наверное, для этого ещё не придумали слово

– О, явилась. Я ей звоню, звоню, а она не отвечает. – Саш, только, пожалуйста, не начинай. Ты меня и так сегодня вывел. – Юля тяжело вздохнула, заходя домой. Она этого ожидала. – А, это я тебя ещё и вывел? О, хорошо. Напомни, кто тебе сегодня звонил, переживал. Хотел узнать, как у тебя дела... Но нет, мы помним только то, что я, видите ли, за месяц один раз встретился с ней. А ничего, что ты постоянно в своей работе? Я бы, может, чаще виделся с тобой, будь у тебя меньше дел и больше свободного времени, но нет... – Юля перебила его. – Нет, Саш. Я тебе каждую неделю говорю про свои планы. Про то, сколько дней у меня занято. Про свои свободные часы и дни. Ты мог бы приехать, если бы хотел. Ты бы мог позвонить между уроками, спросить, как я. Да господи, ладно звонить, хотя бы написал бы. Ты бы мог что-то придумать. Но нет, я получаю звонок в понедельник в восемь утра, что я неблагодарная тварь, раз хожу на работу. Я тоже не сижу на месте, я пыталась устроить нам свидание, но в мой выходной, выбитый мной у начальства кровью и слезами, который, на минуточку, у нас совпал, ты сказал, что не хочешь никуда идти. И так было не один раз. Я предлагала и остаться дома посмотреть фильм, и сходить на выставку или в ресторан, и просто погулять. Но нет, тебе либо не хочется, либо не можется. Я стараюсь вкладываться в наши отношения. Да, я много работаю. Но мы сейчас сидим в квартире, купленной на мои деньги. Я езжу на машине, купленной мной же. Да, ты вложил часть денег в квартиру. Но большую сумму платила я. Постоянно все оплачиваю я. Это не упрёк в твою сторону. Но аргументы про мою работу — это тупость, Саш. У меня есть выходные. И не один. И у меня свободные вечера. Не каждый день, да, но я могу выбираться с тобой куда-нибудь. Но тебе это, видимо, не надо. Я даю тебе день на то, чтобы ты собрал вещи. – Что?! Ты совсем с ума сошла? Какие вещи, Юль, блять, мы в отношениях! – Уже нет. Называй это как хочешь, но ты больше не относишься ко мне никоим образом. И да, помолвочное кольцо можешь забрать. Я отказываюсь от своих слов. – Ты серьезно?! Из-за какой-то мелочи ты разрываешь все эти годы? И мое предложение? – Да, разрываю. И это не мелочи. Саш, ты полюбил меня с моей работой. Но, видимо, не справляешься дальше. Я не вижу смысла тебя держать. "Исправить" себя я не смогу. А вот у тебя есть ещё шанс найти более подходящую тебе девушку. Сегодня поспишь в гостиной. Завтра иди куда хочешь, но ноги твоей здесь не будет. – Истеричка. Я пойду к Диме, у него переночую. И поживу. – Мне неинтересно, куда ты отправишься. Забери свои вещи, у тебя их немного. – Юля прошла в спальню, даже не разувшись, и, открыв шкаф, вывалила все вещи Саши. – И забери щётку из ванной. – Не делай поспешных решений. Завтра я приеду, поговорим. – Не приедешь. У меня нет желания с тобой разговаривать. Я последние месяцы живу, как на иголках. У меня не было ни одного спокойного дня и ни одной спокойной, блять, ночи. Ты нервировал меня все это время. Я не решалась тебе сказать, но думаю об этом уже полгода. – Хорошо. Но я скажу твоим родителям всю правду. – Да без проблем. Разрушишь, правда, только то, чего никогда и не было. И ключи отдай. – Саша кинул ключи на тумбочку на стороне Юли. Та наконец вернулась в прихожую и разулась. Спустя час Саша собрал все свои вещи и вышел за дверь. – Даже не думай возвращаться. Мне правда жаль, что я потратила и свое, и твое время впустую. За эти пять лет ты мог достичь большего. Удачи. – Пока. – Дверь закрылась. Юля посмотрела на часы. Два ночи. Вставать в шесть. Тяжело вздохнув, девушка направилась в ванную смывать остатки макияжа и неприятных событий дня. Она приняла горячий душ и проследовала на кухню. Без Саши в доме стало пусто. Правда, гораздо... спокойнее? Юля снова вздохнула и поставила чайник на плиту. Спустя несколько минут он неприятно засвистел. Заварив себе кофе и надев очки, Юля достала из сумки сочинения шестого класса и начала их проверять. Это уже стало рутиной для нее. Каждый вечер она садилась и проверяла работы, сколько бы не было времени. До этого дня это сопровождалось упреками Саши, что Юля уделяет работе больше времени, чем ему. Сейчас девушка понимала, что это отчасти было правдой. Но, справедливости ради, до этого года Юля относилась к работе проще. Может, потому, что не в тот момент ещё не повысили до заместителя директора. Сегодня же все было иначе: никаких криков, никто не отвлекал... Может, оно и к лучшему. Криво усмехнувшись, Юля вернулась к проверке работ. Время летело незаметно. Когда работы закончились, Юля посмотрела на часы. 4:23. Осталось меньше двух часов сна. Однако теперь можно было не скрываться, что уроки начинаются позже... С такими мыслями Юля встала из-за стола, потерла переносицу, что устала от длительного ношения очков, и направилась в сторону спальни.

***

Настойчивый писк будильника раздался ровно в семь утра. Юля поморщилась, но все же встала. День обещал быть тяжёлым. Посмотрев на экран телефона, она ужаснулась. Два пропущенных от мамы, один от Саши и три от директора. Все примерно час назад. Саше она решила не отвечать. Если ему что-то и нужно будет, напишет. Не пять лет, всё-таки, человеку. Маме она перезвонит позже. У нее будет перерыв между уроками. А вот директор... Скорее всего, звонит по поводу истории. Кстати об истории... Юле снилась Ольга Андреевна. В своем наряде, очень подходящем ей. Юля отмахнулась от этой мысли. Да, девушка красиво одевается. Да, она очень симпатичная. И что? Юля заглянула в свой шкаф. Он заметно опустел, но всё ещё имел много ее вещей. Выбрав наряд на сегодня, Юля достала из кармана пальто сигареты и направилась к балкону. Теперь можно было не думать о том, как выйти в семь утра в холод, чтобы покурить. Жизнь без Саши обретала все новые краски. Выкурив сигарету, Юля собралась и вышла из дома. На улице шел снег. Красиво, но ужасно неудобно. Выехав из двора, Юля направилась в сторону школы. Доехав позже, чем обычно, она поспешила на первый урок. Зайдя в школу и поздоровавшись с охранницей, которая сегодня заменяла старика Михалыча, она направилась в сторону учительской раздевалки. Юля думала о всем подряд: будущем разговоре с мамой и ее упреками в сторону расставания с Сашей, уроке по "Евгению Онегину", Оле... – О, здравствуйте! – Последний объект мыслей Юли не замедлил появиться в проходе. – Как прошел ваш вечер? – Здравствуйте. За проверкой сочинений. Весьма недурно. – Сегодня Юля, хоть и не выспалась, но была явно бодрее духом, чем вчера. Но кофе все равно надо будет купить. – А ваш? – Вежливость — залог хорошего разговора. – О, я запуталась, пока ехала домой... Но все в порядке, теперь я понимаю, как ехать. Хорошего дня вам! Я побегу на практикум для ЕГЭшников. – И вам. – Юля направилась к лифту. Сегодня у нее не было настроения подниматься на четвертый этаж пешком. Оставив часть своих вещей в учительской, она пошла в сторону своего кабинета. Там уже сидели особо пунктуальные девятиклассники. – Юлия Валерьевна, здравствуйте. – В классе показалось новое лицо. – Я решил сдавать ОГЭ по литературе... Вот буквально вчера. Мне сказали прийти к вам, и вы скажете, что делать. – Господи, откуда ты нарисовался? Ладно уж, проходи. Как тебя зовут хоть? – Фёдоров Мирон. Я учился у вас в прошлом году, если вы помните. – Точно, был такой... Хорошо, давай так. Занятия для подготовки к ОГЭ проходят каждую среду в шесть вечера. В этом же кабинете. На литературу можешь ходить в любую группу, но, конечно, если хочешь, переводись к нам. – Юля вздохнула. Ещё один ученик, конечно, принесет ей надбавку к зарплате, но мучаться с ОГЭшниками надо будет ещё больше. Но, может, хоть он окажется недурен в литературе. Пожалев, что забыла сигареты на балконе, Юля посмотрела на часы. – Так, друзья, пора начинать. Насколько я помню, на прошлом уроке мы остановились на сне Татьяны...

***

Юля снова сидела за столом у себя в кабинете, засыпая. За кофе она так и не сходила, на перекур тоже. Зевнув, она потянулась и встала, чтобы проветрить кабинет. Раздавшийся стук в дверь заставил ее вздрогнуть. – Да? – Голос снова прозвучал хрипло. Да и выглядела Юля так, будто только что проснулась (что, в целом, отчасти было правдой). – Снова здравствуйте, это я. Я только что была у Ирины Александровны. Она сказала обратиться к вам. У меня не хватает части учебников для седьмого класса. Вы не знаете, где они могут быть? Очень не хочется вас тревожить... – Но у Оли не получилось закончить фразу. – Ничего страшного, вы, наоборот, правильно сделали, что меня подняли. А то не особо здорово спать на рабочем месте. Спасибо. – Да что вы, вы же устали! Ничего страшного. – Для Ирины Александровны аргумент, что я устала, таковым не является. Так, вопрос был про учебники? Возможно, они лежат здесь у меня... – Юля направилась к одному из шкафов в конце кабинета. – Так, это не то, это тоже... Ладно, тогда они, скорее всего, в библиотеке. Пойдёмте. А то вам ключи не выдадут, слишком молодо выглядите. – Да, мне уже сегодня на охране пришлось объяснять, что я новая учительница... – Оля с энтузиазмом направилась вслед за Юлей, но оглянулась, увидев железные двери. – О, в школе есть лифт? – Да, полезная вещь. И вы имеете полное право им пользоваться, если что. Пойдёмте. – С этими словами Юля подошла к тяжёлой деревянной двери. – Если что, запасной ключ от библиотеки всегда есть у меня. Так будет явно быстрее, чем через охрану. – О, да? Спасибо! Это очень здорово с вашей стороны! – Оля выглядела очень восторженной. Юля задумалась, почему она так много позволяет этой женщине. Ты ведь даже ее отчество ещё не запомнила, а уже о таком думаешь. Андреевна... Ладно, запомнила. Мысли потекли не в то русло, и она решила пока что на это забить. – Да не за что, в целом. Давайте уже найдем эти учебники. – Юля отперла дверь и отправилась вглубь помещения. Все стеллажи и полки были уставлены различными книгами. Юля знала все расположение наизусть. Добравшись до отдела с историей, она остановилась. – Вот здесь. – О, вот они! Спасибо огромное. Я возьму пару штук. Надо где-то отметить? – Нет, это для учебной программы. Если вы не будете давать их ученикам на дом, то забейте. – Супер! Спасибо ещё раз. Я пойду. Хорошего дня! – И вам... – Юля рассеянно посмотрела вслед. Пожалуй, надо больше спать. И меньше думать о красивых преподавателях истории.