Перерожденная Смерть

Это был на редкость пасмурный вечер в Киле. Лил промозглый дождь, пробирающий до костей; сильный ветер косил деревья, а плотный туман накрыл город. Все его жители уже давно спрятались от столь ужасной погоды в своих небольших домах, и лишь пара юных бойцов шла по плохо освещенной тропинке вдоль редких невысоких зданий. Это была граница города, на которой обычно люди предпочитали не селиться по вполне объяснимым причинам. И одна из них — опасность.     На границах разгуливали магические существа — мукусы. Это слизеподобные твари обитали там, лишь изредка уходя к себе на родину. Они были довольно слабы, но для человека, не умеющего держать в руках меч (хотя таких было крайне мало) или не использовавшего магию могли представлять угрозу. Впрочем, мукусы были не единственными обитателями границы.    И как раз из-за таких существ защитным отрядам было поручено патрулировать окрестности окраин. По этому поводу пара и оказалась в этом месте в такой промозглый вечер.     Девушка с парнем шли вдоль невысоких домов, большинство из которых уже давно не заселены, и оглядывались по сторонам в поисках мукусов или других тварей. Их патруль уже подходил к концу, оставалось лишь дойти до конца этой улицы, и можно было бы направляться домой. Хотелось уже вдохнуть с облегчением и блаженно потянуться, разминая уставшие конечности, когда их что-то смутило: то ли странный звук, приглушенный дождем, то ли маленькие магические колебания в воздухе. Или просто солдатская интуиция, которая определенно ощущала чье-то присутствие. Даже не одного существа. И одно из них явно был монстром.   Молча кивнув друг другу, они одновременно положили ладони на рукоятки катан и аккуратно двинулись в сторону ближайшего темного проулка. Сквозь туман и такой сильный проливной дождь было плохо видно, так и начало казаться, что он усилился, стоило им углубиться в проход.    Но тут пара наконец увидела того, кого они почувствовали: звероморфа. Это был крупный оборотень, уже рожденный в теле волка, поэтому он не мог превращаться в человека. Он обладал небольшим собственным разумом и интеллектом, хоть и не таким большим. Но большинство его действий все же было инстинктивными, как у животных.     Его нахождение здесь было не таким удивительным: они, как и мукусы, часто околачивались на границах из-за зависимости от здешней светлой энергии. Ну и для поиска невнимательной добычи.       Парень уже сжал рукоять, готовый вытащить катану, когда его взгляд упал на что-то небольшое перед тварью. Из-за дождя не удавалось его нормально разглядеть, поэтому ему пришлось медленными шагами   двигаться к этому, пока монстр почти не обращал на них внимания. И, к сильному удивлению пары, перед ними оказался ребенок. Это была девочка лет шести, смотрящая на звероморфа круглыми глазами и не двигающаяся, словно загипнотизированная. Она что-то тихо себе шептала под нос, не обращая внимания на пару.       Девушка, коротко кивнув парню, кинулась к девочке и, схватив ее за руку, отвела подальше от монстра. Парень в это же время рывком вытащил катану из ножен и встал в боевую стойку.       Звероморф словно очнулся ото сна: увидев перед собой юношу, в его темных глазах блеснули безумные огоньки, и он с ревом ринулся на него, выпуская из лап длинные острые когти. Парень ловко оттолкнулся от земли и взмыл вверх на несколько метров, усиленный заклинанием Прыжка. Он приземлился за спиной твари и одним точным ударом в сердце заставил того мгновенно обмякнуть и упасть ничком на землю.    Облегченно вздохнув, юноша собирался вложить оружие в ножны, когда его остановило некое предчувствие. Парень рывком отпрыгнул от того места, где стоял, и не зря: на это самое место спрыгнуло еще три не менее безумных звероморфа, которые сразу кинулись на него. Но эти действовали более вдумчиво: они избегали атак, подныривая под быстрое оружие, стараясь окружить юношу и подобраться к девочке, которую спрятала за собой девушка.    Парень продолжал сражаться, снова и снова нанося небольшие ранения монстрам, от чего те зверели еще сильнее. Для него этот бой был чем-то вроде тренировки, а не тем, на что бы он предпочел тратить лишние силы. И хоть он совершенно не напрягался, его катана скользила между телами с невероятной скоростью, так что за ней было сложно проследить.    Но вскоре юноше надоела такая скучная битва: звероморфы нападали однотипно и их действия можно было с легкостью предугадать. Вновь использовав Прыжок, он оказался за спинами тварей и одним резким ударом отделил их головы от тела, которые тут же безвольно упали на землю.       Парень протер катану от крови, вложил ее в ножны и, аккуратно обходя трупы, подошел к девушке. Она смотрела на него и устало улыбалась, прижимая девочку к себе, чтобы хоть немного согреть ее ледяное тельце. И лишь когда они втроем вышли из проулка, девушка присела на одно колено рядом с ней и обратилась к ней.    — Милая, где твои родители? И как ты тут оказалась? — ласково спросила женщина.   — Я.. — девочка на секунду помедлила. Она сама не понимала ни откуда она тут, ни как тут оказалась. — Я не знаю.   Растерянно вздохнув, девушка спросила ее имя.   — Меня зовут Рин. Но у меня здесь нет родителей. У меня здесь нет никого. — тихо прошептала девочка.   Девушка на секунду задумалась.   — Тогда, может, пойдем к нам? Тебе нужно отогреться и отдохнуть. Можешь звать меня Ая, а его, — она махнула рукой на парня позади, — Томохиро, но можешь звать Хиро.    Рин расплылась в легкой улыбке и протянула свою маленькую ручку Ае. Та взяла ее и повела за собой, подальше от границ.    ***   Втроем они без происшествий добрались до дома, где расположились в просторном зале на диване. На тумбочках по бокам от него стояли зажженные лампы, мягко освещая пространство. Ая сидела, откинувшись на мягкие подушки, и легонько покачивала на руках девочку, их дочь. Хиро устроился в широком кресле-качалке, стоявшем рядом с диваном, читая какую-то книгу с очень замысловатым названием. А Рин сидела почти на самом краю, медленно попивая горячее молоко с медом. С каждым глотком тепло растекалось по всему окоченевшему телу, заставляя невольно расслабляться. От этого начала чувствоваться ужасная усталость, которая заставляла глаза самим закрываться.     Но, несмотря на это, спать было еще рано.   Рин неспеша прокручивала все последние события, силясь найти логическое объяснение тому, как она оказалась в том переулке, но ответ найти так и не получилось. Лишь бессмысленные догадки.    И уже хотелось поддаться такой манящей усталости, когда в голове мелькнуло какое-то воспоминание. Оно казалось совершенно чужим, будто бы даже не ее, словно и вовсе из другого мира. Она увидела его лишь на несколько секунду но этого хватило, чтобы вызвать неподдельный интерес. И, потакая своему любопытству, Рин схватилась за остатки воспоминания.     Девушка сидела в кабинете какого-то врача. На бледно-красной стене висел плакат о строении сердца, который она подробно изучала. Девушка нервно покусывала нижнюю губу, перечитывая каждый термин на  постере. Она уже вызубрила его наизусть за эти мучительно долгие десять минут, которые она сидит тут и смиренно ждет приговора врача. Все костяшки на руках уже стали красными и ныли от вечного нервного растирания кожи. Давно она так нервничала, наверно, с самых похорон родителей?..   Рядом доктор перебирал какие-то бумажки с заключениями врачей, и его лицо становилось все мрачнее и мрачнее. И от этого ей в голову приходили все новые варианты ее приговора. И каждый из них был хуже другого.      — Господин Мацумото, можете мне объяснить, что именно вы обнаружили? — растерянно спросила девушка, уже не в силах выдерживать собственные мысли.   — Что ж, госпожа Судзуки.. — Негромко произнес врач, отвлекаясь от документов и поворачиваясь к ней. — К сожалению, вынужден вам сообщить, что у вас обнаружена гипертрофическая кардиомиопатия. Это серьезное наследственное заболевание, которое иногда может привести к не лучшему итогу. Его лечение требует большого количества времени и, к сожалению, денег.       После этих слов девушке показалось, что ее уставшее сердце пропустило несколько ударов. Взгляд стал пустым, в голове осталась лишь холодная пустота, а пальцы перестали теребить костяшки. К горлу подкатывал ком, хотя глаза и оставались сухими. Дыхание начало ускоряться, а в голову вновь хлынули мысли, эхом повторяющие злополучное название болезни. Больное сердце теперь начинало ускорять свой ритм, и каждый его стук проносился разрядом по всему телу. От этого звука в груди нарастала боль. Уже такая привычная, такая знакомая, старающаяся слиться со всем нормальным, стать обыденностью. Неприятной, но обыденностью.    Хотелось кричать, плакать, сметать все подряд, лишь бы найти себе успокоение. Но этого не было. Лишь пустой взгляд в одну точку и немое сражение с самой собой. А потом и вовсе осталась только боль..       Рин выкинуло из этого воспоминания также резко, как и втянуло. Она все еще будто бы  чувствовала ту боль, которую чувствовала девушка, от чего непроизвольно схватилась за сердце, но почти сразу убрала руку. Этот жест не ускользнул от Аи: девушка посмотрела на Рин с искренним беспокойством и поспешила уточнить, все ли у нее хорошо, переспросив пару раз. Хиро ограничился лишь несколькими мимолетными взглядами, в которых тоже виднелось переживание, смешанное с удивлением.      Рин, как можно убедительней, ответила им, что все хорошо и она просто подавилась горячим молоком. Про загадочное воспоминание она не сказала ни слова. И точно не расскажет, пока сама не поймет, кто это в них и откуда у нее они вообще.     Еще через несколько минут Рин наконец отвели в отдельную комнату, вероятно гостевую, в которой та смогла спокойно разместиться и устроиться. Впрочем, это она и сделала: коснувшись подушки, та тут же провалилась в глубокий сон.        ***   Утром яркое солнце старательно пробивалось сквозь темные шторы, силясь разбудить здешнего спящего обитателя. Рин морщилась от лучей солнца, все еще ворочаясь и находясь в полудреме. Вставать из теплой постели совершенно не хотелось. Но с тяжелыми охами и ахами пришлось, потому что ее пришла будить милейшая женщина Сара. Она была домработницей у Аи и Хиро, работающей у них уже довольно долгое время. И справлялась со всем по дому с удивительным мастерством и ловкостью, несмотря на ее годы.   Сладко потянувшись и немного размявшись, Рин наконец окончательно проснулась, и теперь ей хотелось наконец узнать, где она вообще находится. А то вчера ничего выведать не получилось, да и не особо хотелось.         Свою одежду она нашла аккуратно сложенной на стуле рядом с диваном. Рин оказалась в этом мире в довольно простой и универсальной одежде: свободные темные шорты, немного выше колена, недлинная футболка и простая серая кофта с капюшоном на молнии.       Быстро одевшись, она оглядела себя со всех сторон в зеркало. Тут Рин впервые увидела себя вообще в этом мире. Из зеркала на нее смотрела довольно худая девочка с выраженными синими синяками под глазами и весьма короткими волосами, едва закрывающими затылок. Все это вместе давало слегка болезненный вид, но не смертельно. Последний раз покрутившись у зеркала, она выскользнула из своей комнаты.     Рин попала в недлинный, но просторный светлый коридор. На стенах висели невероятно красивые картины неизвестных ей художников, на комодах стояли изящные вазы с сухоцветами и прекрасными цветами, напоминавшими пионы.    Дальше находилась большая, уютная гостиная, совмещенная со столовой, вся сделанная в коричневых, голубых и белых тонах. Ее заливал яркий солнечный свет, который исходил из высоких, больших окон, доходивших до самого пола. Посередине стоял широкий, светло-серый диван, а по бокам стояли тумбочки с небольшими светильниками. Именно здесь они вчера сидели поздно вечером.    Рин медленно шла по гостиной, осматриваясь и восхищаясь убранством комнаты. Вчера ей не удалось осмотреть зал из-за жуткой усталости.   А в соседней комнате, кухне, хлопотала Сара, готовя что-то до жути аппетитное, ведь пахло блюдо невероятно вкусно. Было слышно, как она негромко напевала какую-то незамысловатую песенку, при этом успевая бегать к плите и что-то помешивать. От этих ароматов у Рин чуть ли не закружилась голова, а во рту скопилась слюна.      Заметив девочку, Сара предложила ей подождать в зале, пока семья не соберется и она не подаст завтрак. И Рин, хоть и нехотя, уселась ждать в гостиной.         Вскоре одна из дверей в коридоре открылась, и оттуда вышла Ая. Только сейчас девочке удалось ее рассмотреть.    Это была прекрасная девушка высокого роста, худого телосложения и идеальной осанкой. У нее были мягкие черты лица, от чего она выглядела довольно молодо. Ее длинные шелковистые волосы были заплетены в высокий хвост, а в него вплетены несколько красных ленточек.    На руках она несла малышку, находившуюся все еще в полудреме. Заметив девочку, Ая слегка улыбнулась и негромко с ней поздоровалась, а потом направилась в столовую усаживать дочь.     Через некоторое время из той же комнаты вышел Хиро. Он был высоким брюнетом с невероятно красивой внешностью. У него было худое, но накаченное тело с такой же хорошей осанкой, как у его жены. Хиро имел изящные черты лица, хищный взгляд и густые шелковистые волосы.    Он поздоровался с девочкой и побрел в большое кресло, которое находилось недалеко от дивана, в углу комнаты. Туда свет от больших окон попадал меньше всего, поэтому там стоял невысокий торшер, который даже в столь солнечный день оказался включенным. Через пару минут Сара сообщила о том, что еда готова, и пригласила всех ко столу.          Женщина подала идеальные блины с особым напитком каждому: вкуснейший молочный улун для Хиро, клубничный латте для Аи, а Рин она предложила один из множества сортов чая, от чего та не смогла сразу решить. Ее выбор пал на зеленый жасминовый, от которого пахло просто невероятно.    Почему-то именно этот аромат вызывал необъяснимое чувство спокойствия, умиротворения и то странное ощущение чего-то родного. Но пока она не могла понять почему.   Когда все поели, пара поспешила начать собираться в загадочную Ассоциацию. Между быстрыми сборами Ая успела разбудить свою дочь Юи и не забыла уделить ей немного своего драгоценного времени. Она относилась к ней с особым трепетом, постоянно целуя малышку в лоб, от чего та смешно морщилась, но на ее лице появлялась радостная улыбка. Все это время в доме царила невероятная атмосфера: всюду были слышны голоса, смех Юи, старательные попытки Сары помочь паре со сборами. От этого в душе разливалось тепло, а губы растягивались в легкой улыбке.   Как тут было хорошо..   Вскоре со сборами было покончено, и Ая с Хиро, попрощавшись со всеми, отправились в эту Ассоциацию. А пока Рин решила попытаться узнать как можно больше об этих светлых людях и о мире.