Глава 7 Мэдден
16 июня 2026 г., 11:21
Я пойду домой. Прямиком домой. Разумеется. Не буду же я, в самом деле, тереться возле дома Пенна, чтобы устроить ему допрос с пристрастием, едва он переступит порог. У меня полно дел.
Важных дел.
Неотложных дел.
Я приоткрываю входную дверь Пенна и выглядываю в коридор. Они ушли. Отлично.
Внутри всё болезненно сжимается от мысли, насколько Лана вблизи и лицом к лицу красивее, чем в профиль. А Пенн сейчас будет смотреть на нее именно так. Лицом к лицу. Через столик. Где они, скорее всего, уже сидят и выбирают имена своим будущим детям. Что, безусловно, просто замечательно и вообще не то, о чем мне стоит париться.
Они идеально сойдутся.
А вдруг нет?
Эта подсознательная мысль заставляет меня застыть на месте. Если они не сойдутся, Пенн расстроится, и тогда ему понадобится близкий человек, к которому можно повернуться. А я — близкий человек. Самый близкий человек в его жизни.
Ну зашибись. Теперь я точно не могу просто так уйти.
Правда, торчать в его квартире, будто я специально жду его провала, тоже как-то не комильфо. Ситуация щекотливая. Мне нужно быть поблизости на случай, если я понадоблюсь Пенну, но при этом не создать впечатление, будто я в него не верю.
Хм... может, соврать, что я жду доставку сюда, а не к себе домой? По... какой-нибудь очень веской причине. Я бы мог остаться, чтобы прибраться после вчерашнего, но он уже всё убрал. К тому же я понятия не имею, нужно ему сегодня на работу или нет. К счастью, сам я могу появляться на своих объектах когда угодно.
Короче, у меня нет ни единого мало-мальски адекватного предлога остаться здесь.
А значит, выбор у меня только один.
Мне придется пойти за ними в кафе и понаблюдать издалека. Если всё пойдет по пизде, я приду на выручку. Если же они будут смеяться, флиртовать и увлеченно выбирать ковролин — или чем там еще занимаются натуралы на свиданиях, — я оставлю их в покое.
Но мой священный долг лучшего друга — сначала всё проверить.
Я снимаю с крючка у двери рубашку, в которой пришел вчера. Учитывая, что я носил её от силы час, она вполне чистая. Я натягиваю её, проверяю карманы и выхожу из квартиры.
В квартале отсюда есть кофейня, куда они, скорее всего, и направились. Я иду не торопясь, чтобы дать им время устроиться и завязать разговор. Так будет проще сразу считать общую атмосферу их свидания.
Но мои ноги ведут себя как упрямые куски мяса: сколько бы я ни приказывал им замедлить шаг, у кофейни я оказываюсь слишком быстро. В животе завязывается тугой узел, и я пытаюсь обмануть себя, внушив, что это просто отцовская гордость и переживания за друга. Что я чертовски хороший бро и просто хочу, чтобы он расширял круг общения. Но я же знаю, что это ложь.
Будь Лана для него «просто потенциальным другом», меня бы здесь вообще не было.
Но если я хоть немного знаю Пенна — а мне хочется верить, что знаю, — у Ланы огромный потенциал стать его девушкой. На ней буквально капсом написано: «МАТЕРИАЛ ДЛЯ ОТНОШЕНИЙ», и мой парень просто не сможет устоять, его засосет в этот омут.
Я обязан убедиться, что она пройдет проверку на вшивость у лучшего друга. Только поэтому я здесь.
Ну и еще потому, что я за него волнуюсь. Это тоже.
Пенн сто лет не ходил на свидания. После колледжа у него, конечно, бывали женщины, но ничего серьезного, из-за чего стоило бы переживать. И сейчас я не переживаю. Разумеется. Но этот его ночной спич про одиночество вогнал меня в панику, и я, кажется, еще не до конца это переварил.
И вот теперь я стою и тупо пялюсь внутрь огромной, забитой людьми кофейни, понятия не имея, каким должен быть мой следующий шаг. Народу тьма, почти все места заняты. В центре зала вокруг инсталляции из комнатных растений обустроены небольшие кабинки, по всему периметру раскиданы столики, а вдоль стен тянутся длинные встроенные диванчики. Очередь справа от стойки растянулась на километр. Осторожно переступив порог и высматривая макушку Пенна или Ланы, я решаю пригнуться и спрятаться за этой самой очередью.
Я парень высокий, комплекции далеко не хрупкой, да и одет не в корпоративном стиле, как большинство местных воротничков, так что мне приходится приложить максимум усилий, чтобы мимикрировать под окружение и не пугать людей, пока я сканирую взглядом зал в поисках своего заи.
Блядь. А вдруг Пенна тут вообще нет? Вдруг они пошли в другое место? Или, что еще хуже, вдруг свидание прошло настолько идеально, что оно уже закончилось, и пока я тут шпионю, они уже поднимаются к ней в квартиру для «времени наедине»?
Хотя, в таком случае я бы наверняка разминулся с ними по дороге.
— Ага! Попались! — Я замечаю их по другую сторону от стойки. Пенн сидит ко мне спиной, а Лана — прямо напротив него за крошечным столиком.
Столы здесь настолько микроскопические, что им достаточно слегка податься вперед, чтобы поцеловаться. И как бы сильно я ни хотел быть понимающим другом, досмотреть до этого момента я точно не смогу — меня вывернет.
В груди уже начинает ворочаться какое-то злое, удушающее чувство.
Я яростно скрежещу зубами, выглядывая из-за плеча чувака в клетчатой рубашке, который стоит прямо передо мной.
— Слышь, ты не мог бы отодвинуться? — пассивно-агрессивно выдает он.
Я понятия не имею, какая муха его укусила, но послушно пригибаюсь и отхожу в сторону, решив использовать в качестве живого щита какую-то милую бабулю.
— Вы что творите?! — ахает она, мгновенно прижимая сумку к груди.
— Всё... всё в порядке. Тихо. Я просто слежу за кое-кем.
— Следите?
— Это мой друг, всё легально.
Женщина в строгом костюме, листавшая что-то на своих смарт-часах, отрывается от экрана и подозрительно кривится:
— Вы домогаетесь пожилой дамы?
Я вскидываю руки, демонстрируя полную невиновность, но при этом продолжая стоять в полусогнутом, нелепом положении.
— Нет-нет. Всё хорошо. Пожалуйста, занимайтесь своими делами.
— Нашими делами? По-моему, вам пора на выход.
— Серьезно, не обращайте на меня внимания. Я занят своим делом.
— Он за кем-то шпионит, — вставляет свои пять копеек мнимая бабуля. С таким длинным языком я вообще не удивлюсь, если родственники сдали её в дом престарелых.
— Шпионит? — переспрашивает бизнес-леди, причем неоправданно громко, как заправское эхо.
Я начинаю отчаянно махать руками:
— Да не шпионю я, — шиплю я театральным шепотом. — Я просто проверяю, как там мой друг на свидании. Видите? Вот он сидит. И всё. Я вообще-то доброе дело делаю, забочусь!
— Ваш друг? — Женщина оглядывается по сторонам, словно ищет кого-то, кто мог бы подтвердить мою легенду. — А ваш друг вообще в курсе, что вы здесь?
— Ну... вообще-то нет, — честно отвечаю я, прекрасно понимая, что этот аргумент топит меня окончательно. — Но в глубине души он хочет, чтобы я был здесь. Зуб даю.
— Мне позвать охрану? — интересуется бабка с таким видом, будто готова лично прописать мне в челюсть.
— Не надо охрану! В этом нет необходимости. — Блядь, как же я рад, что догадался одеться перед выходом, иначе этот фарс был бы в тысячу раз хуже. — Я никому не причиняю вреда. Я просто присматриваю, чтобы он хорошо провел время, и чтобы в случае чего прикрыть его или переключить внимание, ну вы поняли.
Женщина брезгливо морщится и сбрасывает звонок на часах:
— Мужчины. Такие мужчины.
— Это еще что значит?
— «Переключить внимание»? Серьезно? Девушка, с которой он сидит, от силы метр шестьдесят пять роста и килограмм семьдесят веса. Единственное, во что тебе стоит вмешаться — это в её убогие боты.
Я слегка приподнимаю голову и кошусь в сторону их столика — отсюда Boot-парад Ланы виден во всей красе.
— А мне они понравились.
— Поверь мне на слово: они устарели и выглядят глупо на ком угодно.
— Ладно...
В этот момент бариста выкрикивает имя бизнес-леди, сообщая о готовности заказа. Стоит ей сделать шаг вперед, как Лана краем глаза поворачивается в мою сторону.
В панике я бросаюсь следом за женщиной в костюме, пытаясь использовать её филейную часть как укрытие от взгляда Ланы.
— Ты что, блядь, творишь?! — визжит она на всё кафе.
— Тсс... я прячусь!
— Свали отсюда. Немедленно. Пока я не вызвала полицию.
Я недоуменно хмурюсь:
— Полицию? За что?
— За то, что ты устраиваешь дебош и пугаешь клиентов!
Боже, какое счастье, что на мне есть шорты и рубашка.
— За такое полицию не вызывают, уверяю вас.
Тут как тут вырисовывается бабка:
— Хочешь, я наберу со своего сотового?
— Не надо, — слабо перебиваю я её. — Если вы позвоните, я скажу, что это вы меня домогаетесь.
Деловая дама награждает меня уничтожающим взглядом:
— Ты сидишь на кортах за моей спиной, чтобы люди, за которыми ты сталкиришь, тебя не спалили. Как думаешь, кому поверит полиция?
— Какие-то проблемы? — громко интересуется менеджер, заметив суету у выдачи.
Пиздец.
— Никаких проблем! — бодро рапортую я и резко свинчиваю от разгневанной очереди, ныряя вглубь зала — прямиком в заросли папоротников на разделительном стеллаже.
Это была ужасная, просто катастрофическая идея. С меня уже градом катит пот, сердце лупит как бешеное, а мозг лихорадочно пытается придумать, как отвадить от себя этих бдительных граждан. Мой план был идеален: зайти, непринужденно взять кофе, сесть за столик, откуда я буду видеть Пенна, а он меня — нет. То, что происходит сейчас... максимально далеко от этого плана.
— ...пристает к вашим гостям!
Да ладно вам! Я оборачиваюсь и сверлю старую каргу самым злобным взглядом, на какой способен, надеясь, что она наконец заткнется. Я тут, между прочим, занимаюсь защитным дружеским сталкингом. Если бы Пенн знал, что я здесь, всё было бы абсолютно обоюдно и по согласию! Просто конкретно сейчас я не хочу, чтобы он об этом прознал, потому что сам начинаю подозревать, что перешагнул черту между «заботливым бро» и «чуваком, которому пора выписывать судебный запрет». И мне чертовски нужно время, чтобы переоценить свои жизненные выборы до того, как о них узнает Пенн.
— Сэр, вам придется покинуть заведение, — заявляет подошедший старший менеджер.
Я испуганно кошусь через пушистые ветки папоротника на Пенна и Лану, молясь, чтобы мы не привлекли их внимание.
— А если я пообещаю сделать заказ, сесть вот за тот свободный столик и вести себя тише воды, ниже травы?
— Вы пугаете людей, — скучающим голосом произносит она.
— Мне правда очень жаль. Клянусь, я исправлюсь. Вот, держите. — Я судорожно достаю бумажник и протягиваю ей свою карту. — Пробейте мне кофе и запишите свой обед на мой счет. А я пока присяду вот сюда. И не скажу больше ни единого слова ни одной живой душе.
Её глаза едва заметно сужаются, оценивая предложение:
— Прямо вот сюда сядете?
Я моментально приземляю задницу на свободный стул рядом со стеллажом. Отсюда, если слегка раздвинуть листья, открывается идеальный обзор на Пенна.
— Обещаю.
Она тяжело вздыхает, но выхватывает карту из моих пальцев и направляется к кассе. Старуха пытается что-то вякнуть ей вслед, но менеджер лишь пожимает плечами и, судя по движению губ, бросает: «Халявный обед».
Я даже знать не хочу, какую сумму она сейчас с меня спишет. Да и плевать. Пульс потихоньку приходит в норму, обзор прекрасный, а мой желудок абсолютно, ни капельки не сворачивает в узел от того, как искренне и заливисто Пенн сейчас смеется над какой-то шуткой Ланы.
День начинается просто потрясающе. Офигенно, блядь.
