​🖤 Пепел и Дикая вишня

Сон в Мертвой Зоне никогда не приносил настоящего отдыха. Это было скорее тяжелое забытье, обрывки кошмаров, пропитанные кровью и криками. Чимин проснулся от собственного сдавленного стона. В бункере было прохладно, но его тело горело. Лихорадка. Вполне ожидаемая реакция на ранение и лошадиную дозу адреналина, покинувшую кровь. ​Он с трудом разлепил глаза. Тусклый свет газовой лампы выхватил из полумрака фигуру Юнги. Альфа сидел на перевернутом деревянном ящике, скрестив ноги, и методично набивал патронами пустые магазины. Его движения были скупыми и отточенными до автоматизма. ​— Я контролирую себя, — хрипло отозвался Чимин, вытирая губы тыльной стороной ладони. ​— Твое тело с тобой не согласно, — хмыкнул Юнги. — Еще пара дней, и тебя накроет полноценная течка. В мире, где на твой запах сбегаются монстры, это равносильно тому, чтобы обмотаться динамитом и поджечь фитиль. ​Чимин опустил взгляд. Он знал это. Знал лучше кого-либо другого. — Зачем ты убил Дэсона? — внезапно спросил Юнги. — Только без пафоса про справедливость. В этом мире ее нет. ​Омега долго молчал. В его глазах отразилось пламя газовой горелки, но взгляд смотрел куда-то в прошлое, в личный ад. ​— Синдикат не просто собирает припасы, — тихо начал Чимин, и его голос дрогнул, но тут же окреп, наливаясь сталью. — Они отлавливают омег. Тех, кто выжил. Дэсон устроил на нижних уровнях «Сектора-4» ферму. Инкубатор. Альфы из его ближнего круга использовали нас... чтобы плодить новое поколение. Без согласия. Без права на смерть. ​Юнги замер. Патрон, который он крутил в пальцах, звякнул, упав на бетонный пол. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но внутри, в самой глубине его существа, альфа глухо зарычал. ​— Я пробыл там месяц, — продолжил Чимин, невольно касаясь шрама на своем запястье, скрытого под рукавом. — Когда Дэсон пришел за мной... я просто воткнул ему в шею заточенную ложку, которую прятал в матрасе. Распорол сонную артерию. А потом бежал по вентиляции, пока его псы не спохватились. ​Тишина в бункере стала осязаемой. Юнги смотрел на худую, изломанную фигуру перед собой и видел не жертву. Он видел выжившего. Волчонка, который отгрыз себе лапу, чтобы выбраться из капкана. ​— Ублюдок получил то, что заслужил, — холодно резюмировал Юнги. — Но теперь за тобой будет охотиться не только нежить, но и целая армия отморозков. ​— Я не прошу тебя нянчиться со мной, — Чимин вздернул подбородок. — Дай мне пару подавителей, если у тебя есть, и я уйду, как только смогу стоять на ногах. ​— У меня их нет, — отрезал Юнги. — Те, что есть, рассчитаны на альф. Если я вколю их тебе, твоя гормональная система просто сгорит. ​Чимин побледнел, и без того осунувшееся лицо стало похожим на фарфоровую маску. — Значит, это конец, — прошептал он. ​— Не обязательно. — Юнги поднялся и подошел к стене, где висела старая, выцветшая карта Корейского полуострова, испещренная пометками маркером. — Есть одно место. Чимин с трудом поднялся, придерживаясь за стену, и подошел к альфе. От Юнги пахло спокойствием и холодной решимостью — странный контраст для человека, живущего посреди апокалипсиса. ​Юнги ткнул пальцем в обведенную красным маркером точку далеко на севере, за пределами Сеула. ​— Военная база «Хванго», — произнес наемник. — Закрытый правительственный объект. По слухам, когда вирус только начал косить людей, туда свезли элиту и лучшие медикаменты, включая экспериментальные блокаторы пролонгированного действия. Одна ампула отрубает цикл омеги на год, а то и навсегда. ​— По слухам? — скептически выгнул бровь Чимин. — То есть, ты хочешь тащиться в закрытую зону из-за сказки у костра? ​— Это не сказка. — Юнги полез во внутренний карман куртки и достал металлическую ключ-карту с гербом вооруженных сил. — Я снял это с трупа военного курьера пару месяцев назад. Там же были зашифрованные координаты и логи поставок. База существует. И судя по тому, что курьер пытался вернуться обратно, она не пала. ​— Тогда почему ты сам туда еще не ушел? ​Юнги усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Потому что база находится за Хребтом. Зимой перевалы завалены снегом, а сейчас там плодятся мутанты второй стадии. Те, что не просто бегают, а умеют устраивать засады. Одному туда соваться — верная смерть. Мне нужен был напарник. ​Чимин недоверчиво прищурился. — Напарник? Я раненый омега без подавителей, за которым гонится синдикат. Я худший напарник из всех возможных. ​— Ты выжил на ферме Дэсона. Ты убил главаря синдиката. И ты не визжишь от страха, когда я смотрю на тебя, — Юнги повернулся к Чимину, вторгаясь в его личное пространство. — Мне не нужен качок с пулеметом, который сойдет с ума от страха при виде стаи. Мне нужен тот, кто хочет жить так же сильно, как и я. ​Их взгляды скрестились. Дикая вишня и горький дым сплелись воедино, создавая странное, напряженное равновесие. Никто не хотел уступать. ​— Если мы доберемся туда, — медленно произнес Чимин, — ты поможешь мне достать эти блокаторы. ​— Если мы доберемся туда, мы заберем всё, что сможем унести, — поправил его Юнги. — Но путь займет недели три. Тебе придется терпеть мои правила, не лезть на рожон и... мазаться этой вонючей дрянью каждый день. ​Чимин посмотрел на карту, затем на ключ-карту в руке альфы. Это был призрачный шанс. Глупая, почти невозможная надежда на свободу в мире, где само это слово давно потеряло смысл. ​— Договорились, — Чимин протянул свою узкую, испачканную сажей ладонь. ​Юнги сжал ее. Его хватка была твердой и горячей. — Собирай вещи, Пак Чимин. Мы уходим на рассвете. Если ищейки Дэсона найдут нас здесь, мы станем кормом до того, как успеем перезарядить стволы. ​— Очнулся, — не поднимая глаз, констатировал Юнги. Звук защелкивающегося патрона эхом отскочил от бетонных стен. — Пей. ​Он кинул Чимину армейскую флягу. Омега поймал ее здоровой рукой, жадно припадая к горлышку. Вода отдавала железом и фильтрами, но сейчас казалась вкуснее всего на свете. ​— У тебя жар, — Юнги отложил магазин и посмотрел на парня. — Антибиотик сработает не сразу. Плюс, у тебя начинается ломка из-за отсутствия блокаторов. Твой фон скачет. ​Чимин напрягся, инстинктивно подтягивая колени к груди. ​Горький дым стал плотнее. Он заполнял каждый кубический сантиметр воздуха, словно предупреждая: здесь территория альфы.