Дела давно минувших дней

      7 год войны, Кибертрон, Праксис       Арси допела свой куплет и эффектно развернулась, взметнулись тонкие цепи и, описав красивую дугу, ударились о ее корпус. Припев пели другие артистки, и пока лазурная фембот танцевала, у нее было время взглянуть в зрительский зал.       Сегодня он был заполнен лишь наполовину. На крайнем месте во втором ряду сидел незнакомый ей бот, потягивая заряженный энергон. Искру кольнули тревога и разочарование. Она не видела Саундвейва больше месяца.       Все уверяли друг друга, что восстание Мегатрона быстро закончится. Его или подавят, или сдадут бывшему гладиатору Каон. Однако пока огонь революции разгорался лишь сильнее. И Арси был ненавистен тот факт, что Саундвейв принимает в нем активное участие.       Музыка продолжала литься из динамиков, шоу продолжалось. Фембот ухватилась за руку Тории и закружилась с ней согласно хореографии. Номер близился к своему завершению, и скоро Арси сможет отдохнуть в гримерке. С последним аккордом артистки замерли на пару кликов, прежде чем изящно и учтиво поклонится гостям. Стройным рядом они удалились за кулисы под бодрый голос Стибума, который зачитывал подводку к следующему танцу.       Арси содрала с себя накидку из цепочек и устало рухнула в свободное кресло. Она была истощена. Она чувствовала тяжесть во всем корпусе от недостатка энергона. Сегодня все же придется заправиться. Кроме этого на процессор давила общая нервозность и страх.       Огонь восстания еще не успел докатиться до Праксиса, но всюду витали мятежные настроения. Множество ботов были недовольны текущим порядком и теперь, когда появился тот, за кем можно следовать, они активно выражали свое недовольство. На улицах то и дело вспыхивали стычки между правоохранительными органами и теми, кто поддерживает десиптиконов. Ходить по улицам было страшно, и теперь после работы Арси всегда быстро возвращалась домой.       У ее коллег жизнь была не лучше. А может даже и хуже, учитывая, что у них не было партнера, который в любой момент мог достать энергон. Фембот чувствовала зависть некоторых из них, но никогда не обижалась. Такое уж было время. Она лишь надеялась, что скоро все закончится, и Саундвейв не окажется в тюрьме как пособник в организации восстания.       — Ты в порядке? — Тория положила ладонь на плечо Арси. Фембот посмотрела на нее через зеркало и слабо кивнула.       — Да, я в норме. Просто устала.       — Нам нужно продолжать работать, чтобы выжить, — Тория сама тяжело опустилась в соседнее кресло и надавила пальцами на висок. Сейчас все меньше ботов приходят в их театр, они стали зарабатывать совсем мало, а энергон наоборот подорожал. Идеологический спор по поводу правящего режима никого из них не волновал. Они переживали за собственное выживание.       И чтобы обеспечить его, они все вынуждены работать вместе. Не взирая на все конфликты и разногласия. В гримерку ворвалась Селена с Рубией.       — Твоего гладиатора давно не видно, — едко бросила сиреневая фембот. Внутри Арси вспыхнуло раздражение, но она промолчала. Не стоит тратить немногие оставшиеся силы на перепалку.       — Может он уже давно ржавеет на свалке, — Селена небрежно бросила на стол серебристую корону. Сегодня она явно нарывалась на драку. И артистка ее получит, потому что задела самое больное. Арси боялась однажды услышать новость о смерти Саундвейва. Этот страх изводил ее искру, обрекая ее на бесчисленные бессонные ночи. Лазурная фембот крепко сжала подлокотники и издевательски усмехнулась.       — Все еще обижаешься, Селена? Саундвейв не первый бот, которому ты пришлась не по нраву, но я впервые вижу, чтобы так долго цеплялась за тот факт, что тебя отвергли.       Сиреневая артистка зло оскалилась и сжала кулаки. Арси смотрела на нее снизу-вверх, но совершенно не боялась. Даже если та действительно полезет в драку, у нее есть преимущество.       — Прекратите. Обе, — в спор вмешалась Тория, она положила руку на плечо Селены и отвела ее в сторону. Арси отвернулась и прикрыла оптику. Внутри все сжималось от тоски. Ей страшно хотелось увидеть и обнять Саундвейва, уговорить его остаться с ней. Какой смысл в этом восстании, если они не смогут быть вместе?       Постепенно в гримерку возвращалось все больше артисток. В помещении не слышалось разговоров, чувствовалась общая усталость. Тишину нарушал лишь тихий перезвон костюмных элементов, складываемых в коробки, и гул гигиенической камеры. Представление закончилось, и артистки ждали зачисление средств.       — Проверяйте, — в гримерку заглянул Стибум с датападом в руках. Выражение его лицевой пластины было угрюмым, и фемботы с опаской потянулись к личным датападам.       — Издеваешься? — возмущенно прошипела Шайна. Только высокая стоимость терминала не позволила ей швырнуть его. — Этого не хватит даже на половину куба.       Арси глядела на зачисление двухсот двадцати четырех единиц. Она была не удивлена, но все равно расстроена. Чувство беспомощности лишало всех сил, однако в ком-то от отчаянья разгоралась злость.       — Мы не можем так жить! — вспылила Рубия. — Это уже выживание! Расплачивайтесь с нами тогда энергоном. И подожди, разве нет определенного минимума, который вы должны нам выплачивать?!       — Ты знаешь, как это работает, — Стибум оставался спокойным, привыкший к непростым характерам некоторых подопечных. — Мы честно платим вам процент от выступлений, немаленький процент. И все зависит от зрителей. К сожалению, мы ничего не можем поделать.       В гримерке повисла тяжелая тишина. Все артистки хорошо знали и уважали режиссера. Он всегда старался быть на их стороне и выбивать лучшие гонорары за выступления. Однако сейчас индустрия медленно и мучительно погибала. И всем было страшно разделить с ней эту агонию.       — И все же частично Рубия права, — подала голос Гала. — Мы не сможем выжить с такой платой. У Оганесона есть идеи, как удержаться на плаву?       Стибум тяжело провентилировал системы и серьезно посмотрел на своих подопечных.       — Он отправил в Совет Праксиса заявление на материальную поддержку театра. Но неизвестно, когда придет решение. И давайте будем честны, даже если они начнут выделять субсидии, их размер будет мизерным…       — Уже лучше, чем ничего, — перебила его Гала и натянуто улыбнулась, пытаясь привнести оптимизм.       — Возможно, — прохладно отозвался Стибум, — но вот вам мой совет — поищите вторую работу.       После этих слов он ушел, оставив артисток сидеть в тишине. Совет здравый, только вот кто возьмет к себе тонких и хрупких фемботов, которые только и умеют, что петь и танцевать? В обществе, где в абсолют возведены оптимизация и максимизация производства, без должного образования они были в невыгодном положении. В укладе, где все поделены на касты, слишком тяжело перейти в другую. И каждая из них это понимала.       — У нас не так много вариантов, — Рубия начала нервно ходить по гримерке. — Мы можем просто сидеть со сложенными руками и сдохнуть от недостатка энергона. Можно попытаться убраться с Кибертрона на другие колонии. Или мы можем помочь тем, кто сражается за таких как мы.       — Ты с ума сошла, — пораженно округлила оптику Ферри. — Хочешь присоединиться к восстанию? Тебя прельщает идея сесть в тюрьму или отправиться к Праймусу?       — А ты прям уверена, что десиптиконы проиграют? — огрызнулась Рубия. — У них много поддержки. Почти все недовольны текущим строем. Я уверена, что у Совета не хватит сил, чтобы подавить их.       Арси не хотелось слушать все это. Она была рада, что появились боты, которые отстаивают права низших каст, и Мегатрон был харизматичным лидером с самых низов. Однако избранный им метод был ужасен. Насилие породит еще большее насилие. И чем больше они будут сопротивляться, чем больше устраивать все более и более жестоких акций, тем жестче будет реакция Совета.       У десиптиконов действительно была большая поддержка среди простых ботов, однако у них не было доступа к фундаментальным ресурсам — энергон и оружие. У них еще не было отлаженной системы реагирования, как у правоохранительных органов, и победа была очень уж призрачной.       Лазурная артистка поднялась с кресла. Она получила оплату, и теперь ей не терпелось вернуться домой. У артистки не было сил выслушивать пустые споры.       — О, Праймус, ты даже не понимаешь, что там происходит! — пыталась вразумить коллегу Осмия. — Это же не шутки. Каон горит синим пламенем, ты представляешь, сколько ботов погибает там каждый день? Что ты сможешь сделать? Не глупи, Рубия. Давай с тобой вместе поищем другую работу.       — Я думаю, что нас с Арси могли бы определить в какое-нибудь безопасное подразделение. Будь они идиотами, которые только и могут, что кидаться на патрули, их всех бы уже посадили. Но десиптиконы организованы, помимо силового аппарата у них есть и другие ответвления, которые и обеспечивают их…       — Не втягивай меня в свои идеи, — жестко отрезала Арси, уставившись на Рубию. — Нет никаких «нас». Я не собираюсь участвовать в этом.       — Но ведь твой партнер… — фембот начала было оправдываться, но двухколесная ее оборвала:       — Его выбор меня не касается. Так что прекращай думать, будто я последую за ним куда угодно.       — Но в чем тогда смысл ваших отношений?!       Арси не стала отвечать и просто ушла. Она действительно любила Саундвейва, и была готова пойти вместе с ним куда угодно, однако это не означало, что она перестанет пользоваться своим процессором и станет во всем подчиняться боту. Артистка сразу высказала свою позицию, она не присоединится к десиптиконам. И Саундвейв принял ее позицию.       Их отношения строились на взаимном доверии, уважении и поддержке. Однако это не означало, что они откажутся от всего, лишь бы быть вместе. Безусловно хотелось много времени проводить рядом друг с другом, но все же они продолжали жить и работать в разных городах. И их обоих это устраивало. Саундвейв прилетал в Праксис так часто, как мог, и Арси изредка посещала Каон.       Ей было больно не видеть бота несколько месяцев к ряду, искра изнывала от тоски, причиняя почти физические страдания. И все же фембот не собиралась становиться частью революции. Ей претила мысль, что всего можно добиться лишь грубой силой и пролитым энергоном. И даже ради своей любви артистка не могла переступить через свои принципы.       Стоило Арси покинуть здание театра, как рядом с ней появилась маленькая темная тень. Привода коснулся гладкий хвост, похожий на оптокабель Саундвейва. Это было живое доказательство его чувств к ней.       Пускай основные бои проходили в Каоне и Иаконе, восстание Мегатрона всколыхнуло весь Кибертрон. Боты почувствовали, что контроль сверху ослаб, появилась возможность сопротивляться. Даже на улицах мирного Праксиса по крайней мере раз в неделю происходили стычки.       Саундвейв был обеспокоен ее безопасностью и оставил с Арси самого лучшего миникона, которого только знал. Рэведж. Хитрый, маневренный и смертельно опасный. Он стал для двухколесной телохранителем и другом, всюду сопровождавшим артистку.       — Давай поспешим домой, — устало произнесла она и трансформировалась. Рэведж запрыгнул на ее альт-форму и трансформировался в темноватый обтекаемый кожух. Взревел мотор, когда Арси сорвалась с места.       На улицах Праксиса больше не царило прежнее веселье. Шумные вечеринки разгоняли патрульные, простые боты предпочитали глушить заряженный энергон на заправках. Оживленная улица теперь не была таким уж безопасным местом. Все привыкли к периодическим стычкам и избиениям среди бела дня и просто проезжали или проходили мимо. Поэтому фембот больше не гуляла по городу, с работы она гнала домой с максимальной скоростью, на которую была способна. Изредка она заглядывала в ближайший энергоновый пункт, чтобы докупить заканчивающееся топливо.       Вспышка молнии и последовавший за ней раскат молнии, заставили двухколесную выбрать более короткий путь и начать петлять по переулкам. Она молилась, лишь бы по дороге не встретился какой-нибудь шартикон.       Сегодня удача была на ее стороне, и фембот без приключений добралась до дома, успев до начала дождя. Стемнело, когда первые кислотные капли пролились на землю. Рэведж ловко поднимался по ступеням, Арси следовала за ним, легко преодолевая пролет за пролетом. Тесное замкнутое пространство лифта обостряло ее паранойю, и двухколесная предпочитала потратить время и силы, чтобы подняться по лестнице, где у нее есть свобода передвижения, чем оказаться запертой с подозрительным ботом.       Артистке оставалось подняться еще на два этажа, как миникон настороженно замер и выпустил тонкие и острые когти. Искра Арси гулко забилась в камере, она сжала кулаки. с характерным щелчком распахнулась дверь, и на лестничную площадку вышла пара ботов. Фембот заметила в их руках кубы энергона. Простые воры, коих много развелось, когда цены на топливо взлетели до небес. Проблема заключалась в том, что они были напуганы и отчаянны больше остальных. Желтая оптика ботов расширилась, когда они заметили на ступенях Арси.       — Спокойно, — она примирительно подняла руки, — давайте тихо разойдемся и забудем об этой встрече.       — Ей нельзя доверять, — шепнул один своему подельнику. В пустом коридоре его голос разнесся гулким эхом, дойдя до аудиосенсоров Арси. Рэведж предупреждающе зашипел. К сожалению, для воров это был сигнал к действию. Рука у одного трансформировалась в лазерный резак, каким обычно пользовались шахтеры, у второго — в строительный молот. Рэведж бросился вперед, Арси отринула назад и в бок, уходя с линии удара.       Послышался скрежет металла и сдавленный крик. Кубы рассыпались по ступеням, на пол упали синие капли энергона из травмированной руки шахтера. Миникон оттолкнулся от чужого плеча, чтобы вцепиться когтями в лицевую пластину второму. Фембот не стояла столбом в стороне, Саундвейв многому ее научил.       Взметнув привод почти до самой головы, она с силой опустила его вниз, попав четко в основание шеи шахтера. На клик заикнулись его работающие системы, оглушенные ударом. Этого времени артистке хватило, чтобы ловко проскользнуть между ботами и броситься наверх. Она слышала, как за спиной зацокали тонкие когти. Не оглядываясь, Арси бежит домой.       Оказавшись в своем отсеке и проверив исправность замка, фембот обессиленно сползла на пол. Процессор сбоил от недостатка энергона, картинка перед оптикой плыла и двоилась. Руки и приводы подрагивали от пережитого страха. Арси подтянула конечности к груди и уткнулась лицевой пластиной в колени, ей нужно было время, чтобы работавшие в аварийном режиме системы пришли в норму.       Рэведж обеспокоенно сел рядом, осторожно прикоснулся лапой к приводу и тихо заурчал. Двухколесная протянула руку, чтобы погладить небольшую голову миникона.       — Не волнуйся, все в порядке, — успокаивала она маленького друга. — Мне просто нужно время, чтобы успокоиться.       Фембот подняла голову и слабо улыбнулась, сиреневая оптика Рэведжа все еще взволнованно блестела, он прислонился головой к ее колену. Арси уже стало намного лучше, оптика не сбоила, отступила слабость. Однако пережитая стычка с ворами все еще заставляла искру сжиматься от беспокойства, и она просто наслаждалась теплом корпуса друга. Оно успокаивало артистку, даже если ей хотелось, чтобы рядом был другой бот.       — Ладно, — в конце концов поднялась двухколесная, — не сидеть же нам тут всю ночь. пойдем подзаправимся.