Герой на полставки

Следующие слезы Двалина мы добывали, можно сказать, в штатном режиме, то есть, относительно спокойно. Хотя, смотря для кого «спокойно», для меня это означало рутину: ворваться в лагерь хиличурлов, обложить их матом на трех языках, собрать агро, а потом смотреть, как Дилюк превращает их в барбекю. А вот наш зеленый компаньон с каждой очищенной слезой расцветал на глазах. Архонт Ветра продолжал бренчать на своей лире, и с каждым новым аккордом мелодии становились всё более светлыми и радостными. В его бирюзовых глазах, обычно скрытых за пеленой пьяной беззаботности, разгоралось пламя надежды. Он буквально воспрял духом, словно увидел свет в конце очень длинного и темного тоннеля. С виду Венти казался безобидным ленивцем с большой примесью: алкаша-тусовщика, который только и умеет, что стрелять мелочь на выпивку. Но я-то урывками знал Лор, спасибо одному младшему брату чёрту. Магнитогорск-Мондштадт, не зря называют городом ветров и свободы. Две тысячи семьсот лет назад здесь правил другой Архонт, тот еще тиран, заперший людей в ледяной клетке. И на борьбу с ним поднялся обычный, безымянный бард. Повел за собой народ, устроил революцию. Маленький бард, естественно, в этой мясорубке погиб. А дух ветра, который тогда был просто элементальным сгустком, в знак дружбы и в дань уважения принял облик этого паренька. Грустно? Да. Круто? Безусловно. Местный Ленин, не иначе, только с лирой вместо броневика. Но вот как относиться к самим Архонтам... тут моя чуйка давала сбой. Примерно две тысячи лет назад в этом мире отгремела Война Архонтов. Масштабная, кровавая королевская битва между богами за право занять семь VIP-кресел в Тейвате. В этой мясорубке полегло столько божеств, что их трупами можно было бы вымостить дорогу до луны. Чтобы выжить в таком конфликте, нужна была сила, граничащая с абсолютным безумием и жестокостью. А этот зеленоглазый паренек в белых колготочках не просто выжил — он победил. И до сих пор удерживает власть над целым регионом. Ничего себе так «безобидный бард». Я, конечно, не эксперт по теологическим вопросам, но от всей этой божественной тусовки, и особенно от Селестии (местного небесного начальства), душком тянуло за милую душу. Нет, я не собирался обвинять их во всех смертных грехах прямо сейчас — у меня на руках было ноль фактов, только обрывки лора. Да и судить книгу по обложке в мире, где сюжет вроде как строится на силе дружбы и анимешном пафосе, было рано. Но я нутром чуял двойное дно. Особенно когда вспоминал события пятисотлетней давности. Падение Каэнри’ах, древнее государство, которое развивалось без богов, строило роботов и, видимо, слишком сильно поверило в себя, их уничтожили. Стерли с лица земли, и кто это сделал? Боги. В том числе, возможно, и тот, кто сейчас радостно напевает песенку про яблоки, идя рядом со мной. Попытка людей выйти из-под контроля божественного надзора закончилась геноцидом. Всё складывалось слишком прямолинейно. Я, может, и не психолог, но диагноз мог поставить сходу: Селестия — это сборище существ с зашкаливающим ЧСВ, которые не терпят конкуренции. Даже если Каэнри’ах действительно баловались запретными знаниями, опасной алхимией и случайно открыли форточку в Бездну... стирать целую нацию? Это уже в духе дарк-фэнтези. — Ветер принес мне весть, что ты задумался о чем-то очень плачевном для самого себя. Не поделишься? Венти возник рядом со мной абсолютно бесшумно, его лицо сияло искренней улыбкой. Я остановился, и посмотрел на Архонта сверху вниз. — В плане? — я изогнул бровь. — Я вроде спокоен как самовар, вон: дышу свежим воздухом, наслаждаюсь видами. — Твое лицо выражало скорбь, смешанную с желанием кого-нибудь убить, — заметил Дилюк, поравнявшись с нами. — Для тебя это, конечно, обычное состояние, но сейчас оно было особенно концентрированным. — Я просто считал в уме, — не моргнув глазом сказал я. — Прикидывал, сколько моры я мог бы заработать, если бы открыл в Мондштадте курсы по управлению гневом. Спойлер: я бы озолотился. А плачевным для меня было осознание того, что вместо этого я бесплатно работаю ассенизатором для драконьих слез. Бард прищурил свои огромные бирюзовые глаза. Знаете, это был тот самый взгляд, которым на вас смотрит кот, обнаруживший, что вы спрятали от него валерьянку. Взгляд человека (или божества), который всем своим видом говорит: «Я знаю, что ты что-то знаешь. Я еще не знаю, о чем конкретно ты думаешь, но это явно какая-то запрещенная, интересная херня, и я докопаюсь до сути». Венти наклонил голову набок, и его косички качнулись в такт движению. — Курсы по управлению гневом? — протянул он с лукавой улыбкой. — Звучит забавно. Но ветер редко ошибается, Странник. А он шепчет мне, что твои мысли были куда масштабнее, чем просто подсчет моры, ты смотрел на меня так, будто пытался решить: угостить меня вином или предать суду истории. Я мысленно чертыхнулся, у этих богов что, встроенный эхолот на крамольные мысли? — Питер Пэн, у тебя паранойя на фоне алкоголизма, — я скрестил руки на груди, выставляя вперед свой бронированный пресс в качестве психологического щита. — Какому суду? Я даже местный уголовный кодекс не читал. Может, у вас тут законно спать под мельницами и носить такие штаны. Я смотрел на тебя и думал исключительно о том, как твоя печень справляется с таким количеством сидра, это чисто медицинский интерес. Дилюк фыркнул, с таким коротким и сухим звуком, но для мастера Рагнвиндра он приравнивался к гомерическому хохоту. — Его печень, Странник, — это артефакт, который переживет нас всех, — заметил Полуночный Герой, закидывая свой клеймор на плечо. — Но бард прав. Ты слишком много думаешь для человека, который утверждает, что у него нет планов кроме как найти кого-то несчастного и пытать его. — Вы что, сговорились? — я возмущенно вздохнул. — Один читает мысли по ветру, другой работает психоаналитиком на полставки! Я просто иду! Я просто очищаю ваши радиоактивные стекляшки! Можно мне хоть в своей голове иметь немного прайвеси?! Венти хихикнул, прикрыв рот ладошкой, и его подозрительный прищур сменился привычной беззаботностью. — Конечно-конечно! Прайвеси — это святое! — он отскочил на пару шагов назад и снова взялся за лиру. — Просто помни, мой колючий друг: если тебе когда-нибудь захочется поговорить о... масштабных исторических событиях, или о том, почему небо иногда кажется фальшивым, лучший бард Мондштадта всегда готов выслушать! За скромную плату в виде бутылочки "Доли Ангелов", разумеется! Я споткнулся на ровном месте. Почему небо кажется фальшивым. Он знает, что я знаю очень много, или догадывается, или просто закидывает удочки. В общем: слишком много ИЛИ и этот мелкий зеленый тролль был гораздо опаснее, чем пытался казаться. — Я учту твой прайс-лист, — процедил я. — А пока заткнись и играй, только не ту клоунскую мелодию. Сыграй что-нибудь нейтральное, как Швейцария. — Не знаю, что такое Швейцария, но как скажешь! — Венти ударил по струнам, и над поляной поплыла спокойная, убаюкивающая мелодия, под которую было бы отлично собирать грибы в лесу. Я выдохнул и пошел быстрее, стараясь держаться поближе к Дилюку. С суровым, прямолинейным Бэтменом мне было как-то спокойнее, чем с этим многовековым Архонтом, который читал меня, как открытую книгу. Нужно было срочно отвлечься. И я вспомнил про то, что отложил на потом. Крутки. Я Главный Герой, у меня есть примогемы, и мне срочно нужен кто-то, кто будет страдать вместе со мной. Я мысленно вызвал интерфейс, открыл баннер и, не глядя на вероятности и шансы выпадения, мысленно нажал кнопку "Молиться х10". Посмотрим, кого мне подкинет эта жадная гача-вселенная в качестве раба-фантома. Если это будет еще один бард в колготках, я лично сброшусь со статуи Архонта. Мы как раз остановились на привал у подножия небольшого холма. Дилюк, верный своим привычкам Бэтмена, тут же испарился в кустах со словами «я проверю периметр». Венти же просто радостно заявил, что «ветер зовет его к вон тем красивым цветочкам», и упорхнул в противоположную сторону. Я остался один, и прислонился спиной к шершавому стволу старого дуба, вытянул ноги и тяжело вздохнул. Была не была, пора крутить рулетку. Я мысленно нажал на кнопку «Молиться х10» и затаил дыхание. Перед глазами развернулась до боли знакомая анимация: ночное небо, падающая звезда, оставляющая за собой яркий синий след. — Ну давай, удиви меня, — пробормотал я. Экран вспыхнул и на меня посыпалось... ничего. Точнее, не совсем ничего. Дубина переговоров, еще одна дубина переговоров, меч из темного железа, новая дубина. Оооо, живём... Рогатка. Но после такого разнообразия, выпали еще дубины для полного счастья. Я сидел, глядя на этот парад деревянного мусора, который теперь захламлял мой виртуальный инвентарь. А чего я, собственно, ожидал от гачи? Что мне с первой же попытки выпадет личный отряд элиты? Ага, разбежался. Эта система создана для того, чтобы выкачивать из людей душу, а не дарить им радость. — Ладно, — я потер переносицу. — Первая десятка ушла на корм местным богам рандома, у меня есть еще одна. Я снова нажал на кнопку, звезда полетела вниз, и на этот раз её хвост окрасился в благородный, пульсирующий фиолетовый цвет. — О-о-о! — я невольно подался вперед. — Эпик! Четыре звезды! Давай мне нормального хилера! Или танка! Да хоть кого-нибудь с руками из плеч! Силуэты дубин и ржавых мечей промелькнули быстро, уступая место главному призу. Экран засиял, и передо мной материализовался предмет, не персонаж, а Оружие. Я уставился на парящую в виртуальном пространстве штуковину. Это была лира, но выглядела она так, словно её скрестили с древнеримским лавровым венком, который обычно носили императоры. Вся в листочках, изящных изгибах и с какими-то пафосными струнами. — Вы издеваетесь? — мой голос дрогнул от возмущения. — Зачем мне лира?! Чтобы я сам себе играл грустные мелодии, пока меня бьют хиличурлы?! Или чтобы этот зеленый Питер Пэн стебал меня еще больше?! Я мысленно закрыл интерфейс, чувствуя себя так, словно меня только что обманули на рынке. Гача — зло. Официально подтверждаю. Однако, оставлять эту музыкальную клумбу пылиться в инвентаре было глупо. Я поднялся на ноги, отряхнул свои штаны и пошел в ту сторону, куда ускакал наш Архонт. Венти нашелся довольно быстро, он сидел на корточках возле куста с ягодами и пытался поймать кристальную бабочку. — Я тебя ищу, — громко сказал я, подходя ближе. Бард вздрогнул, упустил бабочку и обернулся ко мне со своей фирменной улыбкой. — О! Ветер принес тебя ко мне! Ты уже соскучился по моим песням? — он лукаво прищурился. — На, держи. Я в кустах нашел, — с максимально невозмутимым лицом произнес я и, словно фокусник из шляпы, вытянул из-за спины (а на деле — из инвентаря) эту самую древнеримскую лиру-венок. И сунул её ему прямо в руки. Повисла тишина. Венти уставился на инструмент. Его глаза, и без того огромные, стали размером с мондштадтские блинчики. Он медленно провел пальцем по изящным струнам, затем по резным листочкам. — В кустах? — севшим голосом переспросил Архонт Ветра. Он поднял на меня взгляд, в котором смешались абсолютный шок и священный трепет. — Ты нашел «Бесструнную»... легендарный артефакт древности, которое искали поколения лучших бардов Тейвата, просто валяющимся в кустах?! — Ну да, — я равнодушно пожал плечами, мысленно радуясь, что эта штука хотя бы имеет какую-то ценность. — Лежала там, под лопухом. Забирай. Мне она без надобности, я на нервах лучше играю, чем на струнах. Венти открыл рот, чтобы что-то сказать, но слов у него явно не нашлось. Он просто стоял и переводил взгляд с легендарной лиры на меня, словно пытаясь понять: я самый везучий идиот в этом мире, или кто-то гораздо, гораздо более могущественный, чем кажусь. В результате после размышления Венти благоговейно прижал «Бесструнную» к груди, словно это был не кусок дерева с натянутыми жилами, а его первый в жизни бочонок элитного одуванчикового вина. — Просто в кустах... — повторил он, и его голос дрогнул от переизбытка чувства. — Ага. Там еще пара дубин валялась и ржавый меч, но я решил, что тебе этот венок с леской больше к лицу подойдет, — невозмутимо кивнул я, наслаждаясь произведенным эффектом. — Пользуйся. Из зарослей бесшумно вынырнул Дилюк. Он окинул взглядом нашу живописную композицию: меня, скрестившего руки на груди с видом скучающего мецената, и Венти, который смотрел на лиру, собираясь немедленно сделать ей предложение руки и сердца. — Периметр чист, — сухо доложил Бэтмен, подходя ближе. Его взгляд зацепился за фиолетовое свечение, исходящее от инструмента, глаза мастера Рагнвиндра слегка расширились. — Это... «Бесструнная»? Откуда она у вас? — Странник нашел её в кустах! — радостно возвестил бард, разворачиваясь к Дилюку. — Представляешь? Сама судьба благоволит нам! Дилюк перевел на меня тяжелый, немигающий взгляд. В его глазах читалась целая гамма эмоций: от профессионального скептицизма до желания немедленно сдать меня на опыты алхимикам. — Артефакт, который гильдия Искателей Приключений не могла найти три сотни лет, лежал в кустах? — У вас тут экология хорошая, — я пожал плечами, делая вид, что разглядываю свои ногти. — Почва плодородная, слизни вон какие откормленные бегают. Почему бы и этому не расти как грибам после дождя? Вы бы почаще под ноги смотрели, глядишь, и экономику Мондштадта подняли бы. Дилюк тяжело вздохнул, потирая переносицу рукой в черной перчатке. Казалось, с каждой минутой, проведенной в моей компании, его вера в здравый смысл трещала по швам. — Знаешь, Странник, Если ты сейчас скажешь, что у тебя в кармане завалялся запасной Глаз Бога, я даже не удивлюсь. — Карманов нет, — честно признался я, похлопав себя по бедрам. — Дизайн не предусмотрел, так что все претензии к портному. Венти тем временем уже вовсю перебирал струны своего нового приобретения. Звук, который издавала «Бесструнная», был глубоким, чистым и каким-то объемным, словно резонировал с самим воздухом вокруг нас. — О-о-о, — протянул бард, закрыв глаза от удовольствия. — Какая мощь! Какой резонанс! С этим инструментом я смогу достучаться до самого сердца Двалина! Странник, ты — настоящая ходячая сокровищница! — Я ходячий магнит для неприятностей, — поправил я его. — А теперь, если вы закончили восхищаться моей выдающейся удачей, может, пойдем дальше? У нас там дракон на антидепрессантах сидит, ждет, пока мы ему новые таблетки принесем. Дилюк кивнул, возвращаясь к своему привычному деловому тону. — Следующая точка, где мои информаторы засекли активность Ордена Бездны и скопление элементальной энергии — руины в Вольфендоме. — Вольфендом? — Венти перестал играть и почесал нос. — Место мрачноватое, там обитает Лупус Бореалис, Волчий Лорд. Он не очень-то жалует незваных гостей. — Отлично, — я закатил глаза. — Сначала дракон, теперь гигантский волк. У вас тут вообще есть нормальные животные? Ну там, кошки, собаки, хомячки? Почему каждая вторая зверюга в этом мире размером с трехэтажный дом и хочет кого-то сожрать? — Таков путь героя, — философски заметил Венти, забрасывая «Бесструнную» за спину. — Я кризис-менеджер, — в очередной раз напомнил я, шагая вслед за Дилюком по тропинке. — И я требую молоко за вредность. Делюк хмыкнул. До нужного места мы добрались каким-то чудом, не свернув себе шеи в темноте. И всё это время, каждый долгий, тягучий час пути, я чувствовал между лопаток пристальный взгляд. Архонт Ветра шел позади, тихонько тренькая на своей новой, эпической лире, и пялился на меня. Честно? Это было до усрачки стрёмно. Когда тебе в спину непрерывно смотрит божество с тысячелетним стажем, которое, судя по всему, умеет читать эмоции по дуновению ветерка, начинаешь невольно контролировать каждую мысль. Я даже старался думать о чем-то максимально нейтральном — о рецепте жареной картошки, о таблице умножения, о том, как правильно штукатурить стены. Лишь бы этот зеленый радар не уловил в моей голове чего-то лишнего. Если бы не мрачная, внушительная фигура Дилюка, шагающего рядом, Венти наверняка засыпал бы меня неудобными вопросами. А так он просто шел, улыбался и переводил свой бездонный взгляд то на мою напряженную спину, то на ухающих в темноте ночных птиц. Когда мы наконец вошли в Вольфендом, атмосфера сменилась резко, словно мы переступили невидимую черту. Деревья здесь были огромными, скрюченными, а между их корнями клубился густой, холодный туман. Я поежился, обхватив себя руками за голый торс. — Так, — я нарушил звенящую тишину леса, поворачиваясь к своим спутникам. — И что там у нас по плану? Что будет делаться с псиной? — Он — Волк Севера, Борей, — мягко, но с легким укором напомнил Венти, прекратив играть. — Древний дух, хранитель этих земель, прояви немного уважения к его сединам. — Да хоть Шрек, — я отмахнулся, вглядываясь в густой туман впереди. — Дело десятое, как его зовут по паспорту, меня волнует, как мы будем через него проходить,потому что я прекрасно знаю, что сейчас будет. Оба моих спутника посмотрели на меня. Дилюк — с привычным скепсисом, а Венти — с искренним, почти детским любопытством. — И что же? — Архонт чуть наклонил голову. — Классика жанра, — я усмехнулся, загибая пальцы. — Сейчас мы зайдём на вот эту симпатичную круглую арену, которая тут явно не просто так расчищена. Как только мы дойдем до центра, эта огромная волчара выпрыгнет из кустов. Я сделал театральную паузу, наслаждаясь их вниманием. — А после чего, — продолжил я тоном лектора, — начнется пафосная сцена. Он зарычит так, что у нас заложат уши. Начнет бегать по кругу, наводя суету, заморозит половину арены, а нам придется уворачиваться от его ледяных глыб и бить его по лапам, пока у него не отвалится полоска здоровья и не включится вторая фаза с магией ветра. Я в такие игры играл, скрипт всегда один и тот же. Дилюк только тяжело вздохнул, собираясь в очередной раз прокомментировать мою "нестабильную психику". Но не успел он открыть рот, как земля под нашими ногами мелко задрожала. Туман впереди внезапно закружился водоворотом, воздух резко заледенел, покрывая траву и листья белым инеем. И из этой морозной мглы, прямо в центр каменной арены, с оглушительным, пробирающим до костей воем приземлилась гигантская, призрачно-синяя фигура волка размером с хороший двухэтажный коттедж. Его красные глаза вспыхнули во тьме, а из пасти вырвалось облако ледяного пара. Волк зарычал, и звук этот заставил вибрировать камни у нас под ногами. Я медленно повернул голову к Дилюку и Венти, не меняя скучающего выражения лица. — Ну? — я развел руками. — Что я говорил? А теперь, Бэтмен, доставай свою зажигалку, потому что я в этих шелках сейчас отморожу себе всё, что делает меня мужчиной. Дилюк медленно покачал головой. В свете ледяного сияния, исходящего от гигантского волка, лицо мастера Рагнвиндра казалось высеченным из камня. — Твой бред лишен всякого смысла и полон неизвестных мне слов, — сухо констатировал он, не сводя глаз с монстра и плавно вытягивая из-за спины свой двуручный меч, который тут же начал нагреваться. — Но, как ни прискорбно это признавать, он абсолютно верен. — Опыт, Бэтмен, — я хмыкнул, разминая шею. — Значит, действуем по старой, проверенной схеме. Сейчас я его очень, очень сильно разозлю, он сфокусируется на мне, а ты зайдешь с фланга и пропишешь ему огненную терапию. — Не получится, — вдруг серьезно сказал Венти. Он спрятался за обледеневшую колонну, прижимая к себе «Бесструнную». — Лупус — это не шайка глупых Похитителей Сокровищ. Он древний, благородный дух хранитель. Он не поведется на твои... э-э... специфические слова, для него человеческая речь — лишь пустой звук ветра. Я повернулся к Архонту и по-доброму улыбнулся. Той самой улыбкой, от которой у обычно начинал дергаться глаз еще на стадии катарсиса. — Сейчас проверим, Питер Пэн. Ты просто недооцениваешь силу великого и могучего токсичного языка. Я сделал глубокий вдох, наполнив легкие морозным воздухом, и вальяжной походкой вышел прямо в центр обледенелой арены. Волк Севера, до этого момента величественно осматривавший свои владения, перевел на меня свой пылающий красным взгляд. Он зарычал, обнажив клыки размером с мою ногу. — Эй! Перекачанный хаски! — заорал я во всю глотку, так, что эхо разнеслось по всему Вольфендому. — Да-да, я к тебе обращаюсь, блохастый! Борей замер, кажется, он действительно не ожидал, что кусок мяса в шелковых лосинах начнет на него орать. — Что это за дешевые понты с туманом и сосульками?! — я раскинул руки в стороны. — Ты думаешь, ты тут самый страшный босс? Да ты выглядишь как брошенная собака, которая застряла в холодильнике! Твои анимации атак читаются за полчаса! Ты бегаешь по кругу, как дебил, потому что у твоих разработчиков не хватило фантазии на нормальные механики! Глаза гигантского волка сузились. Воздух вокруг него затрещал от перепада температур. [Внимание! Эффект "Взгляд толпы" активирован!] — Что ты там рычишь?! — продолжал я нагнетать, делая шаг навстречу этой горе мышц и льда. — Иди сюда, хорошая девочка! Давай, сделай свой рывок! Я увернусь от него с закрытыми глазами, потому что у тебя хитбоксы кривые! Ты не Хранитель Севера, ты — фарм-машина для ресурсов, которую убивают раз в неделю чисто по фану! Тебя даже новички с бесплатными персами в соло закрывают! Я скрестил руки на груди и выдал контрольный в голову: — Твоя шерсть выглядит так, будто её мыли дешевым шампунем из Пятерочки! Ты — позор волчьего рода! Тебя бы даже мопсы во дворе засмеяли! Тишина была не долгой, Борей взревел, звук рвущегося металла, скрежет ледников и ярость тысячи медоедов, у которых отобрали добычу. Древний, гордый дух, который веками не знал оскорблений, внезапно понял каждое мое слово. И эти слова ударили его по самому больному — по его божественному эго. [Эффект "Взгляд толпы" усилен навыком "Токсичный Геймер"! Агро босса "Лупус Бореалис" зафиксировано на вас (2000%)!] [Внимание: Цель впала в состояние "Слепая Ярость"!] Волк оттолкнулся от земли своими мощными лапами, поднимая в воздух тучу ледяной крошки, и, проигнорировав Дилюка, проигнорировав Венти, огромным синим метеором полетел прямо на меня. Я лишь довольно ухмыльнулся пока Волк летел на меня с грацией разогнавшегося товарного поезда. Огромные когти вспарывали обледенелую землю, а из пасти вырывался морозный пар, от которого у меня мгновенно заиндевели ресницы. — Торо! Торо! — заорал я, выставив вперед руки, словно заправский матадор. В самую последнюю долю секунды, когда ледяные клыки уже готовы были сомкнуться на моем открытом прессе, я активировал Глаз Бога. Анемо энергия подхватила меня, и я с изяществом, недоступным человеку в здравом уме, скользнул в сторону. — Хопа! — я крутнулся на пятках, пропуская мимо себя тонну разъяренной синей шерсти. Поток ледяного воздуха едва не сдул с меня камзол. — Да ты слепой халендрик! Зайчики в лесу и то более суровые! У тебя пинг высокий или ты просто кнопку атаки зажал и уснул?! Борей пролетел мимо, с оглушительным грохотом врезался в невидимый барьер арены и с рычанием развернулся, оставляя на камнях глубокие борозды. Его глаза пылали такой ненавистью, что на них можно было жарить мясо. — Он полностью на тебе! — крикнул Дилюк, выбегая из укрытия. Его двуручный меч полыхнул ослепительным пламенем, разгоняя морозный туман. — Держи его внимание! — Да куда он денется! Я для него сейчас красная тряпка с золотыми висюльками! — ответил я, пятясь назад и готовясь к следующей атаке. Волк взвыл, призывая магию льда. Земля под моими ногами покрылась сияющими морозными кругами — индикаторами АоЕ-атак. — О, пошли касты по площади! — я начал скакать по арене, как ужаленный кузнечик, уворачиваясь от вырастающих из-под земли ледяных шипов. — Слишком медленно! Я эти моменты наизусть знаю! У этих гача помоек, одна схема на весь мир. Один из шипов всё-таки чиркнул меня по бедру. Мои элитные лосины жалобно скрипнули, но выдержали, а система лишь лениво пискнула, сообщив, что моя 70-процентная защита поглотила почти весь урон. Я даже холода не почувствовал, только легкий толчок. — Моя броня стоит дороже всей твоей будки, песик! — расхохотался я, посылая в морду волка плотный Анемо-заряд в виде ветряного лезвия. — Лови дебафф на лицо! Лезвие ударило Борея по носу, урона оно нанесло немного, но оскорбило его до глубины души. Монстр потряс головой, чихнул ледяной крошкой и приготовился к круговой атаке. — Дилюк, сейчас! Он открыт! — завопил я, видя, как волк заносит лапу для удара. Бэтмен не заставил себя ждать. Он взмыл в воздух, оттолкнувшись от каменного обломка, и обрушился на Борея сверху. — Пылай! — рев Дилюка слился с ревом пламени. Клеймор врезался в ледяной бок волка. Реакция Таяния сработала идеально — облако обжигающего пара накрыло половину арены, а Борей издал болезненный рык, отшатываясь назад. Урон прошел колоссальный, огромная полоска здоровья, которую я мысленно представлял над его головой, явно просела. В этот момент откуда-то из-за колонн раздались бодрые переливы «Бесструнной». Венти, решив, что настало его время сиять, начал играть боевой марш. И, к моему удивлению, это была не клоунская мелодия. Звук легендарной лиры резонировал с моим Глазом Бога, и я почувствовал, как по венам разливается невероятная легкость, моя скорость передвижения и восстановления выносливости взлетели до небес. — Баффы подъехали! — я радостно хрустнул костяшками пальцев. — Ну всё, Тузик, сейчас мы тебя на мыло пустим. Борей, поняв, что ближний бой не приносит результатов, решил сменить тактику. Он отпрыгнул на край арены и начал бегать по кругу с огромной скоростью, превращаясь в размытое синее пятно. Воздух наполнился воем ледяной бури. — Вторая фаза! Включает режим карусели! — крикнул я Дилюку сквозь шум ветра. — Стой в центре, он сейчас будет делать рывки! И действительно, синее пятно резко свернуло с траектории и устремилось прямо на нас. — Щит! — скомандовал я сам себе. Я собрал всю Анемо-энергию, которую мог вытянуть, и создал перед нами плотную стену вращающегося воздуха. Борей врезался в нее с силой тарана. Воздушный барьер треснул, меня отбросило назад, и я проехался спиной по льду, но удар мы выдержали. Дилюк, воспользовавшись моей заминкой, сделал выпад вперед. Его меч оставил за собой широкую дугу огня, поджигая лед под лапами монстра. — Твоя очередь, Странник! — крикнул мастер Рагнвиндр. Я вскочил на ноги, мой камзол был измазан в снегу, но харизма, уверен, всё еще была на высоте. Я сжал кулаки, концентрируя ветер. — Эй, псина! Лови! Я подпрыгнул, закручиваясь в воздухе, и обрушил на Борея мощнейший Анемо-удар в падении, смешивая его с остатками огня Дилюка. Огненный смерч поглотил гигантского волка. Борей заскулил, его призрачная форма замерцала, и он тяжело осел на землю, признавая поражение, буря медленно утихла, лёд повсюду, начал медленно таять. Я приземлился рядом, тяжело дыша и поправляя растрепавшиеся волосы. — ГГ ВП, — выдохнул я, глядя на поверженного духа.