wassup

***

      Где-то вдалеке раздаются звуки раскатов грома. Мартин с Джухуном идут по тротуару, пытаясь побыстрее добраться до пункта назначения и не попасть под дождь. Не подрасчитали погодные изменения. Останавливаются у стареньких ворот, глядя на дом за ними. Небольшой, в один этаж, с чуть скосившей крышей. Дом Конхо.       Мартин мнется. Никогда здесь не был, немного страшно и некомфортно. Джухун жмет пальцем на кнопку беспроводного звонка. Через пару секунд в окне появляется чье-то лицо. Но так же быстро скрывается, поправляя за собой шторку. Джухун улавливает это микродвижение, пока Мартин проходится по заросшей траве ногами. Слишком уж ее много.       Дверь никто не открыл, к ним никто не вышел. Конхо либо не хочет, либо его нет дома. Хочется склоняться к первому варианту.       — Позвони ему, пусть выходит, — присаживаясь на вколотую в землю шину, произносит Ким.       — Думаешь, возьмёт? — цокает Эдвардс, доставая с кармана смартфон. Крутит старенький самсунг в своих больших ладонях и смотрит на старшего.       — Не знаю, — жмёт плечами. — Если дома и не выходит, значит, не мужик. Если его нет дома, то это уже странно.       — И почему этим вообще мы занимаемся, — набирая номер, вздыхает Мартин.       — Ты так жалуешься, будто мы не к твоему другу пришли. Давай не реви.       Джухун теперь смотрит куда-то в сторону. Чтобы не смущать при телефонном разговоре или просто что-то интересное увидел — непонятно. Джухун всегда задумчивый. Это и зацепило Мартина с первых дней после переезда. Привык, что в Канаде все хмурые и серьёзные, для него веселого не подходили. В Корее Южной все или грустные одиночки или шумные компании. Джухун же был грустным одиночкой в шумной компании. Идеальный баланс. Цепляет.       Возможно, другие скажут, что он поступил слишком эгоистично, желая сблизиться с таким парнем. Но на войне все способы хороши. Он захотел — он сделал. Последствия не волнуют. Разве что его все равно заставили разгребать проделки. Зато с Джухуном.       — Не берет, — Мартин поджимает губы. — Скажем Сонхену, что здесь закрыто? Пусть сам проверяет, если так хочет.       — Попробуй ручку дёрнуть, может, открыто, — просит Джухун, возвращая взгляд на дом.       Мартин тянется к калитке, как по приказу. Не заперто. Открывается проход во двор. На земле выложена плитка, затоптанная и грязная. Мартин смотрит на Кима, что медленно поднимался с места.       — Ну… Проверим? Может, он вообще съехал и дом открытым остался.       — В окне же был кто-то.       — Домовой, — задумчиво протягивает старший. — Или души усопших. М-да, жутко.       Оба проходят внутрь. Ветер усиливается, гроза приближается. Если сейчас не уйдут, есть риск попасть под проливной дождь, что уже надвигался с другого конца города. Забираются по небольшой деревянной лестнице, не решаясь постучать.       — Закрыто, — нажимает на дверную ручку Ким. — Позвони еще раз.       — Он не берёт трубку четвертые сутки. Не думаю, что что-то изменится, если я наберу повторно.       — Позвони еще раз.       Принципиальный. Мартин хмыкает. Телефон не достаёт. Три раза стучит костяшками по двери.       — И надо это нам вообще? Имеется в виду, слово Сонхена закон или как?       Джухун вопросительно поднимает бровь.       — Он-то тебе чем не угодил?       — Тебе не кажется странным, что мы тратим свое время впустую?       — Впустую? С чего бы? По делам же ходим.       — Почему мы должны тут стоять и мокнуть просто ради того, чтобы проверить его бывшего друга?       — Ты сейчас всю душу решил излить мне?       — А тебе нравится быть на побегушках?       — Сонхен же просто спросил, кто сможет. Не заставляя. Ты сам согласился. И это называется не «на побегушках», а помощь занятому другу.       — Я согласился, потому что ты согласился, Джухун, — парень понижает голос, — а не потому что я прогибаюсь под Сонхена.       — Ты хочешь сказать, что я прогибаюсь? — прищуривается Ким.       — Нет, — Мартин запнулся, — я… Я просто хочу сказать, что…       — Хватит. Забудем. Остановимся на этом, иначе поссоримся.       Мартин недовольно возвращает взгляд на собеседника. Тот как-то немного обеспокоенно поглядывал то на окна, то на дверь. Явно не заинтересованный в речах младшего. Слишком взрослый и зрелый.       — Может, пошли отсюда? Его нет дома. Или есть, но не открывает. В любом случае, не наша проблема.       — Не наша проблема, — парирует Ким. — А если с ним реально что-то стряслось?       — Тебе реально есть дело?       — Он же был моим другом. Я не понимаю, чего ты так взъелся на меня? Волноваться за друзей разве плохо?       — Да не друг он тебе, Джухун, — срывается Эдвардс, горящими глазами смотря сверху вниз. — Ты за всеми предателями так бегаешь?       — Ну ты на больное-то не дави, подумаешь, — фыркает. — Я сам решаю, кто мне друг, а кто нет. И хватит его предателем называть, тебя же не предавал. Ты вообще на чьей стороне?       Мартин сплёвывает в сторону. Эмоции берут верх. На чьей он стороне? Глупый вопрос. На стороне Джухуна, дураку понятно. Проблема только в том, что сам Джухун не определился со своей стороной. То он с Джеймсом шутит про неудачи Конхо после их разъединения, то вот так встает на его защиту. Не любит Мартин такие лицемерия.       — Что предлагаешь делать? Сидеть тут и ждать? Нет, спасибо, я не Хатико, я не такой.       Дождь начинает мелко капать, попадая на лицо. Еще больше злит.       — Короче, — Эдвардс прячет руки в карманы, — я пошел. Если хочешь, оставайся. Не понимаю, конечно, для чего, но твоё право. Сонхен сказал проверить, мы проверили. Всё, конец.       Мартин разворачивается на пятках и уходит прочь за калитку. Джухун закатывает на это глаза. Младший слишком агрессивный, слишком напряженный. Поворачивается к двери, ещё раз постучав. Тихо. Ничего не меняется. Только слышно, как Мартин бормочет под себя матерные выражения. Ребёнок.       — Конхо, если ты там… Хоть дай знать, что жив.

***

      Сохи, слышавший все от и до, отрывает руку ото рта. Дышит глубоко, через нос. На цыпочках подходит к окну, пальцами немного приоткрывая штору. Ушли. Высокий ушёл, впрочем, давно, а второй, что был пониже, стоял еще минут десять. Молчал, иногда очень настырно вглядывался в окно. Сохи стоял, вжавшись в дверь. Вроде не заметили.       Сердце колотится, пока он пытается дойти до дивана.       — Предатель? Конхо предатель? Какие бывшие друзья? Эти люди вообще кто? Мартин, Джухун, Сонхен… Как они во всем этом замешаны?..       Было бы Сохи лет семнадцать-восемнадцать, понимал бы происходящее. Но ему только четырнадцать. И логическая цепочка в его голове не может уложиться нормально. Его брат — предатель? Что он сделал? Кого и как предал? Может, они обознались? Нет, они назвали имена…       Сохи подрывается с места, пробегая в другую комнату. На помятой кровати валяются вещи, которые они привезли с больницы. Среди них и телефон Конхо. Включать его кажется опасной идеей. Но любопытство берёт вверх. Если это действительно связано с братом, то будут стоять уведомления о пропущенных звонках.       Телефон включается долго. Медленно прогружается. Заветная иконка робота-андроида, характерная мелодия и наконец экран блокировки. Сохи вводит цифры автоматически — Конхо давал ему в игры рубиться и не скрывал пароль — и включает мобильную связь.       За минуту центр уведомлений заполняется все новыми и новыми сообщениями. За эти дни их могло бы накопиться огромное количество, но у Конхо, кажется, не так много волновавшихся друзей. 18 пропущенных звонков от контакта «Мартини». 3 пропущенных от Неизвестного номера. 5 пропущенных от контакта «Куратор». 10 сообщений от «Эдик Мартовский». Подписка от аккаунта plov_uzb_1 и запрос на отправку сообщений.       Сохи глазами бегает по сообщениям. Вопросы о планах на неделю, о возможных обидах и о местонахождении. Аккаунт Конхо мелькает, как активный. Он вспоминает об этом только тогда, когда от странного контакта «Эдик Мартовский» приходит вопросительный знак. Чёрт-чёрт-чёрт.       Наскоро выходит со всех приложений, переводя телефон в режим полёта. Выключает его и откидывает на кровать. В голове много мыслей. Дома никого нет. Через полчаса ему идти забирать младшую из садика.       — Это и есть тот Мартин? Он пишет хену? Они друзья? Кто вообще предатель из них?

***

      Сохи выходит. По планам, нужно было купить сок и накормить им Конхо, а после забрать сестрёнку. Он успеет, если поедет на автобусе. Но если поедет на автобусе, то придётся потратить деньги. Если потратит деньги, то не сможет купить сок. Блять. Придётся бежать.       По дороге забегает в маленький полупустой магазин. Толкает стеклянную дверь и проходит по указателю в отдел «Безалкогольные напитки». Старая лампа над головой едва работала, так что большинство ценников Сохи разглядывал подолгу. То на цену посмотрит, то на руку в кармане взгляд опустит. Тяжело найти вкусный апельсиновый сок, который не бил бы по бюджету.       Найдя самый дешёвый, он быстрым шагом направляется к кассе. Пухлая женщина с большими стрелками и пучком на голове смотрит на него свысока, продолжая щелкать семечки и отплёвывать в сторону.       — Деньги точно есть? Или воришка местный?       — Я не воришка.       — Ну-ну. Давай сюда свой сок, воришка. Оплачивай.       Сохи теряется. Он смотрит на экран перед собой и видит сумму, что в край отличалась от той, что была на ценнике.       — Что, не воришка? Ну-ка, покажи карманы, — начала было продавщица, как ее быстро прервали.       — Я заплачу за него.       Сохи поворачивает голову. За ним стоит высокий парень, протягивая банковскую карту. В руках банка энергетика и карточка. Тёмные волосы и уставшее лицо. Зачем он ему помогает? Ему что-то нужно от Сохи? Сохи влез в долги? Незнакомец быстро оплачивает два напитка и выводит младшего из магазина.       — Эта тетка слишком неприятная, мальчик, сюда лучше лишний раз не ходить. Меня она знает, я ей в лицо лыблюсь и сверху доплачиваю, — отходя подальше, мягко поясняет грубоватым голосом. Протягивает ему упаковку с трубочкой.       — Вы зачем мне помогли?       — Не знаю. Захотелось, — снимая с себя кожаную куртку и накрывая ею Сохи, отвечает незнакомец. — Дождь не скоро закончится, не подумай.       — Спасибо? Вы каждому так помогаете?       — Нет, просто… Захотелось.       Сохи недоверчиво поглядывает на куртку на плечах. Ещё тёплая, пахнет табаком. Незнакомый парень остаётся в футболке, что с каждым разом намокла все больше.       — Довезти тебя? В каком районе живёшь?       — Я в больницу собирался. К брату, он любит сок апельсиновый. Попал в аварию, теперь не может сам питаться.       — Прыгай, подброшу, — парень открывает дверцу машины. Садится на водительское, за автомобиль и смотрит в зеркало, прямо на Сохи. — Хочешь поделиться? Слишком напряжённый ты, расслабься. Хочешь конфетку?       Ан мнётся, подставляя руки под тёплой воздух печки.       — У вас есть братья старшие?       — Старшие? Был один, да…       — Родной?       — Родной.       — А вы его любите?       — Любил, да, конечно. Умер, он правда. Авиакатастрофа два года назад и… В общем, любил. А что с твоим братом случилось?       — Умер? — Сохи резко вскидывает голову, глядя в зеркало. — Соболезную, я не знал…       — Все нормально, все хорошо. Так что с твоим братом? Что-то серьёзное?       — Авария… Разбился на мотоцикле ночью, в общем-то…       — Оу, сочувствую. Давно? В какой больнице?       — Та, что за школой, знаете? Четвёртые сутки там лежит, трое из них в сознании.       Четверо суток. Как же подозрительно все тайминги сошлись.

***