Лисья слеза

Пэ-Хо вернулся в отдел недокументированных явлений к обеду. Разговор с отцом оставил горький привкус во рту. Он не получил ответов — только туманные намёки и совет «не лезть». Отец знал больше, чем говорил. Пэ-Хо чувствовал это кожей. Со-Юн ждала его в кабинете. На столе — новая стопка распечаток и открытый ноутбук с какой-то старой фотографией на экране. — Как прошло? — спросила она, не поднимая головы. — Бесполезно. — Отец не сказал, кому отдал артефакт? — Сказал, что это неважно. Со-Юн фыркнула. — Конечно, неважно. Особенно когда из-за него умирают люди. Пэ-Хо сел за стол, взял первую распечатку. Это был список компаний, подконтрольных «Пак Индастриз». Длинный, запутанный, с множеством подставных фирм и посредников. — Что это? — спросил он. — Я копнула глубже, — Со-Юн пододвинула к нему ноутбук. — Смотри. «Пак Индастриз» — это верхушка айсберга. Под ним ещё слой и ещё. И почти везде фигурирует одно и то же имя. Она ткнула пальцем в экран. Пэ-Хо прищурился. Господин Пак. Демоническое происхождение (тип не установлен). Возраст: более 500 лет. Статус: коллекционер древних артефактов. — Пятьсот лет, — тихо сказал Пэ-Хо. — Это почти бессмертие. — Почти, — согласилась Со-Юн. — Если верить слухам, он нашёл способ продлевать жизнь с помощью артефактов. Каждый украденный амулет, каждая украденная реликвия делает его сильнее. — И «Лисья слеза» — одна из них. — Скорее всего. — Со-Юн откинулась на спинку стула. — Представь: артефакт, который даёт три шанса избежать смерти. Для такого, как Пак, это бесценно. Пэ-Хо отодвинул ноутбук и уставился в стену. Картина складывалась. Кто-то — возможно, та самая белая лиса — охотится за теми, кто причастен к краже её артефакта. И этот кто-то не остановится, пока не вернёт своё. Или пока не убьёт всех, кто стоит на пути. — Мне нужно знать больше о кумихо, — сказал он. — О ком? — Кумихо. Корейская девятихвостая лиса. Старик в переулке сказал «белая лиса». Не японская кицунэ, а наша. Со-Юн нахмурилась. — Ты думаешь, убийца — кумихо? — Не думаю. Я почти уверен. — Это меняет дело, — Со-Юн встала, прошлась по кабинету. — Кумихо — не просто оборотни. Это древние существа. Они живут веками, копят силу. И если одна из них вышла на охоту... — То Пак в опасности, — закончил Пэ-Хо. — И мы тоже, если встанем на её пути. Пэ-Хо посмотрел на напарницу. В её глазах не было страха — только холодный расчёт. — Найди мне всё, что можно найти о кумихо, — сказал он. — Легенды, историю, слабые места. Всё. — А ты? — А я поеду в архив. Глубокий архив. Со-Юн кивнула и вышла.

***

Глубокий архив находился на два этажа ниже обычного. Туда спускались только по специальному пропуску — и только те, кто знал, что ищет. Пэ-Хо получил доступ через начальника отдела. Чон Хёк-Чэ не задавал лишних вопросов — он знал Пэ-Хо достаточно давно, чтобы доверять его чутью. — Не задерживайся там, — сказал начальник, вручая ключ-карту. — В глубоком архиве водятся не только бумажные черви. — Какие именно? — Самые разные. Некоторые кусаются. Пэ-Хо не понял, шутит он или нет. Решил не проверять. Железная дверь со скрипом открылась. За ней была узкая лестница, выложенная камнем, с тусклыми лампами на стенах. Пахло плесенью, старой бумагой и ещё чем-то неуловимым — может быть, самой магией, которая пропитала эти стены за десятилетия. Он спустился вниз. Архив был огромным — стеллажи уходили в полумрак, теряясь где-то в глубине. Пэ-Хо включил фонарик на телефоне и пошёл вдоль полок. Ему нужно было найти всё, что связано с кумихо. И особенно — с артефактом «Лисья слеза». Он искал больше часа. Нашёл на нижней полке, в самом углу, заваленный пыльными папками. Толстый фолиант в кожаном переплёте. На корешке — иероглифы, которые он с трудом разобрал: «Кумихо. Полная история». Пэ-Хо сел прямо на пол, открыл книгу. Кумихо — девятихвостая лиса, одно из древнейших существ корейской мифологии. В отличие от японских кицунэ, кумихо чаще воспринимались как зловещие создания. Они питались человеческими жизнями или печенью, чтобы выжить. Но это только легенды. Настоящие кумихо — хранительницы древних артефактов. Каждый хвост — столетие жизни. Каждая слеза — магия, способная исцелять или убивать. Пэ-Хо перелистнул страницу. «Лисья слеза» — артефакт, созданный из застывшей слезы первой кумихо. Говорят, она плакала над телом своей убитой сестры и её слеза превратилась в камень. Тот, кто владеет артефактом, получает три шанса избежать смерти. Но есть цена: если артефакт попадает в чужие руки, кумихо, которой он принадлежит, теряет часть своей силы. И может умереть. Если не вернёт. Пэ-Хо закрыл книгу. Всё вставало на свои места. «Лисья слеза» принадлежала какой-то кумихо. Артефакт украли. Кумихо ослабела — может быть, даже была на грани смерти. Теперь она возвращает своё. С каждым убийством — приближается к цели. Вопрос: кто она? И где её искать? Он поднялся, положил книгу на место. Взял с полки несколько папок с делами о кражах артефактов — может быть, там найдётся зацепка. На выходе из глубокого архива его встретил Чон Хёк-Чэ. — Нашёл что-нибудь? — спросил начальник, глядя на стопку папок в руках Пэ-Хо. — Достаточно, чтобы понять: мы имеем дело не с обычным убийцей. — С кумихо? Пэ-Хо удивлённо поднял бровь. — Откуда вы знаете? — Я работаю в этом отделе тридцать лет, Пэ-Хо. Я видел всё. И кумихо — да, видел. Один раз. — Начальник помолчал. — Это было давно. Она искала украденный артефакт. Нашла. Те, кто украл, не дожили до утра. — И вы её не поймали? — Я не пытался. У неё были причины. Пэ-Хо остановился. — Вы её оправдываете? — Я её понимаю, — поправил начальник. — Это разные вещи. А теперь иди работай. И будь осторожен. Кумихо не прощают предательства. Он развернулся и ушёл в свой кабинет. Пэ-Хо остался стоять в коридоре с папками в руках.

***

Вернувшись в кабинет, он застал Со-Юн за чтением какой-то старой газеты. — Нашла кое-что, — сказала она, не поднимая головы. — Слушай. Двадцать лет назад в пригороде произошло убийство. Женщина, глава клана кумихо. Нашли с вырванным сердцем. Пэ-Хо сел. — Как её звали? — Никто не знает. Кумихо редко называют настоящие имена. Но в заметке есть кое-что ещё. — Со-Юн подняла газету, показала пальцем. — У неё осталась дочь. Ким Ю-Ри. — Ким Ю-Ри, — повторил Пэ-Хо. — Имя есть. Где она сейчас? — Нигде. Исчезла после смерти матери. Никто не знает, где она, чем занимается. Но если ты прав, и убийца — кумихо... — То это может быть она, — закончил Пэ-Хо. — Дочь, которая мстит за мать. Он взял газету, перечитал заметку. Короткая, сухая, без подробностей. Тело, сердце, дочь. Точка. Но Пэ-Хо чувствовал: за этими строчками скрывается боль. И ярость. И холодная, многовековая ненависть. — Найди мне всё, что можно найти о Ким Ю-Ри, — сказал он. — Фотографии, старые адреса, связи. Всё. — Уже ищу, — Со-Юн повернулась к компьютеру. — Но ничего не обещаю. Кумихо умеют прятаться. — Ищи. Он откинулся на спинку стула, закрыл глаза. В голове вертелось имя: Ким Ю-Ри. Девушка, которая потеряла мать. Которая, возможно, двадцать лет ждала возможности отомстить. И теперь, когда артефакт снова украли, она вышла на охоту. Пэ-Хо коснулся запястья. Пульс был ровным. Но почему-то ему казалось, что где-то в городе, в этот самый момент, чьи-то янтарные глаза смотрят в темноту и ждут. Ждут, когда он сделает следующий шаг.