Мир, который ты перевернул

      Двое, увлеченно беседовали, приоткрыв окна машины и впуская внутрь свежий вечерний воздух. Автомобиль класса S стоял на обочине, заглушив мотор, сливаясь с темнотой спустившегося на город вечера. Никто из находящихся в машине людей и не предполагал, что в этот самый момент кто-то может оказаться поблизости. Поэтому они спокойно вели свой диалог.       — Я же сказал тебе разобраться со всем без меня! Что здесь непонятного? — Голос первого, звучавший властно и отчетливо, разрезал тишину.       — Но, Господин…       — Почему мне вечно приходится самому решать все вопросы? Ладно, это пустяки, мы это уладили. Что с поставкой товара?       — Всё идет четко по плану. Сегодня в полночь встреча на морском складе. Наши люди держат их на мушке. Всё должно пройти гладко. В полиции тоже тишина, никто ничего не знает. Должна прийти довольно большая партия оружия.       Мужчины бойко и эмоционально обсуждали детали предстоящих сделок. Один, одетый с иголочки в дорогой деловой костюм, с безупречной прической, всем своим видом излучал уверенность в своем статусе богатого и надежного партнера. Второй же был в классических синих джинсах, объемном сером свитере и кроссовках, что придавало ему менее формальный, но не менее уверенный вид.       Тем временем…       Я быстрым шагом решил, чуть ли не пробежать столь неприятный для меня отрезок. Грохот грома был настолько сильным, что на мгновение заглушил музыку в моих наушниках, и именно в тот момент, когда я свернул в темный проулок между облупившимися фасадами полуразвалившихся домов. Кофе был допит, лишь горьковатое послевкусие осталось у меня на языке. Еще раз ускорил шаг, мои оксфордские туфли хлюпали по грязи, брызги летели на отутюженные брюки.       И почему я не бежал в тот момент? Почему не поехал в метро? Столько вопросов, на которые я до сих пор не могу найти ответов.       Я замер от резкого раската грома и последующей за этим молнии, которая на мгновение осветила улицу, и только сейчас я отметил машину, припаркованную на краю дороги. Для себя заметил, что это было не лучшее решение - находиться здесь на такой дорогой тачке, не самый безопасный район.       Проходя мимо нее, прошла очередная волна грома, и именно в этот момент из моего уха выпал наушник, и до моих ушей из приоткрытого окна черного седана доносились обрывки гневного мужского голоса, прорезавшие даже шум ливня: «…большая партия оружия… полночь на морском складе…».       Я инстинктивно прижался к мокрой кирпичной стене, сердце заколотилось где-то в горле. Я замер, превратившись в мокрую тень. Это было не его дело. Совсем не его дело. Нужно было просто тихо, очень тихо пройти мимо.       Ледяная волна прокатилась по спине, не имевшая ничего общего с холодом дождя. Я сделал неловкий шаг назад, и моя пятка со скрежетом наступила на разбитую бутылку. Звук, резкий как выстрел, разорвал мокрую темноту.       В машине мгновенно воцарилась тишина. Потом резко щелкнула дверь. На фоне тусклого света салона вырисовалась высокая мужская фигура в дорогом, но теперь промокшем пальто. Его лицо было скрыто тенью, но ощущалось, как его взгляд, тяжелый и изучающий, впился в сжавшуюся фигуру офисного клерка.       — Эй, ты, — голос был низким, без эмоций, но от этого только страшнее. — Что-то услышал, дружок?       Я попытался сделать шаг, чтобы бежать, но ноги будто вросли в асфальт. Я только беззвучно пошевелил губами, чувствуя, как по щеке, смешиваясь с дождем, скатывается холодная капля пота.       Мужчина медленно, почти небрежно, вынул из кармана пальто руку. В его пальцах что-то коротко блеснуло, отражением уличного фонаря, которого тут не было.       Я сделал вид, что не услышал, и с усилием пошел дальше, не оборачиваясь. Меня догнали и резко остановили.       — Я задал вопрос?       От неожиданности я вздрогнул, новая волна страха прошлась по моему телу. Я демонстративно достал один наушник из уха.       — Вы что-то спрашивали?       —Нет, ничего, я обознался. – невозмутимый, низкий мужской голос сказал.       Я, не помня себя, как добрался домой, и только тогда успокоился, когда, зайдя в дом, закрыл за собой входную дверь. То ли от страха, то ли от дождя меня бил озноб. Наконец, высвободившись из мокрой одежды и закинув ее в стиральную машину, я направился в ванную. Мне срочно нужен был горячий, обжигающий душ.       Горячие струи душа обрушились на меня, и я почувствовал, как они смывают с плеч всю тяжесть прошедшего дня. Каждый мускул, казалось, расслаблялся под этим ласковым напором. Я закрыл глаза, подставляя лицо потокам воды, и позволил себе полностью отдаться этому моменту. Это было настоящее наслаждение – чувствовать, как усталость растворяется, унося с собой все тревоги и заботы. Вода омывала меня, очищая не только тело, но и душу, оставляя ощущение свежести и полного умиротворения.       Выйдя из душа, я надел на своё влажное тело теплый махровый халат и направился в гостиную. Я любил после душа просто сидеть на диване и безмятежно щелкать пультом по каналам телевизора. Всё шло тихо и размеренно, до того момента, пока у меня не зазвонил телефон. Я слышал его звон, но не знал, где он. Пришлось предпринять усилия и нехотя встать с дивана, такого уютного, и пойти на шум телефона, который разрывал тишину квартиры.       Какая жалость! Не успел я ответить на звонок, как на экране высветилось имя моей девушки: «Мин А». Эти отношения исчерпали себя уже пару месяцев назад, но у меня все не находилось времени, чтобы встретиться с ней и поговорить, расставив, так сказать, все точки над «и». Я только хотел отбросить телефон, как его пронзительный вопль вновь разрушил тишину моего мира.       — Да, — ответил я, не глядя на экран, будучи уверенным, что звонит Мин А.       — Добрый вечер, Те Рин, — я отодвинул трубку от уха, чтобы посмотреть, кто звонит, но там увидел лишь неизвестный номер. – Вас беспокоит лечащий врач вашего брата…       В этот момент всё стало предельно ясно, хотя я и не мог позволить себе не слушать.       У меня есть младший брат, который постоянно находится в психиатрической больнице с диагнозом «шизофрения». Тяжело выдохнув, я ответил:       — Слушаю Вас. Пожалуйста, представьтесь. Я… — Он не дал мне договорить.       — Вы не могли бы приехать сейчас? Хотя, наверное, лучше завтра с утра. Ваш брат…       — Что он опять натворил? Кого покалечил? Что сломал?       — Нет, ничего из вышеперечисленного. У него вновь была попытка… самоубийства, и в этот раз он почти довел все до конца. Сейчас он в реанимации, в критическом состоянии.       — Адрес больницы! – выкрикнул я в трубку.       Я знал, что рано или поздно он дойдет до этого. Это был лишь вопрос времени. Брат уже не раз совершал попытки.       Записав адрес на клочке бумаги, я сбросил звонок и отправился с тяжелым сердцем собираться в больницу. Сердце разрывалось. С одной стороны, он мой брат, и я чувствовал ответственность за него…       Но с каждым годом растущие счета за его пребывание в больнице давили все сильнее, усложняя и без того непростую жизнь. Как старший брат, я принял на себя весь финансовый груз, ведь родители, отдавшие все здоровье ради него, были бессильны. С другой стороны, от одной такой мысли в сердце больно кольнуло — я не хотел, чтобы в этот раз его спасли. Я понимал, что думать так плохо, но я устал.       Когда я собрался и хотел уже было вызвать такси, я взглянул на часы: 01:00. Обреченно вздохнув, я стал ждать машину. Я вышел из дома, когда пришло сообщение, что машина меня ждет, и был удивлен тому, что дождь прекратился, хотя ничто не предвещало этого.       К моему удивлению, дороги были пусты, и мы домчались до больницы всего за пятнадцать минут. Сидя в такси, я ненадолго прикрыл глаза, и в голове промелькнули счастливые картинки из нашего детства, до того момента, пока болезнь не забрала его у нас. Теперь я хотел, чтобы он жил, я найду любые деньги на его содержание и здоровье.       Вылетев из такси, я не замечал никого вокруг себя, бежал на стойку регистратора, чтобы узнать, как найти врача с теми данными, что он мне оставил.       — Да, вас ожидают… — а дальше был поток слов, из которого я зацепил номер палаты и этаж, пропуская информацию об очередном больничном счете.