Права владеть

Чимин работал официантом в закрытом клубе «Мирараж» — месте, куда полиция заглядывала только по приглашению. Сюда приезжали договариваться люди с дорогими часами и пустыми глазами. Чимину было плевать. Он просто носил поднос, улыбался уголками губ и брал чаевые. Ему было двадцать три, он учился на хореографа и ненавидел этот клуб всей душой. В ту ночь шёл дождь. Чимин разбил бокал — неуклюже, зацепив локтем скатерть. Осколки разлетелись по мраморному полу. А главное — вино попало на ботинки человека, который сидел в угловой VIP-ложе. Человек поднял голову. Чимин впервые увидел Чонгука вживую. Молодой — не старше его самого. Чёрные волосы падали на лоб. Под глазами — тени от бессонницы. Губы — полные, но сжатые в линию, которая не умеет улыбаться. На нём был безупречный чёрный костюм, но рукава рубашки закатаны, открывая татуировки, уходящие под ткань. Чонгук посмотрел на Чимина. Две секунды. Потом опустил взгляд на свои испорченные ботинки. — Ты знаешь, сколько они стоят? — спросил он тихо. Тишина в зале стала ватной. Чимин сглотнул. Адреналин обжёг горло. — Сотню покрытий? — ответил он. — Или душу дьяволу? Пальцы Чонгука, лежавшие на столе, дрогнули. А охранники у дверей замерли. Потому что никто — никто — не позволял себе такого тона с главой «Чёрного залива». Чонгук медленно встал. Выше. Шире в плечах. От него пахло дорогим табаком и кожей. — Как тебя зовут? — спросил он, подходя почти вплотную. — Чимин. А тебя? Тишина взорвалась напряжением. Чонгук усмехнулся — первый раз за вечер. — Чонгук. И теперь я твой должник. За то, что разбил мои ботинки и спросил про душу дьявола. Таких смелых я не встречал. — Он наклонился к уху Чимина, почти касаясь губами мочки. — Но когда я сказал «должник»... я не шутил. С завтрашнего дня ты работаешь на меня. Лично. Согласие не требуется. Чимин тогда не знал, что подписать контракт с дьяволом — это ещё цветочки. Что ягодки — это влюбиться в него. ---