Скрытая угроза
25 мая 2026 г., 00:00
Шаги за перегородкой раздавались отчетливо, приближаясь к двери кабинета. В полумраке разгромленной комнаты время будто остановилось.
Америка и Россия синхронно замерли, напрягшись всем телом. США затаил дыхание, его пальцы на запястьях России судорожно сжались еще сильнее, а сам серебристоволосый андрогин перестал дышать, уставившись на дверь. Сейчас, когда Америка полностью придавил его к дивану своим весом, а их лица находились в нескольких сантиметрах друг от друга, любой вошедший за секунду разрушил бы всю их тщательно выстраиваемую геополитическую репутацию. Главный Игрок корпорации и Хартленд, обложенный санкциями, валялись на офисном диване в обнимку — этот скандал не удалось бы замять никакими отчетами.
Человек за дверью на секунду остановился. Америка почувствовал, как на его лбу выступила холодная испарина, а Россия под ним едва заметно поведил плечом, готовый в случае чего силой вырвать руки и выдать этот позор за нападение. Но пронесло. Шаги за дверью снова возобновились, шурша подошвами по ковролину, и медленно удалились в сторону лифтов. Видимо, кто-то из сотрудников просто возвращался с офисной кухни.
Едва звук затих, Россия мгновенно разорвал оцепенение. Вся его притворная девичья слабость и издевательская растерянность испарились за долю секунды. Он резко, со всей силой дернул руками в стороны, выкручивая запястья из ослабевшей хватки Америки, и одновременно с этим уперся ладонью в грудь Штатов, бесцеремонно отталкивая его от себя.
— Слезь с меня, — процедил Россия сквозь зубы. Его андрогинный голос вернул свою привычную леденящую, сухую интонацию.
США, все еще дезориентированный и тяжело дышащий, послушно отвалился назад, садясь на край дивана и запуская пальцы в свои растрепанные светлые волосы. Его уши до сих пор горели, а сердце отказывалось снижать безумный темп. Россия быстро поднялся с дивана, на ходу поправляя свой безупречный костюм. Движения его были резкими, вспыльчивый характер молодости снова давал о себе знать, но он виртуозно загонял эмоции внутрь своего мозга. Он подошел к разбитому зеркалу на стене и хладнокровно пригладил свои волосы. Повернувшись к Америке, Россия окинул его и весь разгромленный кабинет своим самым пустым, уничтожающим взглядом.
— На сегодня уроков управления кризисами с тебя достаточно, — тихо произнес Россия, направляясь к выходу. — Советую нанять клининг, Америка. И научиться держать себя в руках. Это выглядит жалко.
Дверь кабинета тихо закрылась за его спиной.
Офисная война за ресурсы и серверные шлюзы БРИКС была в самом разгаре, когда по корпоративной почте пришло официальное уведомление от высшего руководства. Самым эффективным, власть имущим и приносящим колоссальный доход сотрудникам полагался внеочередной бонус от компании — оплачиваемый отпуск на закрытом элитном тропическом курорте. На сборы дали ровно один вечер. Поскольку Россия закрыл пятилетку за три года и фактически перехватил контроль над транзитом, а США, несмотря на ночной погром, оставался главным держателем мирового капитала, оба они автоматически попали в список «лучших». Вместе с ними на курорт отправились Китай, Индия и ключевые игроки европейских отделов.
Уже на следующий день офисные будни сменились палящим солнце, шумом океанских волн и белоснежным пляжем. Но для России этот отпуск мгновенно превратился в новое испытание для его вспыльчивого характера. В офисе, укутанный в строгий закрытый костюм Россия казался всем опасным, леденящим кровь манипулятором. Но здесь, на пляже, правила игры диктовала анатомия.
США, избавившись от костюма и галстука, остался в одних плавках и солнцезащитных очках. Он весело крутил на пальце волейбольный мяч, демонстрируя окружающим идеальный загар, широченные плечи и кубики пресса. Но главным шоком для России стало другое. Из-за фанатичных тренировок и спорта тела Америки, Германии и других крупных игроков были настолько раскачаны, что их грудные мышцы выглядели неестественно огромными и рельефными.
Россия, сидевший на шезлонге под огромным навесом, чувствовал, как его голова трещит по швам. На нем были свободные шорты и легкая белая рубашка, застегнутая на все пуговицы до самого подбородка, чтобы никто не дай бог не увидел отсутствие кадыка. Его тело оставалось тонким, изящным, с узкими ключицами и абсолютно плоской грудной клеткой. На фоне этих широкоплечих шкафов он выглядел еще более хрупким и невысоким, чем в офисе. Когда мимо его шезлонга, играя мышцами, вальяжно прошествовал Америка, Россия тактично отвернулся в сторону, прикрывая лицо рукой, словно его ослепило солнце. Но в его голове в этот момент огромными неоновыми буквами вспыхнула одна-единственная мысль:
«Ахуеть какая большая грудь…»
Он судорожно сглотнул, мысленно призывая на помощь Церковь и все святыни, которые знал, чтобы не выдать своего замешательства. Россия безумно злился на свою анатомию и на этих раскачанных грешников, которые будто нарочно расхаживали перед ним полуголыми.
— Эй, Росс! — Америка остановился прямо напротив его шезлонга, заслоняя солнце своей массивной фигурой. Он приспустил очки, смерив застегнутого на все пуговицы Россию насмешливым взглядом Игрока. — Ты чего в рубашке на пляже сидишь? Боишься обгореть, милочка? Или тебе со мной в волейбол слабо сыграть со своим ростом?
Россия медленно поднял на него свой взгляд. В его душе бушевала буря из самораздражительности и шока, но маска спокойного человека вернулась на место. Он лениво окинул взглядом рельефный торс Америки, задержавшись на его грудных мышцах чуть дольше положенного, а затем цинично усмехнулся:
— Я предпочитаю не портить себе зрение твоим нарциссизмом, Америка. А насчет волейбола... — Россия плавно встал с шезлонга, и хотя он был на голову ниже Штатов, в его движениях снова появилась та пугающая грация. — Смотри, как бы тебе опять не пришлось звать клининг. На этот раз — чтобы собирать тебя с песка. Свободен, Америка. Твоя тень мешает мне читать. Иди поиграй с Европой. Им как раз полезно побегать, пока их счета окончательно не заморозили.
США недовольно фыркнул, крутанул волейбольный мяч на пальце и, бросив напоследок раздражённый взгляд на застёгнутого соседа, зашагал обратно к центральной части пляжа. Россия проводил его фигуру ленивым взглядом, снова мысленно чертыхнулся по поводу огромных грудных мышц этого блондина и поглубже зарылся в тень навеса.
Ближе к вечеру палящее солнце сменилось мягким багровым закатом. Шумная толпа сотрудников наконец покинула пляж, потянувшись в сторону прибрежных ресторанов. Побережье опустело. Только тогда, убедившись, что на море больше абсолютно никого нет, Россия закрыл книгу и поднялся.
Он огляделся по сторонам — ни одной живой души. Россия медленно расстегнул легкую белую рубашку и снял её, оставаясь в одних плавательных шортах. Без объёмной одежды его тело предстало во всей своей андрогинной, изначальной красе. Узкие, хрупкие плечи, изящные ключицы, тонкая талия и абсолютно ровная, плоская грудная клетка без капли перекачанных мышц. Его фигура была невероятно лёгкой и утончённой.
Россия подошёл к кромке воды. Он мягко, без единого лишнего всплеска скользнул в прохладные океанские волны и уверенно поплыл вдаль, наслаждаясь долгожданной тишиной, одиночеством и тем, что наконец-то можно не прятать лицо.
Он и не подозревал, что на одним из балконов отеля, выходящем прямо на океан, в темноте стоял Америка. США держал в руке бокал с напитком, но так и не сделал ни одного глотка. Его взгляд был намертво прикован к серебристому силуэту, который с убийственной, почти нечеловеческой грацией рассекал темнеющие волны в полном одиночестве. И одержимость Игрока в эту секунду заиграла совершенно новыми, пугающими красками.
