Debts To Be Settled

Томми откидывается на спинку стула. Он тяжело вздыхает, выпуская из себя всю усталость одним махом. Без этого дополнительного воздуха его тело обмякает. Он закрывает глаза. Ему кажется, что он мог бы уснуть прямо здесь, даже зная, что утром у него будет адски болеть спина. Томми - человек со множеством недостатков, но он не из тех, кто живет за чужой счет. Приемные дети либо учатся работать, либо привыкают к голоду. Это был простой факт, и Томми готов пожертвовать несколькими часами сна ради того, чтобы остаться в ателье. За несколько месяцев работы здесь Томми научился справляться со своими обязанностями, но ему все еще не хватает скорости, чтобы успевать делать все, что он хочет, за отведенное время. Это его расстраивает, но Мадлен заверила его, что повторение - мать учения. Скоро он научится работать быстрее, а пока ему придется смириться с усталостью. Томми откидывается на спинку стула и открывает глаза. Он хлопает себя по щекам обеими руками. От легкой боли по всему телу разливается волна энергии. Чтобы взбодриться, Томми тянется к окну. Он щелкает выключателем на радиоприемнике. Из динамика доносится треск помех. Когда помехи стихают, Томми слышит высокий голос поп-певца. В течение дня Томми переключает множество радиоканалов. Остальные портные предпочитают слушать музыку во время работы, и хотя у всех разные музыкальные вкусы, они обычно сходятся на какой-то одной радиостанции. Томми решает сам переключать каналы. Ему нравится та же музыка, что и остальным, но он предпочитает новостной канал, даже несмотря на то, что его захватил Фантазм. Единственным плюсом этой ситуации стало то, что Томми предпочитает голос нового ведущего голосу старого. — ...несправедливо. Люди требуют от правительства действий, — голос диктора разносится по темной комнате. Томми рассеянно слушает, вставая из-за стола. В другом конце комнаты, рядом с раскладушкой, на которой он спит, Томми прячет начало костюма, который он шьет для Фантазма, вместе с материалами. Томми тщательно это скрывал, как будто другие портные были его бывшими сводными братьями и сестрами, а не просто любопытными, но в остальном равнодушными к тому, кто из них останется здесь. Томми не видел, чтобы кто-то приближался к его лежанке. Он благодарен за это, но знает, что рано или поздно кто-нибудь доберется и до нее. Поэтому он тщательно прячет свои личные вещи, особенно такие компрометирующие, как костюм Фантазма. Здесь же стоит ящик с ценными вещами, спрятанный среди других коробок, до которых никому нет дела. Томми уже не так уверен в этом тайнике, но куда еще можно спрятать незерит и фантомные мембраны? Томми уже не в первый раз думает о том, что не может дождаться, когда этот проект будет завершен. Томми кладёт костюм на стол. Он берёт в руки материалы, которые использовал. Он следовал своему плану и использовал сине-чёрную цветовую гамму с коричневыми вставками. Фантазм не высказал своего мнения по этому поводу, сказав что-то вроде того, что он предоставляет Томми полную свободу действий, чтобы тот «делал всё, что пожелает его маленькое портняжное сердце». Томми чуть не ударил Фантазма, но злодей благоразумно стал неосязаемым и исчез из-под его руки. — Герои даже не упомянули об этом ни в одном из своих недавних интервью. Когда их об этом спрашивают, они находят способ уйти от ответа. И, кстати, большинство наших героев - гибриды. Даже если им небезразличны люди, а они утверждают, что это так, разве они не боятся, что за ними придет Бинарный убийца? — спрашивает ведущий. Томми на мгновение поднимает глаза и смотрит на радиоприемник, как будто может увидеть ведущего. Томми тяжело сглатывает и качает головой. Он испытывает ужасную жалость к гибридам. Их не только дискриминируют, но и начинают пропадать. Некоторых находят жестоко убитыми. Томми, о котором системе нет дела, в детстве испытывал те же страхи, что и гибриды. Но он ничего не может с этим поделать. Бинарный убийца, так их называют - слишком силен для хилого целителя. Томми погибнет, даже не успев нанести ни одного удара по Бинарному убийце. Томми отходит от стола, чтобы взять коробку с незеритом и фантомными мембранами. Он подносит ее к столу и ставит рядом с ножками стула. Заглядывает в коробку и достает несколько нитей незерита. Крутит их в пальцах. Его губы приоткрываются от удивления, когда он видит, что материал гнется, как обычная нить. Томми отбрасывает удивление и сосредотачивается на работе. У него есть время. Нет времени на то, чтобы ахать и восхищаться настоящим нетеритом. Томми вплетает нити незерита в подкладку куртки, которую он хочет надеть на Фантазма. Он думал сделать это снаружи, но решил, что переливающийся фиолетовый цвет не будет сочетаться с темно-коричнево-черной курткой, тем более что остальная часть костюма черно-синяя. Кроме того, Томми не пришлось придумывать дизайн. Незерит не только невероятно прочен и долговечен, но и обладает необычной способностью образовывать защитную сетку. Если носить незерит на разных частях тела, он образует барьер вокруг всего тела, при этом не обязательно покрывать незеритом все тело. Это, конечно, интересно, но Томми не ученый. Он едва успевал по всем предметам, когда ходил в обязательную школу на острове, и не стремился получить высшее образование. Пусть другие, более умные люди разбираются в том, как работает этот металл. — Кроме того, мы получаем сообщения о том, что герои ранее вступали в конфликт с Синдикатом. Для тех, кто не в курсе: Синдикат это террористическая организация, которая активно противостоит нашему правительству, в частности системе героев. В Синдикате много известных личностей, но в сегодняшней схватке участвуют неуловимый Фантазм, воинственный Опустошитель и сам ангел смерти Азраил. Эти трое главные члены Синдиката, и их часто считают фактическими лидерами группировки. Независимо от их статуса в группировке, никто не может отрицать тот вред, который они наносят городу, и то, что они представляют собой серьёзную проблему для героев, — говорит ведущий, переключаясь с «Бинарного убийцы» на «Синдикат». Томми фыркает. Интересно, расскажет ли ведущий о Яме. Может быть, упомянет недавние беспорядки, связанные с исчезновением линчевателей. Сейчас на острове происходит множество крупных конфликтов. По крайней мере, так Томми внушают. Он не совсем уверен, насколько честны его радиостанции. Хотя Томми не может этого доказать, он уверен, что многие радиостанции находятся под контролем той или иной силы. Некоторые из них восхваляют героев и демонизируют злодеев. Есть радиостанция, которая разжигает ненависть и восхваляет действия Бинарного убийцы. Есть даже несколько радиостанций, которые, как известно Томми, служат прикрытием для местных банд. Единственная организация, которая, похоже, не имеет влияния ни на одну радиостанцию, это Синдикат. Томми считает, что они ненавидят радио, учитывая действия Фантазма в отношении предыдущей радиостанции. К тому же им все равно, поддерживают их люди или нет. Насколько известно, «Синдикат» хочет свергнуть нынешнее правительство. Благородная цель, но ради ее достижения они не всегда поступают благородно. — В этой схватке не было победителя. В таких схватках никогда нет победителей. Не может быть, чтобы я был единственным, кому это кажется немного странным. Члены Синдиката, очевидно, представляют собой серьезную угрозу. Я могу понять, почему героям так сложно их поймать. Но это «сложно» длится уже несколько лет. Мы поймали члена Синдиката всего один раз, и даже тогда Опустошитель смог сбежать за считаные дни, — продолжает ведущий. Томми морщится. Эта радиостанция никогда не стеснялась указывать героям и правительству на их ошибки. Ведущий сам предлагает слушателям хорошенько подумать о своем мире и часами обсуждает с ними разные темы. Он предельно честен, но при этом довольно дружелюбен. Люди не могут не прислушиваться к его рассуждениям, даже зная, что это делает их такими же уязвимыми для вмешательства правительства, как и его самого. Томми внезапно поднимает голову. Он оборачивается. Фантазм сидит на полу, прислонившись к стене под одним из боковых окон. Он лежит, закинув руки за голову. Он моргает, глядя на Томми, совершенно реальный и видимый. Томми смотрит на него, не выпуская из рук куртку, над которой работал. Он щурится. Несмотря на то, что остальная часть комнаты освещена тусклой настольной лампой Томми, луна заливает Фантазма бледным светом. Это сглаживает его острые черты. А еще из-за этого он выглядит очень бледным. Хотя, возможно, дело в ране, о которой Томми знает, даже не глядя на нее. Судя по языку тела Фантазма, рана у него сбоку. Возможно, у него вывих лодыжки, хотя, может, это просто сильный ушиб. Или растяжение? Чтобы узнать наверняка, Томми придется подойти ближе. Томми не подходит ближе. Он оглядывается на куртку, над которой работал. Он морщит нос от отвращения, когда металлический запах в воздухе подтверждает его подозрения о том, что Фантазм ранен. Томми трясёт головой, изо всех сил стараясь не чувствовать этот запах. — Смотри, чтобы твоя мерзкая кровь не попала на мой гребаный ковёр. Фантазм смеётся, хотя его смех больше похож на хрип. Голос Фантазма звучит слабо, даже несмотря на то, что тайное заклинание накладывает на него магическую ауру, из-за чего кажется, что он вот-вот зазвучит как человеческий. — Я постараюсь не недопустить этого. Томми неопределённо мычит. Он знает, как отстирать кровь с ковра. Он знает, как отстирать кровь с любой ткани это одно из преимуществ портного на этом острове. Просто Томми не хочет утруждаться. Ему придется потратить драгоценное время на то, чтобы вытереть кровь Фантазма. Томми хотел поспать сегодня пару часов. — Знаешь, я могу сделать свою кровь невидимой и неосязаемой, пока она находится в пределах моего влияния. Я могу скрыть пятна крови, пока я здесь. А могу сделать так, чтобы они стекали на пол внизу, — отвечает Фантазм слабым, но не тихим голосом. Он меняет позу. Морщится, закрывает зеленые глаза. Он все еще в сознании. Томми чувствует, как под его пальцами бьется сердце злодея. Пока все идет своим чередом, Томми останется за своим столом. — Я бы предпочел, чтобы пятно было здесь, — говорит Томми Фантазм. Пятно будет легче скрыть, если оно не расползется или если его не придется выводить более тщательно, чем Томми может сделать сейчас. Мадлен точно заподозрит неладное, если на полу останется пятно крови. Она также расстроится, если кровь попадет на одежду. Томми не знает, что именно находится под Фантазмом. Но он думает, что это входная дверь. Томми не так-то просто объяснить, почему возле двери кровь, ведь он никогда не пользуется дверью. Он всегда вылезает в окно, и Мадлен это знает. Фантазм издает звук, который можно расценить как согласие. Томми не знает. Ему еще только предстоит изучить все повадки Фантазма. Злодей ведет себя гораздо спокойнее, чем можно было бы подумать. Иногда он скорее странный, чем пугающий. Если бы Томми не знал его так хорошо, он бы решил, что они с Фантазмом могли бы стать друзьями. Эта мысль разбивается вдребезги, когда улыбка Фантазма становится слишком безумной, а его глаза слишком горящими. Это напоминание о том, что, как бы ни вел себя Фантазм, он все равно опасен. Он держит жизнь Томми в своих руках, даже не прилагая усилий. Томми всего лишь мышка в лапах кота, которому нравится играть со своей добычей. Не больше и, будем надеяться, не меньше. Поэтому Томми обращает внимание только на опасные привычки Фантазма. Томми чувствует, когда Фантазм испытывает негативные эмоции, но никогда не чувствует позитивных. — Сегодня вечером я собирался ответить на несколько звонков, но у нас сломался аппарат. Его должны починить не раньше завтрашнего дня. Признаюсь, меня это немного огорчает. Мне нравится общаться со слушателями. У вас, ребята, всегда такие интересные мнения, особенно о том, что происходит в мире. Мне бы очень хотелось услышать, что вы все скажете сегодня, учитывая все последние новости. Бинарный убийца продолжает убивать. Недавно у нас была стычка между Синдикатом и героями. И мы не можем забыть о последних действиях Ямы. Мне бы очень хотелось узнать, что вы все об этом думаете. Увы, кто-то оказался настолько глуп, что пролил газировку на мою аппаратуру, — говорит ведущий по радио. Томми задается вопросом, узнает ли Фантазм этот канал. Сейчас в нем нет ничего особенного, просто парень разговаривает сам с собой по радио, но именно с этой станцией связан Фантазм. С тех пор Фантазм не трогал станцию, и Томми задается вопросом, нравится ли Фантазму этот новый ведущий больше, чем предыдущий. Может быть, предыдущий что-то натворил. Фантазм мог бы рассказать Томми, если бы тот спросил. Вряд ли он это сделает, но кто знает. Томми не обращает внимания на голос диктора и начинает затягивать нити незерита. Он еще не закончил работу над пальто, но за одну ночь успел сделать так много, что Томми переполняет гордость. Возможно, Мадлен была права: повторение - мать учения. Томми проводит рукой по лицу. Усталость, которую он ощущал раньше, не идет ни в какое сравнение с тем, что он чувствует сейчас. Он закидывает руки за голову и откидывается на спину, прикрыв глаза. Он делает глубокие, медленные вдохи, чтобы еще немного собраться с мыслями. Ему нужно подготовиться ко сну, и он очень не хочет споткнуться, потому что слишком хочет спать и не замечает смутных теней в темноте. Томми встает. Он начинает складывать неиспользованные нити нетерита в шкатулку. Плотно закрывает шкатулку. Относит ее на прежнее место, перекинув куртку Фантазма через предплечье. Кладет куртку в тайник и плотно закрывает его. Он делает шаг назад и переводит взгляд на мужчину в пальто, которого снимают на видео. Томми хмурится, потирая предплечье. Сердцебиение злодея продолжает отдаваться в подушечках его пальцев. Осознание обжигает его разум. Его силы поднимаются на поверхность, словно он протягивает холодные руки к костру. Всю свою жизнь он подавлял свои силы. В прошлом он закрывал уши и глаза. Сейчас Фантазм сидит прямо перед Томми. Он в пределах досягаемости. Томми может легко его исцелить. Фантазм уже знает о его способностях, и то лишь потому, что Томми однажды счел его достойным жизни. Томми не из тех, кто отступает от своих упрямых решений. Томми вздыхает. Он подходит к Фантазму. Глаза злодея медленно открываются. Он безучастно смотрит на Томми. В лунном свете его лицо действительно кажется серым. Томми опускается на одно колено. Он протягивает руку к Фантазму. Прежде чем исцеляющий свет успевает вырваться из его ладони, Фантазм хватает Томми за запястье. Глаза блондина расширяются. Он вздрагивает и едва не падает. Фантазм притягивает Томми к себе. Его взгляд кажется сосредоточенным, он смотрит прямо в душу Томми. Томми тяжело сглатывает. — "Кот", — напоминает он себе, — "я в лапах у кота". — Зачем ты пытаешься меня исцелить? Рана не смертельная. Томми прикусывает щеку изнутри. С технической точки зрения Фантазм прав. Если рана не загноится, она заживет довольно быстро. С лодыжкой тоже все будет в порядке, если не нагружать ее слишком сильно. Фантазм не нужна помощь Томми. Томми стискивает зубы. Несмотря на то, что он мышь, он вырывает руку из хватки Фантазма. Он бросает взгляд на Фантазм, понимая, что для этого человека он не страшнее мухи. Это удар по гордости Томми, но он ничего не может с этим поделать. Ему давно стоило забыть о гордости. — Я исцеляю тебя, придурок, потому что ты, черт возьми, я не могу игнорировать твои страдания, — говорит Томми Фантазму. В этом вся суть. Томми может игнорировать свои силы и желание исцелять, когда рядом нет тех, кто нуждается в исцелении. Он может притворяться, что другим людям не нужны его способности, когда не видит их напрямую. Фантазм уже дважды получал ранения на глазах у Томми. Оба раза Томми нарушал собственные правила, чтобы исцелить Фантазма. И дело не в том, что ему нравится Фантазм или что он хочет отплатить ему за услугу. Дело в том, что Фантазм был рядом. Томми, наверное, исцелил бы любого, кого увидел в том переулке в тот день. Пугающая мысль, но не такая уж неправдоподобная. Томми поднимает руки над раной на боку. Из его ладоней начинает литься золотистый свет, словно из крана, который поворачивают не так, как надо. Он опускается, закручиваясь по спирали, и колышется в воздухе, как лента. Он накрывает рану. Кожа начинает восстанавливаться. Кровь, стекающая по боку Фантазма, возвращается в тело. Томми перекладывает руку на лодыжку Фантазма, чтобы поскорее ее зафиксировать. Теперь, когда он подошел ближе, то видит, что это были всего лишь несколько очень глубоких синяков. Синяки исчезли. Томми откидывается назад, закончив. Он делает глубокий вдох, чтобы прийти в себя. Он не знает, к каким последствиям может привести перенапряжение его способностей. Он никогда раньше такого не делал. Он чувствует легкое покалывание во всем теле, но не может понять, в чем причина, в его способностях или в усталости. — А теперь проваливай, ублюдок, — говорит ему Томми, протягивая руку, чтобы потрогать пятно крови на ковре. К счастью, все не так плохо, как он думал. Скорее всего, у него будет достаточно времени, чтобы убрать его утром, а не сейчас. Вместо того чтобы исчезнуть, Фантазм фыркает. Томми удивленно смотрит на злодея. — Какого черта ты все время повторяешь одно и то же? Ты мне нахрен не нужен. Я и сам могу сшить тебе костюм. — Ты мне нравишься, — пожимает плечами Фантазм, как будто не он только что сказал самую странную вещь, которую Томми когда-либо слышал в своей жизни, а в приютах для детей-сирот, где он вырос, он наслушался всякого бреда от множества глупых людей - как детей, так и взрослых. — Тебе нравится исцеление, — уточняет Томми, чтобы ему было проще это осмыслить. Помимо страха, что его похитят и он проведет остаток жизни в заточении, Томми немного опасается, что, если люди узнают, что он целитель, это станет единственной причиной, по которой он им нравится. Томми мало что может предложить людям, кроме своих целительских способностей. Фантазм считает, что он неплохо шьет, но Томми сомневается, что кто-то захочет с ним дружить только потому, что раз в несколько недель он может сшить для них, по общему признанию, красивую одежду. — Исцеление это, конечно, хорошо, но мне нравится и твоя компания, — рассуждает Фантазм, и на его лице появляется улыбка. Это одна из его самых приятных улыбок, думает Томми. В ней нет ничего безумного. Она не разбивает ему сердце. Это еще одна причина, по которой Томми уверен, что при других обстоятельствах они могли бы стать друзьями. В конце концов, Томми становится тепло на душе, когда он смотрит на эту улыбку. — Обо мне никто так не говорит, — признается Томми. В детстве у него не было друзей. Он в хороших отношениях с остальными портными, но понимает, что ни одного из них нельзя назвать его другом. Они могут вместе слушать музыку, но он никогда не обратится к ним за советом по личным вопросам. И они бы к нему не обратились. Мадлен приятная женщина, но она ему не друг, а просто хороший начальник. — Похоже, у тебя совсем нет друзей, — заявляет Фантазм. Мышь забывает, что сидит рядом с котом, когда Томми бьет Фантазма по руке. Он сверлит Фантазма взглядом, но его гнев так же мимолетен, как и обычно опасный вид Фантазм. Фантазм смеется над реакцией Томми, а не угрожает ему. Ему больше нравится смеющееся лицо Фантазма, чем его безумный взгляд. — Я вернусь завтра, хорошо? — Да уходи уже, черт возьми, — рычит Томми. Злодей добродушно качает головой и исчезает под половицами. Томми качает головой, на его лице появляется мягкая улыбка.