Перерезанная жизнь

Прошёл ещё час. В столовой повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь звоном столовых приборов. Все уже поужинали, но никто не расходился. Взгляды то и дело обращались к лестнице, ведущей на второй этаж. — Она так и не спустилась, — тихо произнесла Клювдия, вытирая руки полотенцем. В её голосе слышалась материнская тревога. — Я пойду проверю её. Не дожидаясь ответа, она поднялась из-за стола и направилась к лестнице. Подойдя к двери комнаты Вебби, она деликатно постучала. — Поночка, дорогая? Это я, бабушка. Можно войти? Из-за двери донеслось тихое «Да». Клювдия вошла и замерла на пороге. Комната была погружена в полумрак, освещаемая лишь тусклым светом ночника. Вебби сидела на краю кровати, не выпуская руки Лины из своей. По её щекам всё ещё катились редкие слёзы. Клювдия тихо подошла и села рядом, приобняв внучку за плечи. — Ты как, милая? — мягко спросила она. Девочка шмыгнула носом и прижалась к бабушке. — Я... я просто сижу с ней, бабуль, — прошептала она. — Рассказываю ей всякое... Чтобы она знала, что я здесь. — Это правильно, — кивнула Клювдия. — Расскажешь мне? О вас? Вебби подняла на неё заплаканные глаза. — Помнишь, как мы познакомились? — начала она. — Я тогда так испугалась её... Она была такая... тень. А потом мы пошли искать сокровища в подвале. И она спасла меня от крысы! Помнишь, я тогда прибежала вся в паутине? Клювдия улыбнулась, вспоминая. — Помню-помню. А потом была та история с потерянным котёнком миссис Крякшелл... — Да! — оживилась Поночка. — И Лина... она тогда так злилась, что мы тратим время на какую-то кошку, но всё равно помогла! А потом ещё ворчала неделю, что у неё вся шерсть чёрная и от неё чихает! Они проговорили ещё несколько минут, делясь тёплыми воспоминаниями. Клювдия слушала внимательно, иногда задавая вопросы, которые помогали её внучке выговориться и выплеснуть накопившийся страх и чувство вины. — Ладно, милая, — наконец сказала она, поднимаясь. — Я пойду, не буду вам мешать. Зови, если что. Она вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Оставшись одна, Поночка почувствовала странное облегчение. Рассказав бабушке о своих страхах, она словно разделила с ней эту тяжесть. Она снова посмотрела на Лину и вздохнула. И в этот момент её рука дрогнула. Пальцы Лины, до этого безжизненно лежавшие в её ладони, слабо, едва ощутимо сжались. Вебби замерла, боясь спугнуть момент. Она перевела взгляд на лицо подруги. Веки Лины, плотно сомкнутые всё это время, едва заметно подрагивали. — Лина? — прошептала Вебби, затаив дыхание. Веки дрогнули сильнее. Вебби почувствовала, как её собственную руку сжали чуть крепче. — Давай... давай же, — шептала она, сжимая руку в ответ и легонько поглаживая Лину по спутанным волосам. — Ты сможешь... Я здесь... Наконец, глаза Лины приоткрылись. Сквозь мутную пелену проглядывали знакомые голубые радужки, но взгляд был расфокусирован и блуждал по потолку. Вебби склонилась ниже. — Лина! Ты меня слышишь? Это я! Глаза медленно сфокусировались на звуке голоса, но в них не было узнавания, лишь пустота и усталость. И вдруг сухие губы Лины дрогнули. Из горла вырвался хриплый, едва слышный шёпот: — Бантик... Поночка всхлипнула от радости. — Да! Да, это я! Ты очнулась! Ты меня узнала! Она вскочила с места и побежала к двери, распахивая её настежь. — Она проснулась! Лина проснулась! Крик разнёсся по всему особняку. Через несколько секунд коридор наполнился топотом ног. В комнату ворвались все: Скрудж, Делла, тройняшки, Вайолет и Моргана. Они столпились у порога, не решаясь подойти ближе. Лина на кровати резко дёрнулась и сжалась в комок, словно пытаясь спрятаться от шума. — Что это? — испуганно прошептала она. — Откуда весь этот топот? Вебби тут же вернулась к подруге и взяла её за руку. — Лина, не бойся! Это все свои! Мы все здесь! - Вебби начала перечислять имена тех, кто был в комнате. Лина повернула голову на звук её голоса, но её глаза по-прежнему смотрели в пустоту перед собой. — Я знаю их... Я всех знаю из твоего списка... Но я никого не вижу. Вперёд вышла Моргана. Она подошла к кровати и мягко коснулась плеча Лины. — Приветствую тебя. Я Моргана. Ты помнишь меня? — Кажется, нет. Я помню лишь как уснула, и... проснулась... здесь. — Хорошо. Скажи мне... ты что-нибудь видишь? Лина сглотнула и тихо ответила: — Всё, что я вижу... это белая пелена. Моргана медленно кивнула и перевела взгляд на остальных. В её глазах читалась печальная уверенность. — Она ослепла. По комнате пронёсся испуганный вздох. Делла прижала ладонь ко рту, а Вайолет тихо ахнула. Поночка же не могла в это поверить. — Но как? Как ты можешь быть слепой? Ты же узнала меня! Ты назвала меня «бантиком»! Лина слабо улыбнулась уголком губ. — Не знаю... Я просто знала, что это ты. Я не видела тебя, бантик... Я тебя чувствовала.