​🖤 Пепел и Дикая вишня

Утро в подземелье ничем не отличалось от ночи, кроме того, что Юнги начал методично собирать вещи. Звук закрывающихся замков на рюкзаке заставил Чимина вынырнуть из тяжелого полусна. Жар спал, оставив после себя тягучую слабость в мышцах, но рана на боку, благодаря антибиотикам наемника, больше не пульсировала огнем. ​Юнги бросил на спальник перед омегой темный сверток. ​— Надевай. Твоя куртка светится в темноте от крови и грязи. Это кевлар, старая полицейская снаряга. Спасет от шальной пули или скользящего укуса. ​Чимин развернул плотную черную куртку. Она была ему велика, но ткань действительно казалась прочной. От воротника едва уловимо пахло Юнги — въевшийся запах оружейного масла и горького дыма. Этот запах странным образом успокаивал скрученный в тугой узел желудок. ​— Спасибо, — коротко кивнул Чимин, аккуратно продевая раненую руку в рукав. ​Юнги тем временем уже протягивал ему знакомую жестянку с мазью. Лицо альфы было сосредоточенным и мрачным. ​— Мажь щедро. Везде, где выступает пот. Мы выходим на поверхность, а там ветер разносит запахи на километры. ​Смесь жженой резины, полыни и гниющего мяса снова заглушила просыпающуюся сладость вишни, пряча омегу от жестокого мира, но забивая легкие тошнотворной горечью. ​Когда они подошли к тяжелой гермодвери, Юнги проверил патронник своей винтовки и повернулся к парню. ​— Правило первое: идешь след в след. Если я замер — ты замираешь. Правило второе: если на нас нападает стая и меня сбивают с ног, ты не строишь из себя героя. Ты бежишь. Понял? ​Чимин скрестил руки на груди, криво усмехнувшись сквозь маску респиратора. — Разве напарники бросают друг друга? ​— Мертвые напарники никому не нужны, — отрезал Юнги. — Если мы сдохнем оба, мой схрон достанется мародерам, а твои страдания на ферме будут напрасными. Идем. ​Он навалился на вентиль, и дверь с протяжным скрежетом открылась, впуская внутрь ледяной сквозняк туннелей. Поверхность встретила их пепельным дождем. Мелкая, серая крошка падала с низкого неба, оседая на плечах и стеклах брошенных автомобилей. Это горели промышленные склады на окраине города — вечный пожар, который никто даже не пытался тушить. ​Юнги вел их через лабиринт из бетонных обломков и ржавых остовов машин. Двигались медленно. Каждый перекресток альфа просматривал в оптический прицел, прежде чем дать знак двигаться дальше. Чимин стискивал зубы, стараясь не отставать, хотя каждый шаг отдавался глухой болью в ребрах. ​Они почти пересекли границу Красного сектора, когда Юнги резко вскинул кулак. ​Стоп. ​Чимин мгновенно присел, прячась за массивным колесом перевернутого мусоровоза, и потянулся к кобуре, которую наемник отдал ему утром. Юнги бесшумно скользнул рядом, прижимаясь спиной к грязному металлу. ​Сквозь шум ветра и шорох пепла донесся гул моторов. ​На соседнюю улицу, медленно переваливаясь через обломки асфальта, выехали два модифицированных внедорожника. На их капотах были наварены устрашающие стальные шипы, а в кузовах стояли крупнокалиберные пулеметы. Но самым страшным было не оружие. ​За внедорожниками на коротких цепях шли «гончие». ​Это были не собаки. Это были люди-мутанты первой стадии, которых синдикат отлавливал, ломал им психику окончательно, сажал на цепь и натаскивал на запах. Их тела были покрыты язвами, глаза затянуты бельмами, но ноздри судорожно втягивали воздух, ища добычу. ​— Ищейки Дэсона, — одними губами прошептал Юнги, его челюсти сжались. — Быстро же они оклемались после смерти босса. ​Чимин почувствовал, как по спине пробежал липкий холодок. Он знал этих тварей. Именно они выслеживали беглых омег, загоняя их в угол. ​— Они ищут меня, — так же тихо ответил Чимин. Его рука на рукояти пистолета побелела от напряжения. ​— Мазь скроет твой природный запах, — напряженно ответил альфа, осторожно выглядывая из-за укрытия. — Но если ветер подует в их сторону, они могут учуять кровь. ​Внезапно один из мутантов на цепи дернулся. Он задрал уродливую голову к небу и издал булькающий, клокочущий звук, после чего резко потянул цепь в сторону переулка, где прятались Юнги и Чимин. ​Альфа-конвоир в кузове внедорожника ударил по тормозам и заорал: — Эй! Тварь что-то почуяла! Проверить сектор! ​Адреналин ударил в кровь мощной волной. В этот момент природные инстинкты альфы внутри Юнги взревели, требуя защищать свое укрытие и того, кто находился рядом. ​— Твою мать, — выдохнул Юнги. Он молниеносно вытащил из разгрузки дымовую шашку и повернулся к Чимину. В его глазах горел тот самый темный, хищный огонь, который омега видел в аптеке. — Бежим к тем развалинам торгового центра. Как только я брошу шашку — не оглядывайся. ​— А ты? — глаза Чимина расширились. ​— А я обеспечу нам фору. Пошел! ​Юнги выдернул чеку и швырнул металлический цилиндр прямо под колеса головного джипа. Раздался хлопок, и улицу мгновенно заволокло густым, едким белым дымом. Раздались крики конвоиров, рычание гончих и беспорядочная стрельба вслепую. ​Чимин сорвался с места, игнорируя вспышку боли в боку, и бросился к зияющим темным провалам бывшего торгового центра, слыша за спиной сухие, четкие выстрелы снайперской винтовки Юнги. Наемник не тратил пули зря.