История вампира Марса

Агат Марло всегда была для меня серьёзной и строгой девушкой, ценящей порядок и чистоту. Она постоянно ходила с длинными распущенными белыми волосами, свисающими до самой талии, а её жёлтые радужки с красно-черными зрачками откровенно устрашали. Она ведь моя подруга... Ну, для меня — подруга. Но что обо мне думает она сама? Зрительный контакт. И чистое отвращение в её глазах. — Домой, Марс. Смена темы. Новая реплика: — Госпожа беспокоится о тебе. Идём домой, пока не стемнело. Как всегда, её холодный, беспристрастный голос начисто убивал всю весеннюю атмосферу. Я встал с большим трудом — все мышцы затекли от долгого сидения на твёрдой земле. Рассматривая Агат в её самом обычном наряде горничной, я поймал себя на скромной мысли, что этот костюм делает её куда милее. Настолько, что я совсем позабыл про её младшую сестру, стоявшую слева. — Привет, Марс! Не надоело гулять по лесу в одиночку? Фокус внимания сместился. — А? Да нет, вроде... Как же я мог забыть рассказать об этой милой вампирше? Урса Марло, в отличие от своей сестры, была доброй и отзывчивой. Неужели она настолько мила, что кажется не опасной змеёй, а самым настоящим ангелом? С Урсой у нас были очень хорошие отношения, ведь мы дружили с самого детства. Хотя, слыша их фамилию, невольно начинаешь подозревать обеих в скрытой (а в случае с Агат — вполне себе открытой) жестокости. Мы ведь всё-таки вампиры. — Привет, Урса. — Как твои дела? Что ты тут делаешь? — Ничего... тренировался. — Правда? Неужели ты всё-таки взялся за тренировки? — Ага... Я ведь на днях окончил школу, а значит, пора обретать силу. — Я уверена, ты станешь сильным вампиром! Даже сильнее своей матери! — Ну, тут ты, конечно, перегнула. Не каждый первый способен превзойти её. — Кстати, госпожа велела, чтобы ты был рядом с ней. Позднеет как-никак. — Но раньше я часто гулял допоздна, и мать не была против. Что-то случилось? — Не знаю, мне бы самой хотелось это разузнать. И в этот момент я увидел, как улыбка Урсы стала ещё шире, а лицо Агат медленно исказилось в хищном оскале от каждого моего слова. Почувствовав, что дружеское напряжение спало, Агат решила вмешаться в разговор, выглядя ещё более раздражённой: — Идём домой живо. У нас с Урсой ещё полно дел. — Вы идите, я вас догоню. Стоило мне это сказать, как я ощутил лёгкое пощипывание в теле, которое мгновенно сменилось жуткой судорогой. Скрипя зубами, я рухнул на землю, не в силах разжать даже пальцы. Попытался подняться на ноги, но безуспешно. Урса сразу опустилась на колени передо мной, пытаясь как-то помочь, а Агат лишь лениво потянула за небольшую нить, обмотанную вокруг её пальца. Что это вообще такое? Из моего тела с тихим шуршанием выскочил прозрачный кончик, и судороги тут же прекратились. — Я вроде бы вложила больше тока... — бесстрастно протянула Агат, стоило боли утихнуть. «Больше тока?! Ты что, зажарить меня решила?!» — Опять эта твоя нить... И почему бог даёт силу тем, кто её не ценит? — Я сказала: домой. Мы идём вместе. — Ага... Конечно... С трудом поднявшись на ноги, я почувствовал, как Урса прижалась к моему боку, помогая держаться. С её лица окончательно пропала улыбка. Под недовольные возгласы Агат мы медленно вышли из-под тени деревьев. Ну почему Агат не может быть как Урса? Постоянно строит из себя недотрогу, царевна Несмеяна во плоти. Даже когда мы просто молчим, она умудряется хмуриться. Неужели мы так сильно в чём-то провинились? По дороге в особняк мы втроём наблюдали за возвращением перелётных птиц и тем, как красиво закатное солнце освещает наш путь. Урса то и дело восторженно ахала, дёргая меня за плащ всякий раз, когда замечала пробивающиеся из-под земли цветы. Это действительно было замечательно. Агат в это время молча шла позади, уткнувшись в какую-то книжонку. Она тихо мычала и хмыкала, выглядя уже не так строго. Может, чтение её успокаивало? Не в первый раз вижу, как она читает со спокойным лицом, а её щёки при этом слегка краснеют. Всё-таки Агат не такая уж и плохая. Она не желает мне смерти и никогда не шла против меня напрямую — просто характер тяжёлый. А может, я слишком её обеляю. Дойдя до высоких ворот особняка, Урса невольно взглянула вверх: вмурованные в каменную кладку живые глаза моргали, словно общаясь на своём тайном языке. Мы с Агат замерли, ожидая, пока они распознают нас и впустят внутрь. Через несколько секунд створки медленно распахнулись. Пройдя во двор, я тут же поймал на себе взгляды слуг и служанок, занятых работой у стен здания. К Агат сразу же бросилась толпа горничных. Они жали ей руки, гладили по белым волосам, а сама Агат выглядела гордо и даже удовлетворенно, благосклонно кивая в ответ на их мелкие вопросы. Всякий раз, видя это, я удивлялся: как Агат умудрилась стать такой звездой среди персонала? Я думал, из-за её ледяного характера к ней никто близко не подойдёт, а они так радостно вьются вокруг неё. Мы с Урсой вздохнули с каким-то странным облегчением. Младшая сестра хмыкнула, положила руку мне на плечо и завела привычный поток речи: — Марс, а ты сегодня моего братика не видел?.. — Ты об Эмии? Нет, не видел. Может, его отправили на задание? — Не знаю... Я не видела его уже пару дней. Беспокоюсь. — Понимаю. И Агат, наверное, тоже переживает... Ну не изверг же она, в конце концов, чтобы не волноваться за старшего брата. Конечно, переживает так же, как и Урса. — В последний раз, когда братик появлялся в особняке, Агат в порыве гнева воткнула ему вилку в глаз. Может, он обиделся?.. — Нет... не думаю. Что вообще творится у вас в семье? Пусть вампиры и живучие твари, но это не повод втыкать родственникам вилки в глаза. От одних слов Урсы мне самому стало физически больно. — Надеюсь, что всё обошлось. — Но даже так: вы ведь любите его, а он любит вас, верно? — Да... Урса кивнула, отходя от меня к Агат. Она потянула сестру за руку, увлекая внутрь особняка, а я на пару минут остался на крыльце, искренне удивляясь, почему Рифф Рафф так долго молчит. Меч вообще не подавал признаков разума и воли. Внутри всё шло своим чередом. К вечеру слуги заканчивали дела и расходились: кто-то ужинать, кто-то принимать ванну, кто-то по своим комнатам. Недолго думая, я направился в душевую, скинул вещи и быстро помылся, переодевшись в свободную футболку и шорты. Ох, спасибо человеческим технологиям за удобную одежду. После душа я сидел в столовой, уплетая какую-то похлёбку и обдумывая планы на завтра. Каникулы как-никак, хотелось заняться чем-то стоящим и полезным. Спустя время в дверях появилась Урса — всё ещё в форме горничной, но с подносом в руках. Сев напротив, она принялась шустро уничтожать свою порцию, забавно хлопая глазами и поглядывая на меня. — Приятного аппетита. Но не стоит так торопиться, будто ты не ела несколько дней. — Спасибо, Марс! Просто я обожаю, когда готовят морковное рагу, — ответила Урса, не переставая жевать. — Рагу, значит... А я вот выбрал грибную похлёбку. По-моему, лучший вариант для ужина. — Ужин должен быть вкусным, а не водянистым и коричневым... — Ладно, проехали. — Угу. После этого разговора аппетит как-то поутих. Отодвинув тарелку, я бросил взгляд на дверь, ведущую в холл, а затем снова перевёл глаза на Урсу. — Кстати, ты не знаешь, где сейчас моя мама? Я вообще не чувствую её присутствия в особняке. — Мне кажется, госпожа сейчас в гостях у ближайших аристократов. — Вот оно как... А брата своего ты нашла? — Эмия... Агат сказала, что он сейчас в родовом поместье семьи Марло. Наверное, что-то случилось внутри нашей семьи. — Надеюсь, всё будет хорошо. — Конечно! Всё будет хорошо. Кстати, скоро сюда и Агат придёт. — А? Разве она ест в такое время? — Работала много, вот и проголодалась. — И чем вы вообще занимались сегодня? — Да так... Готовимся к небольшому банкету. Если не ошибаюсь, всё это в честь юбилея кого-то из прародителей. Я кивнул, продолжая гипнотизировать взглядом свою похлёбку. Снова посмотрев на Урсу, которая ела впопыхах, я тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула, собираясь с мыслями. Разговаривать с ней всегда было приятно. — Урса, мы ведь школу окончили недавно... Как у тебя с оценками? — Всё вышло не так плохо, как я ожидала. Но вот по стратегии балл слабый. А у тебя? Стыдно признавать, но мои оценки — это сплошной ужас и разочарование. Рассказывать такое однокласснице и подруге было чистой пыткой. — Удовлетворительно... — Ну, хоть что-то. Оценки — не показатель ума. — Твоя правда. За разговорами о всяких мелочах я и не заметил, как пролетело время. Слуги уже расходились спать, но Урса не выглядела уставшей — наоборот, с каждым словом она всё больше оживлялась. Ближе к полночи в столовую зашла Агат. Она была в домашней сорочке и выглядела выжатой как лимон. В руках держала поднос с булочками и стакан какого-то напитка. Сев рядом с сестрой, она устало вздохнула. — Приятного аппетита... — неуверенно сказал я, надеясь на обратную связь или короткий диалог. Но она даже не взглянула на меня, уткнувшись глазами в свой поднос. — Ага... Это было единственное, что она выдавила из себя, прежде чем приняться за еду, медленно пережёвывая и запивая каждый укус. Спустя пару секунд молчания Агат всё же подняла на меня глаза и заговорила с набитым ртом: — Завтра будешь в особняке. Ты понадобишься для утреннего события. — События? Какого? — Разве госпожа не говорила тебе, какие мероприятия запланированы на ближайшие два месяца? — Нет... И Агат, и я одновременно тяжело вздохнули, глядя друг другу в глаза и не зная, что добавить. На мгновение воцарилась пауза, но затем Агат продолжила: — Завтра день рождения у одного из прародителей — Сафона. — Сафон... Что-то знакомое. — Неважно. Вы ведь с ними какая-то дальняя родня. Поэтому ты будешь вместе с госпожой встречать их. — Хорошо. Но если не секрет, чем вы сегодня занимались? И самое главное... доставила ли тебе Лупа моё письмо? На секунду выражение лица Агат изменилось: усталость сменилась удивлением, смешанным с едва заметным волнением. Вместо ответа она лишь медленно и сдержанно покачала головой, не проронив ни слова. — Понятно... — Думаю, нам всем пора спать, — сказала Агат вслед за мной, доедая ужин и поднимаясь из-за стола. — Согласна, завтра трудный день, — добавила Урса. Она тоже встала со стула и направилась к выходу, обернувшись на нас перед уходом: — Ладно, спокойной ночи, Марс, и спокойной ночи, Агат! Агат коротко кивнула и тоже покинула столовую. Убрав за ними и за собой посуду, я ушёл к себе. Стоило мне сесть на кровать, как я услышал тихий, вибрирующий зов. Повернув голову на звук, я увидел, что меч в ножнах мелко трясётся. Взяв Рифф Раффа в руки, я обнажил лезвие, понимая, что тяжёлого разговора не избежать. — Какая приятная обстановка. Мы здесь только вдвоём, — раздался в голове голос меча. — Действительно... Но разве у нас не всегда так? — Не усложняй себе жизнь, малец. Давай хоть сейчас поговорим нормально. — Поговорим? О людях? — Люди были всего лишь предлогом, чтобы начать разговор. Хотя и они — проблема далеко не десятая. — А раньше почему не сказал? — Раньше было нельзя, атмосфера не та. — Ты серьёзно? И это ты мне ещё говоришь жизнь не усложнять? — Заткнись и слушай. Не знаю, заметил ты или нет, но у аристократов творится что-то очень странное. — Разве так не должно быть? У каждого свои секреты, которые не стоит афишировать. — Ты кусок ебаного дерьма, Марс Неро. После этих слов рукоять Рифф Раффа снова окрасилась в ярко-красный цвет и вспыхнула. Вокруг меня было одно дерево — брось я его на пол, и вся комната взлетит на воздух. Ничего не оставалось, кроме как сжать его в кулаке, содрогаясь от того, как кожа и мясо на ладони буквально плавятся в этом адском жаре. — Ты действительно слепой, инфантильный мусор и обуза для своей матери, — продолжал греметь меч. — Перестань... Перестань, пожалуйста! Здесь всё сгорит, если ты не остановишься! Как ни странно, Рифф Рафф внял моей просьбе и перестал полыхать. Я наконец швырнул его на пол, судорожно осматривая обугленную руку. Дерьмо... Кости были видны насквозь, а пол заливало кровью. Через мгновение обгоревшая кисть с сухим хрустом просто отвалилась. Я не смог издать ни писка, заворожённо наблюдая, как упавшая плоть стремительно чернеет, гниёт и превращается в серый прах. Что же касается его слов... Они действительно начали меня пугать. Ещё и эта проклятая боль. Я понимал, что высшие кланы вечно плетут интриги, но что такого «странного» они могут делать, раз даже кровожадный Рифф Рафф начал беспокоиться обо мне? Спустя несколько часов, когда рука окончательно восстановилась, а фантомные боли начали утихать, я смог более-менее спокойно уснуть. Утро 13 апреля началось суетливо. Весь рабочий персонал носился по особняку как заведённый. Меня, совершенно невыспавшегося, дёргали от одного специалиста к другому, попутно обучая экспресс-этикету и манерам. Хотя зачем это мне? Я ведь всё равно буду молчать как рыба. В конце концов на меня нацепили роскошный парадный костюм, а с волосами сотворили чёрт пойми что. Теперь я выглядел как самый настоящий, породистый аристократ. За пару часов до банкета я наконец смог спокойно отдохнуть, сидя за столом на заднем дворе и наблюдая за суетой слуг. Я не знал, что и думать по поводу слов Рифф Раффа. На поясе меча не было — а значит, я остался один на один со своими мыслями. До какого масштаба всё дойдёт, если люди, которые рано или поздно придут — это лишь «проблема далеко не десятая»? И кому вообще в этом мире нельзя верить? Я искренне надеялся, что моя мама не впутана ни во что зловещее. Я не видел её со вчерашнего дня. Где она? И если её нет, значит ли это, что сейчас все решения принимает Первое лицо доверия? Мысли глупо сменяли друг друга, время летело, а набежавшие облака постепенно закрывали солнце. Заметив, как во двор выходит слегка помятая Урса, я окликнул её. Она мигом обратила на меня внимание и направилась к столику. — Привет, Урса. Как дела с подготовкой? Выглядишь уставшей... — И тебе привет... Всё идёт хорошо. Правда, случился небольшой курьёз с сервировкой, но ничего страшного. — А что Агат делает? С самого утра вас не видел. — Она занята. — Как и всегда. И в этот момент со стороны главных ворот разнёсся гулкий удар колокола. Видимо, кто-то уже прибыл. — Эмия? — спросил я, поднимаясь со стула. — Нет, не он, — ответила Урса и, помолчав, неожиданно спросила: — Скажи, Марс... Что ты чувствуешь, когда Эмия находится в особняке или просто рядом с тобой? — А? Я с самого детства вообще не чувствую его присутствия. Его аура словно отсутствует. — Как всегда... Вечные странности с Эмией. — Да. Насколько я понял, он ещё не вернулся? — Ага... Неужели он соизволит явиться только после банкета? От него ни слуху ни духу. Мне кажется, до него просто не доходят наши письма. Наш разговор прервал один из слуг. Он мчался в нашу сторону с крайне взволнованным видом. Добежав до стола, он заговорил, тяжело дыша: — Юный господин! Ваша мать вернулась. Она дома. — Удачно она выбрала время. — Может, поприветствуете её? Вы ведь её сын, как-никак. — Да, конечно. Когда слуга удалился, я собирался сразу же пойти в дом, но Урса перехватила меня, аккуратно положив руку на плечо: — Прошу... Спроси её насчёт Эмии... Я лишь молча кивнул. Посмотрев в сторону массивных дверей особняка, я мгновенно ощутил тяжёлое, вязкое давление, от которого дышать стало слегка трудновато. У моей матери действительно была страшная, подавляющая сила. Внутри здания справляться с этим давлением оказалось ещё сложнее. Найдя в себе силы подняться на второй этаж, я добрёл до нужной дубовой двери и негромко постучал. — Заходи, — раздалось изнутри. Открыв дверь, я наконец увидел мать. Она сидела на краю роскошной кровати, задумчиво вертя в руках старинную шкатулку. Стоило мне окликнуть её, как она тут же перевела на меня взгляд своих алых глаз, в которых чётко читался безмолвный приказ: «Подойди ближе». — Дитё... — произнесла она, убирая шкатулку в сторону. — Марс... — Мама, привет... Подойдя ближе, я присел рядом с ней на кровать. Тяжёлое чувство одиночества тут же сменилось тихой радостью. — Как ты? Поел хоть? — Всё нормально. А ты как? Где пропадала вчера? — В гостях. Ты ведь помнишь, что у Меркурия Сафона был день рождения? — Правда? Совсем из головы вылетело... — Неважно. Поздравишь его, когда представится возможность. — Конечно... Когда показалось, что нам больше не о чем говорить, она неожиданно сгребла меня в охапку, крепко прижимая к себе и глубоко вдыхая запах моих волос. — Какой тёплый, Марс... Я так рада, что ты у меня есть. — Ага... Я тоже люблю тебя, мама... — Теперь можешь идти, куда собирался. Уверена, у тебя много важного запланировано на сегодня. «Да уж, конечно... Поспать, погулять да перекусить — безумно важные дела». Посидев в её объятиях ещё немного, я аккуратно отстранился, поправляя помятую рубашку. — А что насчёт банкета? Разве я не должен присутствовать на встрече гостей? — Должен. Но до начала осталось ещё несколько часов, а ты, как я вижу, уже полностью готов. — Есть такое. Весь персонал носится по особняку, ну и про меня не забыли. — Кстати, о слугах... — А? — Третье лицо доверия, Эмия Марло. Надо будет поскорее вернуть его сюда. Что-то его отпуск излишне затянулся. — А где он?.. Урса и Агат так переживают. Неужели? Эмия наконец-то вернётся, и девчонки перестанут изводить себя расспросами. — У себя в родовом поместье. — Мам, но если он там, почему ты сама не зашла за ним или не отправила Агат? Лицо матери мгновенно напряглось. Она раздражённо цокнула языком, закатила глаза и скрестила руки на груди. — Меня туда что-то или кто-то не пускает. Стоит мне попытаться приблизиться к воротам, как они начинают излучать моё собственное давление, оборачивая его против меня. — Интересно... Хотя он же из рода Марло. Определённо, их дом защищён как-то иначе. — Самое занимательное, что если приложить больше усилий, то это колоссальное давление начинает действовать внутри самой территории поместья. Со всеми вытекающими... смертельными последствиями для тех, кто внутри. — А разве Эмия не может выйти сам? — Если бы он мог, он бы уже вышел. Я хочу, чтобы ты сходил туда и вывел его. — Я не уверен, что смогу справиться с этим... Мама, несмотря на хмурый вид, слабо улыбнулась. Она положила ладони себе на колени, внимательно разглядывая мою левую кисть. — Просто попытайся. Не сможешь — ну и ладно. И кстати, насчёт твоей левой руки... — ... — Что ты успел натворить, раз тебе пришлось регенерировать кисть с самого нуля? — Рифф Рафф... Он в последнее время ведёт себя излишне агрессивно. — Ясно. Отдай его мне на сегодня. А себе пока возьми какое-нибудь оружие из нашей оружейной. — Думаю, в этом нет необходимости... — ...Делай как считаешь нужным. Но для начала хотя бы поешь или выпей крови. — Я не голоден, мам... — Ешь, иначе не сможешь нормально восстановиться. Ты отдал слишком много сил на регенерацию конечности. — Угу... Я тут подумал, мне, наверное, стоит взять с собой кого-то из семьи Марло. Урсу. Я был уверен, что вместо лишних слов она поймёт всё гораздо лучше, если увидит своими глазами. Но как быть с Агат? Она ведь тоже сгорает от желания узнать, что с Эмией, и обеспокоена не меньше сестры. А что вообще мешает мне взять обеих? — Мам, я хочу взять Агат и Урсу с собой. — Нет. Возьми только одну, дитя. — Но... Мама лишь хмыкнула, а её глаза вспыхнули ярким алым светом, выражая крайнее недовольство. Стоило ей слегка приподнять указательный палец, как воздух в комнате стал жидким и невыносимо тяжёлым. Стены особняка задрожали. Упав на одно колено, я судорожно схватился за грудь в районе сердца, чувствуя, что оно вот-вот разорвётся от нахлынувшего давления. Я хрипел, пытаясь поймать ртом ускользающий воздух, пока мама продолжала сидеть абсолютно неподвижно с закрытыми глазами. Этот кошмар прекратился так же внезапно, как и начался. Тяжело и нервно дыша, я снизу вверх смотрел на её лицо, ожидая хоть слова. Минуту спустя она открыла глаза. — Только одну, Марс. — Прости, мама... — Подумай хорошенько. И иди перекуси. — Угу... Сидя в столовой, я лениво ковырял ложкой кроваво-красный мусс в непривычном для себя одиночестве, продолжая размышлять над выбором. Взять кого-то одну — безумно сложно. Почему нельзя обеих? Что вообще мешает той же Агат просто пойти за братом? Взять Урсу — значит, путь будет комфортным, уютным и наполненным весёлой болтовнёй. Время пролетит незаметно. Правда, после таких прогулок частенько кажется, будто Урса — это настоящий энергетический вампир, подчистую сжирающий мою активность. Другого объяснения её вечной бодрости я найти не мог. Но что, если случится беда? Урса ведь гораздо слабее сестры. Боюсь, как бы мы не угодили в передрягу, из которой не сможем выбраться. Взять Агат — означает, что мы закончим с Эмией в разы быстрее и, скорее всего, вернемся целыми. В её боевых навыках я не сомневался ни секунды: с ней мне даже смерть не страшна. Её разряды тока способны в одиночку уложить лесных зверей-чемпионов, а опытных слуг заставляют вести себя тише воды, ниже травы. Хотя, конечно, до уровня своего старшего брата, Третьего лица доверия, ей всё ещё далеко. Что касается общения, Агат была умна и могла поддержать любой разговор. С одним условием: если ей самой это интересно, и если дело касается благополучия особняка и нашей с мамой безопасности. Я никак не мог определиться. А может, стоит пойти одному? В конце концов, что со мной случится на дистанции в пару десятков километров? На меня ведь не нападёт какой-нибудь гигантский мутировавший волк или орёл. Или почему нельзя отправить других сильных стражей за Эмией? Почему нужно дёргать меня, вместо того чтобы потревожить Второе или Первое лицо доверия? Вопросы плодились сами собой, но главный из них оставался неразрешённым: что, чёрт возьми, стряслось с Эмией Марло? Письма не доходят, связь лежит, саму Элис Неро внутрь не пускает какая-то древняя система защиты... Каким образом туда должен проникнуть я? — Вы выглядите неважно, господин, — раздался со спины спокойный голос. Повернув голову, я увидел одного из наших многочисленных слуг. Он скептически склонил голову набок, удерживая в руках поднос и явно ожидая, пока я закончу с десертом. — Как вам мусс? Достаточно ли воздушная и нежная текстура? — дополнил он. — Очень вкусно, Фрэй. Тот, кто его готовил — большой молодец. — Я обязательно передам ему вашу похвалу. Но всё же, господин, что вас так гложет? Неужели это настолько заметно? — Да... Эмия. Он ведь так и не вернулся. — Неужели вы до сих пор не привыкли к подобному поведению с его стороны? — Обычно, если он уходил, Урса так сильно не изводила себя расспросами... Нужно было решать. Времени до банкета оставалось в обрез, поэтому я решил поделиться своей дилеммой. — Фрэй... А кого бы вы взяли на моём месте? Фрэй присел на соседний стул, озадаченно почесал затылок и откинулся на спинку, с хмыканьем разглядывая потолок. — Я бы пошёл один, малец. Ты ведь будущий глава семьи Неро. Ты обязан стать лучше, сильнее. Мой тебе совет: пусть этот путь пойдёт тебе на пользу. — Но что я могу сделать сам? Один, без чьей-либо помощи?.. — Попытаться. Не бойся принимать решения, Марс. Никто тебя не осудит. Госпожа будет любить тебя так же сильно, а мы останемся верны тебе до самого конца. — Наверное, вы правы. Я попробую. — Хах, господин растёт на глазах. Фрэй мягко улыбнулся, забрал пустую креманку из-под десерта и удалился на кухню, оставив после своих слов приятное тепло в груди. Решено. Я никого с собой не возьму. Но что делать с оружием? Мама забрала Рифф Раффа. Может, это отличный повод задуматься о смене стиля боя? ... В общем, я не стал долго ломать голову и взял из оружейной самый простой меч. Рассудил так: если придётся сражаться, я сделаю ставку на скорость и просто сбегу. С собой взял лишь походную сумку с вещами, которые теоретически могли пригодиться в опасных ситуациях, клинок из титана и пару колб с кровью. По моим расчётам, энергии от поглощённого десерта должно было хватить часа на четыре, максимум шесть, чего вполне достаточно для такой «прогулки». С того момента, как я начал собираться, и до самой минуты, когда я перешагнул порог особняка, я больше не видел ни Урсу, ни Агат. Лишь мама крепко обняла меня перед уходом, после чего растворилась в коридорах, возвращаясь к своим делам. Заодно она милостиво разрешила мне не присутствовать на официальной части банкета Сафон. Спасибо, мам. ... Дорога от дома до поместья Марло заняла ровно четыре часа, и всё прошло на удивление гладко. Нет, реально — даже рассказать нечего. Дичь улепетывала в чащу, чуя мою ауру за километр, а чужих вампиров в округе не ощущалось вовсе. И вот теперь я стою перед массивными воротами родового поместья семьи Марло и искренне не понимаю, почему мама не смогла войти внутрь. На территории не ощущалось действия какой-либо магии или барьеров. Достаточно было просто потянуть за ручку калитки, чтобы дверь спокойно открылась. Впрочем, именно это я и сделал.