Встречное течение
25 мая 2026 г., 17:44
Примечания:
Ещё одна глава, но мелкая. Вдохновение медленно покидает мое грешное тело и Святую душу.
Вода идеально смыла остатки дневного раздражения. Россия выходил из темнеющего океана не торопясь. Прохладные капли скатывались по плоской груди, узким ключицам и бледной коже. Без плотных слоев офисной одежды его фигура казалась почти невесомой, а серебристо-белые волосы потемнели от влаги и тяжелыми прядями облепили плечи.
Убедившись, что пляж по-прежнему пуст, он поднял с шезлонга полотенце, небрежно перекинул его через плечо и накинул легкую белую рубашку. Застегивать пуговицы Россия не стал — ткань просто свободно висела на его изящных плечах, колыхаясь от легкого вечернего бриза. Он был полностью погружен в собственные мысли. Его мозг требовал уже сейчас, прямо в отпуске, набросать в уме черновик следующего квартального плана.
Вспыльчивый характер утих, уступив место привычному спокойствию. Россия лениво шагал по деревянному настилу в сторону уединенных жилых бунгало, наслаждаясь тем, что вокруг наконец-то нет раскачанных европейских коллег.
Он завернул за густые заросли тропических пальм у самого входа на территорию отеля и резко, с размаху во что-то врезался. Точнее, в кого-то.
От неожиданности Россия покачнулся, его мокрые босые ноги скользнули по гладкому доку настила, и он наверняка полетел бы спиной прямо в кусты, если бы чьи-то массивные руки мгновенно и жестко не перехватили его за талию. Россия судорожно выдохнул, его голубые глаза округлились от секундного шока, а ладони инстинктивно уперлись в чужую грудь, пытаюсь вернуть баланс. В нос ударил знакомый дорогой парфюм, смешанный с запахом бурбона. Перед ним стоял Америка.
США, только что спустившийся со своего балкона, явно не ожидал этой встречи лицом к лицу. Из-за разницы в шестнадцать сантиметров Россия, стоящий босиком, едва доставал ему до подбородка. Тонкие пальцы Хартленда оказались прижаты прямо к рельефным, перекачанным грудным мышцам Америки, которые от тепла южной ночи казались горячими как печь. Рубашка США была полностью расстегнута, являя миру тот самый мощный атлетичный торс, от которого Россия весь день тактично отворачивался на пляже. В голове России, вопреки опасности положения, снова предательски, с дикой внутренней самораздражительностью вспыхнула дневная мысль:
«Да господи... Ахуеть какая огромная грудь. Он её вообще сдувает когда-нибудь?»
Россия тут же мысленно чертыхнулся, призывая на помощь всё свое самообладание. Стоило горячим, массивным ладоням Америки плотнее сжаться на его талии, притягивая к раскачанному торсу, как хвалёный ледяной взгляд Хартленда испарился без следа. На смену расчётливому стратегу вновь пришли инстинкты девчонки. Внутри России вспыхнул подлинный, панический шок. Это была чистая, чисто женская реакция на внезапное физическое доминирование более крупного и сильного мужчины. Серебристоволосый отчаянно задергался в чужих руках, пытаясь выкрутиться, выскользнуть из стального капкана, но мокрые босые ноги лишь беспомощно скользили по деревянному настилу.
— Пусти! Отвали от меня, пиндос! — вскинулся Россия.
Его бледные щеки мгновенно залил густой, яростный румянец. От резких движений небрежно накинутая рубашка съехала с одного плеча, полностью обнажая изящную ключицу и тонкую, ровную грудную клетку без единого намёка на рельеф. В этой отчаянной попытке освободиться не осталось ничего от офисного кукловода — только хрупкий, застигнутый врасплох парень, который со своим ростом чувствовал себя до ужаса уязвимым перед нависающим над ним США.
Америка от этой хаотичной, бурной реакции опешил еще сильнее. Хватку он не ослабил, но замер, ошеломлённо глядя, как этот опасный манипулятор без души сейчас буквально трепещет в его руках, шумно и прерывисто дыша. Сердце Штатов сделало оглушительный кульбит. Одержимость, которая всю ночь и весь день жгла его изнутри, вспыхнула с новой, пугающей силой. Ему безумно, до дрожи в пальцах нравилось ощущать эту податливость и физическую слабость России, скрытую под маской всесильного ветерана корпорации.
— Гуляешь в одиночестве, Росс? — хрипло произнес Америка, чуть сильнее сжав пальцы на его талии и заставляя Россию прижаться к своему рельефному торсу еще плотнее. — А мне казалось, ты боишься выходить из тени.
Но шок России длился всего мгновение. Вспыльчивый характер из бурной молодости и стальной стержень быстро взяли верх над секундной слабостью. Вырвать руки из стальной хватки Америки не получалось, но Россия и не собирался сдаваться как жертва. Он перестал дергаться. Из испуганного человека он за секунду снова превратился в опасного, расчетливого тактика. Россия резко замахнулся и с силой хлестнул мокрым, тяжелым полотенцем, которое до этого держал в руке, прямо по обнаженному плечу и шее Америки. Шлепок вышел звонким и болезненным.
От неожиданности и резкой вспышки боли США инстинктивно разжал пальцы на его талии и отшатнулся на шаг назад, потирая горящее плечо.
Этого мгновения России хватило с лихвой. Он молниеносно отступил на безопасное расстояние, резко натянул рубашку обратно на плечо и смерил Америку самым леденящим, уничтожающим взглядом, на какой только был способен. Тяжело дыша, он поправил мокрые серебристые волосы и процедил сквозь зубы:
— Еще раз распустишь руки, Америка, и я устрою твоей Кремниевой долине такой дефолт, что ты свои плавки на аукционе продавать за копейки будешь.
Развернувшись, Россия стремительным, гордым шагом скрылся в темноте тропических пальм, направляясь к своему номеру. США остался стоять на деревянном настиле под небом, слушая шум прибоя. Плечо саднило от мокрого полотенца, но в голове Игрока окончательно воцарился хаос. Он коснулся своего подбородка, затем перевел взгляд на ладони, которые еще секунду назад сжимали тонкую талию России, и глухо выругался. Игра зашла слишком далеко, и возврата назад уже не было.
