summer boys

Третий день обрушился на город невыносимой, звенящей жарой. Воздух будто застыл — тяжёлый, густой, пропитанный запахом раскалённого асфальта, морской соли и сладкого сиропа из ближайших фуд-кортов. Даже чайки лениво кружили над пляжем, словно им тоже было слишком жарко для криков. Гонхо стоял возле палаток с напитками, щурясь от ярких бликов на воде. Море сегодня сияло так сильно, что смотреть на него было почти больно. Холодный стакан с лимонадом быстро покрывался каплями конденсата, липкая влага стекала по пальцам, а лёд внутри тихо позвякивал каждый раз, когда он делал глоток. Он только закрыл глаза, подставляя лицо слабому ветру, как вдруг чьи-то ладони резко легли ему на плечи. — Бах! Гонхо вздрогнул всем телом. — А!? Напиток плеснул прямо на белую майку, холодные капли моментально впитались в ткань, а сердце подскочило так резко, будто действительно собиралось выпрыгнуть наружу. Он обернулся уже готовый возмущаться, и тут же застыл. — Сонхён?! Ты что здесь делаешь?! Перед ним стоял Сонхён, с растрёпанными волосами, сияющей улыбкой и таким довольным лицом, будто это был лучший розыгрыш в его жизни. В свете солнца он выглядел до смешного красивым: лёгкая цепочка поблёскивала на шее, свободная рубашка колыхалась от ветра, а глаза буквально светились весельем. — Решил, что ты тут совсем зачахнешь без меня, — рассмеялся он, сразу утягивая Гонхо в объятия. — А ещё… смотри, кто здесь! – из-за его ног тут же выскочил Куки. — Куки! Пёс радостно затявкал своим тонким голосом и закрутился вокруг ног Гонхо так быстро, что поводок едва не запутался вокруг его щиколоток. Маленькие лапки застучали по плитке, а сам Куки привстал на задние лапы, пытаясь дотянуться до хозяина. Гонхо рассмеялся так громко, что люди неподалёку даже обернулись. Он сразу присел на корточки прямо на горячую плитку и подхватил Куки на руки, начиная гладить его сразу двумя руками, прижимаясь лбом к его пушистой голове. В этот момент всё внутри стало удивительно лёгким. Оставшийся день пролетел быстро и шумно. Они заселяли Сонхёна в отель, по счастливой случайности этажом ниже, гуляли по набережной с Куки, ели сладкие вафли и болтали без остановки. И почти всё это время Гонхо рассказывал про Мартина. Точнее, пытался делать вид, что рассказывает просто «про знакомого». Но Сонхён был слишком умным, чтобы не заметить, как у Гонхо начинали блестеть глаза каждый раз, когда он произносил его имя. — Ого, кажется, кто-то у нас влюбился по уши? — протянул Сонхён с хитрой улыбкой. — Да не влюбился я, — тут же пробурчал Гонхо, слишком быстро отворачиваясь к морю. — Ага. Именно поэтому ты улыбаешься как идиот уже двадцать минут. — Замолчи. — Сонхён только рассмеялся. К шести вечера жара начала понемногу спадать. Город окрасился в мягкое золото заката, а окна ресторанов и магазинов вспыхнули тёплыми огнями. Возле знакомого ресторана их уже ждали. Мартин стоял у стены и первым заметил их издалека. Он сразу поднял руку, широко улыбаясь. Даже отсюда казалось, будто вокруг него воздуха больше, чем вокруг остальных. Рядом стоял высокий парень в тёмной одежде — спокойный, молчаливый, со скрещёнными руками. Джеймс. Когда они подошли ближе, взгляд Джеймса скользнул по Гонхо… и почти сразу остановился на Сонхёне. Всего на секунду. Но Сонхён это заметил. Лицо Джеймса осталось спокойным, однако в глазах мелькнуло что-то заинтересованное, почти удивлённое. И почему-то от этого взгляда у Сонхёна внутри что-то коротко дрогнуло. — Привет, — Мартин шагнул ближе и сразу приобнял Гонхо за плечо, будто делал это уже тысячу раз. Тело Гонхо моментально напряглось от неожиданности. Он почувствовал тепло чужой ладони даже через ткань футболки и ненавидел себя за то, как сильно это ему понравилось. — Познакомься, это мой лучший друг Сонхён, — быстро проговорил он. — Рад познакомиться, — Мартин легко пожал руку Сонхёну. — Круто, что ты тоже пришёл. Потом он кивнул на парня рядом: — Это Джеймс. — Привет, я Джеймс. – голос у него оказался низким и спокойным, почти бархатным. Сонхён поймал себя на мысли, что этот его «мрачный» стиль выглядит чертовски красиво. Особенно в сочетании с абсолютно невозмутимым лицом. Когда они добрались до клуба, у входа их уже ждал Джухун. Он лениво стоял, засунув руки в карманы, и выглядел человеком, которого вообще невозможно чем-либо удивить. — О, наконец-то, — протянул он. — Я уже думал, вы там семью создаёте по дороге. — Заткнись, — фыркнул Мартин, но рассмеялся. Клуб встретил их вспышками света и грохотом басов. Музыка вибрировала прямо в рёбрах, пол слегка дрожал под ногами, а неон окрашивал лица то в розовый, то в синий, то в ярко-фиолетовый. На сцене танцоры двигались так резко и красиво, будто у них не было костей — один переход сменял другой, кроссовки скользили по полу под ритм хип-хопа и стрит-дэнса, а толпа вокруг то взрывалась криками, то дружно качалась в такт музыке. Гонхо сначала чувствовал себя немного потерянно среди всего этого шума. Но потом рядом оказался Мартин. Слишком близко. — Ты тоже играешь на гитаре? — крикнул он почти ему в ухо, перекрикивая музыку. Тёплое дыхание скользнуло по коже, и Гонхо вздрогнул. — Очень хочется научиться, но Сонхён играет! Мы иногда вместе джемим! — Серьёзно?! Это же офигенно! Мартин выглядел так, будто был искренне рад каждому новому факту о нём. И почему-то именно это расслабляло больше всего. Постепенно неловкость растворилась в музыке. Они танцевали вместе, смеялись, сталкивались плечами, подпевали знакомым трекам. Мартин двигался свободно и уверенно, постоянно утягивая Гонхо ближе в толпу, а Джухун периодически снимал их на телефон, комментируя что-то вроде: — Потом покажу вам этот компромат. Сонхён тоже расслабился быстрее, чем ожидал. Особенно когда заметил, как танцует Джеймс. Сдержанно. Без лишних движений. Но с такой внутренней уверенностью, что от него невозможно было отвести взгляд. Иногда Джеймс смотрел прямо на Сонхёна — спокойно, внимательно, и каждый раз у того внутри что-то странно переворачивалось. Он оказался совсем не пугающим. Просто… глубоким. В десять вечера они наконец вывалились на улицу, растрёпанные, разгорячённые и абсолютно счастливые. Ночной воздух показался почти холодным после духоты клуба. — Мороженое за мой счёт, — неожиданно сказал Джеймс. — Ого, — тут же оживился Джухун. — Это что, конец света? — Заткнись и выбирай вкус. Они устроились возле моря с огромными рожками мороженого. Волны шумели совсем рядом, тёплый ветер трепал волосы, а неоновые вывески отражались в чёрной воде длинными дрожащими полосами. Мартин рассказывал какую-то абсолютно идиотскую историю, активно жестикулируя, и Гонхо смеялся так сильно, что у него заболели щёки. Джухун исподтишка фотографировал их всех подряд, а потом довольно ухмылялся, рассматривая снимки. — Это шедевры, — заявил он. Когда пришло время расходиться, внутри вдруг стало неожиданно грустно. Мартин подошёл к Гонхо ближе и снова обнял его. Только теперь крепче и дольше. Так, что Гонхо даже перестал нормально дышать на несколько секунд. — До завтра, солнечный парень, — тихо сказал Мартин прямо у его уха. Гонхо почувствовал, как лицо моментально вспыхнуло жаром. — Ага… до завтра… Джухун, заметив это, тихо хмыкнул себе под нос, а Сонхён уже откровенно давился смехом. Всю дорогу до отеля он безжалостно подкалывал Гонхо, а тот только молчал, пряча улыбку. Потому что где-то глубоко внутри, под шум моря, под музыку клуба и запах солёного ветра, медленно расцветало что-то очень тёплое. И очень важное.