Часть 5- Слишком близко
29 мая 2026 г., 09:11
После поцелуя всё стало хуже.
Или лучше.
Harry Potter пока не решил.
Он избегал смотреть на Draco Malfoy весь следующий день — что было почти невозможно, потому что теперь Гарри чувствовал его даже на расстоянии.
Не мысли.
Эмоции.
И это оказалось настоящей пыткой.
Когда Драко раздражался — у Гарри начинало подрагивать внутри. Когда злился — хотелось спорить. Когда нервничал — сердце сбивалось с ритма.
А ещё теперь Гарри точно знал одну ужасную вещь:
Малфой думал о поцелуе не меньше него.
Эта мысль преследовала весь день.
На трансфигурации. За обедом. Во время работы в западном крыле.
Особенно во время работы.
— Поттер, ты сейчас прожжёшь дыру в стене.
Гарри резко опустил палочку.
Камень перед ним дымился.
Гермиона тяжело вздохнула:
— Вы оба ведёте себя невыносимо странно.
— Не понимаю, о чём ты, — одновременно ответили Гарри и Драко.
Теодор Нотт закрыл лицо рукой.
— О боги, они синхронизировались.
— Тео, заткнись, — устало сказал Драко.
— Нет, серьёзно, это уже пугает.
Гарри украдкой посмотрел на Малфоя.
Тот стоял слишком близко.
Свет из разбитого окна падал на его светлые волосы, подчёркивая острые скулы и тени под глазами.
Красивый.
Мысль появилась внезапно и так не вовремя, что Гарри едва не выронил палочку.
И тут же почувствовал от Драко короткую вспышку эмоции.
Самодовольство.
Гарри резко нахмурился.
— Ты что, сейчас…
Малфой медленно поднял бровь:
— Что?
— Ничего.
Угол его губ дёрнулся.
Мерлин.
Он почувствовал это.
Хуже всего были ночи.
Потому что именно ночью связь между ними становилась сильнее.
Гарри проснулся около двух часов от внезапного ощущения тревоги.
Не паники. Не страха.
Одиночества.
Такого тяжёлого, что внутри всё болезненно сжалось.
Он уже знал, чьё это чувство.
— Чёрт, — пробормотал Гарри, натягивая свитер.
Через десять минут он снова был в подземельях.
И снова нашёл Драко.
Тот сидел прямо на полу возле окна в пустом классе, подтянув колени к груди. За стеклом медленно падал снег.
Малфой даже не удивился, когда Гарри вошёл.
— Ты пугающе предсказуем, Поттер.
— Это говорит человек, который каждую ночь прячется в одном и том же месте.
— Я не прячусь.
— Конечно.
Гарри сел рядом.
Несколько минут они молчали.
Тишина между ними больше не казалась неловкой.
Скорее… опасно уютной.
— Ты опять не спишь, — тихо сказал Гарри.
— А ты?
— Я первый спросил.
Драко фыркнул.
И Гарри почувствовал лёгкое тепло — почти смех.
Это всё ещё удивляло.
— Ненавижу эту связь, — внезапно сказал Малфой.
Гарри повернул голову.
— Правда?
— Ты теперь буквально ощущаешь мои эмоциональные унижения. Это ужасно.
— Не драматизируй.
— Поттер, ты почувствовал моё желание ударить третьекурсника за то, что он слишком громко жевал.
— Это было очень сильное раздражение.
— Именно.
Гарри тихо рассмеялся.
И Драко замолчал.
Потому что почувствовал.
Тепло. Спокойствие. Ту странную лёгкость, которую Гарри почти не испытывал после войны.
Малфой медленно отвёл взгляд.
— Не надо.
— Что?
— Смотреть на меня так.
— Как?
— Будто я что-то хорошее.
Сердце Гарри болезненно сжалось.
Он ненавидел эти моменты больше всего.
Когда за сарказмом Драко вдруг появлялся человек, полностью убеждённый в собственной испорченности.
— Ты идиот, — тихо сказал Гарри.
Драко удивлённо моргнул.
— Как романтично.
— Я серьёзно.
— А я надеялся, что это признание.
— Малфой—
— Драко.
Гарри замолчал.
Серые глаза внимательно смотрели на него.
— Называй меня Драко.
И почему-то от этих слов стало тяжело дышать.
— Хорошо, — тихо ответил Гарри.
Драко едва заметно улыбнулся.
Настояще.
Без маски.
И это оказалось опаснее любого флирта.
На следующий день всё снова испортил Рон.
— Нет, — заявил он, когда Гарри в третий раз посмотрел в сторону слизеринского стола. — Даже не начинай.
— Я ничего не делаю.
— Ты буквально смотришь на Малфоя взглядом человека, который готов писать стихи.
Гарри поперхнулся тыквенным соком.
Гермиона закрыла лицо ладонью.
— Рон!
— Что?! Я просто говорю правду!
— Тише!
Но было поздно.
Несколько студентов уже обернулись.
А Малфой, конечно же, услышал.
Он медленно поднял взгляд через весь зал.
И Гарри почувствовал его эмоции почти мгновенно.
Смущение.
Веселье.
И что-то тёплое.
Малфой едва заметно ухмыльнулся.
Гарри захотел провалиться сквозь землю.
— Я тебя ненавижу, — прошипел он Рону.
— И это тоже звучит как начало очень плохого романа.
Вечером они снова работали в библиотеке.
Точнее, Гермиона действительно работала.
Нотт давно куда-то исчез.
А Гарри и Драко в основном делали вид, что читают.
На самом деле они постоянно отвлекались друг на друга.
— Поттер.
— М-м?
— Ты уже пять минут смотришь в одну страницу.
— Возможно, это очень интересная страница.
— Она вверх ногами.
Гарри посмотрел на книгу.
Чёрт.
Драко тихо рассмеялся.
И снова — это тёплое чувство внутри.
Гарри ненавидел, насколько быстро начал к этому привыкать.
Позже Гермиона ушла первой, подозрительно долго посмотрев на них перед выходом.
Они остались вдвоём.
За окнами бушевала метель.
Библиотека почти опустела.
— Знаешь, — тихо сказал Драко, не поднимая глаз от книги, — это очень плохая идея.
— Что именно?
— Всё это.
Гарри медленно закрыл книгу.
— Тогда почему ты всё ещё здесь?
Драко поднял взгляд.
И Гарри почувствовал.
Страх.
Не тот панический ужас, что раньше.
Другой.
Более глубокий.
Страх привязаться.
— Потому что рядом с тобой тихо, — почти шёпотом сказал Драко.
Гарри замер.
Мир будто остановился.
Никто никогда не говорил ему ничего подобного.
После войны рядом с Гарри всегда было шумно: ожидания, разговоры, чужие надежды.
А Драко…
Драко говорил о тишине так, будто это что-то драгоценное.
Гарри медленно протянул руку через стол.
На этот раз Малфой не отстранился.
Их пальцы переплелись осторожно. Почти нерешительно.
Но связь между ними вспыхнула мгновенно.
Тепло. Доверие. Усталость. И что-то гораздо большее, от чего у Гарри перехватило дыхание.
Драко закрыл глаза.
— Поттер…
— Гарри.
Секунда тишины.
А потом Драко тихо выдохнул:
— Гарри.
И его имя в голосе Малфоя прозвучало слишком правильно.
Настолько, что через час Драко всё-таки остался ночевать в комнате Гарри.
Хотя оба продолжали делать вид, что это совершенно ничего не значит.
