Вне зоны видимости

Утреннее солнце Сильверстоуна пробивалось сквозь плотные шторы, заливая комнату холодным светом. Шарль открыл глаза, чувствуя во всем теле свинцовую, тягучую усталость. Каждое движение отзывалось ноющей болью в мышцах, а на коже отчетливо проступали темнеющие отметины прошедшей ночи. Макс уже не спал. Он сидел на краю кровати, спиной к Шарлю, натягивая чистую черную футболку команды. Острые лопатки двигались под плотной тканью, а на шее виднелись бледные царапины. — Проснулся? — не поворачивая головы, хрипло спросил Макс. — Да, — Шарль сел, натягивая одеяло до подбородка. Его голос после ночных криков звучал сипло. Ферстаппен обернулся. В утреннем свете его лицо снова приобрело ту самую жесткую, сосредоточенную мину, которую знали миллионы фанатов. Взгляд синих глаз скользнул по искусанным губам Леклера. — Через сорок минут у нас медиа-выходы. Надень худи с высоким воротом, — Макс поднялся, бросая на постель свежую толстовку Ferrari. — И не вздумай лажать на первой практике. Мне нужен достойный соперник. Шарль поймал толстовку и слабо, но уверенно улыбнулся. Маски были снова надеты, границы проведены. Но они оба знали, что на первом же ночном брифинге их взгляды встретятся снова.