прищурился. — Третьекурсникам в Хог… то есть в нашей школе разрешено посещать одну деревню, — произнёс Гарри. — А я при чём? — зашипел дядя, снимая с крючка ключи от машины. — Но нам надо ваше разрешение. — С какой стати, интересно? — хмыкнул дядя Вернон. — Понимаете, — осторожно начал Гарри, — нам ведь нелегко будет притворяться, что я учусь в школе святого… — В школе для трудных, с криминальными наклонностями подростков имени святого Брутуса, — закончил за него дядя Вернон. — Именно, — ответил Гарри, глядя на покрасневшего дядю. — Но это сложно запомнить, и чтобы тётушка Мардж поверила, придётся постараться, иначе я могу проговориться. — Тогда я из твоей башки выбью всю дурь!!! — Сжав кулак, дядя двинулся на Гарри, но тот и не шелохнулся. — Ну и выбивайте! Тётушка всё равно сказанного мной не забудет! Дядя Вернон оторопел — кулак повис в воздухе, лицо исказила гримаса. — Но если вы подпишете разрешение, — быстро сказал Гарри, — то, клянусь, я запомню эту школу и буду вести себя как магл, то есть как хороший мальчик, моя сестра так же не проговорится не одним словом и пребывание в этом тети Мардж пройдет без шокирующих фактов о нас. Дядя стянул зубы и задумался. Жилка у него на виске запульсировала. — Ладно, — наконец изрёк он. — Если вы двое будете вести себя как надо, я подпишу её, но если поговоритесь сладкой жизни не ждите. Дядя ушел хлопнув дверью так что окна затрепетали. Вайолет поднялась на второй этаж и подошла к клетке: Букля и Стрелка, которая уже оправилась от перелёта, спали, спрятав под крыло голову. Гарри тоже подошел к клетке разбудив сов и заговорил. — Букля, — жалобно молвил он, — вам со Стрелкой придётся улететь. Только на неделю. Я Рону напишу, он присмотрит за тобой. Ну не надо так смотреть, ради бога! — В больших янтарных глазах Букли читался упрёк. — Я не виноват! Мы только так можем получить разрешение, чтобы с друзьями ходить в Хогсмид. Гарри написал Рону письмо, привязал к лапе Букли, и минут через десять совы вылетели из окна. Вайолет помогла убрать пустую клетку в шкаф. Скучать им долго не пришлось. Вскоре весь дом огласили крики тёти Петуньи. — Когда прибудет тётушка, немедленно выходите здороваться! И Гарри, пригладь свои патлы, неряха! Вайолет удивилась что подобные слова были обращены только к её брату, а не к ней..это странно ведь её волосы вечно вызывали недовольство Дурслей, но она все равно молча заплела их в тугую косу, чтобы не давать лишнего повода для придирок. Немного погодя зашуршал гравий, хлопнули дверцы машины, в саду раздался топот. Приехали. — Открой дверь! — зашипела тётя Петунья. С тяжёлым сердцем Гарри повиновался. На пороге стояла тётушка Мардж. Эта краснолицая, внушительной комплекции дама очень походила на дядю Вернона. У неё были даже усы, правда, не такие пышные, как у дяди. В одной руке она держала здоровенный чемодан, второй прижимала к груди старого, угрюмого бульдога. — А где мой ненаглядный Дадли? — хрипло гаркнула тётушка. — Где мой медвежонок? В коридоре появился толстяк Дадли. Соломенные волосы прилизаны, из-под пяти подбородков торчит галстук-бабочка. Швырнув тяжеленный чемодан прямо в сторону Вайолет, так что девочке пришлось поспешно отскочить к стене. Тётушка Мардж подбежала к Дадли и, потискав его одной рукой, смачно чмокнула в щёку. Гарри прекрасно знал, что её объятия Дадли терпит лишь потому, что тётушка ему за это платит. И действительно, когда обнимающие руки разжались, в кулаке толстяка хрустнула бумажка. Вайолет, с трудом сдерживая возмущение, наклонилась и подняла брошенный в её сторону багаж с пола. — Петунья! — воскликнула тётушка и двинулась к ней. На Гарри и Вайолет она даже не взглянула. Они оба были для неё пустым местом. Тётушки поцеловались, Мардж прижалась массивной челюстью к впалой щеке тёти Петуньи. Появился и дядя Вернон. — Мардж, не хочешь ли чашку чая? — предложил он. — А что желает Злыдень? — Злыдень желает испить чаю из блюдечка, — ухмыльнулась тётушка Мардж. Семейка отбыла на кухню, а Гарри и Вайолет остались в коридоре с тяжеленным чемоданом. — «Это ничего, хорошо, что ушла», — подумал Гарри передав эти же мысли своей сестре и вместе с ней потащил чемодан в спальню, приготовленную для тётушки Мардж. Когда они вернулись в кухню, тётушка уже попивала чай с фруктовым тортом, а в углу Злыдень шумно лакал чай из блюдца. Пол вокруг был забрызган слюной и чаинками. Тётя Петунья была явно не в восторге. Эта блюстительница чистоты терпеть не могла животных. — Послушай, Мардж, а кто присматривает за другими собаками? — полюбопытствовал дядя Вернон. — Полковник Фабстер, — загудела тётушка. — Он вышел на пенсию, и ему всё равно делать нечего. Но моего бедного старичка я на него оставить не могу. Злыдень так без меня грустит, так грустит. Близнецы тихо сели за стол, и собака тут же яростно зарычала в их сторону. Тётушка Мардж повернулась и тут как бы впервые заметила близнецов Поттер. — Ага! — рявкнула она. — Вы всё ещё здесь?— Да, — кивнул Гарри. — Да? — передразнила тётушка. — Неблагодарные. Вернон и Петунья столько сделали для вас! А вы... — Мардж перевела тяжёлый, презрительный взгляд на притихшую Вайолет. — С каждым годом она становится всё страшнее и хуже, совсем невоспитанная девка! Если бы вас оставили на моём крыльце, я бы сразу отправила в детский дом! «В детском доме было бы куда лучше, чем здесь, у Дурслей», — вертелось на языке у Вайолет. «Молчи, Гарри, молчи, помни об уговоре», — Виола как могла мысленно успокаивала брата и в ответ на это , он выдавил некое подобие улыбки. — Ах, он ещё и ухмыляется! — возмутилась тётушка. — Совсем не изменился, грубиян! А я-то, я-то надеялась, что хоть в школах вас перевоспитают! Тётушка одним глотком осушила полчашки чая, вытерла усы и продолжила. — Кстати, Вернон, это что за школа-то? Куда ты их определил? — Мальчишку — в исправительное заведение имени святого Брутуса, — не замедлил с ответом дядя. — Самое подходящее место для таких безнадёжных случаев. А её — в закрытую строгую школу для девчонок. Чтобы под суровым надзором была, а то, не дай бог, принесёт чего в подоле в один прекрасный день от подобного себе. — Превосходно, Вернон! Мудрое решение! — одобрительно загудела Мардж. Тётушка повернулась к Гарри. — А в этой школе для паршивцев розгами-то хоть лупят? — Ну-у... Дядя Вернон коротко кивнул ему из-за широкой спины тётушки Мардж. — Да, — кивнул Гарри. Потом решил, что говорить надо подоходчивей, и добавил. — Лупят, всё время лупят. — И правильно делают. — Тётушка Мардж хлопнула по столу. — Всё это чепуха, что, мол, детей, пусть и хулиганов, нельзя пороть. Да из сотни придурков девяносто девять заслуживают порку! Не сомневаюсь, тебе там достаётся часто! — Да-да, — кивнул Гарри, — очень часто. Тётушка Мардж прищурилась. Вайолет почувствовала, как внутри неё всё сжимается от этой несправедливой лжи. — Не нравится мне, как ты разговариваешь, — процедила она. — Что-то ты слишком спокойно рассказываешь про наказания. Сдаётся мне, слабовато тебя там лупят. На твоём месте, Петунья, написала бы я в школу письмо с просьбой драть этого паршивца посильнее. Такие, как он, требуют особо строгого обращения. Дядя Вернон забеспокоился. — Мардж, ты смотрела утренние новости? — поспешил он разрядить обстановку. — Что думаешь о сбежавшем преступнике? Так вот и поселилась тётушка Мардж на Тисовой улице. И Виола вдруг поняла, что до неё всё шло не так уж и плохо. Дяде Вернону и тёте Петунье близнецы старались не попадаться на глаза, и это всех устраивало. С тётушкой Мардж такое не пройдёт — постоянно требует находиться при ней, чтобы досаждать нравоучениями. И хлебом не корми, дай сравнить его и притихшую Вайолет с Дадли. Особенно нравилось ей заваливать толстяка дорогими игрушками. Подарит и смотрит на Гарри и Виолу — ждёт, что они спросят. «Тётушка Мардж, а мне что?» И всё время нудит, какое Гарри бесполезное, пропащее существо, и какая Вайолет неряшливая, невоспитанная девка. Со дня приезда тётушки Мардж прошло три дня. Все обитатели дома № 4 по Тисовой улице сидели за обеденным столом. — Ты не виноват, Вернон, что мальчишка неисправим и девчонка растёт ничуть не лучше, — утешала тётушка Мардж брата. — Что поделать, коль они оба уже родились с гнильцой. От негодования у Гарри задрожали руки, к лицу прилила кровь. Вайолет, сидевшая рядом с ним, до боли сжала под столом кулаки, борясь с желанием высказать всё, что думает. «Помни об уговоре и молчи, думай о Хогсмиде. Не обращай на неё внимания», — внушали они себе, уставившись в тарелку. Тётушка налила в бокал вина и провозгласила. — С собаками тоже всегда так. У дурной суки — дурные щенки! Едва она произнесла эти слова, как бокал в её руке взорвался. По всей кухне разлетелись осколки. Тётушка заморгала, что-то бормоча, по багровому лицу потекло вино. — Мардж! — закричала тётя Петунья. — Мардж, ты в порядке?! — Да не волнуйся, Петунья, — тётушка вытерла лицо салфеткой, — я просто очень сильно сжала бокал. На днях у Фабстера точно так же перестаралась. Но тётя с дядей не сводили с Гарри и Вайолет подозрительных взглядов. От греха подальше Гарри выскочил в коридор, не дождавшись десерт, а Виола бесшумно последовала за ним. Тяжело дыша, он прислонился к стене. Вайолет замерла рядом и думала. Нельзя, нельзя так злиться! Вот уже вещи взрываются! Не дай бог, что-нибудь ещё произойдёт! Ладно Хогсмид, а если узнают в Министерстве магии?! Им законом запрещено заниматься колдовством за пределами школы. Услышав, как Дурсли встают из-за стола, они поспешно ушли к себе в комнату. Следующие три дня прошли спокойно и наконец-то настал последний день пребывания тётушки Мардж на Тисовой улице. По такому случаю тётя Петунья накрыла праздничный стол, а дядя Вернон откупорил бутылки с вином. Все так увлеклись супом и жареной форелью, что на Гарри и Вайолет никто не обращал внимания. На сладкое был лимонный торт-безе, но удовольствие всем испортил дядя нудным рассказом о дрелях, которые производила его фирма «Граннингс». Потом тётя Петунья подала кофе, а дядя Вернон принёс бутылку бренди. — Мардж, не соблазнишься, а? Тётушка выпила уже не один бокал вина, и лицо у неё налилось кровью. — Плесни чуток, — хрипло хихикнула она, протягивая рюмку. — Ну что так мало? Лей ещё...ещё…Ага, вот теперь достаточно. Дадли лопал четвёртый кусок пирога, тётя Петунья держала чашку кофе, оттопырив мизинец. Гарри собрался уходить, но дядя Вернон так сердито на него посмотрел — пришлось остаться. Вайолет продолжала неподвижно сидеть на своём стуле. — Уф!.. — Тётушка облизнулась, поставив на стол пустую рюмку. — Потрясающий ужин, Петунья! Мне, с дюжиной бульдогов, готовить некогда. Дома ем готовое из магазина. Смачно рыгнув, она похлопала себя по животу. Под твидовым пиджаком ему было явно тесновато. — Прошу прощения. — сказала она и продолжила — Люблю я упитанных мальчиков! — Тётушка подмигнула Дадли. — Ты, Дадлик, вырастешь и будешь так же крепко стоять на ногах, как папа! Ну-ка, Вернон, налей ещё бренди! — Пожалуйста. Тётушка мотнула головой в сторону Гарри, и у того ёкнуло сердце. Вайолет, сидевшая рядом, почувствовала, как по её собственной руке пробежало ледяное покалывание — гнев брата становился неуправляемым. — Фу, скелет! Смотреть противно! — Тётушка Мардж брезгливо кивнула сначала на Гарри, а затем и на Вайолет. — Подобные особи встречаются и у собак. Год назад я сказала Фабстеру утопить одного недоноска. Такой же был слабак! Всегда говорила: дурная кровь — дело безнадёжное. Рано ли, поздно ли, она даст о себе знать! Я ничего не хочу сказать плохого о твоей семье, Петунья, — тётушка хлопнула ладонью величиной с лопату по костлявой руке тёти Петуньи, — но согласись, сестра у тебя была никудышная! Всю семью опозорила! Сбежала с каким-то прохвостом, и вон смотрите, что получилось! Гарри и Вайолет одновременно уставились в свои тарелки. В ушах зазвенело. Голос тётушки Мардж сверлил голову не хуже дрелей дяди Вернона. Тётушка схватила бутылку бренди, плеснула себе ещё и забрызгала скатерть. — А я ведь совсем ничего не знаю про старшего Поттера. Кем хоть он был? Работал ли? Лица у дяди с тётей так сильно напряглись, что Дадли оторвался от пирога и с удивлением глянул на родителей. — Он не работал. — Тяжело вздохнув, дядя покосился на Гарри. — Он был безработным. Тётушка опустошила полрюмки. — Неудивительно. Бездельник! — Она вытерла подбородок рукавом пиджака. — Нищий дурак, который... — Ложь, — вдруг отчеканил Гарри. В комнате воцарилась тишина. Вайолет тоже сжала кулаки, готовая поддержать брата. Никогда ещё он не был так зол. — Марш спать! — шикнул он на Гарри. — Нет, Вернон! — Тётушка Мардж икнула, выбросив вперёд руку. Крошечные, налитые кровью глазки впились в Гарри. — Продолжай, мальчишка. Ты, я вижу, гордишься своими родителями? Бедные! Погибли в аварии, меньше пить надо было и прожили бы дольше! Неожиданно для себя самого Гарри вскочил со стула. Вайолет резко поднялась вслед за ним. — Они погибли не в автомобильной аварии! — закричал он. — Нет, в аварии, маленький гадёныш!!! — От ярости она надулась как индюк. — И взвалили тебя на добрых людей! А ты, неблагодарный... Она замолчала, будто поперхнулась. Её продолжало раздувать. Полное красное лицо опухло, крошечные глазки полезли из орбит, а рот растянулся до ушей. Твидовый пиджак лопнул, и пуговицы со свистом разлетелись в стороны. Скоро тётушка превратилась в громадный воздушный шар. Юбка лопнула, живот вывалился наружу, а пальцы растопырились, как огромные сосиски. — Мардж!!! — хором закричали тётя с дядей. Тётушку оторвало от стула, и она поплыла к потолку. Она была совсем круглая, как надувная игрушка, руки-ноги безвольно колыхались, глаз почти не видно, из груди рвалось тяжкое пыхтение. Тётушка Мардж, превратившаяся в гигантский воздушный шар, издавала лишь невнятные звуки, напоминающие лай, пока дядя Вернон пытался её поймать, а Вайолет и Гарри стояли, не в силах поверить в происходящее. «Гав-гав-гав!!!» В комнату вбежал ошалевший Злыдень. — Прекрати!!! — Дядя схватил тётушку за ногу и едва не взлетел сам. А Злыдень кинулся на дядю и тяпнул его за ногу. Воспользовавшись суматохой, Гарри и Вайолет пулей выскочили из столовой. Брат помчался в чулан под лестницей, на ходу вытаскивая шпильку из волос сестры. Ловким движением руки он отпер дверь, схватил свой чемодан, а так же семодан сестры и бросил их на порог. Виола в это время уже ринулась наверх, в их общую комнату. Она вынула спрятанные подарки и начала лихорадочно выгребать учебники из их «тайника». Схватив наволочку с их общими сокровищами, подарками и письмами, она не забыла пустую птичью клетку и бросилась вниз к входной двери, где её уже ждал Гарри. В этот миг из столовой выскочил дядя Вернон, одна из его брючин превратилась в кровавые лоскуты из-за зубов разъяренного бульдога. — Вы куда!!! — возопил он, переводя бешеный взгляд с Гарри на Вайолет. — Сейчас же вернитесь и приведите тётку в порядок!!! Но им уже было всё равно. Внутри них кипел чистый, неудержимый гнев, а страх перед Дурслями испарился без следа. Они были готовы на любое безрассудство. Пинком открыв чемодан, Гарри уложил туда вещи, которые принесла Виола, вынул из кармана свою волшебную палочку и нацелил её прямо на дядю. Вайолет стояла плечом к плечу с братом, скрестив руки на груди. — Она получила по заслугам! — сказал он и, отдышавшись, ледяным тоном добавил. — Не смей подходить. Гарри нашарил за собой дверную ручку и рванул её на себя. — Мы уходим, с нас хватит! — твердо бросил он. Ещё миг, и Гарри вместе с Вайолет очутился на тёмной пустынной улице. Ночной воздух приятно охладил разгоряченные лица. Волоча тяжёлые чемоданы с клеткой под мышкой близнецы Поттер зашагали прочь, навсегда покидая дом Дурслей. Пройдя несколько кварталов, Вайолет начала ощущать сильную усталость. Ярость, которая вела её вперёд, уступила место изнеможению от тяжёлой поклажи. Рядом пыхтел Гарри, упрямо волоча свой багаж. Увидев невысокую ограду на улице Магнолий, девочка обессиленно опустилась на холодный камень. Брат молча поставил чемодан и присел рядом. Вайолет сидела неподвижно, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Тьма сгущалась, и внутри медленно зарождалось отчаяние. В какую сторону ни посмотри — они оказались в ловушке. Среди маглов идти некуда, а мир волшебников теперь казался потерянным навсегда. Накатила паника: ведь Гарри применил мощное колдовство. Прощай, Хогвартс? Министерство сурово карает за магию вне школы. Девочка с опаской поглядывала на ночное небо, ожидая, что вот-вот из темноты вылетит министерская сова с приказом об исключении. Она огляделась по сторонам, размышляя, что их ждёт. Полное изгнание или арест? Вспомнив о Роне и Гермионе, Вайолет горько усмехнулась — друзья, узнай они о беде, примчались бы на выручку вопреки всем запретам. Но они слишком далеко. Даже Букли нет рядом, чтобы отправить весточку. В кармане Вайолет нащупала лишь мешочек с жалкими остатками денег. Вся их основная наличность — родительское золото — хранилась в подземных сейфах банка «Гринготтс» в Лондоне. Пешком туда не добраться. Гарри в это время судорожно сжимал в руке свою волшебную палочку. Вайолет, заметив его жест, нахмурилась. Если их уже выгнали, то терять больше нечего, можно наколдовать что-нибудь ещё. От родителей им досталась вещь колоссальной ценности — Мантия-невидимка. Вайолет лихорадочно соображала: если облегчить чарами их два чемодана, привязать к мётлам и укрыться мантией, они смогут незаметно долететь до столицы, забрать золото и скрыться, живя отшельниками. Это лучше, чем ждать рассвета и объясняться с магловской полицией, которая точно заинтересуется подростками, бродящими ночью с клеткой и странными книгами. — Помоги мне, — скомандовала Вайолет брату, решительно потянувшись к замкам чемодана, чтобы достать мантию. Вдруг ей явственно показалось, что из темноты за ними кто-то пристально наблюдает. Девочка резко выпрямилась, и по спине пробежал ледяной холод. Улица была абсолютно пуста и безмолвна. Наклонившись над вещами, Вайолет снова замерла — в узком пространстве между каменной изгородью и гаражом явно кто-то шевелился. — Гарри, там кто-то есть, — тихо, но твёрдо шепнула она, заставляя брата обернуться и вскинуть палочку. — Ну же, покажись! Люмос! — выкрикнул Гарри. Кончик его палочки вспыхнул ослепительным, резким светом, заставив Вайолет на секунду зажмуриться. Яркий луч выхватил из темноты стену гаража, часть газона и очертания чего-то колоссального, массивного. Из темноты на близнецов преданно и жутко смотрели два огромных блестящих глаза. От неожиданности Гарри резко отшатнулся, споткнулся о чемодан Вайолет и с глухим стуком полетел в канаву, выронив палочку. В ту же секунду тишину разорвал оглушительный, оглушающий рёв автомобильного мотора. Вайолет заслонила глаза рукой от внезапного резкого света. Прямо из воздуха, подняв тучи брызг, возник гигантский трёхэтажный автобус ярко-фиолетового цвета. На лобовом стекле золотом горела надпись:  «Ночной Рыцарь». «Кажется, мы сходим с ума», — отрешённо подумала Вайолет, но тут дверцы распахнулись. Из салона бойко выскочил юноша в аккуратной бордовой форме кондуктора. — Добро пожаловать! Это транспорт для ведьм и волшебников, попавших в затруднительное положение! Взмахните палочкой и проходите в салон. Мы доставим вас в любую точку! Я Стэн Шанпайк, ваш кондуктор в этот вечер... Парень осёкся, заметив Гарри, который сидел в канаве, и Вайолет, которая стояла над братом, скрестив руки на груди. Гарри поспешно поднялся на ноги, отряхивая брюки. Вайолет смерила кондуктора оценивающим взглядом: на вид Стэну было не больше девятнадцати, лицо прыщавое, а уши забавно торчали в стороны. — Вы чего тут делаете? — бесцеремонно спросил Стэн, растеряв весь свой парадный тон. — Упал, — буркнул Гарри. — Зачем? — ухмыльнулся кондуктор. — Случайно, — сухо вмешалась Вайолет. Вид у Гарри действительно оставлял желать лучшего: штанина на колене порвана, на руках грязь. Стэн подозрительно огляделся, а Гарри тем временем испуганно обернулся к каменной стене, за которой только что сидело чудовище. Но там уже было абсолютно пусто. — Ты куда это смотришь? — подал голос Стэн, проследив за его взглядом. — Там было что-то...огромное и чёрное, — неуверенно произнёс Гарри, указывая рукой в темноту. — Похоже на собаку, только гораздо больше. Кондуктор перевёл взгляд на Гарри. Тот как раз поправлял растрёпанные волосы, и Стэн внезапно замер, уставившись прямо на его лоб. Гарри вздрогнул, понимая, что его шрам заметили. — Чего это у тебя такое? — удивлённо спросил Стэн. — Ничего, — буркнул Гарри, поспешно начесав волосы на лоб, чтобы скрыть шрам. Конечно, Министерство магии могло объявить его в розыск, и лишнее внимание им с Вайолет сейчас было ни к чему. Стэн продолжал подозрительно коситься на него, но затем перевёл взгляд на Вайолет. Под её холодным взором кондуктор немного сбавил обороты. — Как тебя звать-то? — спросил Стэн. — Невилл Долгопупс, — выдал Гарри первое, что пришло на ум, стараясь уберечь их от лишних расспросов. Вайолет едва заметно кивнула, одобряя эту ложь. — Скажи, этот автобус действительно доставит нас в любое место? — Безусловно! — с гордостью подтвердил Стэн. — Довезем в любую точку суши, куда пожелаешь! — Послушай, а какова цена билета до Лондона? — Одиннадцать сиклей, — ответил Стэн. — За четырнадцать выдадут чашку обжигающего какао, а за пятнадцать — ещё и грелку вместе с зубной щёткой любого оттенка. Пока Гарри выуживал из кармана монеты и отсчитывал в ладонь кондуктора, Вайолет решительно взялась за ручки их багажа. Совместными усилиями они затащили два чемодана внутрь салона, а Гарри водрузил сверху пустую птичью клетку. Привычных сидений здесь не оказалось. Вместо них вдоль плотно занавешенных окон стояли кровати с блестящими бронзовыми спинками. Возле каждого спального места висел подсвечник, тускло озаряя деревянные панели стен. В глубине автобуса спал какой-то маленький старый маг в ночном колпаке. Потревоженный шумом, он пробормотал во сне. — Благодарю, но я занят. Слейте слизняков, — после чего перевернулся на другой бок. — Занимай эту, — шепнул Гарри сестре, помогая ей задвинуть чемодан под постель прямо за креслом водителя.— Нашего водителя зовут Эрни Прэнг. А это, Эрни, Невилл Долгопупс, — представил Стэн, усаживаясь на своё место. Пожилой волшебник за рулем, носивший очки с толстыми стёклами, молча кивнул новоприбывшим. Гарри, продолжая нервно поправлять упавшую на лоб чёлку, опустился на соседнюю кровать. — Поехали, Эрни, — скомандовал Стэн. Автобус оглушительно взревел и рванул с такой сумасшедшей силой, что Гарри кубарем покатился по матрасу. Вайолет, успевшая крепко вцепиться в бронзовую спинку, удержалась на ногах. Поднявшись, они оба уставились в окно. Пейзаж за стеклом сменился мгновенно: теперь они мчались по совершенно незнакомой улице. Стэн весело ухмыльнулся, заметив их изумление. — Мы оказались здесь ровно в тот миг, когда ты поднял свою палочку, — пояснил он. — До этого мы, Эрни, были в Уэльсе. — Точно, — буркнул водитель. — А маглы разве не слышат этот грохот? — спросил Гарри, перекрывая рёв мотора. — Маглы? — презрительно фыркнул Стэн. — Да эти простецы вообще ничего не замечают и не слышат! Они же абсолютно тупые! — Ступай-ка лучше наверх, Стэн, разбуди мадам Марш, — подал голос Эрни. — Мы уже почти приехали в Обергавени. Кондуктор нехотя поплёлся к узкой деревянной лестнице. Гарри хмуро провожал его взглядом, и внутри у него снова нарастала тревога. Эрни вёл машину весьма специфически: автобус постоянно бросало из стороны в сторону, и он то и дело вылетал на тротуар. Впрочем, до столкновений не доходило — уличные фонари, почтовые ящики и урны сами испуганно отскакивали с дороги перед самым капотом, а стоило «Ночному Рыцарю» проехать, возвращались на свои места. Вскоре Стэн спустился обратно, а за ним следовала волшебница в дорожной мантии с бледным, заметно позеленевшим лицом. — Прибыли, мадам Марш, — бодро объявил кондуктор. Эрни резко ударил по тормозам. Кровати в салоне с жутким скрипом поехали вперёд. Несчастная пассажирка, прижав к губам носовой платок, торопливо скатилась по ступенькам на улицу. Стэн вышвырнул вслед за ней её сумку и с грохотом захлопнул дверь. Автобус снова взревел и понёсся по ухабистой просёлочной дороге, заставляя деревья по обочинам в ужасе расступаться перед ним. Гарри сейчас не смог бы заснуть даже в самом обычном, тихом автобусе. Голову разрывали тяжёлые мысли: что ждёт их теперь и как там, на Тисовой улице, поживает раздутая тётушка Мардж.. Тем временем Стэн, высунув язык от усердия, принялся разворачивать свежий номер «Ежедневного Пророка». На первой полосе красовался огромный снимок. Человек на фотографии злобно прищурился, глядя прямо на Гарри. Это утомлённое лицо с длинными, спутанными космами показалось мальчику странно знакомым. — Так это же его маглы крутили в утренних новостях! — воскликнул он, на мгновение забыв обо всех своих проблемах. Стэн ухмыльнулся, разглядывая колдографию. — Сириус Блэк, — кивнул он. — Конечно, его показывали. Ты что, Невилл, с луны свалился, раз не знаешь? Кондуктор с лёгким презрением посмотрел на удивлённого парня и протянул ему газету. — Газеты-то хоть изредка читать надо. Гарри торопливо пододвинул «Пророк» ближе к свече. Блэк всё ещё на свободе!Сегодня Министерство магии подтвердило, что Сириус Блэк — самый опасный преступник за всю историю тюрьмы Азкабан и он до сих пор не пойман. Вайолет наклонилась ближе к брату, вместе с ним вчитываясь в тускло освещённые строки «Пророка». В заметке цитировали министра магии Корнелиуса Фаджа, который заверял общественность в том, что мракоборцы делают всё возможное для поимки беглеца. Чуть ниже упоминалось недовольство Международной конфедерации магов: министр магии умудрился раскрыть детали магловскому премьеру. Фадж оправдывался тем, что Сириус Блэк абсолютно безумен и несёт угрозу для обоих миров. Простецам, разумеется, соврали, объявив, что преступник вооружён огнестрельным оружием. Волшебное сообщество больше всего опасалось повторения резни двенадцатилетней давности, когда Блэк одним жестоким заклятьем оборвал жизни тринадцати человек. Вайолет пристально разглядывала измождённое, мертвенно-бледное лицо на движущемся снимке. В тёмных глазах Блэка читалось нечто жуткое, напоминавшее ей портреты зловещих существ из учебников по Защите от тёмных искусств. — Ну как тебе этот тип? — поинтересовался Стэн, заметив их пристальное внимание к первой полосе. Гарри вернул кондуктору газету и спросил: — Он и вправду убил столько людей одним махом? — Прямо посреди дня, на глазах у кучи очевидцев, — кивнул Стэн. — В этом-то и весь ужас. Правда, Эрн? — Правда, — угрюмо подтвердил водитель. Кондуктор поудобнее устроился в кресле и заговорил тише: — Блэк являлся одним из самых преданных приспешников Сам-Знаешь-Кого . — Волан-де-Морта, что ли? — машинально сорвалось у Гарри. В ту же секунду Стэн мгновенно побелел от ужаса. Эрни судорожно крутанул руль, и огромный трёхэтажный автобус вильнул в сторону, едва не протаранив стену фермерского дома. — Да ты в своём уме?! — истошно завопил Стэн, хватаясь за сердце и дико глядя на Гарри. — Ты чьё имя сейчас сказал?! — Ой, извините, пожалуйста... — поспешно пробормотал брат, пока Вайолет недовольно качала головой. — Я просто забыл... — Забыл он! — передразнил взбешённый кондуктор. — А если бы у меня инфаркт случился?! Когда Стэн немного успокоился, Вайолет жестом попросила его продолжать. Виновато кашлянув, Гарри вернулся к теме: — Значит, Блэк был правой рукой Сам-Знаешь-Кого? — Именно, — Стэн всё ещё прижимал ладонь к груди. — Ближайший соратник. А когда маленький Гарри Поттер уничтожил злодея, на его сторонников объявили охоту. Большинство сдались, понимая, что им крышка. Но Блэк не из таких. Поговаривали, он всерьёз рассчитывал занять место своего хозяина. Короче, когда его прижали на одной из улочек, окружив целой толпой мракоборцев, он просто... — Что он сделал? — спросил Гарри. — Громко расхохотался! Стоял и ржал как лошадь, а потом разнёс пол-улицы, убив дюжину маглов. А когда прибыло министерское подкрепление, он даже не думал сопротивляться. Так и пошёл под конвой, продолжая дико ржать. Абсолютный псих! Слышишь, Эрн? — До Азкабана, может, и нормальный был, а там точно рассудок потеряешь, — глухо отозвался Эрни, вглядываясь в толстые стёкла очков. — Лично я лучше бы себя убил, чем угодил туда. Но за свои дела он заслужил это место. — Да уж, — согласился Стэн. — Министерству тогда пришлось попотеть, чтобы замять историю перед маглами. Сказали, что взорвался бытовой газ. А теперь вот этот побег...Раньше из Азкабана никто не сбегал. Ума не приложу, как он сумел обвести вокруг пальца этих стражей? Правда, Эрн? Эрни передёрнул плечами от липкого холода. — Смени пластинку, Стэн. Терпеть не могу разговоры об азкабанских тюремщиках. Разочарованный кондуктор отложил газету и уныло уставился в тёмное окно. Пассажиров этой ночью явно не густо, и ему было скучно. Стэн весело потёр руки, глядя на Вайолет и Гарри. — Ну-с, Невилл, где вас высадить? — Косой переулок, — коротко ответил Гарри. — Косой так Косой, — ухмыльнулся кондуктор. — Сделаем. Автобус с рёвом покатил по Чаринг-Кросс-Роуд. Вайолет смотрела в окно, наблюдая, как здания и скамейки шарахаются от их бешеной колесницы. Начало светать. Ей нужно было переждать всего несколько часов до открытия «Гинготтса», чтобы забрать их общее с братом золото. А вот куда податься дальше — полная неизвестность. В предрассветном тумане Эрни резко ударил по тормозам возле маленького, грязного и неприметного паба «Дырявый котёл». Именно за его ветхими стенами скрывался тайный проход в Косой переулок. Гарри поблагодарил водителя, соскочил на тротуар и принялся помогать Стэну вытаскивать их два тяжёлых чемодана и пустую птичью клетку. — До встречи, Стэн! — помахал рукой брат. Однако кондуктор даже не шелохнулся. Он застыл на подножке автобуса и во все глаза всматривался в тёмный вход гостиницы. — Ну, наконец-то, Гарри, — раздался чей-то густой, властный голос. Не успел Гарри обернуться, как на его плечо легла тяжёлая рука. — Во чёрт! — испуганно пискнул Стэн. — Эрн, двигай сюда! Быстрее! Повернув голову, Гарри замер. Насмерть перепуганная Вайолет мгновенно вытащила палочку из кармана мантии. Перед ними стоял не кто иной, как сам Министр магии — Корнелиус Фадж. Рядом с ним тут же приземлился запыхавшийся кондуктор. — Министр...выходит, это не Невилл?! — выдавил Стэн. Фадж — полноватый, невысокий мужчина в длинной полосатой мантии — выглядел изнурённым и сильно замёрзшим. — Невилл? — он удивлённо вскинул брови. — Нет. Это Гарри Поттер. — Я так и знал! — восторженно заорал кондуктор, прыгая от радости. — Эрн! Эрн! Ты слышал?! Это Гарри Поттер и по всей видимости его сестра! Те самые! Вон и шрам есть! Смотри! Министр без особого энтузиазма промолвил. — Примите мою благодарность за то, что ваш транспорт доставил их сюда. Но нам пора идти. Фадж ещё сильнее сжал плечо Гарри и повёл его внутрь помещения. Вайолет, гордо вскинув подбородок, уверенно шагнула следом за ними. На пороге их встретил сгорбленный, беззубый старик с мерцающим факелом в руке — это был Том, владелец «Дырявого котла». — Вы всё-таки нашли его, министр! — воскликнул трактирщик. — Не прикажете ли подать чего-нибудь крепкого? Пива или бренди? — Лучше распорядитесь насчёт горячего чая, Том, — ответил Фадж, так и не отпуская Гарри. Позади них, тяжело дыша, Стэн и Эрни бережно занесли в холл оба их чемодана вместе с пустой птичьей клеткой. Кондуктор и водитель, не скрывая жгучего любопытства, вовсю крутили головами. Но стоило Стэну встретиться взглядом с ледяными зелёными глазами Вайолет, как он тут же смущённо кашлянул. — Эх, Невилл, что же ты утаил от нас, кто ты такой на самом деле? — с глуповатой улыбкой протянул Стэн, но из-за плеча Эрни всё равно продолжал с благоговением коситься на близнецов. — Том, нам нужен свободный кабинет, — прервал их Фадж. Старик услужливо поклонился. — Удачи вам, — тихо, со смесью обречённости произнёс Гарри, глядя на кондуктора. — Бывай, Невилл... — в ответ помахал ему Стэн. Они двинулись по узкому сырому переходу. Впереди шёл Том, за ним следовал Гарри под конвоем Фаджа, а Вайолет шла рядом с братом, ни на шаг не отставая. Вскоре они оказались в небольшой уютной гостиной. Трактирщик щёлкнул пальцами, и в камине мгновенно заплясало жаркое пламя, после чего старик поспешно скрылся за дверью.Министр указал на глубокое кресло у огня. — Устраивайся, Гарри. А для вашей сестры... — Фадж вежливо придвинул второе кресло. Гарри сел, но по его телу всё равно пробежала крупная дрожь. Вайолет спокойно опустилась на соседнее кресло, закинув ногу на ногу и холодно взглянув на Фаджа. Фадж стащил свою полосатую мантию, поправил брюки и устроился прямо напротив близнецов. — Гарри, Вайолет, я министр магии — Корнелиус Фадж. Вайолетт кивнула, а Гарри уже пересекался с Фаджем раньше, но тогда на нём была отцовская мантия-невидимка, а министру знать об этом совершенно не следовало. Вайолет сидела в кресле прямо и сохраняла абсолютное, леденящее душу спокойствие. Её зелёные глаза внимательно изучали лицо главного волшебника Британии. Вскоре вернулся Том. Поверх ночной рубашки трактирщик нацепил фартук. Он аккуратно поставил на столик поднос с горячим чаем и подрумяненными тостами, после чего бесшумно покинул комнату, плотно прикрыв за собой дверь. — Признаться честно, — начал Фадж, принимаясь разливать ароматный чай по чашкам, — ваше исчезновение заставило нас изрядно понервничать. Сбежать из дома родственников, да ещё и при таких...э-э...обстоятельствах! Я всерьёз опасался за вашу безопасность. Слава богу, вы целы и невредимы, и с вами ничего не случилось! Министр щедро смазал булочку свежим маслом и придвинул тарелку ближе к Гарри, а затем вежливо кивнул Вайолет, предлагая угощаться. — Ешьте, молодые люди, вы же едва держитесь на ногах от усталости. Но у меня есть для вас прекрасная новость. Мы привели мисс Мардж Дурсль в её первоначальное состояние. Буквально пару часов назад на Тисовую улицу прибыли два высококлассных специалиста из Отдела по устранению последствий случайных заклятий. Из мисс Дурсль оперативно выпустили весь лишний воздух, а заодно слегка скорректировали структуру её памяти. Она абсолютно ничего не помнит о случившемся. Словом, никакого вреда не нанесено и ничего страшного не произошло. Фадж приподнял свою чашку и ласково, словно добродушный дядюшка, улыбнулся близнецам. Гарри от изумления даже потерял дар речи, а Вайолет лишь слегка прищурилась, чувствуя в этой внезапной министерской доброте какой-то подвох. — Хочешь узнать, как отнеслись к этому твои тётя с дядей? — вкрадчиво поинтересовался Фадж, глядя на Гарри. — Не стану скрывать, Вернон Дурсль пребывает в полнейшем бешенстве. Однако следующим летом они всё же согласны принять вас обратно. Правда, рождественские каникулы вам обоим в этот раз придётся провести в Хогвартсе. Гарри наконец обрёл дар речи: — На Рождество мы и так всегда остаемся в замке,а к ним мы больше никогда не вернемся! — Ну-ну, не говори так, Гарри, — озабоченно пробормотал Фадж, отпивая чай. — Ты просто переволновался из-за дороги. Они ведь ваша единственная семья. Я абсолютно уверен, что в глубине души вы...очень любите друг друга. Гарри и Вайолет даже не стали спорить с этим глупым утверждением. Сейчас их волновало совершенно другое — их собственная судьба. — А теперь давайте решим, — Фадж принялся намазывать маслом вторую сдобную булочку, — где вы проведёте оставшиеся две недели летних каникул. Настоятельно рекомендую вам остановиться здесь, в «Дырявом котле». — А как же...как же наказание? — удивлённо спросил Гарри, переводя взгляд с министра на сестру. Фадж искренне изумился, приподняв брови: — Наказание? О чём это ты, Гарри? — Я же нарушил закон о использовании магии несовершеннолетним! — воскликнул Гарри, подавшись вперёд. — Я применил магию вне школы! — О, мой дорогой мальчик! Да неужели мы станем строго карать тебя за подобные пустяки?! — весело рассмеялся Фадж, добродушно взмахнув булочкой в воздухе. — Это был чистой воды несчастный случай! Поверь, за раздувание несносных тётушек мы в Азкабан никого не сажаем! Гарри слушал его, и в его голове это категорически не укладывалось. Весь его прошлый опыт общения с Министерством магии говорил о том, что они никогда не прощают малолетним магам даже малейших провинностей. — Не забивай свою голову лишними мыслями гарри, съешь-ка лучше пирога, а я пойду поговорю с Томом, чтобы он выделил для вас комнаты. Гарри растерянно смотрел вслед уходящему чиновнику. Невероятно! Почему министр лично ждал его в пабе, почему нет никакого наказания и с каких это пор министр тратит ночь на розыск малолетних волшебников? Вайолет, внимательно наблюдавшая за Фаджем, тихо произнесла: — Он чего-то панически боится, Гарри. И дело точно не в нашей тётушке. Вскоре Фадж вернулся в сопровождении трактирщика. — Свободны превосходные комнаты, Гарри, Вайолет, — бодро объявил министр. — Я уверен, они вам очень понравятся. Добавлю только одно условие, и, надеюсь, вы меня правильно поймёте. Ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не ходите в магловские кварталы Лондона. Гуляйте исключительно по Косому переулку. И как только начнёт темнеть — сразу возвращайтесь в паб. Том будет лично за вами присматривать. — Хорошо, — медленно протянул Гарри. — Но к чему все эти меры предосторожности?— Не хотим, чтобы вы снова где-нибудь потерялись, — весело, но излишне поспешно рассмеялся Фадж, переводя взгляд с одного близнеца на другого. — Шучу, шучу! Нам просто гораздо спокойнее, когда мы точно знаем ваше местонахождение...Ну, в общем...Министр внезапно сильно раскашлялся, пряча глаза, и торопливо натянул свою полосатую мантию. — Так я пошёл. Меня ждут неотложные дела в Министерстве, сами понимаете. — А вы...вы всё ещё не поймали Блэка? — вдруг спросила Вайолет, нарушив своё молчание и вынудив министра остановиться. Она вспомнила первую полосу утренней газеты, которую видела в автобусе. Пальцы Фаджа, застёгивавшие серебряную пуговицу мантии, на мгновение судорожно стиснули ткань. Он помрачнел, и на его лице проступила глубокая усталость. — Что-что? Так ты уже слышала о нём, Вайолет? — Фадж тяжело вздохнул. — Увы, Блэка пока не удалось поймать. Но мы обязательно поймаем. Непременно. Такое в Азкабане приключилось впервые. Стражи вне себя! Фаджа слегка передёрнуло, словно от ледяного сквозняка. — До свидания, Гарри, Вайолет. Они обменялись рукопожатиями. Но стоило министру повернуться к выходу, как Гарри вспомнил о самом главном. — Господин министр, у меня есть одна просьба. — Я тебя слушаю, — обернулся Фадж, изобразив на лице вежливую улыбку. — Третьекурсникам разрешено посещать Хогсмид. Но тётя с дядей категорически отказались подписать нам бланки. Вы не могли бы подписать это разрешение вместо них? Вайолет сделала шаг вперёд, твёрдо глядя на чиновника, и поддержала брата. — Да, министр, ваша подпись решила бы эту проблему. Пожалуйста, подпишите нам бланки. Фадж замялся, его благодушный вид мгновенно испарился. — Нет, — со вздохом произнёс он, пряча глаза. — К сожалению, Гарри, Вайолет, я не являюсь вашим родственником или опекуном, так что закон не даёт мне такого права. — Но вы же министр магии! — вмешался Гарри, умоляюще глядя на чиновника. — Ваша подпись... — Нельзя, Гарри. Правила есть правила, — твёрдо отрезал Фадж, и в его голосе проступила непреклонность заправского бюрократа. — Вот в будущем году ты наверняка будешь ходить в Хогсмид. Но, честно говоря, мне кажется, тебе бы лучше...вообще...Не будем об этом. Я пошёл. Счастливо оставаться, Гарри, Вайолет. Слегка натянуто улыбнувшись, он кивнул близнецам и поспешно покинул комнату. В дверях тут же показался хозяин заведения. — Мистер Поттер, мисс Поттер, пойдёмте, — заторопился Том. — Я уже отнёс ваши вещи наверх. Они поднялись по красивой деревянной лестнице на второй этаж. Трактирщик отворил старую дверь с бронзовой табличкой «№ 11» и жестом пригласил Гарри войти. Комната оказалась на редкость уютной: мягкая, удобная кровать, отполированная до блеска дубовая мебель, в камине уже весело потрескивал огонь, а на высоком шкафу... — Букля! — ахнул Гарри. Белоснежная сова радостно щёлкнула клювом, спланировала вниз и опустилась прямо ему на руку. Вайолет ласково провела пальцами по её мягким перьям. — У вас очень умная сова, — улыбнулся Том, зажигая свечи. — Прилетела всего через пять минут после вашего появления. Затем трактирщик повернулся к когтевранке, вежливо поклонился и произнёс. — Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату, мисс Поттер. Она по соседству, под номером двенадцать. Ваши вещи уже доставлены туда. Вайолет тепло посмотрела на брата, который уже устроился на краю кровати, утомлённый долгой дорогой. — Спокойной ночи, Гарри, — мягко сказала она. — Спокойной ночи, Виола, — сонно отозвался он. Вайолет вышла вслед за Томом. Хозяин паба открыл перед ней соседнюю двенадцатую дверь, занёс два чемодана, ещё раз низко поклонился и тихо удалился, оставив её в полном уединении. Оказавшись одна, Вайолет медленно прошла вглубь комнаты. Отрешённо оглядев аккуратно расставленную мебель и весело потрескивающий камин, она приблизилась к большим створкам чистого окна. Девочка оперлась ладонями о подоконник и всмотрелась в ночной Лондон. За стеклом раскинулся спящий город, окутанный предрассветным туманом, а небо, подобно хамелеону, лениво меняло цвет: из бархатного тёмно-синего оно сначала стало серо-стальным, а затем медленно заалело, подёрнувшись первыми золотыми прожилками рассвета. Вайолет устроилась в глубоком кресле у огня, пытаясь осмыслить всё произошедшее за эту безумную ночь. Ей до сих пор не верилось, что ещё несколько часов назад они с Гарри задыхались на душной тисовой улице, что их чуть не исключили из Хогвартса и что впереди их ждут две недели абсолютной свободы от гнёта Дурслей в самом сердце волшебного мира. Она откинула голову на спинку кресла, устремив взгляд на танцующие языки пламени, но, как назло, её мысли всё так же настойчиво возвращались к Теодору Нотту. Подумать только, под конец прошлого года они уже совершенно не общались и даже не перекидывались привычными колкостями при встрече в коридорах. С тех тяжёлых ситуаций в тайной комнате и лесу прошло уже довольно много времени. Вайолет поймала себя на мысли, что мысленно отпустила всё это. Нет, она вовсе его не простила и ни в коем случае не оправдывает его проступки, но тот слепой, удушающий гнев, который выжигал её изнутри, наконец прошёл. Девочка поймала себя на том, что в последнее время действительно много думала об этом, хотя изо всех сил пыталась избегать подобных размышлений. Вайолет тяжело вздохнула, потирая виски, и тихо прошептала самой себе в пустоту комнаты. «Думаю, будет лучше, если я постараюсь себя чем-нибудь отвлечь. А когда мы вернёмся в Хогвартс, я просто не буду думать о нем, смотреть на него и может, тогда всё станет намного проще, и мысли о нём наконец-то отступят». Она искренне не понимала, почему вопреки здравому смыслу её память раз за разом цепляется за образ этого скрытного слизеринца, и почему её былая обида практически полностью сошла на нет, оставляя после себя лишь странную, томительную пустоту. Постепенно тепло от камина окончательно убаюкало её, изнурительная ночь забрала последние силы, и Вайолет, прикрыв глаза, погрузилась в глубокий сон.