От ненависти до любви работа...

После окончания моей смены, как только на кассу подсела коллега, я схватив отложенный товар помчалась на дебаркадер, чтобы спросить не приехал ли Иван. Дима кивнул в сторону кабинета главной кассы. Я постучалась туда. Через секунду дверь открылась и в ушах противно запищало. Ваня вышел в своём чёрном костюме. Кивнул мне и едва улыбнулся. — Анна, пока не пройдёте тестирование, не отпущу вас, — голос спокойный, но я уловила нотки игры и вызова. — Хорошо. Но мне Дима так и не скинул курс по пекарне. — Пойдёмте, — отозвался Ваня, я развернулась и почувствовала на своей пояснице его ладонь, передавшую разряд по спине. Я написала мужу что задержусь из-за того, что прохожу все необходимые тесты с рабочего компьютера, на что то ответил коротко, и что отвезёт дочку на выходные к бабушке сам. Мне предоставили компьютер, я зашла в свой личный кабинет. Ваня сел рядом со мной на столько близко, что наши плечи уже соприкасались. — Вань, ну хоть немного дистанцию держи. Здесь же Дима и сборщики... — прошептала я, а ему хоть бы что. — Я здесь пока чтобы помочь тебе, — произнёс он и указал на экран. Я начала проходить тестирование. Все пункты уверено, кроме тех что были связаны с оборудованием в пекарне, а точнее печки и вообще той зоны. Ваня спокойно давал ответы, но под конец встал и сказал чтобы я подошла после в подсобку. Я наконец-то завершила тест с наивысшим баллом и пошла об этом сообщить директору. Я заглянула туда, он перебирал коробки с бутылками. Затем не поворачиваясь попросил зайти. Я зашла. — Проходной бал получила. Права восемьдесят а не девяносто и сто, — смутившись улыбнулась я, держа руки в карманах. Ваня задвинул коробку под стеллаж. Повернулся ко мне и, сделав шаг протянул свою руку к моей. Взял её и вытащил из кармана. — Я думал об этом уже очень долго, — сказал он. — О том, что мы делаем. О том, что я рискую. Ты рискуешь. У нас обоих есть что терять. И кажется, но я уже на пороге этого... — И что ты решил? — спросила я шёпотом. Сердце колотилось где-то в горле. Он посмотрел на меня долго-долго. Снял очки — это становилось его привычкой перед важными словами. Без них он выглядел не начальником, не мужчиной с бородой и строгим взглядом, а просто уставшим человеком, который слишком долго запрещал себе то, чего хотел. — Я решил, что не хочу жалеть. Ни о чём. Я уже предупредил. Но я не виноват, что моя жена не восприняла это в серьёз. Мы с ней слишком долго вместе. И даже если это всё будет ошибкой — пусть она будет моей, — он сжал мои пальцы чуть сильнее. — Но я не сделаю больше ни шага, пока ты сама не скажешь. Потому что твоя семья — это не моё дело. Пусть даже если там пахнет абьюзом. Твой выбор — это только твой. Но знай, я хочу тебе помочь. Но всё равно выбор останется только за тобой. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то окончательно переворачивается. Муж, ипотека — всё это стало вдруг плоским, как картинка из журнала. А здесь, в душной подсобке, пахнущей картоном и его парфюмом, была жизнь. Настоящая. До мурашек. — Я боюсь, — прошептала я. — Я тоже, — ответил он. И тогда я сделала шаг. Сама. Впервые. Просто подалась вперёд и коснулась губами его щеки — там, где начиналась борода, колючая и мягкая одновременно. Он замер. А потом обнял меня — осторожно, будто я могла разбиться. И прошептал в волосы: — Господи, Анна… как же долго я этого ждал. Мы стояли так несколько минут — я чувствовала, как бьётся его сердце через рубашку, как его дыхание сбивается, как он гладит меня по спине, не решаясь опустить руки ниже. Потом раздался звук открывающейся входной двери — кто-то из уборщиц вернулся. Мы отпрянули друг от друга. Он быстро надел очки, одёрнул форму. — Иди, — сказал тихо. — Я выйду через пять минут. Я кивнула и почти выбежала из подсобки. В раздевалке, я дрожащими руками взяла телефон. На экране высветилось сообщение от мужа: «Ты где? Я уже отвёз дочку, за тобой заехать?». И следом — от Ивана: «Я не спал все эти ночи. А сегодня точно не усну». Я положила телефон на сиденье, и заплакала, скрывая лицо ладонями. Потому что не знала, вернусь ли когда-нибудь к той женщине, которая была уверена, что никогда не изменит мужу. Она окончательно умерла сегодня в подсобке «Пятёрочки». А новая… она пока не знала, кто она.