Моя вечность

Я так и не рассказала ни о чем Эдварду. Я просто сделала вид, что все в порядке. На тренировках я общалась с Эмметом нейтрально, держала дистанцию, но не игнорировала его, чтобы не вызывать у него никаких подозрений, а все своё поведение сваливала на то, что мне необходим полный контроль над собой. И все было хорошо. Неделю. Но через шесть дней, во вторник, все мои старания полетели волку под хвост. Потому что на охоте самоконтроль не нужен и не важен. Эммет знал, что нам нужно будет провести весь день и ночь вместе, и пребывал в прекрасном настроении. Он шутил, улыбался мне, периодически хлопал меня по плечу, не догадываясь, что от его прикосновений меня будто пробивает ток под тысячу вольт. Хорошо, что я не могла покраснеть, иначе давно бы выдала себя с головой. Мы ушли на первую охоту до того, как в доме началось какое-либо шевеление, и я была искренне рада, что мы не встретили Элис. Я бы не выдержала её взгляда. С Эмметом было… спокойно. И я перестала претворяться и держать дистанцию. Просто потому, что морально очень устала от этого. С ним всегда было проще, чем с другими, и даже по-дружески интереснее общаться. Он не пытался за меня решать что-либо и не указывал мне, что делать. И я была от этого в восторге. Мы должны были пройтись по Сиэтлу и никого не сожрать. И, надо сказать, я с этим мастерски справилась, но вовсе не потому, что жажда меня меньше напрягала. Я вообще о ней не думала, мои мысли крутились вокруг пальцев Эммета, сжимающих мою ладонь. Я украдкой любовалась им, надеясь, что он этого не заметит. Вернувшись вечером в лес на ночную охоту, я поняла, что не хочу начинать выслеживать кого-то, потому что по окончанию нужно было вернуться домой, а это меня тяготило. — Белла? — Эммет в очередной раз коснулся моего плеча. — О чем задумалась? — О нас, — брякнула я и быстро пояснила: — В смысле, о вампирах. То есть… Тебе было тяжело? Вначале?.. Эммет вгляделся в мои глаза, и я поняла, что то, что я сказала первым, он понял именно так, как не должен был, понял, что я имею в виду. Протянул свою огромную руку и убрал мне за ухо выбившуюся из причёски прядь. Я сделала над собой усилие и отстранилась и даже сделала маленький шаг назад. — Ты имеешь в виду, тяжело ли было с жаждой справляться? — парень усмехнулся, но как-то криво, и мне показалось, что я увидела досаду в его взгляде. — Да, было тяжело, но Роуз и Карлайл сделали все, чтобы скрасить мои мучения, — и после короткого молчания добавил: — А мы все сделаем все, чтобы помочь тебе. — Я очень вам всем благодарна, — кивнула я, — но мне не так уж и сложно, на самом деле. — По тебе это видно, и я этому поражаюсь, — честно заявил парень. — Мы идём или как? — А ты голоден? — Нет, но тебе надо сейчас охотиться как можно чаще, чтобы твои глаза быстрее стали золотыми. — Это да… — я вздохнула скорее уже чисто на автомате. — Я не то чтобы это забыла, просто… ну не знаю… нет в моих мыслях этого всепоглощающего голода, о котором рассказывал Джаспер. — Это потому, что ты никогда не пробовала человеческую кровь. Надеюсь, и не попробуешь. Идём, — Эммет протянул мне руку. Я сжала его пальцы, вновь закусывая губу и стараясь вести себя естественно. Вот это было гораздо сложнее, чем не пытаться кого-то сожрать. От невинного, в общем-то, прикосновения моё ледяное тело начинало будто гореть, и мне казалось, что моя бледная кожа вот-вот засияет цветами радуги безо всякого солнца и даже ночью. Поохотиться нормально не получилось. Я все время витала в облаках, а поскольку жажду я вообще почти не чувствовала, сконцентрироваться на процессе никак не получалось. В итоге Эммет сам поймал мне оленя и заставил выпить. Когда животное было обескровлено, моё настроение вообще упало ниже плинтуса. От зоркого глаза громилы-вампира это не укрылось. — Что с тобой, мелкая? — не выдержал он. — Ты с одиннадцати вечера сама не своя. — Не хочу, чтобы эти сутки заканчивались, — буркнула я и стиснула зубы, осознавая, что не знаю, как парень поймет меня. — Да, мне тоже понравилось, — казалось, не заметив какой-либо неловкости, улыбнулся парень. — С тобой весело, Белла. Я медленно выдохнула с облегчением, но через секунду оказалась в поистине медвежьих объятиях. И мне вдруг стало почему-то тепло и уютно. Я прикрыла глаза, вдыхая неповторимый мужской аромат. Запах Эммета отличался от запаха Эдварда и разительно. И я подумала, что медноволосый Каллен действительно совсем ещё мальчишка, а вот его брат полностью сформировавшийся мужчина. У него один бицепс больше, чем у меня два… — Мне так жаль, что я не умею читать мысли, — прохладное дыхание обдало мой лоб. Я чуть отстранилась и вгляделась в золотистые глаза вампира. И поняла, что тону, как в омуте. Не будь я тем, кем была, у меня бы ноги подкосились, но, слава богу, мне это уже было неведомо. Поэтому единственное, что я могла, это упереться ладонями в его крепкую мускулистую грудь. Я должна была его оттолкнуть. У него есть Роуз. У них вечная вампирская любовь, о которой слагают легенды… Так почему же тогда его руки нежно держат меня за талию, а в его взгляде я вижу что-то новое, и это что-то — явно не дружеские чувства?! — Эммет, я… прости, — я все же сделала усилие над собой и аккуратно отстранилась. — Да, конечно, — если парень и был разочарован, то виду не подал. — Я слишком сильно тебя сдавил. — Для меня сейчас не может быть слишком сильно, — засмеялась я, ощущая, как отступает напряжение. Я не имела права разрушить нашу дружбу из-за своих дурацких неизвестно откуда взявшихся чувств. И хотя мое небьющееся сердце недовольно ворчало, в голове, наконец, прояснилось, и мне стало легче. *** Дома Элис шепнула мне на ухо всего два слова: — Ты молодец. Даже если все это услышали, никто бы все равно не понял, о чем идёт речь. Вампирша держала свои мысли и видения под контролем, и даже для Эдварда правда была недоступна. Но я-то все прекрасно поняла. Да, я пережила эти сутки, ничего не испортив. Теперь я могла спокойно общаться с Эмметом, как раньше. Но отбросить прочь размышления о том, что творится у меня в душе, было не так-то просто. Прошла неделя, наступила среда, и мне вновь требовалось идеально справляться с собой целый день и быть громиле-вампиру просто другом. За эту неделю я несколько раз ловила на себе не добрый взгляд Розали, но она и раньше без тепла на меня смотрела, поэтому я не придала этому значения. А зря. В выходные я успешно изобразила труп в больнице, дабы показать Чарли, что я все ещё в коме. Когда отец отвернулся, я открыла глаза на долю секунды и посмотрела на него сквозь стеклянную дверь. Если бы я могла, я бы заплакала. Очень хотелось обнять его, сказав, что я жива. Чарли осунулся из-за переживаний за меня, скорее всего, он очень плохо ел все это время, поэтому в понедельник я отправила Элис к нему с продуктами. Вампирша сказала ему, что по его внешнему виду сама обо всем догадалась, и отец ей поверил. Вернувшись, Элис сказала, что Чарли даже обнял ее в знак благодарности, и я поняла, как ему меня не хватает. Ещё сутки прошли в тяжёлых думах, и в среду я была, можно сказать, не в форме, чтобы тренироваться и охотиться. Хотелось забиться в темный угол и рыдать. Эдвард пытался меня подбодрить на последней охоте, и я была ему за это благодарна, но толку от этого было мало: стоило мне остаться в одиночестве, и я вновь возвращалась к самобичеванию. Поэтому когда утром в среду Эммет поднялся ко мне в комнату, я стояла в темноте у окна, злая на себя и на весь белый свет. — Идём, мелкая? — парень улыбнулся, но я просто не смогла ответить ему тем же. Хмуро кивнув, я отошла от окна и, пройдя мимо вампира, вышла из комнаты, не сказав ни слова. После первой охоты настроение не улучшилось. Жажды почти не было, кровь косули казалась мне пресной, я пила, потому что так было надо. Тренировка оказалась походом по магазинам, и тут к нам внезапно присоединилась Элис. Ну конечно! Какой же шопинг без неё? Мы подъезжали к Сиэтлу, когда вампирша, наконец, обратила внимание, что я отвечаю вяло и односложно. — Белла, тебе осталось ещё чуть-чуть. Посмотри, — она протянула мне маленькая зеркальце, и я с удивлением обнаружила, что мои глаза уже не были такими красными, они стали скорее оранжевыми. — Ты себя прекрасно контролируешь. Как только они пожелтеют, ты сможешь нормально увидеться с Чарли. Почему я так редко смотрюсь в зеркало? Я и человеком особо свое отражение не разглядывала, а теперь вообще было не до этого. — Спасибо, Элис. Я рада. Ты всегда знаешь, как поднять настроение. Мне действительно стало легче. Надвинув бейсболку на глаза, я выбирала себе одежду, понимая, что придется одолжить немного денег у Калленов. Мне это очень не нравилось, но своих средств у меня пока вообще не было. — Тебе идёт, мелкая, — оценил Эммет, когда я вышла из примерочной в женской лёгкой спецовке. — О да. Как быку седло, — фыркнула я, но не улыбнуться не смогла. Элис цокнула языком. — Вон то платье ещё примерь, — она указала на наряд, оставленный ею у входа в примерочную. — О БОЖЕ, — я закатила глаза, но послушалась и скрылась за шторкой. — Что думаешь? — спросила вампирша у брата очень тихо, но, конечно же, я услышала. — Насчёт чего? — Насчёт Беллы. — У неё все супер. Повисло молчание. Я переоделась в платье и выглянула из-за шторы. — На мой взгляд, очень вульгарно, — пробормотала я и поймала на себе такой взгляд Эммета, от которого мне стало жарко. Элис же подняла большой палец вверх, а затем ткнула острым локотком брата под ребра. Тот охнул и отвернулся от меня, сконфуженно улыбаясь. Когда мы оплатили покупки, вампирша вызвала такси и, забрав все пакеты, умотала в закат, оставив нас наедине. Я была уже в новой спецовке, так как через полтора часа нам нужно было отправляться на очередную охоту. — Тебе идёт, — тихо повторил Эммет, когда мы уже приближались к знакомому лесу, куда от Сиэтла решили дойти пешком. Для вампиров это не расстояние. Многие кочевники вообще никогда не пользуются транспортом. Я уловила в его интонациях что-то новое, настолько на него не похожее, что остановилась прям на полном ходу. Парень пробежал чуть дальше и, затормозив, вернулся ко мне. Нас разделяло меньше полуметра, и я чувствовала его прохладное дыхание на своем лбу (все же он сильно выше меня, как-никак). — Ты чего? — Ничего, — выдохнула я и попыталась пройти мимо, но вампир ухватил меня за руку и притянул к себе. У меня перехватило не требующееся мне дыхание. Черт возьми, зачем Элис это сделала?! Зачем заставила меня надеть это чертово платье при Эммете?! Это проверка какая-то? Смогу ли я ещё раз его оттолкнуть? Я понимала, что теряю контроль над собой. Парень уткнулся носом мне в волосы, и я слышала как он хрипло дышит, вдыхая мой запах. На мгновение я вновь почувствовала себя смертной, которую вот-вот сожрут, но в следующую секунду я почувствовала прохладные губы на своей шее. Эммет наклонился и осторожно поцеловал меня в районе скулы, и я вся затрепетала от этого лёгкого прикосновения. Я не могла себя заставить прервать эту сладкую пытку. Но я все же попыталась. Упершись вновь руками в широкую грудь, я сделала шаг назад, но в этот раз Эммет не разжал руки. Он не позволил мне отшатнуться, как неделю назад. Он слышал, как я рвано дышу, стараясь не вдыхать его терпкий мужской запах, чтобы окончательно не потерять голову. — Нельзя, Эммет, — прошептала я и все же вывернулась из его объятий. И вот теперь в его взгляде уже сквозила неприкрытая досада. Кажется, он не знал, что мне ответить. Охота закончилась полным крахом. Я поймала пару белок и сбежала от парня домой, а он, кажется, и не пытался меня догнать. *** Ввалившись домой, я буквально влетела в комнату Эдварда. Парень вскочил из-за рояля и изумленно воззрился на меня. Я ощущала, что меня сейчас разорвёт на части от нахлынувших чувств, а потому я приняла решение, которое мне казалось единственно верным. В два шага сократив расстояние между нами, я впилась в губы Эдварда требовательным поцелуем. Тот настолько был удивлён, что не сразу ответил на поцелуй, и я уже думала, что совершила ошибку, когда его губы дрогнули и раскрылись, а руки легли мне на талию. Мы исступленно целовались, наверное, полчаса. Воздух нам был не нужен, но с каждыми десятью минутами я постепенно успокаивалась. Наконец, жар немного спал, и я оторвалась от Эдварда, смущённо глядя на него. — Прости, — пробормотала я. — О Господи, за что ты извиняешься? — покачал головой вампир. — Я, если честно, очень ждал этого, но не смел надеяться. И я так рад, повторю слова Джаса, что больше не хочу тебя убить! Я улыбнулась. Искренне. Когда я прибежала к нему, я боялась, что он оттолкнет меня; когда мы разорвали поцелуй, я испугалась, что будет как-то неловко… Но Эдвард, кажется, до сих пор меня любил. И совершенно не жалел о нашем поцелуе. И, кажется, хотел большего, о чем говорила конкретная выпуклость на его штанах. Я мысленно застонала. Я была все ещё девственницей, между прочим, и теперь мне надо было решить, чего я хочу от дальнейшего существования. Вряд ли с Эмметом у меня что-то получится. Я дала Элис слово, и я не нарушу его. Остались ли у меня чувства к Эдварду? Определённо. Ведь именно к нему я прилетела, значит, я хотела его поцеловать, и целоваться с ним мне, кстати, понравилось… Вампир смиренно ждал, очевидно, видя на моем лице мою внутреннюю ожесточенную борьбу. И слово, данное Элис, победило. Я подалась вперед, вовлекая Эдварда в новый поцелуй. Мои руки скользнули ему под рубашку, и он повторил моё действие. Дальше меня просто затянуло в водоворот. *** Первый раз? Хм. Это было круто. И первый, и второй, и третий… Мы уронили карниз, когда я на подоконнике в порыве страсти уцепилась за штору. Затем треснул рояль. Потом рухнул письменный стол. Темперамент у нас обоих был поистине неуемный, и мы оторвались друг от друга, только когда забрезжил рассвет. Эдвард смотрел на меня широко распахнутыми влюбленными золотистыми глазами, а я, одеваясь, пыталась переварить, что только что произошло. Было очень приятно. Определенно. Перед глазами до сих пор сверкали искры, и я, привалившись к стене, зажмурилась, пытаясь взять себя в руки. — Мне нужно на охоту, — прошептала я. — Мне тоже, — засмеялся Эдвард, — я думаю, Джаспер не откажется со мной поменяться в твоём расписании. Он быстро оделся и протянул мне ладонь. — Идём? Ну как я могла отказать? В холле мы наткнулась на сияющую Элис. Она показала нам оттопыренный большой палец вверх и пропустила нас на выход. Наверное, если бы мы могли покраснеть, оба бы уже были пунцовыми. Поохотившись, мы добежали до Нашей Поляны. Где повторили то, что было ночью, сломав несколько тонких деревьев. Мы не могли остановиться. Мы сливались друг с другом в единое целое, и прерваться было нереально трудно. Из моей головы вылетели абсолютно все мысли. Все моё сознание занимала всепоглощающая страсть. Я не думала о том, что было и что будет, я просто тонула в этом омуте, куда ночью нырнула с головой. — Мне на тренировку, — запоздало вспомнила я, когда в кармане на смартфоне зазвенел будильник, сообщающий, что уже три часа дня. Мы занимались любовью семь часов. На поляне. В лесу. Эдвард нехотя отпустил меня. — Иди, — он помолчал и тихо добавил: — Когда-нибудь ты мне объяснишь, что все это было. — Не думаю, что ты хочешь знать причину, — как-то слишком резко отозвалась я и гораздо мягче добавила: — Просто знай, что я уже ничего не собираюсь менять. Если ты готов к этому, то я тоже. — Ты имеешь в виду… Мы снова в месте? — уточнил вампир осторожно. — Да, — просто ответила я и поспешно сбежала от него, пока не передумала вообще идти на тренировку. *** Мрачный Эммет ждал меня на краю леса. Я изменилась в лице при виде его тёмных глаз. Конечно, ночная охота не удалась, я ему все испортила, и, похоже, у него явно утром что-то произошло, он перенёс стресс. Идти со мной к людям он, кажется, был не готов. — Что с тобой? — осторожно спросила я. — Роуз как с цепи сорвалась, — хмуро пояснил парень, — мы только ругаться закончили. — Тебе бы хоть зайца какого выпить… — пробормотала я. — Ты подождёшь? — Конечно. Охота Эммета была короткой. Глядя, как вампир злобно сворачивает шеи трём зайцам, я подумала, что была абсолютно права. Когда парень закончил, мы вышли из леса и направились в сторону машины, припаркованной на обочине. До Сиэтла ехали молча. Эммет сжимал руль так, что я боялась, что он его сломает. — Она ревнует меня к тебе, — сквозь зубы прорычал громила-вампир, когда мы уже почти подъехали к центральному парку. Тренировка в этот раз заключалась в изображении нормального поведения среди гуляющих в парке людей. Вот только сам Эммет сейчас не очень походил на нормального человека. — Э-э… ну… Я не знала, что ему ответить. После прошедшей ночи я вообще не знала, как смотреть ему в глаза. Особенно после того, что я сделала накануне на охоте. Может быть, я вообще его поняла неправильно? Мне не хотелось первой поднимать тему наших отношений, но подбадривать его насчёт Розали не поворачивался язык. Вот такая я эгоистка. Мы приехали, а я так ничего и не ответила Эммету. … Мы гуляли по оживленному парку, везде сновали люди. В ушах стоял шум от биения сотни сердец. Ближе к вечеру получилось абстрагироваться от запахов и звуков, сконцентрировавшись на пальцах Эммета, сжимающих мою ладонь. Мне не было неприятно. Нет. Мне было тоскливо. И обидно до слез, если бы я могла плакать. Парень, скорее всего, чувствовал на мне запах Эдварда, потому что вёл себя отстраненно. Но мою руку он стискивал железной хваткой, и тут я уже подозревала, что ему самому это надо было больше, чем мне. Стресс это единственное, на что вампиры реагируют хреново. Но реальный стресс для бессмертных это потеря самоконтроля. Но, кстати, убийство это не всегда потеря самоконтроля. Вампиры скорее убивают хладнокровно, это стрессом не является. И единственный способ справиться с этим — заесть стресс. Поэтому Каллены ходят на охоту каждый раз, как ссорятся. Но, между прочим, я мало ссор видела в этой нереально дружной семье. И было даже противно, что я стала одной из причин для ссоры. Эммет так и не сказал мне, как он сам к этому относится, а мне спросить не позволяло… не знаю, что. Скорее всего, страх услышать не то, что я там себе напридумывала. В нас врезались дети на самокатах и роликах; перед нами с лавки упал какой-то пьянчуга, которого Эммет без единой эмоции на лице усадил обратно и молча прошёл мимо. Было непривычно видеть его таким — хмурым, молчаливым, и хуже всего было именно то, что я виновата в этом. Когда мы вернулись в машину, было уже около девяти вечера. За все это время мы не перекинулись и парой слов. Сев за руль, Эммет побарабанил пальцами по рулю и, вдруг повернувшись ко мне, мрачно произнес: — Вот же глупая баба. Неужели она думает, что удержит меня скандалами! И, подавшись вперед, накрыл мои губы своими. Я замерла. Кажется, я даже не дышала и не моргала. Жар, который прошлой ночью привёл меня в комнату к Эдварду, вернулся, и с удвоенной силой. Парень зарылся пальцами мне в волосы, притягивая ближе, но я не отвечала на поцелуй, сдерживаясь изо всех сил, и вампир отстранился, пораженно глядя на меня. Перед глазами возник образ Элис, с укором глядящей на меня, и почти разгоревшийся пожар в моем теле потух также резко, как начался. — Ты же сама этого хотела, Белла, — выдохнул Эммет, отпуская меня. И как же сложно мне было сказать следующие слова: — Не знаю, что тебе там показалось, но ты для меня просто друг. Прости меня. И отвернулась к окну, пряча в своих холодных руках лицо. Хотелось биться головой об стекло, да так, чтоб разбить. Чтобы почувствовать хоть немного той боли, какую я сейчас причинила Эммету. Но я не имела права поступить иначе. Да, я соврала ему, но это было ради его же блага. До дома доехали в буквально гробовом молчании. Я не смотрела на Эммета, и так от всей души жалея о сказанном. Мне было очень грустно оттого, что наша дружба была уничтожена вмиг. А ещё было страшно от предстоящей встречи с Эдвардом, который, несомненно, все прочтёт в мыслях брата. Я даже представить себе не могла его реакцию на все это. Когда машина затормозила у дома Калленов, Эммет, выскочив из машины, хлопнул дверью и с непроницаемым лицом ушёл в дом. Поравнявшись с ожидающим на крыльце Эдвардом, он кисло улыбнулся брату. Тот поднял брови: — Что-то случилось? Белла?.. — У Беллы все отлично. Это я налажал сегодня, — отозвался абсолютно спокойно громила и ушёл в открытую дверь. Я вылезла из машины, не зная, что будет дальше. Эдвард в секунду оказался около меня. — Это правда? — он вгляделся в мои глаза. — Что? — осипшим голосом уточнила я. — Он чуть не загрыз кого-то? Я так резко выдохнула, что Эдвард захлопал глазами от непонимания. — А, ты про это. Да, было такое. Он так напряжен был сегодня, сказал, что это из-за их ссоры с Роуз… Неужели Эммет сумел скрыть свои мысли от брата-телепата? Скорее всего, он просто не хотел ругаться ещё и с ним, зная, как Эдвард ко мне относится. — На охоту? — взмолилась я, не желая встречаться с Элис, реакции которой я тоже не представляла. От неё ничего вообще не скроешь. Но она, судя по всему, тоже не давала Эдварду узнать ничего лишнего. Я уже вообще ничего не понимала. Ясно, что Элис хотела сохранить семью. Хотела, чтобы Эммет был с Розали, а я с Эдвардом… но ведь я, по сути, только что разбила Эммету сердце… Или нет? Что, если он далеко не влюблен меня, а просто запретный плод сладок? Что, если Эммет просто почувствовал мое поменявшееся отношение к нему и решил воспользоваться этим? Он не знал, что я помирилась с Эдвардом. А уж как помирилась! Хорошо, что я не могла покраснеть. После короткой охоты мы направились снова на Нашу Поляну и провели там остаток ночи, ломая новые деревья и кусты. Я никогда не думала, что могу быть настолько развратной. Когда мы под утро вернулись домой, сияя как новенькие центы в прямом и переносном смысле, на крыльце нас встретила поистине взбешенная Розали. Когда я проходила мимо неё, она шагнула в мою сторону, схватила меня за горло и прижала к стене. — Это ты виновата! — заорала она, а её глаза метали молнии. Эдвард дёрнулся в мою сторону, но не успел ничего сделать — я уже грубо оттолкнула блондинку так, что она отлетела на пару метров, пробуксовав каблуками по хрустнувшему дереву. — В чем я виновата?! — уточнила я, складывая руки на груди. На языке тела такой жест означает «Не надо меня трогать!» — В том, что Эммет меня бросил! Оу. Даже так?.. — А я причём?! — прищурившись, спросила я. Подойдя к Эдварду, предпочевшему все же не лезть между двумя шипящими кобрами, я взяла его за руку. — У меня так-то парень есть. — О, так она у тебя, братец, ещё и шлюха, — выплюнула Роуз и ушла в дом. Я проводила её взглядом и сквозь стиснутые зубы прорычала, указав на дверь: — Прости, но я туда не хочу. Но в этот момент оттуда показались Карлайл и Эсми. Эдвард кивнул им, видимо, прочитав их мысли, и глава клана с грустной улыбкой махнул рукой за свою спину. — Идём, Белла. Не переживай, Роуз ждёт серьезный разговор. *** Розали с ненавистью смотрела на меня. В гостиной собрались все Каллены, кроме Эммета. Я старалась не реагировать на бушующую блондинистую фурию. Мне не хотелось продолжать конфликт, и ещё как-то было обидно, в сущности, я ведь наоборот отшила Эммета, а теперь я ещё и виновата. Джаспер не пытался унять наши клокочущие эмоции. А может, пытался, но наш эмоциональный фон был слишком неуправляем. Карлайл терпеливо ожидал, пока мы перестанем метать друг в друга молнии, но через некоторое время, видимо, понял, что не дождётся этого, и хлопнул в ладоши: — Все, заканчиваем. Роуз, ты ведёшь себя недопустимо. Блондинка широко распахнула глаза и воскликнула: — Это я-то недопустимо?! Она увела у меня мужа, а теперь делает невинные глазки, мол, она не причём! — Да не уводила я никого у тебя, — как можно спокойнее ответила я. — А то я не видела, как он на тебя смотрел! А вчера вечером он приехал и заявил, что мы расстаёмся! И уехал куда-то… — Элис, Эдвард, куда он уехал? — поинтересовался Карлайл у тех, кто точно должен был знать. Медноволосый парень покачал головой: — Я не знаю, меня не было дома с девяти вечера, я уехал вместе с Беллой на охоту. А мысли Элис уже недели две как для меня закрыты. Сестрёнка, что ты от меня скрываешь? — вкрадчиво осведомился он. Миниатюрная вампирша прикрыла глаза. Затем распахнула, напряжённо оглядывая комнату. — Он собирался покинуть Форкс, но почему-то передумал. Вернется минут через десять. Кажется, он с кем-то подрался… — Мда, — крякнул Джаспер. — Решать вопросы переговорами никогда не было его сильной стороной… Роуз все ещё крайне недобро поглядывала на меня. Я закатила глаза и уткнулась носом Эдварду в плечо. Тот обхватил меня рукой, прижав к себе. Минуты тянулись бесконечно. Наконец, дверь в дом распахнулась, и в холл вошёл Эммет. Я слышала его шаги и думала о том, что я полная дура. Громила все равно бросил Роуз, даже когда я ему отказала… но я же не знала, что он это сделает. И Элис, похоже, это тоже не предвидела. Видимо, решение к Эммету пришло внезапно… Парень вошёл в гостиную, и все присутствующие ахнули. Его рубашка была запачкана чьей-то кровью и порвана, а в глазах поселилось мрачное безразличие. — Я хотел уехать на Аляску, — совершенно спокойно сообщил он, — но по дороге я наткнулся на одного оборотня, который искренне предложил мне выпустить пар. — Это кровь Джейка? — ужаснулась я. — У него уже все дырки зажили, — отмахнулся Эммет, не удостоив меня даже взглядом, — но дрался я не с ним. Любопытная история. Нам попались двое новорождённых, которые сообщили мне, что такими их сделала некая Белла Свон. Все присутствующие разом уставились на меня. Кроме Элис. Миниатюрная брюнетка помотала головой: — Белла ничего такого не делала. Поверьте, я бы узнала об этом. — Я не оставалась ни на минуту одна с момента, как вы приехали, — я испугалась ни на шутку. Я прекрасно знала, что бывает, если начинаешь несанкционированно обращать всех подряд. Я знала про Вольтури и закон о неразглашении тайны. — Мы верим тебе, Белла, — мягко улыбнулась мне Эсми и, помрачнев, добавила: — Просто кто-то представлялся тобой. — И я даже знаю кто, — Элис, простояв пару мгновений с закрытыми глазами, вновь раскрыла их. — Виктория. Она собирает армию. *** Хвала небесам, тема нашего любовного четырехугольника отошла на второй план. Несложно было понять, зачем рыжая вампирша представлялась мной. Она прекрасно знала, что я сама новорожденная, а значит, если Вольтури заинтересуются ситуацией, доказать, что я адекватна, будет крайне трудно. Откуда она знала про моё обращение? Возможно, Лоран успел сообщить ей. Зачем ей это было все нужно? Она хотела отомстить за жизнь своего возлюбленного Джеймса. Видимо, Виктория поняла, что не сможет никак до меня добраться лично: Каллены защищали не только мир от меня, но и меня от остального мира, и каждый из них был готов за меня убить. Даже, думаю, Роуз, судя по её пламенным предложениям, как изощренно расправиться с рыжей напастью. Правда, возможно, такой настрой у Розали был вызван тем, что она, как и все остальные, не была в восторге от угрожающего Форксу визита Вольтури. В город на тренировки я больше не ходила. Через неделю неприрывной охоты мои глаза приобрели знакомый золотистый оттенок, и Карлайл решил, что я готова «выйти из комы» и встретиться с Чарли, дабы облегчить возможность его защищать, не держась при этом на расстоянии. Но я не успела. Мы вообще ничего не успели сделать, несмотря на видение Элис и вампирскую суперскорость. Шериф Свон во время очередного патрулирования наткнулся на новорождённого вампира. Стоя над гробом отца и стараясь не смотреть на мать, рыдающую в три ручья, я проклинала весь мир. Но больше всего я проклинала Эдварда, который изначально втянул меня во все это: показал свою жизнь, рассказал про вампиров, подставил под угрозу мою жизнь, когда меня обнаружила эта троица кочевников… Если бы я не общалась так тесно с Калленами последний год, мой отец был бы жив. А теперь я не знала, как глядеть в заплаканные глаза мамы, будучи не способной выдавить из себя ни слезинки; как общаться с Билли, который давно знал от Джейкоба, что со мной произошло, и который бросал на меня непередаваемые взгляды… А главное, как продолжать находиться под одной крышей с Эдвардом, которого я во всем винила?! Медноволосый вампир, кажется, все понял и без чтения моих мыслей. Возможно, ему что-то подсказала Элис. Но он не посмел обидеться на меня за желание вновь держать дистанцию. Просто подчинился моей воле, украдкой кидая на меня тоскливый взгляд, прекрасно зная, что я это замечу. Мне нужно было окончить школу. Мама предприняла попытку увезти меня обратно в Финникс, но конечно же я довольно жестко отказала ей. Ни о какой солнечной Аризоне теперь даже речь не шла. Тем более, что мне уже исполнилось восемнадцать, и я вполне могла жить одна. Вопрос решил Карлайл, пообещавший заботиться обо мне, как о родной дочери. Его обаяние сделало своё дело — Рене успокоилась и заказала себе билет домой. Сажая маму на самолет, я уже твёрдо знала, что будет дальше. Как только я закончу школу, я покину Форкс, с Калленами или без них, это уже не важно. Меня здесь больше ничего не держало. Джейкоб, несмотря на то, что на ком-то запечатлелся, остался мне хорошим другом. Наверное, он был единственным, по кому я хоть немного буду скучать. Но сначала нужно было закончить обучение и разобраться с Викторией, чтобы после моего отъезда мой родной город был в безопасности. Каллены тоже вернулись на уроки. Так как нападения новорождённых вампиров продолжались, и новости пестрели заголовками о неизвестном животном, некоторое количество учеников уже покинуло Форкс вместе с родителями, и несколько столиков в столовой пустовато. И вампиры, недолго думая, разделились. Теперь они сидели порозень — Элис с Джаспером и Розали, Эдвард, ну и Эммет. Последние двое зыркали друг на друга из-за своих столов, не разговаривая друг с другом, даже когда сталкивались в коридоре на переменах. А я… А что я? Моё возвращение в школу произвело куда больший фуррор, нежели разругавшиеся Каллены. Мне выражали соболезнования насчёт Чарли, отмечали, как я изменилась; кто-то даже спросил, зачем я стала носить линзы. Я старалась не заострять внимание на моей поменявшейся внешности, носила балахоны и свободные джинсы и пыталась двигаться, как раньше — спотыкаясь и постоянно что-то роняя… но получалось не очень, если честно, и я тихо восхищалась Калленами, которые вели себя так по-человечески в присутствии людей. Интересно, сколько каждому из них потребовалось лет, чтобы так отточить это мастерство? Жила я конечно же у Калленов. Я не смогла вернуться в папин дом и выставила его на продажу. Зато после не слишком выгодной сделки я смогла хотя бы позволить себе «не сидеть у вампиров на шее» в финансовом плане. Да, еду покупать мне не требовалось, но на мою одежду они тратились после стычек с новорождёнными, которые случались с завидным постоянством. Сценарий каждый раз был один и тот же: очередной красноглазый чудик заявлял, что его обратила Белла Свон, и что он действует по её приказу. Дальше ему отрывалась башка, и бедолага красиво полыхал в импровизированном костре. К концу второй недели после смерти Чарли мне все надоело. — Нужно выследить Викторию и расправиться с ней, — сказала я Карлайлу. — Меня бесит, что весь город трясётся в страхе в ожидании нового нападения. — Я с тобой полностью согласен, Белла, — во взгляде Карлайла сквозила вселенская усталость. — Есть предложения? — Договориться со стаей. Их обоняние в разы сильнее нашего. На том и порешали. Договариваться пошли мы с Карлайлом, так как мы были вообще единственные, с кем волки согласились говорить. Оборотни пришли в волчьем обличии, все, кроме Джейкоба. Пять огромных зверюг стояли за своим альфой, не менее массивным мужчиной, в котором я едва узнавала своего лучшего друга. Разговор вышел коротким. Стая уже была наслышана о нападениях, о толпе новорождённых, прущихся в Форкс из Сиэтла, и Джейк даже сумел убедить их, что я тут не причем, хотя на меня волки все равно смотрели настороженно. Когда все формальности были улажены, и был обговорен график патрулирования города, стая покинула нас. Все, кроме Джейкоба. Карлайл кивнул нам и оставил нас наедине. Стоило вампиру покинуть опушку леса, на которой мы встречались, Блэк, не раздумывая ни секунды, сократил между нами расстояние и заключил меня в свои стальные объятия. — Ох, Беллз, как же я скучал… Я порадовалась мысленно, что меня теперь совсем непросто сломать, и вслух пробормотала: — Ты ж там вроде запечатлен… — Откуда знаешь? — Слух прошёл. — А, да, тут такая проблема… — парень покраснел. Я смотрела в его карие глаза, видя в них то, чего совсем не хотела видеть. Моё всегда холодное лицо будто запылало. Ненужное мне дыхание, которое имело место быть только по привычке, перехватило. — Нет, нет, не может быть… Острый слух оборотня уловил мой еле различимый шепот. — Это же невозможно. — Невозможность данного момента нигде не описана, — глухо произнёс Джейк. — Просто, возможно, ты не чувствуешь того же, потому что ты вампир. Но я… мне нереально плохо вдали от тебя. Теперь будет проще, раз Каллены дали разрешения заходить на их территорию. Он ждал от меня, наверное, жестокого отказа, но я лишь сильнее прижалась к нему, слушая дыхание его сердца, ощущая, как под его раскаленной кожей течёт сильная волчья кровь. — Поэтому мы друг другу не особо воняем, — произнесла я, и этой фразы хватило, чтобы глаза оборотня снова засияли. — Я понимаю, что мне нечего тебе дать, Белла, — сказал Джейкоб, — но я со своей природой ничего не могу сделать. Возможно, нам не стать парой, но прошу, не исчезай из моей жизни. Это меня убьёт. — Не исчезну, — прошептала я. *** Каллены морщились и отворачивались от подветренной от меня стороны. Те, что помоложе, конечно. Карлайлу и Эсми подобное сделать воспитание не позволяло. Не желая доставлять никому неудобство, я переоделась и даже приняла душ, что вампиры делают крайне редко. Грязь на нашей коже не задерживается — отваливается или растворяется… Но просто это только мне Джейк не вонял. А остальных бы стошнило давно, если бы это было возможно. Одно радовало: все, что было связано с оборотнями, Элис увидеть не могла. Не то, чтобы я намеревалась что-то прямо скрывать, но сообщи я, что на меня запечатлен оборотень, отношение ко мне бесспорно изменится. И так я стала причиной разлада в семье. Только такой новости до кучи и не хватало. Когда я спустилась вниз, благоухая шампунем, вампиры посмотрели на меня с искренней благодарностью. — Вы что, подрались с этим Блэком? — Элис смешно наморщила нос. Карлайл, видимо, сказал, что оставил нас наедине на поляне. — Почти, — соврала я, — кое-в-чем не сошлись во мнениях. — Ну и ладно, — отмахнулась названная сестра. — Пойдём на охоту сегодня девичьей компанией? Я, ты, Роуз и Эсми. Нашим парням косточки поперемываем… — Хорошо, — легко согласилась я. Я была на все готова, лишь бы отвлечься от мыслей о Джейкобе, и тем более чтоб не остаться в пустом доме с Эмметом и Эдвардом: Джаспер ушёл в патруль, а Карлайл уехал на работу. В любом случае это была солнечная среда, и никто из нас в школе появиться не мог. Я отвернулась от Элис и поймала на себе тоскливый взгляд Эммета. Первый раз за последний месяц он смотрел на меня вот так прямо, не пряча глаз, как он делал всегда, стоило мне заметить, что он снова на меня глядит. Розали, кажется, смирилась с расставанием, а поскольку я держала дистанцию с обоими парнями, не желая вновь становиться вершиной любовного многоугольника, в наших отношениях появилось некое подобие взаимоуважения. Подругами нам вряд ли стать. Но поддержка в лице этой блондинки была важна в такие не спокойные времена. Лес пах мокрой хвоей, дождём, червяками. Я была вампиром уже два с небольшим месяца, но до сих пор поражалась, насколько обогащается мир с обращением, и насколько у смертных притуплено восприятие. Дамы рядом со мной болтали о выпускном, который должен был состояться аж через пять месяцев. Эсми настаивала, что если Каллены собирались дальше оставаться в Форксе, Роуз и Элис, ну и я соответственно, мы обязаны были куда-то поступить. — Или найти работу, — брякнула я. Вампирши воззрились на меня с удивлением. — Что, никогда никому такое в голову не приходило? — хмыкнула я. — Почему работает один Карлайл? Дамы потупили взор. А я поняла, почему. Потому что медики нужны в любом городе, особенно высококлассные. Эсми дизайнер интерьера, и она периодически брала заказы дистанционно. Но Элис с её Даром найти работу было нереально. Это в школе она могла сказать, что у неё закружилась голова, когда у неё были видения. А на работе её быстро посчитают профнепригодной и уволят. Роуз я даже не представляла где-то работающей. Она бы могла стать моделью или сниматься в кино, но в свете софитов наша кожа так же сверкало, как и под солнечными лучами. Но вот мне ничто не мешало найти работу, хотя бы для того, чтобы, не став вечной студенткой, хотя бы пару лет поддерживать свою легенду. Потом, конечно, могут начаться вопроса, почему я не старею. Но через полтора года и Джейк окончит школу… Опять мои мысли потекли не туда. Умом я понимала, что мы не могли быть вместе из-за вечного противостояния моего клана и его народа. Но мертвое сердце, так пораженное открывшимся мне знанием, рвалось к нему с невероятной силой. И я искренне была рада, что оно, сердце, не бьется, иначе бы оно выдало меня с головой. Мой чуткий слух уловил чьи-то быстрые шаги. Не человеческие. Мои спутницы тоже напряглись. Мы все посмотрели в одну сторону, раздувая ноздри, втягивая незнакомый запах. — Опять новорожденные, — с досадой прошипела Элис. — Двое, парень с девчонкой. Совсем ещё подростки. — Ох-х, — выдохнула Эсми. До этого нам попадались крушащие все на своём пути мужчины и женщины, крупные, не настроенные на разговор. Одно дело открутить голову тому, кто пытается тебя убить. И совсем другое — бессмертные подростки, возможно, мои ровесники. Шаги затихли. Видимо, пришельцы почувствовали наш запах. Прошло несколько мгновений, и из-за деревьев показались ученики нашей школы, на класс младше нас с Элис. — Белла! — в красных глазах парня мелькнуло узнавание. — Наконец-то мы тебя нашли. Эта женщина… с рыжими волосами… она представляется тобой… Зачем? Элрой Джонс и Дарина Лауд жались друг к другу, и я понимала, что никто из нас — даже хладонокровная Розали — не сможет сейчас прикончить тех, с кем мы учились вместе, пусть и недолго. — Мы не первые и не последние её жертвы, — прошептала Дарина. — Мы видели в школе, как ты изменилась с недавних пор, и когда мы пришли в себя, и она попыталась выдать себя за тебя, мы избили её и сбежали. — Видимо, она не знала, что мы учились вместе, — покачала головой я. — Как опрометчиво с её стороны было обращать наших знакомых, пусть и не самых близких, — фыркнула Роуз. Склонившись к ним, она вкрадчиво уточнила: — Покажете нам, где вы её видели последний раз? Ребята закивали. Элис на мгновение замерла, а затем констатировала: — Они чистые. Никого еще выпить не успели. Им срочно надо на охоту. Давайте позовём наших мужчин, вручим им наших гостей, а сами отправимся в пригород Сиэтла, который облюбовала эта… — брюнетка не стала выражаться при детях. — Виктория. Мы все синхронно вытащили телефоны. Переглянувшись со мной, Розали и Элис хором сказали: — Позвони Джасу, Белла. Я порадовалась, что девушки позволили мне избежать неловкости при звонке одному из своих бывших кавалеров. Впрочем, Роуз тоже вызвалась набрать Эдварду, дабы не разговаривать с Эмметом. Мужчины в полном составе во главе с Карлайлом появились через пять минут примерно. У меня мелькнула мысль, что если бы не гениальное руководство главы нашего клана, давно бы все друг друга поубивали. Карлайл поддерживал железную дисциплину среди парней. Нашего клана. За два с небольшим месяца я всё-таки привыкла, что стала частью семьи Калленов. Несмотря на то, что по-прежнему считала Эдварда виноватым в смерти Чарли, пусть и косвенно. Помнящие в лицо Элроя и Дарину, Джаспер и Эдвард переглянулись. — О том, чтобы их убить, и речи не идет, — сказала я категорично. — Они ещё не пробовали человеческую кровь, значит, перед Вольтури они безгрешны. — Будем надеяться, что если итальянцы все же нагрянут, мы успеем их где-нибудь спрятать, — кивнул Карлайл. — У нас родители, братья, сестры… — хныкнула Лауд. Она посмотрела на меня и тихо уточнила: — Я так понимаю, Белла, что ты не в коме лежала этот месяц… что с нами будет? — Я боюсь, что в вашем случае реальна только инсценировка смерти, — ровно ответил Карлайл, — у вас слишком много родственников. Отчаяние затопило пространство вокруг. Мы смогли его ощутить даже без Дара Джаспера. — Давайте мы сначала поможем вам немного взять себя в руки, — Джас явно воздействовал на ребят, чтобы успокоить их, — а потом найдём вам место под солнцем. — Хорошо, — Дарина совсем по-человечески шмыгнула носом, и я поняла, что Виктория, назвавшись мной, сама того не ведая, помогла своим новорождённым, дала им шанс на дальнейшее существование, так как сразу после обращения всколыхнула в них воспоминания о смертной жизни. — Идемте, — Эммет помнил их за собой и отсалютовал нам и моим спутницам, — удачи вам, девочки. И трое парней в компании двух новорождённых скрылись в чаще. Карлайл остался с нами. Ему нужно было вернуться на работу. — Я на связи, дамы, — он кивнул нам. — Если что, примчусь. Будьте осторожны. Мы не знаем, что вас там ждёт. — Открутим сучке голову, и дело с концом, — фыркнула Розали. — Мне уже надоело шляться по окрестностям Форкса, выглядывая её рыжие патлы. Я хмыкнула. Блондинка всегда была остра на язык, но тут, видимо, её терпение окончательно лопнуло. *** Женщину всегда проще понять женщине. Но Виктория была не простой женщиной. Она была изворотливой тварью, настоящим монстром во плоти. Её мотив был абсолютно ясен — отомстить мне, отомстить Калленам. Поражало то, как она подошла к этому вопросу. Она действительно собрала буквально армию — она обратила двадцать человек, и все в этой армии думали, что она — это я. И вот тут мы поняли, что нам самим не справиться с таким количеством новорожденных. Даже всем кланом. Выход оставался только один. МЫ должны были обратиться к Вольтури за помощью. Тогда, возможно, нас их возмездие как раз обойдёт. Мы же не сделали ничего плохого. Вернувшись домой ни с чем, мы позвонили Тане из клана Денали, и она согласилась принять наших невольных гостей. Быстро организовав их отъезд на Аляску, Карлайл принял решение сначала разобраться с армией новорождённых, а затем уже улаживать проблемы с родственниками Элроя и Дарины. Поэтому как только ребята покинули Форкс, глава нашего клана набрал номер резиденции Вольтури. Слушая их разговор, вся наша семья замерла. Мы даже перестали дышать. Когда Карлайл завершил звонок, мы шумно выдохнули. Элис распахнула глаза: — Они завтра будут в Сиэтле. Прогнозы довольно радужные. Мы их пока не интересуем, — она помолчала и с сожалением добавила: — Но мы их заинтересуем, когда из уст новорождённых прозвучит твоё имя, Белла. — Нам лучше быть в Сиэтле, когда они придут, — сказала я без тени страха, — дабы они не направились в Форкс. Им не стоит знать о нашем сотрудничестве со стаей. Карлайл кивнул, соглашаясь со мной. Но оборотней все равно надо было предупредить. — Я провожу тебя до нейтральной территории, Белла. Потом наберёшь мне, и я тебя встречу, — сказала мне Эсми. — Тебе не стоит оставаться одной сейчас, чтобы у тебя всегда было алиби. — Хорошо. Спасибо. По дороге до границы с резервацией я в смятении раздумывала, не станет ли Эсми подслушивать наш разговор. Я не была уверена, что Джейк не скажет сейчас ничего такого, что не предназначалось для чужих ушей. Поэтому я позвонила ему, только когда перестала чувствовать запах названной матери. — Подойди на нейтралку, это срочно, — пробормотала я в телефон. Ничего не ответив, Джейкоб сбросил звонок. Минут через десять, когда я уже было решила, что он не придёт, послышался тяжелый топот, издаваемый шагами крупного зверя. Метрах в десяти от меня, за ближайшими деревьями, я услышала хруст костей при трансформации, а затем послышался сдавленный голос: — Блин, прости, Беллз, я не подумал… Я засмеялась и, подойдя на звук, швырнула через кусты ему джинсы Эммета, предусмотрительно прихваченные с собой. Я прямо угадала, что так будет. Я хотела отвернуться, но не смогла. Он стоял передо мной полностью обнажённый, собираясь одеваться, а у меня не выходило отвести взгляд. Заметив, что я смотрю на него как завороженная, он раздвинул кусты, оставил на них джинсы и шагнул ко мне. И я потерялась. Это было не так, как с Эдвардом. С медноволосым вампиром мы были одной температуры. Оборотень же был раскаленным, как расплавленный металл. Его горячая кожа обжигала меня, и я чувствовала, что плавлюсь в его объятиях. Я сама коснулась его возбуждения. Я первая сделала этот шаг в бездну. Джейк сдернул с меня штаны вместе с трусиками, и они упали на щиколотки. Он развернул меня и вжал в массивный ствол вековой сосны. Запустил руки мне под спецовку и, прогнув меня в спине, резко вошел в меня. Я будто снова горела в пламени обращения, только в этот раз огонь был желанным, он дарил лишь наслаждения. Последний раз толкнувшись, парень излился в меня и вышел, тяжело дыша. Я развернулась, оделась. На лбу Блэка выступили капельки пота, я подняла руку и стёрла их, немного охлаждая его кожу. Приподнялась на цыпочки и невесомо коснулась его губ своими губами. В глазах Джейкоба плескалась нереальная мука. Он понимал, что я сейчас уйду и буду вновь заперта в золотой клетке Калленов на неопределённое время. Я подождала, пока парень оденется, и вновь прижалась к нему, оглаживая напряжённые горячие мышцы. Минут пять мы так стояли. Я слушала биение его сердца и понимала, что отказаться от этого уже не смогу. — Зачем ты меня позвала-то, Белла? — спросил, наконец, Джейкоб, осторожно отстраняясь. — Вряд ли только для всего этого… — Не только, но это не значит, что все это мне не понравилось, — хмыкнула я и взъерошила непослушный ежик волос на его голове. Блэк смешно покраснел. А я уже серьезно сказала: — Вольтури завтра будут в Сиэтле. Мы надеемся, что сюда они не заявятся, если мы встретим их там всей толпой, но на всякий случай всех предупреди. Пусть посидят дома сутки. И, если что, о нашем с вами сотрудничестве они узнать не должны. — Я понял тебя, Белла. Они идут решать вопрос с Викторией? Парень перестал улыбаться и сразу стал выглядеть старше лет на десять. Настоящий, истинный альфа. — Да. Мы сами их вызвали. Мы с девчонками были в Сиэтле, нам самим это безумие не прекратить, даже если вы нам поможете. Их слишком много. — Сколько? — Было двадцать новорождённых, но за эти сутки может ещё кто-то прибавиться. Они сильнее, быстрее, и совершенно невменяемые. Сорок шесть убийств за две недели. И это ещё только в пригороде Сиэтла. — Кто вам рассказал, что они там? Я кратко пересказала ему ситуацию с Элроем и Дариной. Джейк покачал головой: — Бедные ребята. Лишиться всего за мгновение просто из-за прихоти какой-то кровососки. Я поморщилась от неприятного обзывательства, но в сущности оборотень был прав. Виктория была той ещё мразью. Даже с учётом того, что она была ослеплена жаждой мести, это не давало ей права решать судьбы других. Вдали послышался гул мотора. Кажется, Эсми не дождалась моего звонка и просто приехала за мной. — Ладно, Джейк, мне пора, — я запечатлела на его щеке лёгкий поцелуй. — Встретимся, как все закончится. — Хорошо, Беллз. Я буду ждать. *** Приближаясь к трассе, я занервничала. Запах, донесшийся до меня, был мне не знаком, он принадлежал вампиру, но ни у кого из Калленов такого не было. Запах свежей человеческой крови. Опомниться я не успела. Сзади мне на голову с хрустом опустилась тяжелая толстая сетка. Я порадовалась, что уже мертва, иначе точно умерла бы на месте. Прыжком развернувшись, я встретилась взглядом с ярко-алыми глазами. Рыжие волосы развевались на ветру. — Ну привет, — усмехнулась Виктория, скалясь. — Ты бы не смогла от меня вечно прятаться, Белла. — Я от тебя не пряталась, — ровно ответила я. Я её не боялась. Да, она сильнее меня ввиду её рациона, но меня тренировал Эммет, во всех смыслах, и я знала некоторые приёмы, которые мало кто из вампиров использовал. Потому что Эммет был профессиональным бейсболистом до обращения. — Да? А Каллены? Твои телохранители вечные… — Благодаря твоему черному дружку им пришлось спасать мир от меня, — фыркнула я. — Ты пришла мне отомстить? Так мсти. Твоя месть зашла уже так далеко, что даже убей ты меня, тебя уже ничего не спасёт. — А я не боюсь смерти, — усмехнулась женщина. — Но когда я буду гореть, я буду знать, что до этого сгорела ты. — Ну попробуй. Я всей душой желала, чтобы никто из моих близких — ни Каллены, ни стая — не пришёл сейчас. Виктория, можно сказать, убила моего отца чужими руками, и моя жажда мести теперь была чуть ли не сильнее, чем её. Я готова была сразиться с ней один на один. Вампирша напала первой. Она била меня сильно, но я была быстрей неё. Мы схватили друг друга за шею и покатились по зеленому склону в сторону асфальтовой дороги. Я изо всех сил била её голову обо все булыжники, какие попадались на нашем пути. Наши силы были равны. Мы упали на асфальт трассы, разбив его в нескольких местах и стали кататься по проезжей части, стараясь оторвать друг другу голову. И тут произошло то, что решило исход нашей битвы. Вдалеке послышался шум мотора какой-то старой машины. За рулём явно был человек. И Виктория среагировала на его запах, а я нет. Она буквально на секунду отвлеклась, ослабив хватку, и я в мгновение свернула ей шею. Утащив её в чащу, подальше от можно сказать спасшего меня автомобиля, я разорвала вампиршу на части и чиркнула зажигалкой, поджигая её тело. Привалившись к ближайшему дереву, я наблюдала, как огонь пожирает искореженную плоть, и думала о том, что мне, вероятнее всего, никто не поверит. *** Элис и Эммет выскочили из машины и бросились ко мне через бурелом. Я стояла все там же, у толстой облезлой ели, смотря в одну точку, туда, где уже почти догорел огонь. — Это правда? — хором воскликнули вампиры. — Правда, — устало выдохнула я. — Только как я это буду объяснять Вольтури? — Аро сам все увидит в твоих мыслях. — А если его Дар не сработает? Также как Дар Эдварда… — Будем надеяться, что все пройдёт нормально. Им в любом случае решать вопрос с новорождёнными в первую очередь. — Это да. — Поехали домой, Белла, — подал голос молчавший до этого Эммет. Затем он достал телефон и сфотографировал кучку пепла — все, что осталось от Виктории. — Мне надо было снимать на видео, как она горит, — вдруг улыбнулась я его такому ЧЕЛОВЕЧЕСКОМУ жесту. Эммет улыбнулся мне в ответ, и я ощутила, как моё мёртвое сердце ухнуло куда-то в район пупка. Вокруг меня вились трое невероятно красивых парней. И никому из них я не могла сказать, что люблю. Все трое были мне дороги. Со всеми тремя было очень много счастливых моментов. Но когда-нибудь мне все равно придётся выбрать кого-то одного. Я знала точно, что это будет не Эдвард. После смерти Чарли я поставила на нем точку. Я не могла быть с Эмметом, потому что тогда бы я потеряла хрупкое доверие Розали, которая, кажется, его до сих пор любила. А с Джейком нас разделяла вечная война вампиров и оборотней. Я не могла отобрать у стаи их альфу. Я мысленно застонала. Почему я думаю обо всех, когда обо мне не думает никто? За меня, вместо меня! Не обо мне! И об окружающих каждый из них забыл. Все трое нереальные эгоисты, черт бы их побрал. Все это я крутила в своей голове, сидя на заднем сидении Хаммера Эммета рядом с Элис. Моя соседка хмурилась, кривилась, тихо стонала, а потом заявила: — Меня это достало, Белла. Твоё будущее сейчас как снимки на камеру с очень низким разрешением с поцарапанной линзой и разбитым объективом. Мне уже плевать, кого ты выберешь, но я мечтаю, чтобы ты сделала выбор быстрее. У вампиров не может болеть голова, но у меня — болит! Слова прозвучали громом средь ясного неба. Эммет резко нажал на тормоз и бросил через плечо: — Доедьте сами до дома. Мне нужно пройтись. И выскочил из машины. Я уставилась на Элис, затем глянула туда, откуда только что сорвался с места ее брат. — Ещё раз повторяю — мне уже все равно, — мрачно пожала плечами вампирша. — Что у вас там с оборотнем, я не могу посмотреть, но ты и сама знаешь, чем это все может закончиться. С Эдвардом ты порвала окончательно, и это хотя бы определено. Что касается Эммета… — Я знаю, что предам Роуз, если выберу его, — безжизненно произнесла я. — Предам доверие той, которая вообще с трудом кому-то доверяет. Ради чего? Ради того, что я не могу даже назвать любовью? Мне просто приятны его знаки внимания. Я молодая девчонка, в конце концов… Я закрыла лицо руками. — Я могу лишь ждать, пока оба сами не рассосутся куда-нибудь, — прошептала я с болью в голосе. — Я не могу сделать этот выбор. Прости меня, Элис. Я не стану бороться за то, что мне не нужно. — А Блэк нужен тебе? — тихо спросила брюнетка. И тут я поняла — я не могу больше скрывать правду. Элис и так почти все уже знает. Если уж рубить, то с плеча. — Джейк, он… запечатлен на мне, — произнесла я одними губами, но моя собеседница все равно меня услышала. И так не особо узкие золотые глаза девушки теперь напоминали две центовые монетки. — А… так бывает? — в полном недоумении уточнила она. — О том, что так не может быть, нигде не сказано, — чуть перефразировала я слова Джейкоба. — Я не знаю, к чему это приведёт в итоге, но пообещай мне, что об этом никто не узнает, пока я сама не решу всем рассказать. Мне с вами ещё точно жить какое-то время, я не хочу лишних обсуждений моей персоны внутри семьи и осуждающих взглядов. Это не моя вина, что так произошло. — Я буду молчать и скрывать этот разговор от Эдварда, — кивнула Элис. — И убежу Роуз, что ей надо помириться с Эмметом. Потому что твое будущее, кажется, предрешено, поэтому я его и не вижу. Оборотень же. — Я с тобой полностью согласна. С Эмметом я хочу просто дружить и не быть предметом ревности Розали. — Я все это с ней обсужу. А сейчас поехали домой. Нужно всем рассказать про то, что ты действительно расправилась с Викторией. В моем видении это было очень эффектно, кстати. На что она отвлеклась, кстати?.. *** Грозные стражи порядка вампирского мира мрачно смотрели на нас. Позади них в алом пламени догорали останки последнего новорождённого. Двадцать шесть кучек пепла уже украшали полянку на опушке леса в пригороде Сиэтла. — Значит, это ты — та самая Белла, чьим именем представлялась создательница этих? — Аро кивнул себе за спину. — Да, это я, — подтвердила я. — Наслышан о тебе. Говорят, Каллены оставили тебя в живых, когда ты уже знала о нашей природе. — Было такое, — не стала отрицать я, — но моё обращение было лишь вопросом времени. — Однако обратили тебя не они. — Они просто не успели. И за то время, в течение которого я знала о вампирах, будучи человеком, я никому ничего не рассказала. Наша тайна не была разглашена. — Это похвально, Белла. А правда ли то, что ты единолично расправилась с этой Викторией? — Да, Аро, вы можете все посмотреть в моих воспоминаниях. И уверенно шагнула в его сторону. Его прихвостни ощетинились, готовые атаковать, но глава клана Вольтури остановил их жестом. Вот только, как я и опасалась, его Дар не сработал. — Интересно, — протянул Аро. — Почему я ничего не вижу? — У Беллы такой Дар. Я тоже не могу прочитать её мысли, — подал голос Эдвард. — А я — воздействовать на её эмоции, — добавил Джаспер, и это было почти правдой. Со мной он работал чаще всего силой внушения, у него никогда не получалось взять мои чувства под свой контроль. — Очень интересно, — хмыкнул Аро, — Джейн, проверь её. Миниатюрная блондинка сделала шаг вперед и произнесла: — Боль. Ничего. Я не почувствовала ничего. Я от Калленов знала, что Джейн воздействует на вампиров внутренней болью, не нанося физического вреда. Но такой сильной болью, что даже для бессмертных это было слишком. После пяти минут бесполезных попыток Джейн сдалась. — Я ничего не могу сделать. — Ладно, — махнул рукой Аро. — Я надеюсь, что это наша не последняя встреча, Белла. Должен признаться, что ты меня заинтриговала. Пожалуй, мы отчалим. До первого нарушения. Я вижу, что ты питаешься кровью животных. Это похвально. — Всего вам доброго, сэр, — как можно вежливее попрощалась я.