Зима перед концом

Ветер с востока всегда приносил плохие вести. – Госпожа, - мужчина средних лет окликает стоящую на веранде женщину, которая оборачивается к нему, понимая по одному взгляду и короткому вздоху о том, что что-то произошло. – На восточных границах один монстр пересек стену и направляется к ближайшей деревне. Если не поспешить, то жертв не избежать, - голос Маркуса спокоен и размерен, будто произошло что-то совершенно обыденное и незначимое. – Седлайте коней, Капитан, ты поедешь со мной, возьмем с собой Рорика, ему надо учиться, и Бена, он прикроет нас, - четко, холодно произносит герцогиня, быстро обходя Маркуса и следуя в свои покои, чтобы облачиться в походные вещи. Аннабель не требуется много времени на сборы. Она собрана всегда — не потому что она готовится к худшему, а потому что худшее уже случалось так часто, что она перестала удивляться. Анна накидывает на плечи черный плащ с норковым воротником. Пальцы привычно затягивают тесьму на шее — она уже думает на два шага вперед. Через пять минут она уже во дворе замка. Погода пасмурная. Тяжелые свинцовые тучи будто давят на небо. Снежные сугробы достигают высоты в три метра, ледяной ветер скользит по лицу. Это просто Север и его природа, над которой они не властны. Аннабель быстро проходит через внутренний двор, снег хрустит под сапогами, кивает часовому, входит в конюшню. Вороной конь по имени Геб уже оседлан. Конюх — юный мальчишка Питер — хорошо знает свое дело. Она благодарит его коротким кивком. Он, как всегда, расплывается в ребяческой улыбке. Герцогиня забирает поводья из его рук и, просунув ногу в стремя, уверенно запрыгивает в седло. – Выдвигаемся! - короткий приказ, собравшемуся вокруг нее отряду из пяти человек, включая ее. Никакой суеты, никаких лишних вопросов. Галоп. Ворота открываются со скрипучим звуком, и они покидают территорию замка. Их встречает белая равнина, а ветер свистит в ушах. Аннабель скачет первой. Она слишком хорошо знает родные земли, где родилась и выросла, обскакав и объездив каждый уголок, каждую деревню, каждое богом забытое место на Севере, потому что это ее дом, ее крепость, ее сила. Время сжимается. Внутри затягивается узел от страха и тревоги, что они могут не успеть. Каждый угол Вэйс был ей знаком. Амбары на краю деревни. Ледяная река слева, мост в западной части. Дома вдоль одной улицы. Холод обжигает лицо, но куда сильнее было ощущение приближающейся битвы: тяжелой, суровой, непредсказуемой. Но она не боится. Она делала это сотни раз, и сделает столько же. Копыта стучат о мерзлую землю. Ветер шумит в ушах. Сорок минут спустя они прибывают на место. Въезжая в деревню, Аннабель слышит его — низкий рев монстра и пронзительный визг паники, который сливается в единый гул страха, всегда одинаковый в такие моменты. Дым от пожара, который жители устроили, чтобы отпугнуть монстра. Она спрыгивает с коня еще на полном ходу. Геб останавливается сам, и она уже не смотрит на него. Женщина лет сорока с растрепанными волосами бежит к ней, руки взметнуты вверх, как в молитвенном жесте: — Госпожа, госпожа! Вы прибыли, хвала небесам, мы будем спасены! Чудовище на другом конце деревни — у амбаров с припасами, которые мы подготовили на зиму… Аннабель смотрит на нее. Она не спрашивает, где амбары. Она не просит проводить. — Хорошо. Спрячьтесь в домах и не выходите оттуда, пока все не закончится. И уходит. Не бежит — идет. Ровным, уверенным шагом. За ней — воины, собранные и готовые к битве. Аннабель сбрасывает плащ прямо в снег и достает меч. Под ним — темная броня северной герцогини. Не отполированная до блеска, как у южных рыцарей, а матовая, иссеченная следами когтей и старых ударов. Черненая сталь покрыта тонкими серебряными узорами, напоминающими морозные трещины на льду. Наплечники из меха защищают шею от ветра, а кожаные ремни туго перетягивают корпус, не позволяя тяжелой броне мешать движению. Она выглядит не как дворянка. Она выглядит как оружие Севера. Проводит второй рукой по лезвию — не для заточки, а для того, чтобы призвать свою суть. Ее дыхание становится белым, но не от холода. Ледяная заточка покрывает клинок, тонкая и острая, создавая плотные шипы на лезвии. Аннабель поднимает суровый взгляд. Хозенский медведь — тварь с Изнанки. Ростом с дом, с серыми глазами, с когтями, которые оставляют борозды в земле. У него темного цвета шерсть, кое-где облезлая, словно обожженная. Он смотрит на нее. Аннабель не отводит глаз. Что-то в нем кажется необычным, будто он четко знает, что надо делать. Медведь не громит все подряд, он выжидает, высматривает и вынюхивает. Кого-то ждет. У Аннабель складывается предчувствие, что ждет он именно ее. Она крепче перехватывает меч и атакует первой. Её меч врезается в бок зверя — не глубоко, но достаточно, чтобы он взревел и развернулся к ней. Медведь огромен. Его лапы способны раздавить камень одним ударом. Он бьёт, но она уворачивается, как учили, как делала сотни раз, и откатывается в сторону. Поднимается, удобнее перехватывая рукоять меча. Аннабель не одна. Её воины держат фланги, отвлекая монстра на себя. Но каждая секунда на счету. Если он прорвётся к жилым домам, если заденет хоть одного человека, то она никогда себя не простит. Аннабель сжимает рукоять и делает ещё один выпад — на этот раз целясь в шею, но промахивается, отскакивая в сторону. В этот момент с восточной стороны доносится топот копыт.

***

Несколькими часами ранее. Замок Северных Земель. Ворота медленно открываются, пропуская небольшой отряд воинов, прибывших с Юга. Впереди — два всадника. — с идеальной осанкой, холодным и надменным выражением лица в темно-синем плаще с золотой вышивкой. Второй — чуть позади, в простом дорожном плаще, расслабленной позе и легкой улыбкой на губах, которая не исчезает, даже когда он видит суровые северные стены замка. Эдман Эшфорд — старший сын нынешнего Короля, наследник престола и будущий правитель Королевства, спешивается первым. Он окидывает взглядом замок и хмыкает, на его лице читается лишь легкое презрение. Он впервые на Севере, во владениях, которые будут принадлежать ему и которыми он будет править из Столицы. — Грубый камень. Северяне не знают, что такое эстетика, — тихо говорит Эдман, чтобы его услышал брат, который с интересом окидывает владения. — Зато они знают, что такое выживать, думаю, здесь это важнее, — вмешивается второй всадник, снимает кожаные перчатки и проводит рукой по черным как смоль волосам, которые спадают на лицо тяжелыми прядями. Вэлриан Эшфорд — младший сын короля, принц без трона. Его глаза цвета раскаленного золота, а лицо загорелое и слегка обветренное, так как он не привык праздно проводить время в замке, а все время в пути. Во взгляде горит жгучий интерес к месту, куда он прибыл вместе с братом по поручению отца. Он никогда не был на Севере, но уже поражен его «холодной» красотой и спокойствием. Из замка с главных ворот выходит старый управляющий — Леонардо. Он спускается по лестнице, останавливаясь напротив прибывших гостей, кланяется, но без раболепия, с достоинством, которое северяне носят, как вторую кожу. — Добро пожаловать в Северные Земли, уважаемые принцы! Боюсь сообщить, что герцогиня покинула стены замка на рассвете и просила передать свои извинения, ей срочно пришлось отбыть на восточную границу из-за монстра, который прорвался через стену. Она вернется к вечеру, — спокойно, даже буднично, говорит Леонардо, нисколько не смущаясь последовавшей реакции. — Мы проделали путь в две недели. И я ожидал, что герцогиня лично будет здесь и поприветствует нас. Это неуважение к королевской семье и будущему королю, — с нотками раздражения говорит Эдман, отдавая поводья, подошедшему к ним конюху. — Брат, ладно тебе, она уехала защищать свои земли и свой народ. Я бы сказал, что это уважение к своим обязанностям, — пожимая плечами с привычной легкой усмешкой, говорит Вэлриан. — Ты всегда находишь оправдания тем, кто не соблюдает этикет, — выдыхает старший Принц. — Я просто считаю, что правитель, который бросает все ради своих людей, заслуживает большего уважения, чем тот, кто сидит в замке и ждет гостей. Эдман больше ничего не отвечает, он обходит старого управляющего и двигается в сторону замка, отдав приказ встречающим, чтобы его людей накормили и показали, где они могут расположиться. Слуги, исподлобья взглянув, на новоприбывшего гостя, на мгновение помедлили и с неохотой отправились выполнять указания. Вэлриан же оказывается возле Леонардо и с интересом спрашивает: — А что за монстр прорвался сквозь Стену? — Хозенский медведь, — коротко отвечает мужчина. — Это тот самый, который одним ударом своей могучей лапы может положить около пятидесяти человек? - глаза Вэлриана загораются диким любопытством. — Так и есть, ваше высочество, - отвечает управляющий. — В какую сторону нужно двигаться, чтобы достичь деревни, куда отправилась герцогиня? - Вэлриан снова вскакивает на своего коня, натягивая поводья. — На восток по тропе, никуда не сворачивая, Вы доберетесь до деревни Вэйс через восемнадцать миль. Вэлриан, шутливо отсалютовав, бросается в галоп, слыша недовольный и рассерженный крик старшего брата. Ему слишком сильно хочется увидеть монстра из легенд, которыми пугают южных детишек и посмотреть герцогиню в деле. «Интересно, какая вы Северная Леди?»

***

Аннабель отпрыгивает назад и, создав изо льда град ледяных копьев, обрушивает их на монстра. Часть из них вонзаются в его тело, вызывая громкий разъяренный вопль, от которого содрогается земля. Он встает на задние лапы, становясь еще больше и выше. Медведь озлоблен, его глаза горят. Она стоит в центре поляны, тяжело дышит, но продолжает крепко сжимать рукоять меча. Начавшийся снег падает на лицо, частично закрывая обзор, из-за чего она пропускает удар. Когтистая лапа проходит по плечу, раздирая кожу. Аннабель болезненно стонет, падая на землю. Маркус оказывается возле нее, отбивая секирой лапу зверя. Медведь в двух шагах, готовый нанести последний решающий удар, но она успевает выставить щит из прочного льда, не давая монстру задеть их. Маркус оказывается позади и наносит удар по боку, но медведь, будто игнорируя остальных, не реагирует. — Эй, чудище! Я здесь! — голос Рорика звонкий , он отвлекает на себя тварь и посылает в нее град камней. Магия Рорика пробудилась совсем недавно, и он только учится ею управлять. Один из камней прилетает в морду, вызывая у медведя очередной разъяренный рев. Пока Рорик отвлекает, Аннабель отходит в сторону. Рука болезненно пульсирует, кровь стекает вниз, она морщится от боли, приложив ладонь к ране. — Госпожа, — к ней подбегает Бен, касаясь ее плеча. — Я в порядке, — дежурная фраза, сказанная на автомате. Аннабель выдыхает, посылает легкие потоки магии на рану, светящиеся серебристым цветом, и ледяная тонкая пленка покрывает кожу. Это на время задержит кровотечение и притупит боль. Герцогиня перехватывает меч в другую руку. — Следи за периметром, и если зверь прорвется через нас, то не дай ему пройти дальше, — отдает четкий приказ и возвращается на поле боя. Монстр, словно ощутив ее, поворачивается. Будто никто вокруг ему не интересен. Зверь опускается на четыре лапы, его дыхание громкое, тяжелое, из ноздрей выходит пар. Он ранен достаточно сильно, но недостаточно для их победы. Вонзив когти в землю, отталкивается, бежит в ее сторону. Аннабель выдыхает через рот, создавая вокруг себя снежную завесу, снижая видимость. Медведь бросается, но она уходит вниз, клинок проходит по животу зверя. Он падает, проскальзывает вперед на несколько метров, врезаясь в один из амбаров, разрушая его. Аннабель поднимается на ноги. Хлопья снега кружат в воздухе, медленно спускаясь на землю, на волосы и лицо. Наступает тишина. Девушка выдыхает, всматриваясь в разрушенную постройку, встряхивает меч от крови и рассеивает магию на нем, убирая в ножны. Они победили. Так она думала, пока не услышала очередной разъяренный вопль, содрогающий небеса. Медведь медленно поднимается на задние лапы, встряхивает мордой и рычит низко, хрипло. Его шерсть вся в грязи и крови, он шатается, но вновь начинает наступать. Она замечает, что на лбу монстра расползается алая руна и таким же цветом становятся его глаза. Они горят. Огнем, злостью, ненавистью. Аннабель успевает создать ледяной щит, в который врезается зверь, откидывая ее назад. Пролетая пару метров, приземляясь на бок, Аннабель болезненно стонет и пытается подняться. Черт. Она думала, что нанесла смертельный удар, но оказалось, что нет. И в этот момент слышится топот копыт, и конь появляется из-за дыма — мокрый и грязный от снега. Он влетает на поляну, не сбавляя скорости, и наездник на нем — темноволосый, чернобородый, с глазами, горящими так ярко, как вспыхнувшее пламя в его руке, которое вырывается вперед, попадая в морду чудовища, заставляя того отступить. В воздухе начинает пахнуть паленой шерстью, и вокруг становится теплее. — Эй ты! — кричит он, не глядя на нее. — Отвлекли его на секунду! Аннабель в растерянности смотрит на незнакомца, не понимая, кто он, откуда, зачем здесь. Но чувствует - его голос звучит так, будто он привык командовать. Аннабель поднимается на дрожащих ногах, вынимая меч и накладывает свою магию, делая клинок острее. Она бросает взгляд на зверя, который разворачивается и сосредотачивается на новом враге, делает то, что сказано: она атакует с фланга. Мужчина поднимает руку, пламя вырывается из его ладони бурным, диким потоком, которое он запускает прямо в зверя, ослепляя его. Медведь ревет, отступает, в ярости размахивает головой. Аннабель собирает все свои силы, выдыхает струйку ледяного пара, и проходит сбоку от монстра, подрезая сухожилия на двух задних лапах, из-за чего тот падает вперед. Снег под пламенем начинает таять, окутывая поляну паром. Мужчина, что так искусно владеет магией огня, обнажает свой меч, нанося удар с другой стороны. Они работают молча, как единый идеальный тандем, который образовался в минуту опасности. Аннабель атакует ледяными копьями четко, остро, экономя силы. Появившийся мужчина управляет огнем дико, импульсивно, но с невероятной точностью своих атак. И когда медведь обессилен, Аннабель запрыгивает на его спину и одним точным ударом пронзает шею. Кровь брызгает ей на лицо и волосы. Медведь наконец-то издает предсмертный вой, замолкает. На секунду становится очень тихо, все замерло, даже дыхание воинов. Аннабель спрыгивает с медведя, опираясь на меч, подходит к мужчине, который стоит на колене и утирает кровь с подбородка. — Ваша одежда, умение держать меч говорит о том, что Вы не из местных, а прибыли издалека, — Аннабель окидывает его взглядом сверху - вниз, слегка приподнимая бровь, — даже боюсь представить, что Вы именно тот, о ком я думаю, — тяжело вздохнув произносит герцогиня, стараясь не показывать своей усталости и странной обреченности. — Вы не оставили мне выбора, уехали сражаться, теперь я понимаю, почему Север не боится зимы. Вы — сама зима. Принц, все еще сидя на земле, вытирает меч краем старой ткани, убирая в ножны. Вэлриан был одет слишком легко для Севера. Темный дорожный плащ развевался за спиной, мех на воротнике давно промок от снега. Под ним — южный кожаный доспех, украшенный золотым тиснением пламени. Он выглядел чужим среди льда. Слишком живым. Слишком теплым. Он поднимает взгляд, окидывая герцогиню снизу-вверх, как это сделала она. Наконец-то, имея возможность, посмотреть на нее прямо, он отмечает насколько ярко выделяются рыжие волосы на фоне зимнего пейзажа и всех разрушений. Однако в глаза сразу бросается длинный рваный шрам, который пересекает правый глаз, опускается вниз по щеке, задевая уголок губ, заканчиваясь у подбородка. Принц невольно задерживается на шраме. От герцогини не укрывается такая реакция, и он это замечает. Но ни один мускул не дергается на холодном лице. Вэлриан заставляет себя отвести взгляд от шрама. Раненое плечо мгновенно возвращает его в реальность. Он подскакивает, протягивая к ней руку, но Аннабель делает шаг назад и спрашивает: — Как Вас зовут? — произносит она, нервно одергивая наручи. — Мое имя Вэлриан, — он опускает руку и выпрямляется, поднимая подбородок вверх. — Я младший сын Короля. И, кажется, опоздал на ужин.