Их тоска

Лес ночью не молчит. Где-то ухнет, где-то хрустнет, где-то капнет. Саске не помнит сколько уже так сидит. Костер догорает, пламя почти погасло. Тепло есть, но оно не греет. Спина холодная — прижата к сосне, у неё кора шершавая, даже через плащ чувствуется. «Уже не будет как раньше…» Он смотрит в угасающий огонь. А видит лампу в кабинете Хокаге и её жёлтый свет. Наруто сидит за столом, перебирает бумаги, подписывает что-то. Улыбка фальшивая — он её не замечает, а Саске замечает всегда. Внутри у Наруто пустота. Он знает, потому что у самого такая же. «Ты раздобрел и побрился налысо…» Он изменился. Каждый раз, когда Саске возвращается, он видит новые морщины, новые седые волосы. Синяки под глазами каждый раз всё ярче, если приглядеться, в них, наверное, можно увидеть ночное небо. Наруто абсолютно не идёт роль Хокаге. Глупая детская мечта не принесла ему ни грамма счастья. Этот титул сжирает его каждый день: проходят лучшие годы, а он гниёт в душном кабинете. Всё таки в роли ниндзя Наруто был куда счастливее. Но ведь однажды он поймёт это, проснётся, как обычно, в маленькой спальне у кабинета, умоется, глянет в зеркало и увидит вместо себя седого дряхлого старика с больной спиной. Тогда он поймет, что прожил большую половину своей жизни зря, не был счастлив и любим, каждый день чего-то боялся. Казалось бы, всё у Наруто было: и слава, и титул, и красавица жена, и дети, но самое главное он упустил… А может он и сейчас всё это понимает, прекрасно осознает, по какой тропе бредёт, куда она его приведёт и выбирает это… сам? Саске ненавидит эти мысли. «Ебаный город, он сожрал тебя» Иногда Саске думает: а что, если однажды он вернётся, а Наруто не будет ждать? Если зайдёт в кабинет без стука, а там пусто. Мантия висит на стуле, бумаги разбросаны, чай остыл. А его нет, ушёл, перестал ждать. Тогда он останется один, по-настоящему один. Не в лесу, не на миссии, а в пустом кабинете, где раньше его ждали. Наверное, тогда бы он просто сел на пол и разрыдался впервые за долгие годы, а потом…нет смысла об этом рассуждать, «потом» бы для него не случилось. Саске исчез бы, испарился, как утренняя роса под палящим солнцем, растворился в шуме, гонимых ветром, листьев. Он гонит эту мысль подальше, вглубь разума. Она приходит каждый раз, незаметно так подкрадывается холодной ночью, и каждый раз он её давит. Потому что если не давить можно сойти с ума или развернуться и пойти обратно. А обратно нельзя, у него тут вообще-то назревающая гражданская война в Тумане, надо разобраться, доложить. «Как раньше не будет — тоска не отступит…» Тоска — это когда сидишь у костра и не можешь согреться, даже если огонь большой. Внутри холодно всегда. С тех самых пор как он понял, что любит его.. Любит так, что не может дышать рядом с ним. Здесь, в лесу у костра, дышится нормально, полной грудью. А там, в Конохе, когда входит в кабинет без стука и видит Наруто — дыхание перехватывает, невидимая рука сдавливает горло и не позволяет вдохнуть хоть на секунду. Тогда внутри всё замирает, а после не отпускает по несколько дней. Он думает о любви. О том, что это слово слишком маленькое для них. Любовь — это когда ты готов умереть за кого-то. А Саске готов жить. Жить в разлуке, тишине и постоянном ожидании, когда там уже можно будет прийти без стука, когда жизнь пустит его сесть на край кровати Наруто и просто дышать рядом с ним. Слова не для них, они слишком громкие, пафосные, не нужные… А дыхание друга друга… они чувствуют его за сотни километров, ловят каждый вдох, каждый выдох и вздох, и, наверное, это и есть их любовь? «Ищем любовь в оскале, пасля зададимся вопросом нахуя за собой это таскали» Саске не помнит, когда понял, что любит его. Может быть, в больнице после войны. Наруто спал рядом, с расстояния соседней койки прекрасно было видно спокойное лицо, без этой вечной дурацкой улыбки, как будто приклеенной к его губам. Саске тогда смотрел на него и желал только одного, чтоб этот уссуратонкачи улыбался только ему. Это желание было таким острым, жадным и эгоистичным, что сводило скулы, тело хватала судорога, а глаз начинал дергаться. Но это было его единственное желание. «Уже не будет как раньше…» Он вспоминает, как они прощались в прошлый раз. Лес за воротами был полон звуков: гудение деревьев, шелест листьев, пение птиц. Наруто тогда сжал его плечо и сказал возвращаться. Саске ответил что-то про то, что всегда возвращается. Это неправда. Однажды он не вернётся и они оба это знают. Но если заговорить об этом можно сразу прекращать дышать, можно всадить в себя кунай, прямо в сердце, провернуть пару раз, чтоб наверняка, и сразу ложиться на жесткую землю, закрывать глаза, ждать, пока закопают. Костер шипит — капля упала, похоже, скоро начнется дождь. Саске подбрасывает ветку и пламя на секунду вспыхивает, озаряя его лицо: скулы острые, под глазами тени, губы дрожат… «Как раньше не будет, и вдвое ускорилось время, пиздец…» Время летит. Полгода порознь пролетают, как две недели, а несколько часов вместе тянутся, как целая жизнь. Этой жизни им никогда не хватало. Иногда Саске ловит себя на том, что не может вспомнить лицо Наруто. Он точно знает, что оно усталое, что на нем есть паутина морщинок у глаз, тонкие усы на щеках, фальшивая улыбка, всё ещё приклеенная к губам. Но когда закрывает глаза — не может представить. Только размытый силуэт в жёлтом свете настольной лампы. И это пугает. Потому что если он забудет это лицо — то что тогда вообще у него останется? Только пустота. Она не отступает. Просто становится тише. Как гул проводов — не замечаешь, пока не замолкнет. А когда замолкает становится страшно, потому что тишина без этого гула — пустота. А пустота хуже всего на свете. «Уже не будет как раньше…» Саске встаёт. Поясница тянет, ноги затекли и опухли от долгой ходьбы, суставы похрустывают. Он стареет. Смотрит на небо и чувствует ноющую боль в отсутствующей руке, всё-таки сегодня будет дождь. Думает о том, что он сейчас, наверное, тоже не спит. Сидит на полу в своей спальне, смотрит на звёзды и ждёт… Он думает: а что, если повернуть назад? Не сейчас, сначала нужно закончить миссию, а потом, когда всё сделает просто… Вернётся в Коноху, зайдёт в кабинет без стука, сядет на пол рядом с Наруто и просто останется. Будет сидеть в кабинете, пить чай, смотреть, как Наруто подписывает бумаги и молчать. Потому что молчать с ним лучше, чем говорить с кем-то другим. Но Саске не может. Потому что если останется — перестанет быть тем, кого Наруто полюбил и принял, Перестанет быть собой. Уходящим и возвращающимся. Всегда на полпути между «здесь» и «там». Саске не умеет быть «здесь» долго. Он честно пробовал, не получилось. «Уже не будет как раньше, никогда не будет как раньше…» Костер догорел. Саске сжигает остатки аматэрасу, заметает следы и снова уходит в лес. Между деревьями уже светлеет — начинается утро