summer boys

Лето в этом году не просто пришло, оно ворвалось, плавя асфальт и заставляя воздух над горизонтом дрожать липким маревом. Пляж небольшого городка напоминал живую, шумную открытку: крики чаек тонули в детском смехе, а солёный бриз едва справлялся с тяжёлым жаром, застывшим над золотистым песком. Гонхо выждал, пока солнце начнёт медленно клониться к западу, теряя свою беспощадную ярость. Ему нравилось это время, когда свет становился мягким, как топлёное масло, а тени удлинялись, обещая прохладу. Пока его семья, старшая сестра и родители увлечённо обсуждали меню в ресторане неподалёку, Гонхо сбежал. Ему жизненно необходима была вода. Песок обжигал ступни даже сквозь тонкую подошву шлёпанцев. Найдя свободный пятачок у самой кромки прибоя, Гонхо опустился на колени. Он долго и тщательно расправлял своё тёмно-синее полотенце, стараясь выровнять каждый залом. Ветер лениво трепал его густые тёмные волосы, бросая пряди на лоб. Закончив, Гонхо резко выпрямился, стряхивая крупинки песка с ладоней. Удар. Мир на мгновение потерял фокус. Вместо привычного простора перед глазами оказалась чья-то широкая, обнажённая и пугающе горячая грудь. Гонхо уткнулся лбом прямо в ключицу, почувствовав на коже влагу морской воды и запах дорогого солнцезащитного крема вперемешку с солью. От неожиданности он едва не потерял равновесие, пошатнувшись назад. — Ой, прости… — выдохнул он, судорожно хватая ртом воздух. Голос прозвучал тише и глуше, чем обычно. Он поднял взгляд. И, кажется, забыл, как дышать. Перед ним стоял парень. Он был выше, намного выше, сантиметров на десять, а то и больше. Солнечные блики играли в его светлых волосах, которые от воды ещё больше завились в тугие, непослушные кудри. Блондин стоял прямо напротив, и его плечи — широкие, окрепшие, казались бесконечными в этом золотистом свете. Гонхо посмотрел ему в глаза. Карие. Но не такие тёмные, как у самого Гонхо, а тёплые, напоминающие крепко заваренный чай, в котором растворилось солнце. Блондин молчал. Его рот был слегка приоткрыт, словно он хотел что-то сказать, но слова застряли где-то в горле. Он замер, заворожённо глядя на парня перед собой. «Какие длинные…» — пронеслось в голове у Мартина. Он никогда не видел таких густых и длинных ресниц. Они подрагивали, бросая тень на порозовевшие от смущения щёки незнакомца. Густые, идеально очерченные брови сейчас были чуть нахмурены, а в глубоких тёмных глазах плескалась такая искренняя вина, что Мартину захотелось немедленно его успокоить. — Ничего страшного, — наконец выдавил Мартин, и его голос, обычно уверенный и звонкий, сейчас прозвучал непривычно хрипло. — Это я… я не увидел тебя. Слишком увлёкся морем. — Нет, я сам виноват, резко встал, — Гонхо неловко улыбнулся. Эта улыбка, робкая и едва заметная, почему-то заставила сердце Мартина пропустить удар. Гонхо кивнул напоследок и, не в силах больше выносить этот пронзительный взгляд, быстро развернулся и бросился к воде. Он зашёл по пояс, чувствуя, как холодные волны остужают горящую кожу, и нырнул, надеясь, что море смоет это странное оцепенение. Мартин остался стоять на месте. Вода стекала с его плеч, песок забивался между пальцев ног, но он не шевелился. Он провожал взглядом тёмную макушку, мелькающую среди бликов, и чувствовал, как внутри разгорается странное, тягучее предвкушение. — Мартин! Ну ты где застрял? Мы уходим! — крикнула его старшая сестра неподалёку. — Иду! — отозвался он, но ещё раз обернулся к морю. Весь вечер Мартин был непривычно тихим. Сидя в кафе с семьёй, он механически ковырял вилкой в тарелке, а перед глазами всё стоял этот невысокий брюнет с невероятными ресницами. Мартин, всегда такой открытый и энергичный, сейчас чувствовал себя так, будто нашёл на пляже редкую жемчужину и случайно выронил её обратно в океан. «Хоть бы встретить его завтра. Только бы взять его мессенджер», — думал он, засыпая под мерный рокот прибоя за окном. Гонхо же, напротив, уснул мгновенно. Он и представить не мог, что один неловкий толчок на пляже перевернул чей-то мир с ног на голову. Для него это было просто досадное происшествие, смытое вечерним купанием. Пока что.