Вне зоны видимости

​Они не успели остыть. Шарль всё еще судорожно глотал ртом воздух, растянувшись на кожаных подушках, когда Макс, тяжело дыша, потянул его за бедра на себя, заставляя сесть к нему на колени лицом к лицу. Это было слишком близко, слишком тесно — Шарль чувствовал каждое движение раскаленного тела Ферстаппена, его жесткий член, снова упирающийся в живот, и обжигающее дыхание на своих губах. ​— Макс, подожди, я… — Шарль попытался отстраниться, упираясь ладонями в его крепкую грудь, но пальцы голландца мертвой хваткой впились в его ягодицы, прижимая и заставляя войти в него без малейшего зазора. ​Леклер громко, рвано застонал, закидывая голову назад. Макс двигался снизу вверх — мощно, глубоко, методично вышибая из него остатки самообладания. Он перехватил Шарля за талию, полностью контролируя каждый толчок, задавая сокрушительный, изнуряющий темп. Комнату заполнил влажный, шлепающий звук сталкивающихся тел и рваные, грязные крики Шарля, которые он больше не мог контролировать. ​Шарль судорожно вцепился ногтями в плечи Макса, его бедра двигались в такт этому безумному ритму, а внутри всё скручивалось в тугой, болезненно-сладкий узел. Макс прикусил его шею до крови, оставляя яркий след, и ускорился, доводя их обоих до предела. Секс был жестким, первобытным, лишающим воздуха и сил. Когда оргазм накрыл их одновременно, Шарль содрогнулся всем телом, выплескиваясь на живот Макса, пока сам Ферстаппен с хриплым, животным рыком кончал глубоко внутри него, намертво сжимая Леклера в своих объятиях.