Лунная история

      Дни шли, но начало лета было отравлено. Кристина каждый вечер, как только солнце скрывалось за железнодорожными путями, бежала во двор и стояла там до тех пор, пока не обнаруживала на небе свою самую дорогую в мире Луну. — Не уходи, пожалуйста, — шептала девочка, подняв красные от уже ставших привычными за эти дни слёз глаза в звёздное июньское небо, — Луна, миленькая, я не хочу без тебя. Пойми, пожалуйста. Знаешь, у других детей обычно много друзей, они вместе играют, гуляют, ходят друг к другу в гости. У меня же нет никого, кроме тебя. Пожалей меня, пожалуйста, не улетай в этот чёрный и страшный космос!       Луна в эти дни шла на убывание. В целом, к этому Кристина привыкла за всё время общения со своей небесной подругой: она бывает полная, бывает растущая, бывает стареющая. Сейчас была стареющая. Но ведь после стареющей наступает новолуние! Это значит, что Луны какое-то время вообще не будет видно по ночам. А вдруг в этот раз она просто не вернётся?       Кристина не хотела об этом думать, но и не думать тоже не могла. Уже около недели она почти не разговаривала, не хотела играть, не хотела смотреть мультики. После прошлогоднего случая с заколками мама перестала выгонять её во двор и предлагать поиграть с детьми, и сейчас, принимая клиенток в своей оборудованной под эти дела комнате, она то и дело отвлекалась на то, что дочь раз в пару часов сама бегает во двор посмотреть, нет ли в небе Луны. — А что, должна быть? — искренне удивилась Анастасия, когда Кристина честно сказала, почему уже третий раз за утро бежит на улицу в домашней одежде и тут же возвращается. — Она иногда бывает днём. Редко, но бывает, — уверенно сказала Кристина, — я думаю, если она решит улететь насовсем, то появится днём, чтобы попрощаться со мной, а из моей комнаты видно не всё небо, вот я и не хочу пропустить. — Удивительный ребёнок, — покачала головой мама, не став спорить.

***

— Володя, ну это же не может дальше так продолжаться! Надо что-то с ней делать, — сказала Анастасия мужу, когда они вместе смотрели из окна кухни, как во дворе маленькая худенькая девочка в трикотажном голубом сарафане что-то шепчет, подняв голову наверх, — ты не представляешь, что она сегодня сказала! Она уже и днём эту Луну выискивает. — Ну, Настурция, не знаю, что тебе сказать. Перерастёт. — Легко тебе отмахиваться, когда не ты тут весь день её пасёшь!       Владимир работал электриком и большую часть недели действительно появлялся дома лишь вечером. — Может, к папе на дачу её уже сейчас? Он её всегда умел уболтать. Да и обстановку сменить не помешает, подышит свежим воздухом, на огороде поможет. — Я не думаю, что Зиновий Валерьевич будет в восторге, если мы ему подкинем ребёнка на две недели раньше, чем обещали, — неуверенно ответила Анастасия, хотя в отношении Кристины свёкру абсолютно доверяла. — Давай позвоним ему завтра утром. Я не думаю, что он будет против.       Папа Кристины оказался прав: дедушка очень обрадовался, когда услышал, что ему хотят внепланово привезти внучку. — Я очень соскучился по нашей Звёздочке, — признался он. — Бать, но ты учти, она немного не в себе. — Что значит «не в себе», Володя? — тревожился Зиновий Валерьевич, — что произошло? — Я думаю, она сама тебе расскажет. Потому что мы с женой ничем ей помочь не смогли, хотя, видит Бог, пытались.       И вечером этого же дня Кристина входила на знакомую с детства дачу, держа за руку куклу Барби в нарядном платье. Анастасия и Владимир передали её с рук на руки дедушке и вскоре уехали: у него был заказ на вечер, а она просто не любила общение со свёкром, так как считала его излишне сентиментальным. — У тебя новая кукла, Звёздочка? — спросил дедушка, когда они вместе сидели в его маленькой комнате на диване. — Да, дедуль. Вот, смотри, какое платье классное!       Платье и правда было нарядным: синее, блестящее, всё в пышных оборках.и при этом с длинными рукавами. Длинные рукава у кукол Кристина ценила больше, чем короткие. — Давай, погляжу, — дедушка придвинулся к ней и взял новую темноволосую куклу в руки, — а как же её зовут? — Лукреция. — Почему же ты выбрала такое имя, а? — Ну, смотри, у меня уже есть и Долорес, и Рэйчел, и Глория, а вот на Л до сих пор ни одного имени, — объяснила Кристина.       Она очень любила гламурных и ярких кукол Барби, и в последние полтора года мама скупала ей их пачками. Единственное, что не нравилось в них Кристине — это то, что их всех — будь то кукла-врач, кукла-наездница или просто принцесса в бальном платье — у всех было одно и то же имя: Барби. Поэтому каждый раз, как в её кукольную семью попадала новенькая, она подбирала ей интересное, красивое и нешаблонное имя. — Она самая новая из всех, — сказала Кристина, — но и других я тоже привезла, нужно будет сейчас распаковать и всех красиво рассадить. — Хочешь, вместе всех пристроим? — предложил дедушка.       Здесь на даче у Кристины была своя маленькая комнатка с игрушечным туалетным столиком, куда она по приезду всегда сажала кукол. Они с дедушкой распаковали её игрушки, придумали, как кого лучше посадить, в ящичек этого же туалетного столика сложили акварель, фломастеры и раскраски, потом перекусили вместе свежей клубникой с огорода, и только после всего этого, когда уже почти стемнело, вышли во двор.       Вместе на крыльцо. У дедушки рядом со входом стояло кресло-качалка, а Кристина села рядом на крыльцо. Раньше, в прошлые года, она уютно забиралась к нему на колени, но сейчас ему уже было это слишком тяжело, и Кристина это знала. — Звёздочка, расскажи, пожалуйста, что у тебя случилось? Папа твой сказал, что ты сама не своя. — Я боюсь, что Луна не вернётся больше, — прошептала девочка. — Кто? Луна? Звёздочка, ты же знаешь, иногда бывает, что она не видна пару ночей. — Дедушка, ты не понял! Папа говорит, что она понемногу удаляется от Земли, и однажды мы больше не увидим её…       Дедушка лишь по-доброму рассмеялся. В тихой, пахнущей летними цветами даче его смех прозвучал очень тепло и даже как-то подходяще, хотя Кристина и не понимала. — Луна и правда удаляется, но всего на четыре сантиметра в год. Смотри, ты ведь знаешь, что такое сантиметр? — Ну да. — Это очень мало даже для нас. А в масштабах космоса… Для нас, с Земли, этого расстояния считай что нет совсем. И знаешь? Она колеблется таким образом не один миллиард лет, но тем не менее она до сих пор никуда не улетела. Твоя подруга останется с тобой, не волнуйся. — Правда? — Кристина с надеждой и страхом посмотрела на дедушку, не веря, что её жизнь спасена. — Даже не сомневайся, моя Звёздочка, — улыбнулся Зиновий Валерьевич. — Ты самый лучший, — тихо сказала Кристина и положила голову ему на колени. — Я тебя тоже люблю, — он погладил её светлые волосы. — Моему папе очень повезло, что он рос с тобой. — Звёздочка, я бы так не сказал, — вздохнул дедушка, — это сейчас я многое понял. А тогда… Знаешь, я очень виноват перед Володей. — Как же это? В чём ты виноват, дедуля?       Вдали послышалось кваканье лягушек. Недалеко было озеро. Настоящее с камышами. — Твой папа мечтал стать ветеринаром, когда был маленьким. Всё таскал с улицы раненых птичек, выхаживал их, с нашим псом возился так, что тот прожил до двадцати одного года. Говорил, что хочет делать жизнь животных лучше. А мы с твоей бабушкой настояли, чтобы он поступил в Политех, думали, что так ему будет проще найти хорошую работу. Другой сын на его месте мог бы сбежать из дома, снять квартиру, найти подработку и учиться там, где хочет, а наш Володька всегда был такой мягкий, что поспорил-поспорил, да и послушался нас. И знаешь, он до сих пор не может мне этого простить. — Бедный папа, — вздохнула Кристина, — он иногда говорит, что хотел бы взять кота или собаку, но мама не хочет никаких питомцев. — Маму можно понять. Как бы папа ни любил животных, он не может ради них бросить работу, которая вас кормит. Получается, ухаживать придётся маме! — Я бы тоже могла, почему только маме…       Кристина никогда не говорила матери, но она тоже очень хотела бы кошечку. Собак она не любила и боялась, а вот котиков всегда обожала, часто их рисовала, играла в них. Но видя, как категорично мама отвечала папе, что не хочет никаких животных в дом, даже не заикалась об этом.       Уже давно было абсолютно темно. Тёмно-синее, почти чёрное небо над дачным посёлком Кулиндорово было гораздотемнее, чем над шумным освещённым городом. Луны не было. — Новолуние, — констатировала Кристина, глядя в небо. В фазах луны и их длительности она отлично разбиралась. — Да, Луны не будет и сегодня, и, возможно, завтра, — согласился дедушка, — но, Звёздочка, у меня идея для тебя: можем с тобой завтра нажарить блинчиков. Ты ведь замечала, что они похожи на Луну своими узорами?       А ведь и правда! Об этом Кристина не задумывалась. — Похожи! — радостно согласилась она. — Ну вот, видишь, Луна поймет, что мы делаем похожие на неё блинчики, и вернётся к нам быстрее. — А как же она узнает? Мы ведь будем делать их днём. — Луна — она мудрая. Она чувствует то, что ей нужно, даже если мы не видим её, а она — нас. — Я не знала. — Ну так что, хочешь? — Конечно, хочу! Завтра будем делать блинчики.       В эту ночь Кристина засыпала абсолютно спокойной и счастливой. Всё стало хорошо.