Тень сомнения

Алина яростно ковыряла ложкой в тарелке с дымящимися щами. Аромат наваристого бульона лишь слегка перебивал стойкое амбре тухлых яиц и мокрой травы, исходившее от её собственной мантии. — Ну ладно тебе, Алин, зато суп горячий, — попытался утешить её Иван, с аппетитом уплетая пирог с брусникой. — И вообще, мох — это хит сезона. Вон, посмотри на отличников. Иван кивнул в сторону длинного стола факультета Велес. Там все сидели идеально чистые, в отглаженных синих мантиях с золотой каймой. На Алину оттуда откровенно пялились. В центре компании сидела Мирослава — староста 8 класса главная перфекционистка школы и племянница одного из министерских чиновников. Мирослава демонстративно достала надушенный лавандой платок, прижала его к носу и громко, на весь зал, произнесла: — Какая же у нас инклюзивная школа. Ученики факультета Мокошь теперь не просто выглядят как лешаки, они еще и пахнут как немытая берлога. Директору стоит ввести штрафы за нарушение санитарных норм. Весь стол Велеса тихо захихикал. Алина почувствовала, как к горлу подступает ком обиды, а уши начинают гореть. Она хотела было высказать Мирославе всё, что думает про её лавандовый платок, но тут со своего места поднялась Елизавета. Как племянница декана Велеса — Василисы Премудрой — она имела особый вес. — Мирослава, — ледяным тоном произнесла Лиза, расправляя плечи. — Если твой утонченный носик не способен отличить запах навийского защитного фильтра от берлоги, советую почитать учебник по безопасности на каникулах. Или ты забыла, что сегодня ночь Навьего Морока? Когда сурожики полезут из подвалов, они первыми придут на запах твоих лавандовых духов. И поверь, они тебя не целовать будут. Мирослава побледнела, бросив быстрый взгляд на преподавательский стол, но промолчала, уткнувшись в свою тарелку. Василиса Премудрая со своего места едва заметно кивнула Лизе, одобряя заступничество. — Спасибо, Лиз, — буркнула Алина, вытирая со лбу каплю болотной воды. — Своих не бросаем, — улыбнулся Максим. — Ладно, доедайте быстрее. У нас сейчас «Магическая фортификация». А Горыныч, кажется, сегодня вообще не в духе. Класс профессора Змея Горыныча располагался в огромном полукруглом каменном амфитеатре с закопченными стенами и высоким железным куполом. Окон здесь не было — только мощные вытяжки. Вместо парт стояли тяжелые каменные тумбы, способные выдержать прямой удар молнии или струю пламени. Когда 8 класс ввалился в аудиторию, профессор Горыныч уже расхаживал перед доской. В человеческом обличии он выглядел как высокий, жилистый мужчина в кожаном фартуке поверх кольчуги. Но его движения были странными, дергаными, а лицо то и дело меняло выражение. — Так! Рассаживаемся, обормоты! Быстро! — рявкнул он громовым басом, от которого у Максима заложило уши. Это была его первая личность — Злая и воинственная. — Сегодня тема: «Огненный щит от летучих гадов». Кто не усвоит — лично поджарю на медленном огне! Алина, Вероника и мальчишки поспешно заняли места за каменной тумбой. Рядом, брезгливо косясь на болотный запах Алины, уселась Мирослава со своими подружками из Велеса. — Профессор, — подняла руку Мирослава, пытаясь уколоть Алину. — А по технике безопасности положено находиться на уроке огневой защиты в мантии, пропитанной сухим мхом и торфом? Это же легковоспламеняющиеся материалы! Горыныч резко замер. Его глаза на секунду закатились. Багровый цвет лица сменился бледностью, а плечи опустились. Лицо приобрело благостное, немного глуповатое выражение. Включилась третья личность — Глупая. — Ой... а что такое торф? — спросил Горыныч тонким, детским голоском. Он подошел к Алине, наклонился и понюхал её плечо. — Хы-хы, какашками пахнет. Весело! Девочка-какашка. А у меня есть пуговица! Смотрите, какая блестящая! Он достал из кармана оторванную пуговицу и с гордостью показал классу. Иван и Максим едва сдерживали дикий хохот, уткнувшись в каменную тумбу. Мирослава сидела с открытым ртом от шока. — Профессор, мы вообще-то тему урока разбирали... — робко напомнила Вероника. Вдруг Горыныч схватился за голову. Его лицо перекосилось от внутреннего напряжения. Внутри мага вспыхнул яростный спор трех его эго. Очевидно, проснулась вторая личность — Добрая и рассудительная. — Идиот! Какая пуговица, у нас урок! — закричал Горыныч сам на себя басом первой личности. — Ну не ругайся, пожалуйста, мальчик просто хотел показать пуговицу, — ответил он сам себе мягким, добрым голоском второй личности. — Дети приплыли... то есть пришли учиться. Давай построим им красивый, добрый домик из огня. — Какой домик?! Спалить их всех надо, чтоб устав учили! — снова взревел бас. — Хы-хы, а пуговица круглая. Если её покатить, она покатится... — вставила глупая голова. — Заткнись, придурок! — заорали одновременно добрая и злая личности. Горыныч начал натурально спорить сам с собой, расхаживая перед доской, размахивая руками и меняя голоса каждую секунду. Класс завороженно наблюдал за этим трехсторонним консилиумом. — Слышь, Макс, — шепнул Иван. — Кажется, профессора заклинило. Может, тихонько свалим? — Сиди тихо, если злая башка победит, он весь класс в пепел обратит, — прошептал в ответ Максим. Наконец, Горыныч стукнул себя кулаком по лбу. Похоже, злая и добрая личности пришли к какому-то компромиссу, временно усыпив глупую. — Итак! — выдохнул он, и из его ноздрей вырвались струйки настоящего дыма. — Практика! Заклинание «Огневейный заслон». Формула: «Перунов Щит». Машем палочкой слева направо, создавая дугу. Защищает от любого термического урона. Строем! Велес — первые! Мирослава уверенно вышла вперед. Она изящно взмахнула палочкой: — Перунов Щит! Перед ней соткалась красивая, полупрозрачная стена из чистого оранжевого пламени. Горыныч (злая личность) одобрительно хмыкнул и без предупреждения швырнул в неё сгусток огня из ладони. Огонь врезался в щит и безвредно рассеялся. Мирослава победно посмотрела на Алину. — Теперь ты, болотная замарашка! — ткнул пальцем в Алину Горыныч. Алина вышла вперед. Мантия все еще была мокрой и тяжелой. Она сосредоточилась, взмахнула палочкой: — Перунов Щит! Но из-за того, что её рука была скована тяжелым, намокшим от болотной жижи рукавом, траектория движения сбилась. Вместо ровной дуги получился какой-то рваный зигзаг. Огненный щит вспыхнул, но тут же скособочился. В этот же миг Горыныч, не проверяя готовность, кинул в неё пробный огненный шар. Снаряд пробил кривой щит Алины и полетел прямо в неё! Класс ахнул. Вероника зажмурилась. Огненный шар врезался прямо в грудь Алине... и с шипением погас, превратившись в облако густого пара. Болотная грязь Жабиной, намертво въевшаяся в ткань, сработала как идеальный тепловой изолятор. Навий состав не просто защищал от духов, он был настолько влажным и плотным, что пламя Горыныча просто захлебнулось в этой жиже. Алина стояла целая и невредимая, окутанная паром, пахнущим вареной травой. Горыныч уставился на неё. Его лицо снова дернулось, и включилась добрая личность: — Ой, какое чудо! Болотная магия Жабиной спасла девочку! Как это мило, природа заботится о нас! Пять баллов факультету Мокошь за практическое использование полевой маскировки в условиях огневого контакта! Мирослава на дальнем ряду аж зубами скрипнула от досады. Алина победно улыбнулась, посмотрела на свою грязную мантию и подумала, что профессор Жабина — всё-таки гений фольклора. Прозвенел звонок. Горыныч (снова превратившись в злого) прикрикнул: — Домашка — написать реферат на три свитка о плотности навийских грязей! Свободны, пока я не передумал! Ребята гурьбой повалили из класса. Алина шла уже с гордо поднятой головой, а Иван с Максимом наперебой обсуждали, как круто болотная жижа потушила кастетное пламя Горыныча.