Дела давно минувших дней

      1221 год войны, Земля, "Немезида"       Неудачная выдалась вылазка. Арси почти скучающе висела в энергетических оковах в ужасно безвкусной пыточной "Немезиды". У Старскрима не было никакой оригинальности. Ей даже не зафиксировали приводы, и при желании фембот могла бы довольно быстро освободиться, вот только корабль находился на орбите Земли и сбежать с него не представлялось возможным. Пока ее оставили в одиночестве, она размышляла, как лучше поступить. Остаться в путах или скрыться в бесчисленных коридорах.       Внезапно у самой двери открылась зеленоватая воронка земного моста. Арси была не настолько наивна, чтобы верить, будто ее сослуживцам удалось установить ее местоположение вплоть до метра, поэтому напряглась. Из светящегося портала появилась знакомая темная нескладная фигура. Арси дернула уголком губ, не понимая, как себя вести и что чувствовать.       Связь между ними оборвалась много веков назад, когда Саундвейв последовал за Мегатроном. Ныне связист, он сыскал славу самого верного слуги лорда, который никогда не щадил врагов. И сейчас они были врагами. И все же было больно, от воспоминаний, от чувств, что когда-то горели в далеком прошлом.       Саундвейв застыл статуей опасно близко к ее корпусу. Недостаточно, чтобы прикоснуться, но вторгаясь в энергетическое поле. От его привычной близости искра заныла, фембот сжала губы. Ее переполняли боль, гнев и печаль. Она все еще скорбела, что все так обернулось.       — Пришел допрашивать? — язвительно прошипела Арси. Связист покачал головой, из нижней части его грудного отсека с щелчком появились оптокабели, они мягко и надежно обвили корпус разведчицы, после чего Саундвейв отключил оковы. Она была целиком в его власти, но это почти не пугало. Десептикон не стал ставить фембот на пол, а усадил на локоть, обхватив пальцами привод. Оптокабели вернулись на место, второй рукой он потянулся к визору. Арси терпеливо ждала, положив ладони ему на плечи.       Секунда, и они уже смотрели друг другу в оптику без всяких преград. Саундвейв большую часть жизни носил непроницаемый экран и совершенно не умел скрывать эмоции. Ему это и не нужно, раз никто не видит его лицевую пластину. Арси же могла прочитать все, что он чувствует. И разведчица ощущала облегчение, ведь не только она испытывала противоречивые эмоции.       Тонкие губы растянулись в слабую улыбку, но оптозатворы вокруг оптики были напряжены, словно он был рад встрече, но понимал, что так быть не должно. Эта проклятая война действительно все испортила.       — Так зачем ты пришел? — снова спросила Арси, уже без прежней злобы.       — Через пять часов, восемь минут и сорок секунд корабль прибудет к шахте, чтобы забрать энергон, — сообщил Саундвейв. Его голос был тихим, он никогда не говорил громко, низкий и приятный. Арси удивленно моргнула.       — Ты организовываешь мне побег? Ты? — изумилась она. Связист вновь открыл земной мост и без колебаний шагнул в воронку с фембот на руках. Арси ожидала чего угодно, но только не оказаться в каюте Саундвейва. Тут было темно и минимум удобств. Некоторые вещи не меняются. Он усадил ее на платформу, а сам отложил визор на встроенную в стену полку.       — Я не хочу, чтобы ты испытывала ненужные страдания, — объяснился бот и присел перед ней на одно колено, поставив руки по обе стороны от ее корпуса. — Я знаю, что ты ничего не скажешь, даже если за допрос возьмется Шоквейв. И я не хочу, чтобы он касался тебя.       — И что дальше? — Арси сложила руки на груди, впившись пальцами в локтевое сочленение. От давних привычек тяжело избавляться, и сейчас, как говорит иногда Джек, у нее "руки чесались" обнять голову, закинуть ладони на бронированную шею или гладкие плечи. Саундвейв молча смотрел на разведчицу, и через какое-то время поднялся и сел рядом на платформу.       — Побудем вместе, как раньше, а потом я открою тебе земной мост там, где скажешь.       Каюта вновь погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тихим гудением работающих систем.       — Ты ведь понимаешь, что все не может быть, как раньше, — проговорила Арси, вперив взгляд в стену перед собой.       — Война однажды закончится, и тогда мы снова сможем быть вместе, — невозмутимо ответил десептикон. Фембот оскорбленно фыркнула, ее злила его абсолютная уверенность.       — С чего ты взял, что после всего этого я захочу союза с тобой? — зло выплюнула она, оглянувшись на Саундвейва. На его лицевой пластине читались уверенность и печаль. Он немного наклонил голову набок, прежде чем ответить.       — Ты злишься на меня, Арси. Злишься, потому что тебе больно. А больно потому, что ты еще не отпустила те чувства. Значит, у нас еще есть шанс, — слова били точно в цель, отчего злили еще больше. Фембот не могла физически уйти прочь, поэтому отвернулась всем корпусом, притянув приводы к груди.       — В твоей потрясающей логике есть изъян, Саундвейв, — зло и холодно отчеканила разведчица. — Ты думаешь, что мне больно оттого, что я до сих пор люблю тебя, хотя моя боль происходит от предательства бота, с которым я хотела связать искру.       Арси почти не врала. Она действительно пришла к такому выводу после многих лет самоанализа. Связист был прав в своих заключениях, но он никогда не понимал, как сильно ее ранил тот факт, что в конечном итоге он выбрал Мегатрона.       Лазербик с шумом отсоединился от грудного отсека своего хозяина и отлетел в сторону. На спину Арси навалилась тяжесть. По обе стороны от ее приводов уперлись колени связиста, длинные руки вытянулись вперед, фембот оказалась в клетке из его корпуса.       — Так значит ты поэтому так тяжело переживала смерти Тейлгейта и Клиффджампера? — тихий, наполненный яростью голос раздался у самого аудиоприемника. Арси вздрогнула и обернулась. Лицевая пластина Саундвейва была совсем рядом. Ее исказили боль и ярость. Ревность. Воспоминания о потерях отозвались у разведчицы болью.       — Не приплетай их сюда, — огрызнулась она. Ровный грудной отсек сильнее навалился на спину, заставив ее закряхтеть и прижаться грудью к приводам. — Ревность тебе не подходит, Саундвейв.       — Как я могу не ревновать? Ты говоришь, что у тебя не осталось ко мне любви, и ты единственная фембот среди автоботов на этой планете. Мне больно даже предполагать…       — Тебе больно? — взвилась Арси и попыталась отстраниться. — Больно от мысли, что я могла выбрать кого-то другого, а не тебя? Что ж, теперь мы можем понять друг друга чуть больше.       Саундвейв нахмурился и крепче прижал разведчицу к себе.       — Я не понимаю, — озадаченно шептал он. — Я никогда не давал тебе повода сомневаться во мне.       — Хах, — невесело рассмеялась Арси и горько улыбнулась, — это бессмысленный разговор. Ты все равно не поймешь.       — Я хочу понять, — в ответ заявил десептикон. — Расскажи мне.       Разведчица понимала, что он не выпустит ее из своих рук, пока не получит то, что хочет. Либо если связиста вызовут на главный мостик. Однако, учитывая, что Саундвейв до сих пор здесь, вероятность этого весьма низка. Тут в борьбу вступало их упрямство. Арси чувствовала раздражение от того, насколько похожи их характеры. И все же, именно благодаря этому они так хорошо подходят друг другу. Она упрямо сжала зубы. А еще через несколько минут закатила глаза. Ей не хотелось тратить на десептикона свои нервы.       — Напомни мне, что и почему мы хотели сделать до того, как началась война, — зло потребовала она.       — Мы собирались соединить наши искры, потому что мы похожи. Потому что мы идеально дополняем друг друга, — тут же ответил бот. Он прижался своей щекой к аудиоприемнику автобота.       — Верно, — согласилась Арси, выплюнув это слово. — Когда два бота собираются соединить искры, они ставят друг друга на первое место, а после живут в согласии и уважении до самого конца. И в этом кроется главная проблема наших отношений. В твоей искре я никогда не смогу превзойти Мегатрона. И я не хочу быть второй.       — Арси, это другое, — возразил Саундвейв. Разведчица резко развернулась впервые за долгое время взглянув ему в оптику. Ее окуляры горели яростью, казалось, она сейчас бросится в атаку.       — Нет, Саундвейв. Когда мы в последний раз об этом разговаривали, я предоставила тебе выбор. И ты выбрал Мегатрона. После этого о союзе не может быть и речи.       Ее голос звучал на удивление твердо, достаточно искренне, чтобы на лице связиста отразился страх. Он развернул Арси в своих руках и прижал к корпусу так, чтобы они оказались грудь к груди. Фембот извивалась в крепкой хватке. Но шансов выбраться у нее не было. Саундвейв был крупнее и сильнее. Когда сопротивление прекратилось, и разведчица обмякла, десептикон заговорил.       — Я последовал за Мегатроном, потому что разделяю его идеи. Даже когда мы оказались по разные стороны, я знал, что однажды война закончится и мы соединим наши искры. Я хотел, чтобы у нас был лучший мир, чем тот, в котором мы тогда жили.       — У нас теперь есть Земля, мы могли бы закончить войну и просто жить.       — Война длится слишком долго, что прервать все мирным договором. Все должно завершиться поражением одной из сторон, — бот огладил тонкими пальцами выступающие крылышка разведчицы. Она положила голову на широкое плечо.       — Ты мог бы помочь нам, — проворчала фембот.       — Арси, если бы я тебя попросил остаться со мной сейчас, ты бы согласилась?       — Пф, нет, конечно, — молниеносно заявила она.       — Поэтому и я не могу просто предать десептиконов.       После этого они замолчали. Слишком сложны были их взаимоотношения, слишком тяжел груз противоречивых эмоций. И не ясно, что ранило сильнее, многовековая разлука или эта короткая встреча, давящая осознанием, что через несколько часов они вновь станут врагами.       Но пока можно было поддаться иллюзии, что никакой войны нет и не было. Арси, закрыв оптику, слушала мерное биение чужой искры, пока связист выводил на нее спине бессмысленные узоры.       — Несмотря на наши разногласия, я никогда не переставал желать союза с тобой Арси. Мои чувства к тебе остались прежними. И… когда война закончится, я прошу тебя дать мне еще один шанс.       — Я подумаю, — неопределенно и прохладно ответила разведчица. Соблазн согласиться был очень велик, но гордость и пережитая боль шептали, что и ему нужно познать хотя бы часть того, что она испытывала все это время.       — Этого достаточно, — Саундвейв откинул голову назад и прикрыл оптику. Даже сейчас его процессор продолжал обрабатывать информацию. До плановой посадки осталось еще три часа. Исчезновение Арси и отключение камер в тюремном отсеке еще не обнаружили. Пока что можно было отложить все дела.       Он всегда расставлял приоритеты для поступающих задач. Когда началась война, и Арси примкнула к автоботам, он перешел на должность связиста, опасаясь, что однажды им придется встретиться на поле боя, где ему вновь придется выбирать между убеждениями и любовью.       Саундвейв никогда не сомневался, что Арси выживет в огне войны. Он знал о ее возможностях, научил основам рукопашного боя, показал, как справляться с противниками крупнее себя. Фембот была умна и талантлива во всем, что касалось использования возможностей ее корпуса. И она доказала это, дожив до этого момента.       — Ты разогреваешься, — нарушила тишину Арси.       — Твоя близость не может не влиять на меня, — не стал отрицать десептикон. Его сенсорная система работала почти на пределе, записывая на процессор каждое мгновение, что они были вместе. Когда им неизбежно придется расстаться, эти воспоминания будут согревать его искру в перерывах между задачами.       — Действительно ли это из-за меня или у тебя просто давно не было перегруза? — язвительно поддразнила разведчица. Она немного приподнялась, чтобы заглянуть связисту в окуляры. Тот обиженно нахмурился.       — Твои обвинения несправедливы. Даже если и мой последний перегруз был столетия назад, близость любой фембота не заставит мои системы так вести, — после этого он приподнялся и легко столкнул их лобные пластины, тон его был обвиняющим. — Скорее, это я должен тебя допрашивать. Ты долгое время была одной среди всех этих ботов.       — Ты должен допрашивать меня по другому поводу, ах! — Арси воскликнула от удивления, когда ее корпус плотно прижали к грудному отсеку связиста. Теперь она практически сидела у него на коленях, их лицевые пластины были в опасной близости друг от друга. И что самое неприятное — она никак не могла отстраниться. Автобот оказалась в прочном капкане из чужих конечностей. Впрочем, не сильно ей этого хотелось.       — А мне кажется, что я нашел отличную тему для допроса, — Саундвейв уверенно провел пальцами по узкой талии, заставив разведчицу выгнуться. Он внимательно наблюдал за ее реакциями. Однако Арси сопротивлялась слабо, больше для вида, пока в оптике тлели угли желания. Значит, она позволит зайти дальше. Осознание заставило системы заработать интенсивнее, поднимая температуру корпуса еще выше.       — Так за все эти годы нашелся тот, кто взволновал бы твою искру? — он давно выучил все самые чувствительные точки на корпусе разведчицы, и теперь умело надавливал на них, заставляя системы разогреваться.       — Ха-а, для того, кто дал обет молчания, ты слишком много говоришь, — фембот гибко изогнулась, ее ловкие пальцы дразнили магистрали на шее десептикона. В ответ он приник ртом к ее шее.       — Ты всегда была исключением. К тому же, тебе нравится, когда я говорю, — связист намеренно прогнал воздух по разогретым системам и выдохнул его прямо на чувствительный сенсор под аудиоприемником, отчего с губ Арси сорвался короткий стон. — Я не слышу ответа на мой вопрос.       — Ты думаешь, что я просто так возьму и отвечу? — дерзко ответила разведчица. — На допросе я предпочитаю молчать.       И чтобы подкрепить свои слова действиями, она резко дернула за броню, прикрепленную сбоку лицевой пластины, заставив десептикона поднять подбородок вверх, и стремительно припала губами к чужому рту. Глоссы, оснащенные чувствительными датчиками, стали активно тереться друг о друга, генерируя электрические импульсы и распространяя их по всем системам.       Корпус Арси, реагируя на стимуляцию, медленно и верно начал разогреваться. Вентсистема, пытаясь справиться с нарастающим внутри жаром, стала работать интенсивнее. Она долгим выдохом выпустила горячий воздух. Тот, опалив чувствительные глоссы, взбудоражил датчики, заставив обоих низко застонать. Связист пальцами крепко обхватил бедренные сегменты приводов разведчицы, прижал плотнее к своему корпусу. Фембот задрожала и слабо усмехнулась. Он всегда становился грубее в порыве страсти, и Арси нравилось срывать с вечно спокойного и невозмутимого бота его маску.       Она проворно пробежалась кончиками пальцев по корпусу Саундвейва, надавливая на все чувствительные части, до которых автобот могла добраться. Но в эту игру можно было играть и вдвоем, десептикон в долгу не остался. Горячий металл стремился остыть, передавая теплоту воздуху. Однако от этого становилось только жарче.       Саундвейв с неохотой отстранился от ластящейся разведчицы.       — У нас осталось два часа, — сообщил он, сверяясь с внутренним таймером.       — Тогда нужно поторопиться, — горячо выдохнула Арси. Сейчас уже было не до игр. Все перекрыла растущая экспоненциально потребность. Быть ближе, стимулировать датчики сильнее, получить благословенный перегруз систем.       С тихим, почти синхронным щелчком разошлись пластины брони, скрывающие одни из самых сокровенных мест любого кибертронца. Длинные тонкие пальцы связиста мгновенно скользнули внутрь пылающего эластичного порта, чьи стенки сочились вязкой смазкой из сотен капилляров. Активное трение заставило Арси несдержанно застонать и податься вниз. Этого было недостаточно.       На лицевой пластине Саундвейва появилась слабая улыбка, оптика горела ярче обычного. Он был донельзя доволен собой, что дико раздражало разведчицу. Она грубо засунула свою глоссу ему в рот. Фембот дразнила, прикасалась, а затем убирала модуль. Связист в отместку активнее двигал рукой. И все же именно он был в невыгодном положении.       Из паза выдвинулся коннектор датчики горели, умоляя о желаемом трении. Десептикон выровнял модуль с портом, и Арси опустилась на него. У обоих вырвался стон. Защелкнулись магнитные замки, не позволяющие отстраниться друг от друга ни на микрон. Разведчица развела колени шире, чтобы устроиться поудобнее. Изнутри ее распирал коннектор, и она была в предвкушении грядущего удовольствия.       Давление и трение — вот залог приятной стимуляции. Гибкие стенки порта механически пытались сжаться, вернуться в первоначальное состояние, но им мешал вторгнувшийся модуль. Особенностью коннектора Саундвейва была его форма. В сечении он был не круглым, а в виде эллипса. Вращаясь внутри, он создавал знакопеременное давление, что всегда доставляло дополнительное удовольствие Арси.       Несколько минут они сидели неподвижно. Записывали долгожданные ощущения после долгой разлуки. Затем загудели внутренние системы Саундвейва, разведчица на его коленях громко застонала. Очаровательные крылышки на ее спине мелко задрожали. Он и сам не смог сдержать сдавленного стона, когда особый привод заставил коннектор вращаться вокруг своей оси.       Обилие смазки облегчало движение, принося исключительно приятное трение. От обилия импульсов, от жара, смеси облегчения и умопомрачительного желания сбоил процессор, вызывая галлюцинации в виде искр за оптикой.       Арси прильнула грудным отсеком к груди Саундвейва. Ее лицевая пластина исказилась от испытываемого наслаждения, и она нетерпеливо и умоляюще открыла рот, высунув глоссу. Молчаливо умоляла поласкать и ее. Связист никогда не мог отказать разведчице в удовольствии. Он наклонил шею как можно ниже, сплетая глоссы друг с другом. Одновременно с этим скорость вращения коннектора увеличилась, Арси крепко вцепилась пальцами в плечи бота. Взгляд расфокусировался, и она могла только принимать то наслаждение, что дарил ей десептикон.       Интенсивность трения достигла своего пика. Теперь желанный перегруз был лишь вопросом времени. Вентиляционная система не справлялась со своей задачей, казалось, что от бушующего внутри жара корпус вот-вот расплавится. Магнитный замок, скрепляющий их снизу, не позволял свободно двигать приводами, и Арси изгибалась спиной, царапала пальцами темную броню, громко и мелодично стонала, не в силах справиться с нахлынувшим удовольствием.       Перегретый процессор Саундвейва отказывался работать в штатном режиме. Перед оптикой все плыло, однако он старался держать фокус на корпусе разведчицы. Ее вид, скрючившейся от наслаждения у него на коленях вызывал опьянение похлеще, чем от заряженного энергона. Связист не хотел пропустить ни мгновения их единения. Он был опасно близок к перегрузу, но твердо решил сначала довести до конца Арси.       Долго этого ждать не пришлось. Ее оптика замерцала, корпус ослаб, с протяжным довольным стоном она обмякла, на секунду все системы перестали функционировать, погружая ее в блаженную эйфорию. Саундвейв перестал себя сдерживать и последовал за разведчицей. С громким стуком его спина ударилась о поверхность платформы, голова откинулась назад.       Когда все системы восстановились, он почувствовал почти невесомые прикосновения к своей лицевой пластине. Арси делала странные движения. Ее мягкие, созданные из чистой протоформы губы медленно и нежно скользили по его щеке. Саундвейв не понимал смысла этого действия. Пускай лицевая пластина в силу своего строения и материала и была достаточно восприимчивой частью корпуса, глосса была в сотни раз чувствительнее. И все же ее прикосновения отзывались импульсами в самой искре.       — Что ты делаешь? — не мог не спросить связист. Арси в последний раз крепко прижалась губами к его и отстранилась, положив голову ему на плечо.       — Люди называют это поцелуями, — ответила фембот и хитро сверкнула оптикой в его сторону. — Советую тебе изучить это явление, чтобы понять для чего это нужно. Это мой ответ на твой «допрос».       Фембот всегда умела его заинтриговать. Поэтому Саундвейв так любил ее и специально шел на разного рода уступки. Непостижимым образом Арси удавалось вытащить его из скуки и беспросветного разочарования в мире. Она не понимала, какой важной константой была в его жизни. Яркой и драгоценной. Но времени насладиться послевкусием перегруза у них не осталось.       [Саундвейв! Немедленно проверь камеры наблюдения! Пленник сбежал!]       По внутренней связи раздался ревущий голос Мегатрона.       — Время вышло, твое отсутствие заметили, — раздался щелчок, и магнитный замок разъединился. Связист приподнял корпус Арси, чтобы выйти из ее порта. Оба застонали от вновь возникшего трения. Раньше это был повод для второго захода, но сейчас важно было спровадить разведчицу с корабля. Пластины брони быстро встали на свои места, и автобот, чуть пошатнувшись, вскочила на приводы. Десептикон встал вслед за ней. Он прикрепил визор обратно, Лазербик вернулся на свое место на грудном отсеке бота.       Саундвейв проецировал на экран изображение Земли, предлагая разведчице выбрать координаты.       — У меня будет хотя бы несколько минут, прежде, чем появится погоня? — уточнила фембот. Связист кивнул, в углу темного визора появился таймер на пять минут. Арси довольно улыбнулась. — Этого будет достаточно.       Она выбрала неприметную саванну на юге Африки, и Саундвейв открыл земной мост. Напоследок разведчица прижалась губами к непроницаемому визору, а после скрылась в зеленой воронке. Портал захлопнулся за Арси, и десептикон остался в темноте один. Теперь пора было приниматься за работу.