Гнев Шпиля

      Берт и Сид сидели, прислонившись спинами к серой каменной сфере, и ждали, когда Фриц заговорит.       — Ох, хо-хо, какие же у меня варианты. Ну, во-первых, Сумрачный удар – Способность, которой Стив ударил Берта. Она наносит дополнительный урон и скрывает атаку, отчего её трудно заметить. Уж я-то знаю, мне пришлось на себе это ощутить. По-настоящему страшная штука, — рассказал Фриц.       Берт возбуждённо кивнул, а Сид пожала плечами и жестом велела ему продолжать.       — Потом есть Летаргия. Проклятие, — величественно объявил Фриц.       Берт поморщился, потирая уже покрывшийся шрамом проклятый порез на боку.       — Проклятие? — удивилась Сид. — Почему всё редкое достаётся тебе? Что оно делает?       — Истощает выносливость и снижает восстановление выносливости, — похвастался Фриц, почти не сомневаясь, что выберет именно проклятие.       — Никакого урона? Никакого подавления исцеления? — кисло спросил Берт.       — Нет, но, как тебе должно быть известно, проклятия трудно снять, и обычно они долго действуют, так что это одни из лучших ослабляющих Способностей, какие можно получить, — сказал Фриц, пытаясь смягчить явную неприязнь Берта к могучей магии.       — Никакого урона, — снова проворчал Берт. — А последний вариант?       — О, последний. Просто Раздирание. Знаете же ту Способность, которая была у Тоби? Не очень-то хочу её брать. Вы видели, сколько раз его забрызгивало кровью? Мне такого не надо, уж спасибо, — весело сказал Фриц, вспоминая самодовольное лицо Тоби, покрытое монстрячьими нечистотами.       Видимо, этот образ возник и в голове Берта, потому что сквозь его гримасу прорезалась ухмылка.       — Трудный выбор, — серьёзно сказала Сид, возвращая их к нынешней дилемме.       — Не особо, — одновременно сказали Берт и Фриц.       Они с подозрением посмотрели друг на друга, и Фриц спросил:       — Какую, по-твоему, мне стоит выбрать?       — Раздирание! Там есть урон! — заявил Берт так, будто это было очевидно, но в глазах у него горел весёлый огонёк. Он явно был бы в восторге, если бы Фрица всё время заливало кровью, чтобы потом безжалостно над ним издеваться.       — Летаргию. Это. Проклятие, — ответил Фриц, потом посмотрел мимо Берта на Сид, ожидая её мнения, но та всё ещё размышляла и не высказывалась ни в одну сторону.       — Ты не можешь вечно избегать Способностей с уроном, Фриц, — возразил Берт.       — Я могу оставить всё это вам двоим, — ответил Фриц. — Сами подумайте, как хорошо это сработает против больших монстров. Мы сможем размягчать их или даже доводить до отключки, если выносливость полностью вытечет из них.       — А что насчёт орд монстров, вроде гоблинов? Или статуй, вроде быка? — указал Берт.       — Или нежити, — добавила Сид, наконец закончив размышлять.       — Ну, для этого у меня есть другие Способности. А если это статуи или нежить, и у них нет крови, не думаю, что Раздирание на них тоже сработает, — уверенно сказал Фриц.       Берт нахмурился, признав удачный довод, а Сид заговорила:       — Я согласна с Бертом. Ты не можешь всё время брать Способности без урона. Если продолжишь разведывать один, тебе нужно самому уметь наносить серьёзный вред. Последние пару раз тебе повезло, но как долго ты сможешь полагаться на удачу? — спросила она, отметая его маленькую победу логическими доводами.       — Я не беру Раздирание, — проворчал Фриц.       — Тогда бери Сумрачный удар, — радостно сказал Берт. — Он тебе правда больше подходит.       Сид кивнула, соглашаясь с оценкой, и Фриц слегка нахмурился, но быстро спрятал это за улыбкой. В конце концов, решение всё равно оставалось за ним, но он ценил и логичный совет Сид, и нелогичный совет Берта.       Фриц вздохнул. Любые проклятия были грозными. Проклятия были редкими и могущественными. Но он ведь отчаянно хотел получить ещё один шанс выбрать Сумрачный удар, и если бы тот стоял при выборе чего угодно, кроме проклятия или, может, волшебной Способности, тогда бы Фриц сразу выбрал Сумрачный удар. Особенно потому, что видел, насколько тот силён после его боя со Стивом.       Фриц в последний раз взвесил каждый вариант. Летаргия длилась долго, истощала существо, заставляя его со временем слабеть, её было трудно очистить, она вписывалась в набор заклинаний для «ударил и отошёл», для «войны на истощение», да ещё и была редкой. Но, как услужливо указал Берт, сама по себе урона она не наносила, а ещё – хотя он не сказал этого остальным – стоила эта Способность два, а не один, что делало её самым дорогим из вариантов Способностей. Без Атрибута магии Фриц не сможет постоянно применять её снова и снова, что делало её куда хуже в боях с несколькими врагами.       Раздирание же на первый взгляд казалось хорошим, а если думать о сочетании этой Способности с проклятием костяного кинжала или опасной кромкой рыбного меча – ещё лучше. Но, с другой стороны: кровь на нём, кровь на стенах, кровь повсюду. К тому же она была привязана к мане Клинка и Крови, а он не знал точно, какие типы маны хорошо сочетаются с этими привязками. Металл и Жизнь, возможно, были близки к ним, но их очень трудно получить в Дождевом городе; Фриц пришлось бы отправиться в другой Шпиль или идеально спланировать свой Путь, чтобы Активировать эти магические Атрибуты.       Сумрачный удар выглядел всё лучше и лучше. У него уже были Способность Пути и Особенность, совпадающие с ним по привязке, а также Техника, которая его дополняла. Эта Способность отлично помогала с финтами в бою, и эффект притупления чувств не стоило недооценивать. К тому же это мог быть идеальный Удар для тихого убийства врага, если только не существовал какой-нибудь Удар ассасина. Хотя, если подумать, наверняка существовал. В довесок Сумрачный удар был прямолинейнее остальных его Способностей: надо просто сотворить и ударить, без позиционирования, без возни с Контролем. Или всё-таки нет?       «Нет. Не сейчас. Выбирай Способность, о Контроле подумаешь потом», отчитал Фриц себя.       Он перебрал варианты ещё раз, но уже принял решение. Фриц потянул себя вниз, в Санктум, скользя по течениям прохладной Силы к своему центру, и встретил улыбкой шелестящую иву и барабанящий дождь.       Он приложил лоб к прохладному серому стволу ивы и выбрал.       Холодные энергии обожгли и сместились, превращаясь из яркого, палящего света в извивистые, тонкие тени. Кора ивы застонала, пока дерево вытягивалось всё выше и отращивало новую чёрную ветвь, а Сила подтверждала его выбор. Новая теневая ветка шептала на ветру и гладила воздух, цепляясь за капли дождя крошечными извивающимися чёрными усиками, которые росли вместо листьев. Для Фрица это было немного странно и чуточку страшно – иметь настолько явно злобную Силу, но он выбросил это из головы.       «Это просто инструмент, средство для достижения цели», успокоил он себя.       В Санктуме всё ещё парили нити холодной Силы, и он задумался, в какие Атрибуты ему вложиться. Больше Контроля, чтобы формировать его заклинания? Больше Осведомлённости, чтобы лучше обнаруживать угрозы? Может, немного Ловкости, чтобы помочь себе в бою? Вложиться в Силу, чтобы бить мощнее, или в Выносливость, чтобы чаще пользоваться Способностями?       Фриц позволил событиям прошлого этажа всплыть в памяти и оценил свои успехи и провалы. Он в итоге замечал монстров, и его не застали врасплох слишком сильно; Концентрация и Память вроде бы не играли большой роли, а Силой он не пользовался. Теперь, когда у него есть Сумрачный удар, часть его урона будет магической, так что Сила сейчас не была приоритетом, хотя ему всё же было любопытно, как ощущались бы могучие и, возможно, более крупные мышцы. Он знал, что больше Силы не обязательно делает человека громоздким, но мечтать не вредно.       По всей видимости, выбор был между Ловкостью на девяти и Выносливостью на шести. Покопавшись в мыслях, Фриц обнаружил, что больше всего его тревожит именно выносливость, особенно с его новой Способностью, которую он наверняка часто будет использовать на следующих этажах.       «Значит, Выносливость.»       Фриц ухватил прохладный свет вокруг себя и вложил новообретённую Силу в Выносливость, чувствуя, как она просачивается в корни ивы и уводит их глубже в грязную землю.       Он решил ещё раз взглянуть на Сводку Шпиля, чтобы проверить свой прогресс, и перед ним появились серебристые глифы, открывая масштаб его Силы.       ——————       Сводка Шпиля       ——————       Имя: Фрэнсис Хайтайд       Уровень: 6       Путь: Шпион       Род: Человек       ——————       Атрибуты       ——————       Сила: 0       Ловкость: 9       Выносливость: 9       Восприятие: 18       Концентрация: 9       Память: 9       ——————       Продвинутые Атрибуты       ——————       Осведомлённость: 12       Контроль: 6       ——————       Активируемые 2/3       ——————       ——       Каменная яма       Выдолби камень, землю сдвинь, мгновенные ямы, провалы раскинь.       ——       Сумрачный удар       Орудие корчится, в тенях извивается, врага уноси, в объятья ночи.       ——       ——————       Пассивные 1/3       ——————       ——       Чутьё на ловушки       Ямы и нити, падения и огонь, найди опасность раньше, чем станет поздно.       ——       ——————       Особенности 2/3       ——————       ——       Чутьё двери       За порталом, за дверью – смерть жестокая или дальний берег?       ——       Поцелованный сумерками       Может, дар, а может, проклятье – скоро узнаешь, что хуже, братец.       ——       ——————       Путь 1/3       ——————       ——       Иллюзорная тень       Фальшивая тьма, насмешка над светом? Псевдотени зрение, скроют ответом.       ——       ——————       Техники 2/3       ——————       ——       Наблюдения (Новичок)       Стачивай, рассейся, выживи, бедные устоят, скрытно процветая.       ——       Искусство кулачного боя (Новичок)       Ударь, Скользни, Бей, Пни, Нырни, Скачи, Хватай, Бросай.       ——       ——————       Род 0/3       ——————       ——       ——————       Довольный сделанным выбором Фриц вытащил себя из Санктума, и когда вернулся в тело, почувствовал, как тяжесть в конечностях отступает, а усталость сходит, оставляя его в лучшем состоянии, чем когда-либо.       «Нельзя не полюбить чувство отдыха, которое даёт Выносливость.»       Он открыл глаза и увидел, что оба его товарища пристально на него смотрят.       — Ну? — спросил Берт.       — Ну что? — ответил Фриц.       — Что ты выбрал? — нетерпеливо спросила Сид.       — Сумрачный удар и Выносливость, как вы и советовали, — с оправданием в голосе ответил Фриц.       — Да блин! — крикнул Берт, легонько ударив кулаком по полу. — А я думал, он точно всё равно возьмёт проклятие и нас хорошенько подставит.       — С чего бы мне? — произнёс Фриц, одновременно с растерянностью и почти с возмущением. Берт лишь посмотрел на него с таким же недоумением.       — Ну... ты ведь обычно так и делаешь? — сказал он, будто задавал вопрос.       — Не всё время, — фыркнул Фриц, но даже для собственных ушей прозвучал неубедительно.       — В любом случае целая золотая триада моя, Берт, — злорадно сказала Сид с огромной улыбкой на лице.       «У неё красивая улыбка. Ей идёт улыбаться», подумал Фриц.       — Вы ставили на мой выбор? — притворно рассердился Фриц. — Как ты мог, Берт? Неужели ты правда думал, что я так с вами поступлю? С нами? С Рюкзачным пактом?       — Да, сто пудов, — легко ответил Берт. Фриц уже собирался осадить этого дылду, когда Сид заговорила, прерывая его представление дурного нрава:       — Ладно, ладно, хватит уже. Хороший выбор, Фриц. Я знаю, ты хотел проклятие, но прямо сейчас, думаю, тебе нужна дополнительная атакующая сила. Так что спасибо, что придержался плана.       Она улыбнулась ему, и Фриц подумал, что, может, стоит делать больше «хороших» вещей, пусть даже только ради того, чтобы снова увидеть эту улыбку.       Он вырвал себя из отвлечения, отвернул быстро наливающее жаром лицо и стал искать Двери. К его удивлению, их оказалось четыре, а не как обычно три. Однако четвёртая Дверь, похоже, вела вниз.       — Четыре Двери, — заметил Фриц, жестом указывая на лестницу вниз.       — Да, выходы каждые шесть этажей, — сказала Сид.       — Ник же вроде говорил, что каждые десять? — спросил Берт.       — Он ошибался. Или просто врал, чтобы заставить нас восходили до конца, — уверенно сказала Сид. — Не то чтобы ему было нужно. Я в любом случае восхожу до конца. И за один заход. Говорят, за Золотые Восхождения дают большую награду, и я намерена узнать, какую.       — Говорят, да. Интересно даже, что? — задумался Фриц.       — Мы не узнаем, если будем тратить время здесь, — нетерпеливо сказал Берт.       — Верно, но как у вас с ранами и маной? — спросил Фриц.       — Я только что вложила ещё три очка в Сущность Воздуха, так что чувствую, будто мана воздуха заполнена примерно на треть, — объяснила Сид.       — Я чувствую себя отлично, вложил ещё по очку в Ловкость, Выносливость и Живучесть, — похвастался Берт. — Кажется, выносливость восстанавливается быстрее маны. Или это просто из-за моей Выносливости в двадцать один?       — Тут зависит от того, сколько у тебя очков в магическом Атрибуте, — поправил Фриц.       — Правда? — произнёс Берт.       — Да, но, думаю, на низких уровнях выносливость обгоняет ману, — добавила Сид.       Фриц согласно кивнул.       — Короче, иди проверяй Двери, Фриц, — сказал Берт.       Фриц выполнил просьбу. Он поднялся на теперь куда более устойчивые ноги, а затем вскарабкался по гладкой чаше, перебравшись через её зелёную кромку. Выпрямившись и стараясь выглядеть в глазах команды как можно величественнее, он направился к трём Дверям, ведущим на следующий этаж. Сначала он провёл по ним взглядом, затем подошёл к левой Двери и начал осмотр.       Левая Дверь была из кованого железа, с крупными болтами, покрытыми коркой ржавчины. Ступени вверх тоже были из тёмного железа и покрыты тонким слоем красной пыли. Через Чутьё двери в разум Фрица просочились впечатления, показывая образы лязгающих людей в жёсткой, скреплённой болтами тусклой железной броне. У него сложилось ощущение, что они не совсем люди и даже не совсем живые, и он отступил от холодной пустоты, которую они отдавали эхом.       Слегка дрожа, он перешёл к следующей Двери, изучая странный портал в поисках чего-нибудь полезного. Это была рябящая плоскость тёмно-синего, почти чёрного света, и от неё пахло... молнией, тем запахом, который наполнял воздух вокруг недавно поражённого громоотвода, вроде тех, что торчали на верхних доходных домах и особняках Верхнего Кольца. Когда он прощупал её Чутьём, то ощутил бурление высоких, хаотичных волн. Словно он стоял один на маленьком корабле посреди страшной бури.       На миг величие морской ярости напугало Фрица, когда образы вспыхнули в его разуме, но он быстро оттеснил страх волей. Взяв чувства под контроль и теперь уже испытывая любопытство, он снова мысленно коснулся портала. Что-то в океане всегда его притягивало. В юности он часто представлял, как поднимает паруса, бросает вызов Океанам, избегает Левиафанов и сражается с их свирепым, буйным порождением. Ему хотелось добраться до Бесчисленных островов и взойти на бесчисленные Шпили, встречающиеся на этих таинственных клочках суши, которые могли быть цивилизованными и многолюдными, полностью дикими и неисследованными или какими угодно между этими крайностями.       Но этому не бывать. Уже нет. Фриц вздохнул, отстраняясь от штормового портала и грохочущих волн сразу за ним, и повернулся к последней Двери. Из обработанной серой каменной арки, инкрустированной простыми, неподвижными, не светящимися рунами, веяло холодом. Ступени, ведущие наверх, напомнили Фрицу сложенные камни, а стены прохода были из твёрдой сероватой земли. За входом этой Двери он слышал рёв зверей и ощущал присутствие животных, монстров – охотников и добычи, что крались и шагали по огромному холодному лесу.       Отступив на шаг и резко повернувшись к друзьям, Фриц рассказал им, что обнаружил, тонко намекнув, что хотел бы выбрать морской портал. Сид и Берт тут же его отвергли.       — Зачем нам вообще лезть в морскую бурю? Я достаточно пряталась от штормов, заливавших канавы, чтобы знать, насколько херово может быть даже на суше. И ты тоже должен это знать, — возразила Сид.       — Ну, да, но это ведь... море, — тоскливо сказал Фриц, не особо ожидая, что они поймут.       Берт покачал головой. Он уже вдоволь наслушался фантазий Фрица о том, как тот взойдёт на Дождевой Шпиль, заработает состояние, на это состояние купит корабль и отправится исследовать мир, поднимаясь на любой Шпиль, какой им приглянется. То была бы жизнь Приключений и Сокровищ.       — Это не настоящее море, Фриц, это этаж Шпиля, — напомнил ему Берт, туша пламя приключений и настроение Фрица.       — Верно говоришь, — с долгим вздохом ответил Фриц. — Тогда какую выбираем? Холодный лес или металлических людей?       — Еда почти закончилась, — сказала Сид, и живот Берта заурчал так, будто предлагал собственное мнение.       — Ну, не думаю, что мы сможем есть металлических людей, но в океане может быть рыба, — с надеждой сказал Фриц.       — Мы не сможем рыбачить в бурю. Ты знаешь, что мы не готовы к этажу-океану. Почему ты так упираешься? — потребовала Сид.       — Прости, прости. Просто теперь, когда мы получаем Силу и становимся восходцами, я всё думаю о будущем и о том, что оно может принести, а для меня путешествия к другим Шпилям были частью того, чего я хотел. Я просто не могу не думать, что, может, у нас есть надежда урвать немного свободы для себя. Наверное, морская Дверь просто так цепляет мою жажду свободы, — объяснил Фриц, и голос его печально дрогнул, пока реальность и меланхолия снова впивались в него зубами, утягивая обратно к всё ещё мрачным перспективам. К тому же у него оставались брат и сестра, о которых ему нужно было заботиться, как только получится.       Сид посмотрела вниз и в сторону, вероятно, потрясённая его честностью, а Берт улыбался с принятием его «причуд».       — Никакой морской бури, — сказала Сид в шарф.       — Согласен. Мы не умеем дышать под водой и у нас нет вообще ничего, что помогло бы плавать. И ты правда хочешь снова промокнуть после прошлого этажа? — добавил Берт, не зло, но явно устав от спора.       — Тогда давайте поохотимся на монстров в холодном лесу. Сид даже сможет поиграть в следопыта, — предложил Фриц.       Сид начала улыбаться, но быстро стёрла это выражение с лица и кивнула.       — Лук и колчан есть. Не хватает только плаща с капюшоном, — сказала она.       Фриц широко улыбнулся этой мысли и сказал:       — Хотя кираса совсем не сочетается с образом следопыта. Нужна кожа или мех теневой рыси.       — Ни за что. Сверкающую кирасу прячешь под плащом, а когда его изрежут в лоскуты бандиты или монстры, эффектным взмахом открываешь броню под ним, — уверенно сказала Сид. Фриц решил, что она уже успела всё это продумать, и уступил ей этот довод улыбкой и кивком.       Её щёки порозовели, когда она поняла, что увлеклась фантазией, и она поправила шарф, скрывая больше своего лица.       — Когда идём? Сначала немного отдохнём? — спросил Берт, хлопая в ладони и потирая их с возбуждением.       — Поешьте, потом пойдём. Никогда не знаешь, сколько времени займёт выслеживание добычи, — посоветовала Сид.       Так они и сделали: потратили около пятнадцати минут на подготовку к следующему этажу, досыта наелись металлической рыбы и выпили немного слегка солоноватой воды, собранной на предыдущем этаже. Во время этой небольшой передышки они немного поболтали о схватке с улиткой, пока снова наполняли Вместимость маны своих Сокровищ.       — Хорошо придумал с заклинанием Каменная яма, когда ослабил раковину, — похвалила Сид.       — О, ты заметила? — сказал Фриц, ярко улыбнувшись.       — Да, ты снова и снова бормотал «Каменная яма», пока раковина сдвигалась и трескалась, — заметила Сид.       Лицо Фрица вытянулось.       «О нет! Я называл свою Способность вслух, пока творил её. Стоп, не дай им увидеть, как ты трясёшься от смущения», подумал он, вновь натягивая фальшивую улыбку.       — Жаль, конечно, что ты не додумался раньше, — проворчал Берт. — Мог бы сохранить мне немного кожи.       Фриц удержал улыбку и ответил:       — А я жалею, что ты не безумец, который нырнёт в едкую плоть монстра просто потому, что это, возможно, спасёт его от удара щупальцем.       — Как видишь, мы оба остались при своих сожалениях, — легко ухмыльнулся Берт. — О, и шикарно там стреляла, Сид, тут никаких жалоб.       Сид улыбнулась.       Они какое-то время сидели в дружеской тишине, пока их Сокровища не наполнились, а золотое сердце снова не уменьшилось – бледные пятна отслаивались и исчезали пылью. По оценке Фрица, от первоначальной массы осталось около половины; они тратили его с пугающей скоростью. Неудивительно, что на золото и другие материалы, способные служить вместилищами маны, всегда был спрос.       Они убрали ставшее менее внушительным сердце и взвалили рюкзаки на плечи, а потом позволили Фрицу вести их к новым опасностям, когда он шагнул вперёд и направо, погружаясь в холодный ветер третьей Двери.