Debts To Be Settled

Томми поднимает воротник толстовки так, чтобы он закрывал нижнюю часть лица. Он выдыхает, чувствуя, как теплый воздух обволакивает его кожу. С наступлением ночи жара сменяется прохладным бризом. На острове никогда не бывает слишком холодно, но Томми плохо переносит температуру ниже 21 градуса. Из-за любви к теплу его толстовка с капюшоном так дорога ему, хотя уход за ней истощает терпение Томми так же быстро, как изнашивается ткань. Томми понимает, что скоро ему понадобится новая толстовка, но все время откладывает поход в магазин или шитье новой. У него столько других дел, поэтому он делает вид, что его нынешней толстовки достаточно, чтобы сохранять остатки тепла в надвигающихся сумерках. Одно из занятий, которым он посвящает свое драгоценное время, это поход в местный магазинчик за продуктами. Он не совсем верно использует это слово, потому что обычно покупает готовые блюда, которые нужно только залить водой, чтобы они стали съедобными, хотя и этот термин можно оспорить. Иногда он покупает напитки для себя и других портных. Если он хорошо поработал, то может позволить себе пачку чипсов или даже хлопья. Он уже давно не тратил лишних денег и копил каждую копейку в большой банке, спрятанной там же, где хранится новая форма Фантазма. Он взял с собой денег только на продукты. Томми натягивает капюшон толстовки, подходя к мини-маркету. Он толкает дверь плечом. Над дверью звенит колокольчик, и Томми вдыхает теплый воздух магазина. Можно многое сказать о грязном магазине, устаревших плакатах на витрине и скудном ассортименте товаров по довольно завышенным ценам, но, по крайней мере, здесь есть кондиционер. Кроме того, это ближайший магазин к ателье, и хотя цены здесь грабительские, они все же гораздо ниже, чем в других местах. Томми смирился с тем, что уготовила ему судьба, и особо не жалуется. Даже если бы он и хотел пожаловаться, его бы никто не послушал. Томми кивает кассиру за прилавком. Кассир едва отрывается от своего коммуникатора, чтобы поздороваться с Томми. Томми закатывает глаза и оставляет кассира в покое. В этом магазине мало что может привлечь, да и недружелюбное отношение сотрудников не добавляет ему привлекательности. Но Томми все равно ходит в эту дыру, так что вряд ли он что-то изменит. Томми идет по рядам. Кассир исчезает за разноцветным прилавком с чипсами. Томми бросает взгляд на разложенные на прилавке чипсы и продолжает идти по проходу. Ассортимент перед его глазами меняется: теперь здесь представлены чипсы разных брендов, предлагающих практически одно и то же. Томми приподнимает бровь, лениво разглядывая названия брендов и содержимое. Он делает вид, что у него достаточно денег, чтобы купить все, что он хочет, и что выбор одного из этих снеков вполне приемлемый вариант. Томми морщится. Скорее всего, он бы ничего из этого не купил, даже если бы у него были все деньги мира. Он бы отправился в пятизвездочные рестораны на другом конце острова, где богатые люди живут и работают так, словно находятся на другой планете, вдали от большинства бедных жителей острова. Томми качает головой, возвращаясь к текущей задаче. Он проводит пальцами по ценнику, приближаясь к секции с готовыми блюдами. При виде ярко-оранжевой упаковки с изображением мультяшного персонажа, с довольным видом поедающего тушеное мясо с лапшой, Томми фыркает себе под нос. Яркая блестящая упаковка скрывает почти несъедобную еду под пищевой пленкой. Томми берет несколько упаковок, несмотря на явную ложь. Он засовывает их под мышку и продолжает искать другие вкусы. Если хорошенько поискать, иногда можно найти синюю упаковку с тем, что на ней названо беконом. Томми давно не ел хорошего бекона, но он почти уверен, что мясо в синей упаковке это не бекон. Однако оно отличается от другого загадочного мяса, и Томми был бы рад внести разнообразие в свой рацион. Весело звенит колокольчик. Томми инстинктивно поднимает голову. Он снова смотрит на свои покупки, но его пальцы замирают, когда он понимает, что увидел в тот короткий момент, когда поднял голову. Томми медленно поднимает взгляд, его глаза напряженно прищурены. Он тяжело сглатывает, осознав, что не ошибся. В магазин заходит человек в черном. Его лицо скрыто черной маской, которая кажется маловатой для головы. Его взгляды прикованы к кассиру за прилавком. Томми вздрагивает и делает полшага назад. Он хочет выскочить на улицу и вернуться завтра, но злоумышленник в маске поднимает пистолет. Настоящий пистолет, явно не такого низкого качества, как его маска и одежда. Злоумышленник целится в голову кассира, и Томми уверен, что бедняга плачет и беззвучно мотает головой. — Отдай мне все свои гребаные деньги! Его голос заставляет Томми действовать. Он опускается на колени. Пакеты с едой шуршат, как плачущий ребенок в церкви во время службы. Томми прикусывает щеку изнутри. Он аккуратно, как только может, опускает пакеты на пол. Он вполуха слушает отчаянные мольбы кассира, властный тон вора и звук открывающегося кассового аппарата. Он отходит от товара, как преступник от места преступления. Он продолжает пятиться, стараясь не привлекать к себе внимания. Он делает все то же, что и в приемных семьях, когда не хотел, чтобы его заметили другие дети: молчит, дышит ровно, чтобы не потерять сознание, и не делает резких движений. Если он продолжит в том же духе, то сможет выйти из этой передряги целым и невредимым. Черт возьми, он даже вообразил, что получит скидку за то, что пережил эту ужасную ситуацию. Он сомневался, что у него получится, но хотел сосредоточиться на положительных моментах. В магазине раздается громкий хлопок, и Томми застывает на месте с широко раскрытыми глазами. Он слышит, как кто-то издает сдавленный стон. Слышит глухой стук. Его силы тут же пробуждаются, побуждая его исцелить рану на голове. Но они угасают так же быстро, как появились, и Томми понимает, что кассир, скорее всего, мертв. Томми ахает и поспешно закрывает рот дрожащими руками. Этого недостаточно. Томми слышит, как вор ругается про себя. Он резко оборачивается, и Томми слышит, как что-то падает на пол. Вор продолжает ругаться, приближаясь к рядам с товарами. Он ныряет за один из них. В помещении раздается еще один выстрел, и одна из стеклянных дверей, за которыми хранятся напитки, разбивается вдребезги. Томми крепче сжимает губы, чтобы случайно не издать ни звука. Вор не сдерживается, шагая по одному из проходов. Его ботинки хрустят битым стеклом. Его безумный взгляд мечется по помещению и наконец останавливается на Томми. Томми чувствует, как сердце уходит в пятки, когда он понимает, что его ждет. Вор сжимает челюсти, в его глазах вспыхивает что-то похожее на гнев, словно Томми виноват в том, что оказался здесь не вовремя. Томми опускает руки и открывает рот. Он хочет объясниться или, может быть, выторговать себе жизнь. Пистолет щелкает, и Томми понимает, что слова тут не помогут. Драка тоже не выход, потому что Томми не может одолеть даже безоружного противника, что уж говорить о человеке с пистолетом. Томми остается только бежать, но он не сможет убежать от летящей навстречу пули. Но он может попытаться. Томми бросается вперед, и в этот момент раздается выстрел. Его тело врезается в стеклянную дверь, и он падает на пол. Он стискивает зубы от боли, пронзающей все тело. Его силы услужливо сообщают, что пуля задела плечо. Кровь начинает пропитывать его толстовку, и он смотрит на вора, пытаясь понять, куда прыгнуть в следующий раз. Глаза Томми расширяются, когда он видит, что вор упал на пол. На нем кто-то еще. Новый участник отбрасывает пистолет в сторону. Тот опасно близко подкатывается к Томми. Блондин хочет взять его и покончить со всем этим, но при одной мысли о движении его плечо пронзает боль. Томми прижимается головой к земле, ожидая, когда боль утихнет. — Ты в порядке? — спрашивает голос. Томми поднимает глаза. Мужчина, вырубивший вора, стоит на коленях рядом с Томми. Он тянется к ране Томми, но тот слишком устал, чтобы оттолкнуть его. Томми сонно моргает, глядя на мужчину. Он его не узнает. У него вьющиеся каштановые волосы, а мягкие карие глаза полны беспокойства. Томми с трудом сдерживает смех. Этот мужчина выглядит гораздо более встревоженным, чем, по мнению Томми, выглядела бы половина города, если бы увидела, как кто-то истекает кровью в круглосуточном магазине. Более половины жителей города даже не стали бы связываться с вооруженными людьми, если бы не пришлось, а этот мужчина мог бы уйти, пока вор стрелял в Томми. Но он этого не сделал. Мужчина все еще здесь и, похоже, не уйдет, пока Томми не подтвердит, что с ним все в порядке. Томми хотел бы так поступить, но у него перехватывает дыхание. Он не умрет от этой раны. Это всего лишь небольшая царапина, с которой Томми справится сам, когда восстановит силы и вернется в ателье. Однако Томми чувствует себя странно. Можно было бы сказать, что он устал, но Томми не может отделаться от мысли, что в этой ситуации есть что-то еще. Боль ощущается, но где-то далеко, как и все остальное тело. Томми моргает, пытаясь сосредоточиться на происходящем. От этого у него начинает болеть голова, но точечные уколы боли помогают ему вернуться в свое тело. Томми понимает, что брюнет что-то говорит, и пытается сосредоточиться на его словах. — Черт, тебе нужно бодрствовать. Эм… Меня зовут Уилбур. Как тебя зовут? Томми поднимает другую руку и неопределенно указывает на дальнюю стену. Уилбур хмурится, его глаза щурятся, и он смотрит в ту сторону, куда указал Томми. Глаза Уилбура расширяются от удивления, когда он видит на фоне грязно-белых стен красно-белую аптечку. Уилбур оборачивается к Томми. Он делает странное лицо и хватает Томми за запястья. Он прижимает руки Томми к ране. Он надавливает на руки Томми, а затем на рану. Уилбур делает шаг назад, его руки в крови. Томми надавливает не так сильно, как Уилбур, но старается изо всех сил, пока Уилбур бежит к аптечке. Уилбур возвращается к нему за несколько мгновений, пока Томми моргает. Уилбур распаковывает аптечку. Несколько предметов высыпаются из-за того, как резко он двигается, но Уилбур не утруждает себя уборкой и бросает аптечку на землю. Он достает дезинфицирующие салфетки и марлю. Он медлит, оглядываясь на Томми. Кажется, он в нерешительности. Томми не уверен, но ему кажется, что он знает, в чем дело. Он делает выбор за Уилбура. Он пытается вытащить руку из рукава толстовки. Уилбур неодобрительно ворчит, но Томми уже высвободил руку. Он опускает ее вдоль тела. Он перекидывает толстовку на противоположное плечо. Он не сдвигает ее с места, пока Уилбур работает. Томми вздрагивает от прикосновения холодной дезинфицирующей жидкости, и жжение становится почти невыносимым. Томми стискивает зубы и закрывает глаза, перед которыми все плывет от боли. Наконец Уилбур заканчивает промывать рану. Он начинает перевязывать ее марлей. Материал плотно прилегает к ране Томми. Ему становится немного легче. — Надо отвезти тебя в ближайшую клинику, — бормочет Уилбур себе под нос. Он достает коммуникатор, чтобы кому-то позвонить или найти дорогу до ближайшего медицинского центра. Томми выхватывает у него коммуникатор. Уилбур удивленно смотрит на него, а Томми качает головой. Уилбур хмурится и тянется за коммуникатором. Томми не дает ему его взять. Он не может пойти в больницу. У него могут возникнуть проблемы из-за отсутствия документов, и уж точно будут большие проблемы, если они возьмут у него анализ крови. Это раскроет способности Томми. Он уже знает, что судья в качестве наказания приговорит его к «общественным работам» на благо героев. — Хватит упрямиться. Тебе нужно пройти обследование у специалиста. — Отвали. Я не просил тебя о помощи и уж точно не собираюсь делать то, что ты там напридумывал, — огрызается Томми. Уилбур удивленно распахивает глаза, но в уголках его глаз появляются веселые морщинки. Это кажется странно знакомым, но Томми не может понять почему. Он трясет головой, отгоняя эту мысль. Наверное, он уже видел Уилбура в этом магазине, поэтому лицо мужчины кажется ему смутно знакомым. — Ладно, в клинику мы не пойдем, но я провожу тебя до дома. Я не могу допустить, чтобы ты тут один потерял сознание, — говорит Уилбур. Он подходит к Томми и подставляет руку под его здоровое плечо. Он осторожно помогает Томми подняться на ноги. Томми слегка пошатывает. Уилбур слегка сжимает его плечо и вглядывается в его лицо. Томми слегка улыбается, пытаясь показать, что с ним все в порядке. Уилбур фыркает, разрываясь между недоверием и весельем, и уводит их подальше от кровавых пятен. Томми останавливает их, когда они доходят до прохода, из которого пришли. Он показывает на свою еду и смотрит на Уилбура. Тот, кажется, все понимает. Он закатывает глаза и прислоняет Томми к одной из полок. Уилбур отходит в сторону. Он возвращается с несколькими пакетами в руках. Он складывает еду в один пакет. В другой кладет кое-что из вещей. Он даже достает напитки из холодильника со сломанной дверцей. Уилбур держит пакеты в одной руке и снова поднимает Томми. Они вдвоем выходят из магазина. Томми вдыхает ночной воздух. Его рука, незащищенная, потому что толстовка надета на другое плечо, покрыта струйками подсыхающей крови. Томми морщится, и Уилбур бросает на него странный взгляд. Томми качает головой, указывая на улицу. Уилбур понимает намек и продолжает идти. Томми сосредоточенно переставляет ноги, бормоча указания Уилберу. Брюнет тоже неплохо справляется со своей задачей, потому что через дюжину минут, плюс-минус несколько секунд, они возвращаются в ателье. Томми кивает в сторону переулка рядом с ателье. Уилбур вглядывается в темноту и достает коммуникатор, чтобы включить фонарик. Томми щурится от яркого света, но все же замечает лестницу, свисающую из окна второго этажа. Он делает шаг в ее сторону, но Уилбур его останавливает. Томми хмурится. Брюнет качает головой: — Ты ни за что не заберешься туда с таким плечом. Давай через вход. — Она заперта, придурок, — говорит Томми Уилберу. Томми знает, что дверь заперта, потому что сам ее запер сразу после того, как Мадлен ушла домой. У него нет ключа от этого дома, и он никогда не пытался его раздобыть. Мадлен прекрасно знает, что он предпочитает забираться на второй этаж по лестнице, а не входить через парадную дверь. Она не спрашивает, почему так, и Томми ей за это благодарен. — В этом городе нет ничего, что нельзя было бы открыть, — заговорщически шепчет Уилбур. Он прижимает Томми к витрине магазина. Томми старается не испачкать стекло кровью. Уилбур опускается на колени перед дверью, положив рядом с собой продукты. Он достает из кармана несколько предметов. Взгляд Томми становится еще более растерянным, когда Уилбур начинает взламывать замок. Уилбур делает это достаточно умело, чтобы Томми заподозрил неладное. Он дергает за ручку, и дверь распахивается. Уилбур убирает отмычки в карман своего шерстяного пальто до колен. Он подмигивает Томми и берет сумки, которые они принесли с собой. Уилбур заводит блондинку в ателье. Уилбур захлопывает дверь ногой. Уилбур и Томми идут по магазину, пока Уилбур не усаживает Томми на один из плюшевых диванов в глубине зала. Томми расслабляется. Он слышит, как Уилбур что-то говорит о лестнице, а затем брюнет выходит из поля зрения Томми. Томми предполагает, что Уилбур поднялся на второй этаж, чтобы достать лестницу. Томми хмурится. Он забыл костюм Фантазма. Он работал над этим, когда проголодался, и сразу понял, что пора сходить за продуктами. Он почти закончил с этой чертовой штуковиной и очень надеется, что Уилбур не обратит на нее внимания. Уилбур спускается вниз. Он потирает руки и направляется прямиком к Томми. Он начинает возиться с бинтами. Томми отмахивается от его руки, хмурясь все сильнее. — Отстань. Я в порядке, я дома. А ну-ка вали в свой чертов дом. Уилбур хмурится, глядя на Томми так, словно тот капризный ребенок. Томми прищуривается. Уилбур ему официально не нравится, особенно если тот собирается обращаться с ним как с бесполезным идиотом. Томми отталкивается от дивана, чтобы встать. Уилбур пытается усадить его обратно, но Томми компенсирует недостаток силы упорством. Он встает и смотрит прямо в карие глаза Уилбура. — Я в порядке, Уил-сукин-сын. Со мной все было в порядке и будет в порядке. Ты уже сделал сегодня все, что мог, так что оставь меня в покое. Уилбур вздыхает. Он оглядывается по сторонам и наконец снова смотрит на Томми. — Ладно. Я уйду. Не перенапрягайся, хорошо? Если рана начнет болеть, сходи к врачу. Томми закатывает глаза, собираясь возразить. Но слова застревают у него в горле, когда в окне ателье вспыхивает яркий свет. Томми и Уилбур поворачиваются к окну, как олени, которых ослепили фары, вероятно, потому, что они стоят в свете фар. Томми начинает бить Уилбура по руке. Брюнет наконец понимает, что происходит, и убегает, чтобы спрятаться. Томми, спотыкаясь, идет вперед, оглядывая помещение в поисках пятен крови. Он ничего не находит, но в магазине снова становится темно. Томми морщится, глядя, как его начальница вваливается в магазин. Она не обращает на него внимания и включает свет. Она тянется к украшению над дверью. Когда она снимает его, Томми понимает, что это не украшение, а сигнализация. Мадлен оборачивается с обеспокоенным выражением лица. Ее глаза расширяются, когда она замечает повязку на его плече. Она бросается к нему, ее рука зависает над раной, словно она хочет что-то сделать, но не знает что. Она с тревогой смотрит ему в глаза: — Что случилось? — Я ходил за продуктами. В магазине в меня выстрелили. Я перевязал рану и вернулся. Я не стал спускаться по лестнице, чтобы не разбередить рану. Я воспользовался дверью. Простите. Я даже не подумал о сигнализации, — рассказывает Томми. Он намеренно не упоминает Уилбура. Сам не знает почему. Мадлен, наверное, было бы спокойнее, если бы кто-то помог Томми, и хотя она бы предостерегла его от общения с незнакомцами, она бы не возражала, если бы Уилбур проводил Томми до дома и сейчас был в магазине. Томми просто захотелось спрятать Уилбура от Мадлен, и он даже пошел на обман. — Тебе нужно сходить к врачу. Вот, я отвезу тебя в клинику, которая находится через несколько улиц отсюда, — говорит ему Мадлен. Она уходит. Томми бледнеет. — Почему все хотят отправить его к врачу? Он же не умрет… — думает он. — Не могу. Вам нужно напомнить, в каком ужасном состоянии мои документы? — напоминает Томми Мадлен. Это была одна из причин, по которой Мадлен сомневалась, прежде чем принять решение взять его на работу. У большинства приемных детей документы в порядке. Когда дети переходят из одной семьи в другую, государство часто теряет документы, когда они переходят из рук в руки, от одного чиновника в этом районе города к другому. У Томми документы практически в идеальном состоянии. Хотя это в основном его заслуга. Он нашел способ забрать свою папку у куратора. Он выбросил или уничтожил много документов, чтобы стать менее заметным в городе. Если бы правительство хоть как-то заботилось о своих приемных детях, Томми пришлось бы беспокоиться и о цифровых записях. К счастью для него, правительство этого не делает, так что Томми нужно было просто замести следы. Мадлен понимающе вздыхает. Она вертит головой из стороны в сторону и что-то шепчет себе под нос. Наконец она поджимает губы и смотрит Томми в глаза. Она указывает на его грудь, покачивая пальцем. — Тогда не перенапрягайся. — У меня столько работы, — возражает Томми, хмурясь при мысли о том, чтобы «не перенапрягаться». Он не из тех, кто живет за чужой счет, это точно. — Ты всегда опережаешь график. Можешь позволить себе несколько дней отдохнуть от работы, — наставляет его Мадлен с серьезным выражением лица. Томми открывает рот. Мадлен качает головой, заставляя его замолчать. Она кивает: — Я ухожу. Ты отдыхаешь. Вот и все. Я вернусь утром, и если увижу, что ты работаешь, будь я проклята. — Она собирается уйти, но останавливается, не до конца закрыв дверь, и оглядывается через плечо: — Кстати, если это повторится, пароль от сигнализации — 0418. Мадлен уходит. Томми идет за ней до самой двери. Он прижимается лбом к холодному стеклу. Ему вдруг хочется заплакать. Он сдерживается и оглядывается через плечо, чтобы увидеть, как Уилбур выходит из своего укрытия. Томми хмурится. — Пожалуйста… Пожалуйста, никому не говори этот пароль... и ничего не рассказывай о моих документах. — Не волнуйся. Обещаю, я никому не скажу. Я унесу эту тайну с собой в могилу, — искренне клянется Уилбур. Томми закатывает глаза и снова смотрит в сторону двери. Уилбур подходит к нему сзади. — Она права. Тебе нужно отдохнуть. Томми делает шаг назад. Уилбур кивает ему на прощание, выходя из ателье. Он машет Томми через стекло, пока блондинка запирает дверь. Уилбур скрывается из виду, и Томми чувствует странное жжение в животе. Он хочет списать это на боль, но почти сразу понимает, в чем дело. Уилбур спас ему жизнь, и Томми у него в долгу. Томми закрывает лицо руками. Его жизнь вышла из-под контроля.