(Не)бывшие

Юнги просыпается с жуткой головной болью и понимает одно: он не у себя дома. Чья-то рука обнимает его поперёк груди. Он медленно поворачивает голову и замечает растрёпанного Хосока. Младший спит, забавно сопя на соседней подушке. Он смотрит на него и вспоминает. Всё. То, как отпустил контроль. То, как целовал. И то, как было хорошо. — Юнги? Хрипло зовёт его Чон. Проснулся. Уйти до пробуждения уже не выйдет. Он и не собирался. — Хоби, это... — Ошибка? Бывший усмехается. Договаривает, будто читает его мысли. Но считывает неправильно. Он ни за что не назвал бы то, что было между ними ошибкой. Ни за что. Никогда. — Нет. Хоби поднимает взгляд. Он удивлён. Он напряжён. Он не знает чего ожидать. — Я... Трудно подобрать слова. Старший садится на постели и вздыхает. Мысли путаются. Один вид Хосока вызывает в нём слишком много. Он не может справиться, хоть и не пьян. Поэтому делает единственную глупость, на которую способен. Он наклоняется и оставляет поцелуй на чужих губах. И младший стонет. — А как же Чимин? Мин поджимает губы. Ему больно при одном упоминании. Но он не может поделать с собой ничего. Сердце решило за него. — Моё сердце с тобой, Хоби. Признаётся совсем тихо блондин. Бывший поднимается, чтобы заключить его в объятия. Ему это нужно. Прямо сейчас. — Ты же любишь его. Они сидят на кухне. Хосок кутается в плед. Всё ещё сонный, но готовый к разговору. И кажется немного счастливый. Юнги вертит в руках чашку. Ему неловко. За порыв. За слова. Но он не просит забыть. Он принимает. — Люблю. Глупо отрицать. — Но по-другому. Младший хмурится, выгибает бровь, не понимает. — Я люблю Чимина как близкого человека. Как того, кто может быть рядом. Как того, с кем комфортно. — А....меня? Хоби не уверен, но находит в себе силы спросить. — Тебя я люблю как человека, как родственную душу. Как того, кто всегда был, есть и будет в моей жизни. Как того, кого не любить невозможно. Чон улыбается нежной улыбкой. — Выходит, сильнее? Он фыркает, но кивает. — Выходит, сильнее. Младший роняет голову ему на плечо и выдыхает так, будто всё это время сидел в напряжении. Он обнимает его одной рукой. Возможно, им не хватало именно этого. Поговорить по душам за бокалом вина. Возможно, им не хватало смелости. Возможно, им не хватало себя. — То есть, для того, чтобы ты это понял, мне надо было напоить тебя? Мин щипает его за бок. — Ай! Обиженно ойкает тот. — Но я ведь прав! Он выгибает бровь. — Это в чём же? — Да в том что... Юнги молча затыкает его поцелуем. Хоби протестующе мычит, но сдаётся примерно на второй секунде. — Так нельзя. Бурчит, оторвавшись, Чон, на что он усмехается. — А как можно? Хосок не отвечает, но он видит по глазам, что ему понравилось. Их руки тянутся друг к другу. Их мысли сходятся на одном. Их сердца бьются в унисон. И больше ничего не надо. Когда тишину уютной квартиры прерывает дверной звонок, оба дёргаются. Магия растворяется. Кого там принесло? — Гука? Что ты... — Живой, слава богу! Обнимает его младший. Юнги не видит, но предполагает, что всё именно так. — Конечно живой! Возмущается Чон. — Ты не ответил на сообщения, хён! Я волновался. Он хочет фыркнуть. Чон Чонгук такой Чон Чонгук. Беспокоиться из-за не отвеченных сообщений. Как мило. — Ничего со мной не станется, не маленький. Бурчит в ответ Хосок. Ага как же. Как дети. Оба. Наверно потому и братья. — Выглядишь помятым. Ты пил? Когда Чонгук включает мамочку от него не спрятаться. И это знают все. В том числе и его многострадальный старший брат. — Выпил, да, да какая разница. Отмахивается третьекурсник. — Сделать тебе....Юнги? Собственное имя слетает с уст младшенького где-то за спиной. Он оборачивается и салютует ему кружкой. — И тебе доброе утро, мелкий. К счастью, он догадался надеть на себя хоть что-то. И это что-то кхм подразумевало безразмерную чёрную кофту Хоби в комплекте с точно такими же шортами. Пазл в голове Чонгука сложился. — Чимини тебя обыскался, а ты здесь. Фыркает он и тут же кусает губы, коря себя за неосторожность. Мин вскакивает. На его лице нет былого спокойствия. Только тревога. — Обыскался? Чон кивает. — Да, он звонил тебе несколько раз. Ты не слышал? — Нет. Мотает головой старший и несётся в спальню. Где его телефон? Почему он ничего не слышал? Ах да, чёртов беззвучный. Но не мог же он быть настолько глухим? Или.....мог? Айщ, мог. Отправив короткое сообщение, Юнги переодевается в своё и возвращается на кухню. — Я поеду. Взгляд на Хосока. — Надо поговорить с ним. Младший кивает. Он понимает. Конечно понимает. — Удачи. Чмокает его в щёку он. — Спасибо. Нервно улыбается блондин. Ему предстоит непростой разговор, но он знал на что шёл. Этого не избежать. И даже если не готов он обязан. Ради Чимина. Ради Хоби. Ради себя самого. — Это то, о чём я думаю? Смотрит на брата Гук. — Да, оно.

* * * * *

Отправляясь домой, Юнги не предполагал, что это будет так тяжело. Он не был готов к разговору. Ни морально ни физически. Но тянуть с этим нельзя. Лгать Чимину и встречаться с обоими было бы слишком подло. Чимин такого не заслужил. У него должно быть самое лучшее. И явно тот, кто полюбит его по-настоящему. «Но он ведь любит меня» с горечью вспоминает Мин. Что делать с чувствами? — Юни! Где ты был!? Я чуть с ума не сошёл! Порывисто обнимает его любимый. Хотя какой он уже... Разве что, близкий. Но никак не..... — Минни, мне нужно тебе кое-что сказать. Сейчас его прямолинейность играет с ним злую шутку. Ведь он не хотел вот так, с порога. Но выходит именно так. Но раз уже начал, пути назад нет. — Конечно, что такое? Они садятся в гостиной. Ему непросто начать разговор и младший это видит. Чувствует. И подсознательно напрягается, ожидая самого худшего. — Я... «Тебе изменил» застревает в горле. Он не может сказать об этом. Не сходу. Чимин так верит ему. Он не переживёт. — Я долго думал об этом и признаться мне тяжело говорить, но я не могу врать тебе и дальше, — вздох, — я не забыл его. Хосока. И я его....люблю. Я не мог и не хотел этого принимать, но больше бежать от своих чувств не в силах. Мне было не просто выбрать между вами, ведь ты важен мне. Я не знал, что делать. Этой ночью я был с ним и окончательно понял: чтобы я ни делал моя любовь к нему останется прежней, такой же сильной и чистой. Тебя я люблю по-другому. Но такие сильные чувства во мне вызывает лишь Хосок. Я больше не могу быть с тобой. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Искренне хочу. И мне искренне жаль, что я сделал тебе больно. Прости меня. Надеюсь, ты когда-нибудь сможешь найти того, кто полюбит тебя также сильно. По щеке Пака скатывается слеза. А затем ещё одна и ещё. Он чувствует себя козлом последним. Ведь это он довёл. Он причина. — Юни... Всхлипывает младший. И он не выдерживает. Обнимает так нежно как только способен. Зарывается пальцами в волосы. Пытается успокоить. Чимин заслуживает лучшего. Чимин заслуживает целого мира. — Прости меня, прости. Шепчет Мин. — Я... Чимин хочет что-то сказать, но задыхается от переизбытка чувств. Он молча прижимает его ближе. Гладит по спине, целует в макушку. Когда Чимина немного отпускает он молча отстраняется и также молча уходит в спальню. Чтобы к вечеру выйти с чемоданом. К счастью, сегодня выходной. — Я постараюсь съехать как можно скорее. На последнем слове голос младшего ломается, но он всё же заставляет себя договорить. — Можешь не торопиться. Юнги не знает слышит его Чимин или нет и уже в который раз жалеет о сказанном. Но что он мог сделать? Врать? Умолчать? Разве это было бы лучше? Нет. Было бы только больнее. Несмотря на разрешение вещи Пака исчезают из квартиры быстро. Даже слишком быстро. Он снова чувствует себя виноватым. Младший не разговаривает с ним. Просто.....уходит, оставляя ключи на тумбочке в прихожей. Без эмоций. Он уверен, что внутри него настоящая буря и в который раз проклинает себя за то, что сам её вызвал. Тэхён смотрит на него волком. Чонгук разрывается на два фронта. Хочет поддержать брата и лучшего друга. И не может. Чимин ходит в универе тенью. — Ему нужно время. Хосок рядом 24 на 7 и не даёт ему закопать себя живьём. — Я знаю. Хочет огрызнуться он, но выходит откровенно жалко. — Всё наладится. — Надеюсь. Проходит около месяца. Намджун совершенно не удивляется, когда узнаёт, что они с Хосоком вместе. Они снова собираются в студии. Как в старые добрые. Но Юнги всё ещё чувствует себя виноватым. А потом к нему в коридоре подходит Чимин. Ему лучше. И это он понимает сразу. — Чимини? На выдохе шепчет он. — Я так больше не могу. Я пытался. Правда пытался. Пытался забыть. Не думать. Не получается. Я....всё ещё люблю, но не хочу, чтобы тебе это мешало. Я не могу без тебя. Я так привык, что ты рядом. Давай, — вздох, — попробуем быть друзьями. Чимину сложно. Но он готов переступить через себя. Лишь бы быть рядом. Старший сокращает расстояние между ними. — Мне тебя не хватало. Едва слышно признаётся Мин. И младший выдыхает. Быть друзьями – лучший выход в их положении. Они любят друг друга. Они привязаны. Они волнуются. Хотят защитить. Позаботиться. Это ли не определение дружбы? Юнги понимал, что Чимин любит его не как друга. Далеко не как друга. Но почему бы не попробовать? Вдруг получится?

*Полгода спустя*

— Какие люди, наконец-то. Смеясь, протягивает Хосок когда младшие заходят. Отношения Вигуков были похоже на их. Потому они, на правах хёнов, делились с ними своим опытом. — Мы бы не опоздали, если бы одна особа не выбирала одежду 2 часа. Говорит "по секрету" Чонгук, за что тут же получает в бок. Юнги фыркает. Дети такие дети. — А кто проснуться не мог? Не остаётся в долгу Ким. — Садитесь уже. Закатывает глаза блондин и мелкие, всё ещё препираясь, располагаются напротив. Они встречаются все вместе после напряжённой сессии и головокружительных каникул. Но Юнги не видит одного. — А где... — В пробке. Скоро будет. Бросает Тэхён и он кивает. Чимин был частью их странной компании. Без него компания не компания. Они сидели у окна. И Пак не обманул. Через пару минут он действительно подъехал к кафе. На мотоцикле. Сказать, что все удивились, – ничего не сказать. Челюсть старшего грозилась встретиться с полом. Они в шоке наблюдали за тем, как младший слезает с байка, отдаёт шлем и, помахав рукой на прощание, направляется к ним. — Ждали меня? А я уже тут. Со смешком выдаёт Пак, подходя. А потом замечает их ошарашенные лица и добавляет. — Что? Чонгук откашливается. — Ты что....встречаешься с Ым Тэхо? Младший моргает. — Что!? Конечно, нет! Восклицает он. — Ну да, а подвёз он тебя так, по доброте душевной. Фыркает Ким. — Просто подвёз. Стушевавшись, буркает Чимин и приземляется рядом с Юнги. — Ой да ладно! Он же бегает за тобой уже месяц, если не больше. — Ничего подобного. Краснеет ещё больше, но продолжает упорно отрицать Пак. Хёны хмыкают, наблюдая за перепалкой. Была бы возможность, взяли бы попкорна. Хосок поворачивает голову. — Что думаешь? — Чимини врёт. На что Чон, фыркая, отвечает. — Определённо.

* * * * *

— Хоби? Всё хорошо? Мин застаёт любимого на кухне. Хосок вздрагивает, оборачивается, но в глаза не смотрит. В чём дело? — Ты ведь не простил меня. Его накрывает осознание. Хоби всё ещё переживает из-за того, что оставил его. Он всё ещё не может поверить, что они всё-таки вместе. Он подходит, берёт его за руку и отвечает. — Я давно тебя простил. Младший смотрит неуверенно. Виновато. — Прости себя и ты. — Но я... Чон пытается возразить, но он не даёт. Лишь обхватывает лицо руками и шепчет. — Я люблю тебя, Чон Хосок. И Хосок перестаёт сопротивляться, с улыбкой выдыхая. — Я тебя тоже.