Опасные записки

***

Утро. Пересекая загруженную улицу с раскаленным стаканчиком кофе в руках, Энди выругалась себе под нос. Прошлый бариста, знавший Энди в лицо и помнивший наизусть безумные запросы ее начальницы, куда-то исчез, и теперь она жутко опаздывала. Он всегда готовил кофе к ее приходу, чтобы она могла скорее отнести его Миранде и избежать хотя бы толики недовольства своего сурового босса. Разумеется, Миранда Пристли не была бы Мирандой Пристли, если бы не находила еще тысячу причин для ежедневного разочарования во всеобщей некомпетентности, но приходилось работать с тем, что есть. Все в работе Энди было оптимизировано до мелочей и рассчитано до минуты. Она знала номера ближайших кофеен, а также телефоны приличных служб такси на случай, если Рой не успевает. Знала, где всегда можно добыть отличный стейк, в какой бы части города ни находилась. Энди даже подружилась с охранниками на входе в «Элиас-Кларк», чтобы точно знать, когда начальница появится в здании. С Мирандой по-другому бы просто не получилось. И обычно доставка кофе оставалась самой легкой и беспроблемной обязанностью в ее бесконечном списке. Все работало как часы. До сегодняшнего дня. Сегодня же, появившись в кофейне в свое обычное время, Энди не обнаружила ни готового заказа, ни знакомого баристы. Ей пришлось выстоять общую очередь, потеряв несколько минут (очень ценных, между прочим, минут!), чтобы в конце концов наткнуться на улыбчивое, но абсолютно ничего не понимающее лицо нового работника. «Эндрю», — прочитала она на бейджике и терпеливо вздохнула, заранее смиряясь с тем, что сегодня просто не ее день. Сначала бариста напутал заказ, потом сделал явно холодный напиток (Энди поняла это еще издалека, учитывая, как легко парень прикасался к стаканчику), и лишь с третьего раза Энди, вымученно улыбаясь, наконец забрала этот дурацкий кофе. Только въевшаяся в подкорку вежливость не дала ей нагрубить сотруднику, хотя сегодня очень хотелось (черт бы побрал это воспитание). Отругав себя за брань, пусть даже мысленную, Энди еще раз растянула губы в кривой усмешке и бросилась к офису, оставив баристу виновато смотреть ей вслед. Чуда не случилось — она не успела проскользнуть в здание до прихода Миранды. В последний момент Энди ухватила взглядом лишь развевающийся край плаща, исчезающий за дверями лифта. На секунду мелькнула отчаянная мысль позвонить диспетчеру и каким-то образом заблокировать кабину, но тогда Миранда опоздает на запланированную встречу, и ситуация станет совсем катастрофической. Да, всегда есть куда хуже — Энди в этом уже убедилась. Идею пришлось отбросить. «Надо бы заняться бегом, — думала она, мысленно умоляя свой лифт подниматься хоть немного быстрее. — Сброшу пару килограммов, а заодно смогу носить кофе в два раза быстрее. Возможно, тогда меня не уволят». Да, ситуацию было уже не спасти. Для нее не стали сюрпризом ни обвиняющее лицо Эмили, едва Энди шагнула в приёмную, ни раздраженный взгляд самой Миранды «Отлично, — Энди мысленно искривилась от досады. — Великолепное начало. А ведь сегодня у нее еще и совещание с Ирвом по поводу бюджета. Лучше дня не придумаешь». Под пристальным, тяжелым взглядом она почти бесшумно подошла к столу и осторожно опустила стаканчик, слегка морщась от нехорошего предчувствия. Энди уже прекрасно изучила все оттенки настроения начальницы. Если бы в редакции существовала должность «синоптика Миранды Пристли», она бы блестяще с ней справилась. В голове живо всплыл образ: вот она с указкой в руке стоит перед портретом босса и докладывает о надвигающемся холодном фронте под названием «урезание бюджета». Или «испорченная фотосессия». Или «кофе, который слишком долго несли». А вот здесь обратите внимание: едва заметно поджатые губы говорят нам о надвигающейся грозе. Рекомендуем воздержаться от выхода в коридоры "Элиас-Кларк" и немедленно найти ближайшее укрытие. Затем она вещала бы о том, как арктическое течение под названием «очередная некомпетентность» приносит обильные осадки в виде града на головы ассистентов. И завершала бы прогноз предупреждением о резких заморозках и снежной буре в отделе аксессуаров из-за отвратительного подбора украшений для съемок. Местами возможны смерчи. Хорошего дня, берегите себя. Миранда наблюдала за передвижениями Энди, приподняв бровь и явно готовясь высказать все, что она думает о такой непростительной задержке. Но сначала нужно было получить свою утреннюю дозу кофеина (к тому же, ассистентам только на пользу идет небольшая встряска в виде нервного ожидания). Пока Энди послушно стояла возле ее стола, Миранда взяла в руки стаканчик, сделала глоток кофе и уже собиралась что-то сказать, как вдруг резко осеклась и, сузив глаза, подозрительно посмотрела сначала на стаканчик, а потом на Энди. Боже, неужели этот бариста все-таки напутал заказ? Взгляд Миранды был похож на рентген, она явно пыталась что-то найти. Ответ на какой-то вопрос? Или она придумывала наиболее изощренное наказание? Энди вздрогнула и неуверенно улыбнулась. Иногда это помогало хоть немного снизить ущерб. Миранда еще раз задумчиво посмотрела на Энди, фыркнула (или что это вообще было?) и отвернулась к окну. — Это все. — А, эм… Окей. Энди не стала искушать судьбу и как можно быстрее исчезла из кабинета, только снаружи осознавая, что все это время задерживала дыхание. Она практически рухнула в свое кресло и невидящим взглядом уставилась в выключенный монитор. От стола напротив исходили лучи жгучей ненависти: иногда казалось, что угодить Эмили даже труднее, чем Миранде. Что ж, у девушки был отличный учитель. Эмили выразительно стрельнула глазами в сторону кабинета, задавая немой вопрос. Энди лишь беспомощно пожала плечами. Она понятия не имела, что творится в голове у начальницы. Да, Миранда никогда не опускалась до крика, но всегда считала своим долгом доходчиво объяснить подчиненному, какой он идиот. Возможно, она просто решила заставить ее понервничать перед настоящим наказанием. Точно. Энди обреченно вздохнула. Однако за все утро Миранда больше не проронила ни слова, пока не отправилась на совещание с Ирвом. Бросив напоследок несколько отрывистых указаний, она еще раз как-то слишком загадочно посмотрела на Энди и удалилась, плавно покачивая бедрами. Как только Миранда скрылась, Эмили резко повернулась в сторону Энди и сердито зашипела. — Что ты наделала? Почему она молчит? — Я не знаю! — Энди подскочила от такого напора. — Что я такого сделала? Этот новый бариста сначала… — О боже! За что мне это? — Эмили прервала ее стоном невыносимого страдания. — Не хочу ничего слышать! — Она схватилась за голову, но тут же отдернула руки, чтобы не испортить укладку. — Может, она… — Нет, я поняла! Я поняла! Она решила испытать нас молчанием. Игнорировать нас! Чтобы было еще труднее понять, что ей нужно. — Это же просто кофе! Эмили подняла руку (какой знакомый жест), останавливая возражения Энди, и указала на кабинет Миранды, подкрепив действия выразительным взглядом. Нужно было выполнить пару поручений, пока та была на совещании. — Иди и займись чем-нибудь полезным. Надеюсь, хоть с этим ты справишься. Иногда Эмили слишком все драматизировала. Не может же Миранда всерьез злиться из-за не такого уж и долгого ожидания кофе. От этого еще никто не умирал. Ну, не считая одной несчастной ассистентки из той дурацкой выдуманной истории, которую Энди недавно услышала на кухне. Было бы забавно рассказать это самой Миранде и увидеть ее реакцию. Если, конечно, это было возможно — совершить такую дерзость и остаться в живых. Энди весело хмыкнула. Она прошла в кабинет Миранды, чтобы забрать образцы аксессуаров для будущей фотосессии. Энди с усмешкой вспомнила, как буквально час назад отсюда доносились приглушенные фразы про то, что «все приходится делать самой», и тяжелые вздохи о тотальной некомпетентности. Собрав аксессуары, Энди окинула стол прощальным взглядом — и вдруг замерла. Ее взгляд внезапно упал на стаканчик кофе в мусорном ведре. И на ее имя на этом самом стаканчике, который она принесла всего пару часов назад. Что за чёрт!? Пару мгновений ушло на мысленный спор с самой собой — лезть в мусорку или так и остаться в неведении. Если кто-то увидит, это будет позор. Но умереть, так и не узнав причину своей смерти, было бы слишком обидно. В конце концов Энди бросила аксессуары обратно на стол и быстро достала стаканчик из корзины (благо, там ничего больше не было), при этом настороженно оглядываясь вокруг, чтобы никто не застал ее за таким неподобающим занятием. Скорее всего, после такого случая никакая модная одежда не помогла бы ей восстановить репутацию. Боже, это был бы кошмар. Еще пару мгновений у Энди ушло на осмысление надписи на стаканчике. «Миранда. У вас очаровательная улыбка. Надеюсь, кофе сделает ваше утро добрее. Энди». Черт. Черт, черт, черт. На этот раз Энди не стала отчитывать себя за брань. Ситуация была катастрофической. Было стойкое ощущение, что она находится в какой-то дурацкой комедии положений. Она даже зажмурилась на пару секунд в надежде, что ей показалось. Но нет. Надпись все еще была перед ней. Как это могло произойти? Память услужливо подсунула ей воспоминания о сегодняшнем утре. — Имя? — Это заказ для Миранды Пристли, — прозвучал в голове ее собственный голос. Обычно работники кофейни после этой фразы просто записывали все покупки на корпоративный счет, который оплачивался в конце месяца. Энди еще удивилась, что сегодня кофе пришлось оплатить сразу, но из-за спешки решила разобраться с этим позже. Разобралась. И только сейчас в памяти Энди всплыл бейджик нового бариста – там ведь было написано «Эндрю». Вот оно что. Сокращенно — Энди. Она с силой хлопнула себя по лбу. Не будь ситуация такой плачевной, Энди бы даже оценила иронию. Следом за именем вспомнилась и его неловкая, извиняющаяся улыбка. «Ну спасибо, Эндрю! — кисло подумала она. — Утро определенно стало добрее некуда». Кто вообще в здравом уме рискнет писать кокетливые записки Миранде Пристли? Наверняка этот бариста даже не знал, кто она такая. Иначе бы всей этой ситуации вообще не было. Когда работаешь в «Подиуме», кажется, что все вертится вокруг Миранды Пристли. Дизайнеры пытаются урвать хоть немного ее драгоценного времени, журналисты — выведать подробности ее жизни и взять интервью, фотографы бегают по пятам ради сенсационных снимков, а мужчины делают тщетные попытки обратить ее внимание на себя. И завершают весь этот бесконечный список подчиненные Миранды, которые всеми силами стараются получить ее одобрение или благосклонный кивок головы. Миранда. Миранда. Миранда. Центр вселенной моды. И постепенно тебе начинает казаться, что все вокруг знают Миранду Пристли. Что просто невозможно не знать ее. А потом ты оказываешься в каком-то внешнем мире, далеком от моды, и некоторое время у тебя уходит просто на осознание того факта, что кто-то о ней даже не слышал. А ведь раньше и Энди была такой. Теперь было понятно, почему Миранда так подозрительно на нее смотрела. И совершенно непонятно, что с этим делать. Можно было даже не надеяться, что она не видела эту надпись. Для этого надо быть слепой. Прямо как Энди сегодня утром. Ну как можно было не заметить? Это был провал. Видимо, она так торопилась принести этот дурацкий кофе, что даже не посмотрела на стаканчик. И надпись каким-то образом оказалась на противоположной от нее стороне. Или спряталась под картонкой. — Ага, так и будешь ей это объяснять, — сама себе проворчала Энди. Боже. Должно быть, Миранда подумала, что Энди к ней подкатывает. Или, что еще хуже, подлизывается. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, что та в ярости, раз она даже не хочет с ней разговаривать. А ведь все только стало налаживаться: Энди перестала косячить и научилась хорошо предугадывать желания Миранды, а та в свою очередь начала относиться к Энди с неким уважением (насколько она вообще это умела). И Энди даже перестала просыпаться среди ночи от фантомных звонков начальницы в страхе, что она опять что-то забыла. И что теперь делать? Отнекиваться? Пытаться объяснить? Как будто Миранда вообще станет ее слушать. И непонятно, от чего именно она разозлится сильнее. В голове не было никакого плана действий. Нет, конечно, Энди всегда признавала, что Миранда — красивая женщина (это факт), но она бы в жизни не стала писать такую записку. И точно бы не назвала улыбку Миранды очаровательной. Обворожительной — да, и, может, даже немного коварной и саркастичной. Определенно. И изредка теплой, когда та разговаривала со своими дочерьми (нет, Энди не подглядывала, что за глупости… ну может, совсем немного). Но очаровательной? Нет, это не про Миранду. Наверно, если бы боссом Энди был любой другой человек, можно было бы даже вместе посмеяться над этой забавной ситуацией. Энди попыталась представить, как смеется вместе с Мирандой... а потом скривилась, потерпев поражение. Первый и последний смех Энди на рабочем месте слишком дорого ей обошелся — она еще долго периодически вздрагивала от слова «лазурный», а тот треклятый свитер улетел в мусорку по дороге домой, из-за чего она в итоге жутко замерзла. Повезло еще, что ей не пришлось идти к психологу с дурацкой просьбой избавить ее от триггера в виде цвета. Что за чушь. — Что ты там возишься? — послышалось из приемной злобное шипение Эмили. — Ничего, — Энди яростно смяла ни в чем не повинный стаканчик и бросила в ведро. На нее нахлынуло отвратительное чувство неизбежности — наверно, именно это ощущают люди перед казнью. Быстро разобравшись с аксессуарами и вернувшись обратно в офис, Энди не очень элегантно рухнула в свое кресло и бездумно уставилась в монитор, даже не обратив внимание на недовольный взгляд Эмили. Пожалуй, сегодня она не отказалась бы от пары заданий вне офиса, просто чтобы быть как можно дальше отсюда и не слышать угрожающее: «Андреа, мой кабинет, немедленно». И не видеть осуждающее лицо Миранды (Эмили наверняка была бы счастлива). Энди чувствовала себя какой-то провинившейся школьницей, ожидающей своего наказания возле кабинета директора. Она ведь взрослый человек, она не должна так бояться, в конце-то концов! Как назло, сегодня не нужно было ни забрать очередные дизайнерские вещи, ни выгулять огромного сенбернара Миранды, ни даже добыть еще не вышедшую книгу о Гарри Поттере для близнецов. Она готова была бы сейчас добыть даже еще не придуманную книгу про Гарри Поттера, если бы это ей помогло. Бежать было решительно некуда. Оставалось только ждать возвращения Миранды. Было трудно сосредоточиться на работе. Может, в этом и не было смысла, если Миранда все равно ее уволит. Энди заранее скривилась при мысли о том, как она будет искать работу после такого позорного увольнения. И как будет светиться от радости Эмили. Вот бы можно было просто подождать, пока Миранда забудет об этом маленьком инциденте. Это было бы прекрасно. Притвориться, что ничего не было. Может, если достаточно долго не попадаться Миранде на глаза, то в конце концов ее разозлит кто-то другой, и она выместит весь свой гнев на этом бедняге. Но потом Энди вспомнила, что вечером ей еще предстоит доставить Книгу, и обреченно уронила голову на ладони. Ее никто не спасет. Может, стоит полистать список вакансий? Желательно, в другом штате. Спустя пару мгновений она практически упала с кресла, услышав над собой властный голос Миранды. — Андреа, мой кабинет, немедленно. Началось. На подгибающихся ногах Энди поволочилась за Мирандой в кабинет. Интересно, если она прямо сейчас сломает ногу, это отвлечет Миранду от разговора? Будет вся эта суматоха, потом долгий больничный, пройдет время, и вся эта ситуация, возможно, станет хоть немного менее неловкой. Энди уже представила, как блаженно она отсыпается на больничной кровати, как вдруг Миранда резко к ней повернулась. Украшения на ее шее угрожающе зазвенели. Наспех придуманные объяснения буквально застряли в горле Энди. — Миранда, я… — Мне нужно, чтобы ты сегодня же составила отчет о том, сколько инвестиций мы привлекли благодаря последней пиар-кампании. Этот идиот, — Миранда стиснула зубы и поморщилась от собственной откровенности, — опять пытается урезать наш бюджет. И все ради чего? Свозить свою любовницу на Багамы? Купить очередной Ягуар? Хотя, бог свидетель, он наверняка не умеет пользоваться ни тем, ни другим. — Эм… — Энди испуганно распахнула глаза, даже не представляя, как поддержать этот разговор. Да и стоит ли. Во всяком случае, успокоила она себя, сейчас гнев Миранды направлен не на нее — это уже что-то. Отсрочка наказания. В любой другой день Энди, разумеется, разозлилась бы на Ирва за то, что тот испортил настроение Миранды (потому что разгребают последствия всегда ее помощники), но сегодня она была ему даже благодарна. Совсем чуть-чуть. Она с трудом вздохнула, набираясь смелости что-нибудь сказать. Но что именно? Они не были подругами, а еще Миранда терпеть не могла фамильярность и пустую болтовню. И сплетни. Она определенно терпеть не могла сплетни, учитывая, сколько желтая пресса полоскала ее жизнь. А если начать обсуждать с ней Ирва, то это станет опасно похоже на все сразу — и на фамильярность, и на болтовню, и на сплетни. Не говоря уже о том, что Миранда вряд ли воспринимала своих помощников как хороших собеседников. И вообще, как собеседников. Все, что ей было нужно — хорошо сделанная работа. Пока Энди мучительно пыталась решить, говорить что-то или нет, Миранда от негодования начала расхаживать по кабинету, отбивая каблуками четкий ритм. Энди, как загипнотизированная, наблюдала за ее движениями. На пару секунд она даже забыла, о чем они говорили. Было в походке Миранды что-то одновременно изящное и опасное. Как дикая кошка в клетке. Миранда слишком хорошо понимала, что с Ирвом надо было что-то делать, но силы были неравны. — Его управленческие решения находятся просто за гранью моего понимания, — Миранда возмущенно взмахнула руками и отвернулась к окну. — Недавно он перечитал отчеты и решил, что ресторан, который я выбрала для встречи с инвесторами, слишком дорогой. Неужели он ожидает, что я поведу их в Макдональдс? В самом деле, — она закатила глаза. — Он считает, что мы тут «спускаем деньги на поездки» просто ради собственного развлечения. Как будто мне больше заняться нечем. Наверно, он думает, что на Неделе моды в Париже я должна жить в хостеле где-нибудь на окраине и добираться на показы на велосипеде, перехватывая по дороге багет. Это, конечно, было бы очень по-французски. Энди опешила от слов Миранды. Обычно та даже в крайней степени раздражения не высказала своего отношения к Ирву (хотя все и так знали, как она к нему относилась), но сегодня он явно посягнул на святое. На комфорт Миранды. — И, Андреа, — Миранда резко обернулась, в пару решительных шагов достигла стола и, уперевшись в него обеими руками, угрожающе наклонилась вперед. Было видно, что она хочет сказать что-то еще. Но, посомневавшись пару секунд, она лишь в очередной раз подозрительно оглядела Энди и поджала губы. — Это все. Энди пару раз моргнула, прежде чем осознала, что Миранда решила никак не упоминать утренний кофе. Было сложно поверить в такую удачу. Быстро кивнув, она поспешила к своему столу. Если Миранда не собирается поднимать эту тему, Энди уж точно не будет этого делать. И дело, конечно, было не в трусости Энди, а в том, что никто не смеет спрашивать Миранду о чем-либо. Никто, кто хочет жить и работать в Нью-Йорке. Ну, или просто жить.

***

До конца рабочего дня Энди еще несколько раз ловила на себе странные взгляды Миранды, которые та тут же отводила, но в целом все прошло куда лучше, чем ожидалось. У нее по-прежнему была работа, и ее не опозорили на весь офис громким скандалом. В принципе, предел мечтаний, учитывая утреннюю катастрофу. Даже Эмили перестала ядовито огрызаться, втайне радуясь, что ей все-таки не придется в срочном порядке искать и обучать новую помощницу. Весь оставшийся день Энди составляла отчет для Ирва, маниакально проверяя каждую цифру, чтобы ни в коем случае не спровоцировать новый гнев Миранды. Хоть та и не стала раздувать скандал из-за чашки кофе, Энди сильно сомневалась, что еще одна оплошность сойдет ей с рук. Особенно сегодня. Миранда явно намеревалась швырнуть Ирву в лицо доказательства его неправоты, и нельзя было ее подвести — цифры должны быть неоспоримыми. Уходя домой, Пристли практически вырвала злосчастную папку из протянутой руки Энди и стремительно направилась к лифтам. Черное, летящее следом пальто придавало ей воинственный вид. Стук шпилек эхом отскакивал от стен коридора. Да, Миранда определенно знала, как поразить противника. А если силы были неравны, в ход шла грамотно выстроенная стратегия. Судя по хищному блеску глаз, она была готова не только защищаться, но и нападать. Оставалось лишь дождаться нужного момента. Энди смогла выдохнуть чуть свободнее только тогда, когда звук шагов окончательно стих. Появилось время поразмыслить в ожидании Книги. Вопреки опасениям, Миранда не переложила вечернюю доставку на Эмили, хотя Энди была почти уверена, что после утреннего инцидента ей вообще запретят приближаться к таунхаусу. Что ж, непредсказуемость всегда была визитной карточкой главного редактора. Время шло слишком быстро. Обычно часы в ожидании Книги тянулись бесконечно, но сегодня Энди хотелось, чтобы у нее была возможность хоть как-то собраться с мыслями. Если это вообще имело смысл. Потому что все объяснения, которые она могла придумать, все равно звучали совершенно глупо и неправдоподобно. Даже правда звучала выдуманной — слишком много было совпадений на одном месте. Она так и слышала презрительное «Хмм» от Миранды и видела ее скептично изогнутые губы. Энди и сама вряд ли бы поверила в такую историю. В реальной жизни такого не бывает, это скорее свойственно каким-нибудь милым комедиям о любви, где герои осознают, что давно любят друг друга и… Энди встряхнула головой и откинулась назад с обреченным вздохом. Стрелки неумолимо бежали вперед. Наверно, все-таки стоило как-то объяснить ситуацию Миранде. Лучше выглядеть идиоткой, чем сумасшедшей воздыхательницей. Интересно, были ли у Миранды ассистентки, которые пытались к ней подкатывать? И что с ними стало? И как далеко от Нью-Йорка они теперь пытаются найти хоть какую-то приличную работу? Или Миранда настолько привыкла к попыткам с ней познакомиться, что даже не обращает на это внимания? Боже, надо иметь стальные нервы, чтобы на такое решиться. Энди вспотела лишь от одной мысли о подобной наглости. Ухаживать за Мирандой Пристли. Ха! Энди бы первая вызвала себе бригаду психиатрической помощи. Определенно, надо было поговорить с Мирандой. Они же взрослые люди, это не должно быть так сложно. И Миранда всегда ценила в людях прямоту. На самом деле, если задуматься, в последнее время она даже иногда спрашивала мнение Энди по тому или иному вопросу. Не то чтобы ей действительно нужны были чьи-то советы. Разумеется, нет. Она скорее проверяла, как Энди мыслит. Сначала это было страшно и странно и даже вводило в ступор, но постепенно Энди научилась не теряться и честно говорить то, что думает. И иногда Миранда даже казалось довольной ее ответами. Так что... Появившаяся словно из ниоткуда Книга вырвала Энди из мыслей. Сегодня ее напечатали гораздо раньше обычного, и парень из печатного отдела довольно улыбался, ожидая от Энди радости по этому поводу. Почему именно сегодня? Не в тот день, когда она хотела собраться с друзьями, не в тот, когда Нейт ждал ее на романтический ужин, а именно сегодня. Нужно было просто пережить этот день. Он же не может длиться вечно. Ну пожалуйста, пусть он не длится вечно. Пока Энди ехала до дома Миранды, она продолжала прокручивать в голове варианты диалогов. И старалась отбрасывать те из них, которые заканчивались либо ее увольнением, либо пожизненным включением в черный список. Еще парочка включала в себя тюрьму или смертельный исход. Так что, в конечном итоге, их оставалось не так уж и много. Добравшись до дома Миранды без каких-либо пробок (кто бы мог подумать), Энди зависла возле входной двери. Тело просто отказывалось ей подчиняться. И собственная нерешительность начинала уже порядком раздражать. Ну что такого страшного может случиться? Если бы Миранда хотела ее уволить, то она бы уже это сделала, если бы хотела опозорить (и Энди бы не удивилась), то у нее были все шансы для этого, но она в итоге не сделала ни того, ни другого. Конечно, вполне возможно, что Миранда просто хотела в полной мере просмаковать момент унижения Энди в спокойной обстановке своего дома. Все-таки она очень занятая женщина, а в офисе совершенно нет времени для такого ответственного дела. Какая потеря для Эмили. В конце концов, когда Энди стало неловко и перед ожидающим водителем, и перед соседями, она смогла пересилить себя, максимально тихо открыла дверь и проскользнула внутрь. Чем быстрее она это сделает, тем быстрее окажется в безопасности собственной квартиры. Возможно, Нейт даже приготовит ей что-нибудь такое, чем можно будет заесть весь сегодняшний стресс. А спустя время она наверняка будет вспоминать этот абсурдный день с улыбкой и рассказывать страшилки о Миранде друзьям. Это будет здорово. Только до этого времени нужно было еще дожить. Сейчас же Энди старалась даже не дышать (и вообще не существовать), пока вешала химчистку, чтобы ни в коем случае не привлечь чье-нибудь внимание. Кажется, она впервые была так осторожна. Она уже почти поздравила себя с победой, когда услышала приближающиеся голоса со второго этажа. Надо было уносить оттуда ноги. Еще раз стать свидетельницей ссоры Миранды с мужем ну никак не хотелось. Хотя это, конечно, было бы прекрасным завершением этого без преувеличения чудесного дня. И, возможно, ее карьеры. Энди аккуратно пристроила Книгу на столике между цветами и, развернувшись, застыла на месте. Бежать было уже поздно. Разъяренная Миранда спускалась по лестнице и направлялась прямо к ней. Настоящая богиня войны. Ее глаза горели, на щеках играл румянец, а грудь вздымалась от частого дыхания. Энди обязательно оценила бы великолепие этой картины, если бы не была в таком ужасе. На секунду она даже испугалась за собственную жизнь. А сразу после этого ее сердце практически остановилось, когда Миранда потянулась в её сторону. Не будет же она ее душить в собственном доме, ведь нет? Это было страшно — находиться так близко к разгневанной Миранде Пристли. Как возле жерла вулкана. Энди даже показалось, что она почувствовала обжигающий жар. Но Миранда только схватила Книгу со стола позади Энди, бросила короткое «Андреа, за мной» и устремилась куда-то вглубь дома. Следом на лестнице появился ее муж, Стивен, так что Энди не стала мешкать и бросилась за Мирандой. И пока они неслись по коридорам, она с каким-то отчаянным весельем раздумывала, много ли еще катастроф сможет принести ей сегодняшний день. Поворот. Еще поворот. Конечно, оставалось всего три часа до полуночи, но на парочку катастроф еще точно хватит. Они явно перевыполнили план на месяц вперед. Еще один поворот. Да для этого дома нужен навигатор! Мысли Энди оборвались, когда она практически врезалась во внезапно остановившуюся Миранду, чем заработала неодобрительный взгляд. Черт. Ну давай, Энди, у тебя же так мало проблем. Миранда рывком распахнула дверь и практически втолкала Энди внутрь, больно ткнув в спину, когда их догнал Стивен. Он встал в проходе, не давая ей закрыть кабинет. Мужчина был не менее зол. Видимо, это был уже далеко не первый раз, когда Миранда уходила от разговора. — Миранда, мы не закончили. — Я закончила. Я еще раз повторяю, у меня нет времени ходить на все эти бессмысленные встречи с твоими коллегами. А если тебе нужна была красивая кукла рядом, чтобы почесать перед друзьями свое эго, то ты выбрал не того человека. Давно пора было это уяснить. Поговорим завтра, Стивен. У меня полно работы. — Да как ты… — он со злостью сжал дверной косяк, но на лице Миранды не дрогнул ни один мускул. Её выдержке можно было только позавидовать. Она лишь слегка приподняла подбородок и вскинула бровь, словно приглашая. Ну давай, рискни, скажи все, что собирался. Однако Стивен лишь злобно сжал зубы. — Поговорим завтра. Энди поморщилась, точно помня, что завтра у Миранды в расписании поздний деловой ужин. Кажется, Стивена ждет неприятный сюрприз. Энди очень надеялась, что ей не придется присутствовать еще и при этом разговоре, потому что ее зарплата явно не покроет столько сеансов у психолога (хотя «Подиум» мог бы и включить это в пакет страховки). В конце концов, после недолгого обмена крайне недовольными взглядами, Стивен, скрипя зубами, сдался и отступил. Энди было его почти жаль. Но ещё больше ей было жаль себя. Наверно, так себя чувствовали люди, которых кидали в клетку со львом? Оцепенение и страх. Миранда захлопнула дверь и повернулась к ней лицом. Она явно пыталась взять себя в руки, но пока ей это плохо удавалось. Кажется, в комнате похолодало на добрый десяток градусов. Энди не шевелилась. Некоторые хищники перестают замечать добычу, если она не двигается, а Миранда определённо была хищником. Энди с тоской посмотрела на закрытую дверь, отсекающую путь к спасению. Вот и все. Это была славная жизнь. Когда Миранда заговорила, голос не сразу ей подчинился. Она прочистила горло. — Постарайтесь по возможности не выходить замуж, Андреа, — выдавила она из себя и двинулась в сторону рабочего стола. — Эм, да, Миранда, конечно, — Энди решила, что сейчас не время спорить с Мирандой о выборе жизненного пути. Она настороженно наблюдала, как та откинулась в кресло с едва слышным вздохом усталости. Книга тяжело опустилась на стол. Энди краем сознания удивилась, что даже в таком состоянии Миранда умудрялась двигаться изящно. Энди в подобной ситуации явно бы просто рухнула на диван, издавая громкий стон. — Я хотела обсудить с вами, — Миранда сняла очки и, закрыв глаза, потерла переносицу, — сегодняшний отчёт. — Да, конечно, — Энди выдохнула. Это было лучше, чем обсуждать кофе, гораздо лучше. — Если нужно что-то исправить, то я займусь этим сегодня же. — Нужно добавить туда намечающиеся инвестиции от Дэвида Чарльтона, он позвонил мне, пока я ехала домой, — не открывая глаз, Миранда на ощупь расстегнула пару верхних пуговиц блузки и скинула туфли. Раздался тихий вздох облегчения. Должно быть, эти возмутительно высокие каблуки доставляли Миранде больше дискомфорта, чем это выглядело со стороны. А кому бы не доставляли? Иногда Энди казалось, что учёные, составляя список средневековых пыток, просто забыли добавить туда пару-другую туфель на шпильках. Где-то между испанским сапогом и железными башмаками. Однако Миранде каким-то образом всегда удавалось буквально парить на этих каблуках так, словно она в них родилась. Энди едва не хихикнула от этой мысли, но тут же собралась и отметила у себя в голове записать Миранду на дополнительный сеанс массажа. Та явно нуждалась в отдыхе. Её подрагивающая от усталости рука прошлась по волосам, портя остатки укладки. От этого движения ткань на груди опасно натянулась. Чёрт. Это выглядело почти эротично, хотя Миранда вряд ли преследовала такую цель. А ещё это было сверхнеловко. Энди очень надеялась, что полумрак кабинета скроет её румянец. Она едва успела опустить голову, когда Миранда с видимым усилием открыла глаза и кивнула на кресло напротив, призывая её сесть. — Думаю, есть ещё кое-что, что мы должны с вами обсудить, Андреа, и желательно не в офисе, — в этот момент Энди поняла, что ничего Миранда не забыла. Это была лишь глупая надежда, которая теплилась в ее глупом сердце до последнего. — Кофе сегодня утром. Это было совершенно неуместно. Я и подумать не могла, что вы, человек с такой высокой профессиональной этикой, будете заниматься подобными вещами, — Миранда наклонилась вперед, сцепив руки, и ее взгляд был настолько тяжелым, что Энди почувствовала, как под этой тяжестью сжимается ее сердце. Стало трудно дышать. Почему этой женщине обязательно всех запугивать? По взгляду Миранды Энди поняла, что можно даже не пытаться играть дурочку и притворяться, что она не знает, о чем идет речь, это явно разозлит Миранду ещё сильнее, и последствия могут быть весьма губительными. Черт-черт-черт. Нужно было что-то сказать. Энди открыла рот и… не смогла произнести ни слова. Это было так унизительно. То есть Миранда даже не допускала мысль, что записка могла быть не от нее. Но зато вполне допускала, что Энди, словно подросток с бушующими гормонами, будет писать ей глупые комплименты на бумажном стаканчике. — Миранда, сегодня утром в кофейне бариста, которого зовут Эндрю… — Энди запнулась и опустила глаза. Её ладони жутко вспотели, — он сначала долго не мог приготовить нужный кофе, а потом, — девушка вздрогнула и замолчала, услышав резкий хлопок ладони по столу. — У меня сейчас нет ни сил, ни желания читать вам нотации. Как и слушать ваши оправдания, — Энди подняла взгляд на Миранду и тут же пожалела об этом. Смотреть в глаза Миранды было физически тяжело. — Писать школьные записки своему боссу? Я вам не подружка. Повзрослейте, наконец. И займитесь своей работой. Это все. — Я поняла, — Энди с трудом встала, стараясь не расклеиться прямо на глазах у начальницы. Это было бы просто унизительно. Она уже схватилась за ручку двери, когда Миранда снова ее окликнула. — И ещё, Андреа... — Да? — она едва сдержала подступающие слезы, голос дрогнул, но остатки гордости позволили девушке продержаться ещё немного. — К утру отчет должен быть у меня на столе. И никаких школьных записок. — Конечно, Миранда. Доброй ночи. Естественно, Миранда ничего не ответила, Энди этого и не ждала. Она поторопилась покинуть дом, испытывая жгучее чувство стыда за то, чего она даже не делала! Нужно было лишь добраться до своей квартиры, возможно, принять горячую ванну, съесть что-нибудь очень углеводное и выкинуть всю эту дурацкую ситуацию из головы.

***

Позже тем вечером, пытаясь расслабиться в горячей ванне, Энди подумала, что, на самом деле, она довольно легко отделалась. Возможно, если бы у Миранды сегодня было больше сил и времени, то к концу дня от самооценки Энди бы мало что осталось. Однако женщина оказалась на удивление милосердна. Хотелось бы, конечно, думать, что Миранда сделала это исключительно из-за хорошего к ней отношения, но… в это как-то слабо верилось, даже Энди, которая всегда старалась видеть в людях лучшее. Ну, во всяком случае, Миранда не стала вымещать на ней своё отвратительное настроение, и на том спасибо. Можно было бы даже сказать спасибо Ирву и Стивену за то, что морально измотали Миранду, если бы Энди их так сильно не ненавидела. Пожалуй, круг людей, в которых она «всегда старалась видеть лучшее», можно немного ограничить, жизнь всегда вносит свои коррективы. Весь день Энди ожидала грандиозную по своему размаху лекцию, которая переплюнет и лазурный свитер, и пропущенный концерт дочерей, и ещё долго будет сниться ей в кошмарах, а получила всего лишь небольшой выговор и короткое «повзрослейте», которое даже на оскорбление не потянет. И сейчас у нее было ощущение, что она как минимум увернулась от падающего на землю метеорита. Спустя десять минут размышлений Энди поняла, что план по выкидыванию этой ситуации из головы успешно провалился. Всего за полгода она настолько привыкла постоянно думать о Миранде, что теперь она совершенно не понимала, как о ней не думать. Каждый день Энди, даже на выходных, был наполнен мыслями, как сделать жизнь Миранды легче, как распланировать её график, что нужно купить, что подготовить для мероприятий, кому позвонить. А когда Энди не думала о Миранде, она думала о том, что она наденет в офис, чтобы это понравилось Миранде. И о том, что наденет Миранда. Чёрт. Мысли были совершенно неуправляемыми из-за слишком горячей ванны, к тому же, это совершенно не помогало отвлечься, поэтому Энди решительно встала и, укутавшись в халат, прошлепала на кухню. Пару шагов туда, пару сюда, ванна, кухня, спальня — иногда она чувствовала себя тесно в этой квартире. Почему это не ощущалось раньше, когда они только сюда переехали? Миранде наверняка приходилось преодолевать стометровку, чтобы добраться от ванны до кухни. Может, в этом секрет ее стройности? Нейт уже спал, потому что у него были утренние смены в ресторане. Если честно, Энди была этому даже рада, потому что у неё не было никакого желания пересказывать события дня и слушать в ответ его возмущения по поводу ее работы. В какой-то момент это настолько осточертело, что у Энди и вовсе отпало желание что-то ему рассказывать. Времена, когда они, лежа на кровати в конце дня, делились друг с другом своими мыслями, как-то незаметно сошли на нет, и Энди даже не понимала, что чувствовать по этому поводу. Тоску? Облегчение? Сначала она словно насильно заставляла себя ощутить грусть, но потом просто смирилась. В конце концов, если ее близкие не хотят принимать Энди такой, какая она есть, это не должно быть ее проблемой. Пусть повзрослеют! От раздражения захотелось чем-нибудь погреметь. Например, драгоценными кастрюлями Нейта, которые он заказывал откуда-то из Европы, но она тут же себя одернула. Проблемы на работе и небольшие разногласия в отношениях — не причина становиться мстительной и мелочной. Нужно быть мудрее. Терпимее. Если они оба захотят, то наверняка смогут справиться со всеми разногласиями. Если захотят. Оба. Энди устало вздохнула. Раньше, когда она смотрела на брак Миранды и Стивена, то каждый раз думала, что точно бы не дошла до такого. Думала, что ей бы хватило мудрости и терпения, чтобы сохранить отношения. А сейчас? Что, если с некоторыми людьми просто не хочется быть ни мудрой, ни терпеливой? Стивен был мудаком, это понятно. Но Нейт-то был хорошим человеком, просто… просто что? Наверно, если очень постараться, Энди даже могла понять Нейта и их друзей, но от этого не становилось менее обидно. Вполне закономерно, что она изменилась. Это была ее первая настоящая работа, первые развеянные иллюзии и новый взгляд на мир. Если она хочет чего-то добиться в своей жизни, бороться за справедливость, будучи журналистом, как она всегда мечтала, ей придется идти на компромисс — даже с самой собой. Не получится оставаться мягкой и доброжелательной со всеми, придется расставить приоритеты и бороться за то, что действительно важно. Однако больше всего бесило, что Нейт тоже строил карьеру, пропадал сутками на работе и различных мастер-классах, но его никто никогда не обвинял. И где справедливость? Неужели она не заслужила такого же отношения и к себе? В такие моменты она прекрасно понимала Миранду. Но, всё-таки, неужели совсем нельзя найти баланс между работой и личной жизнью? Разве это должно быть так сложно? Чтобы не будить Нейта, она как можно тише сделала себе пару сэндвичей с сыром и ветчиной и совсем не элегантно плюхнулась на диван. Углеводы и жиры — то, что нужно. И пусть все эти диеты в духе «Подиума», в которых можно питаться лишь воздухом и водой, идут сегодня нафиг. И «Подиум» пусть тоже идет нафиг. И Миранда чертова Пристли туда же.

***

Благо, на следующий день Миранда сделала вид, что ничего не произошло. Как великодушно с ее стороны. Сумка, пальто, список заданий — все это было знакомо и безопасно, а еще создавало иллюзию того, что вчерашнее — это просто сон. Это было бы прекрасно. Энди привычным движением перехватила одежду, чтобы они не смяли бумаги на столе, выдавила из себя немного нервное приветствие и подняла распахнутые от волнения глаза. Страх, немного приглушенный вечерним сеансом самоубеждения (и поеданием углеводов, если быть честной), вернулся к ней с новой силой. Но Миранда лишь равнодушно окинула взглядом приемную, даже на мгновение не задерживаясь на Энди, как будто той и вовсе не существовало. Наверно, она должна чувствовать облегчение, что Миранда не обращает на нее внимание? Ведь этого же она хотела? Правда? На самом деле, было бы странно думать, что что-то сильно изменится. Миранде постоянно досаждали со всех сторон, так что этот инцидент с кофе уже наверняка вылетел у нее из головы, как нечто неприятное, но не стоящее большого внимания. Как надоедливая муха, которую она вчера успешно прихлопнула. Это заставляло Энди чувствовать себя незначительной. Отвратительное ощущение. Но чего Энди вообще ожидала? Что Миранда станет добрее от пары комплиментов? Дружелюбнее? Ага, как же. Она вчера ясно дала понять, что не потерпит никакой фамильярности, хотя это было понятно и с самого начала. Возможно, Энди опасалась, что Миранда будет презирать или высмеивать ее? И тогда Энди не осталось бы ничего другого, кроме как позорно сбежать. Но в итоге… ничего. Чего она не ожидала, так это того, что будет чувствовать разочарование. Подавив в зачатке это совершенно неуместное чувство, она напомнила себе, что прежде всего является профессионалом. И должна действовать профессионально. Эта работа с самого начала была для нее лишь стартом для хорошей карьеры, и не более. Так к чему тогда волноваться о том, что думает о ней Миранда? Та вряд ли думала хорошо хоть о ком-нибудь, кроме своей семьи и пары избранных людей. Недостижимая высота для простого смертного. К тому же, у Миранды и помимо глупых записок от подчиненных было много забот -вся эта суета с бюджетом отнимала значительную часть рабочего времени, которое можно было бы потратить на что-то полезное, и это совсем ее не радовало. Она ненавидела тратить время впустую. И ненавидела собрания по поводу бюджета. И Ирва. Любой бы на ее месте был недоволен. Энди с волнением смотрела, как Миранда проходит в кабинет и берет отчет в руки. Медленно листает его, бегая глазами по строчкам. Задумчиво поджимает губы. Сегодня утром Энди по меньшей мере раз десять проверила, что на нем нет никаких записок. Да, это опасно походило на паранойю, но она ещё не отошла от прошлого раза, а второй можно было и не пережить, так что… никто бы не смог обвинить ее в излишней осторожности. Она так пристально смотрела, как Миранда читает отчет, что та, словно почувствовав, внезапно подняла взгляд и вопросительно изогнула бровь. Попалась! Взгляд редактора блеснул каким-то дьявольским весельем. Она определенно любила запугивать своих жертв. То есть, подчиненных, конечно же. Энди от неожиданности почти вскрикнула, распахнув глаза, чем еще больше сдала себя, и вскочила с места. Нужно было сходить за кофе. Чем дальше она будет от этого места, тем меньше глупостей она сможет натворить. К тому же здесь стало как-то слишком трудно дышать. Она краем глаза заметила, как Эмили с наслаждением наблюдает за ее метаниями. На лице старшей ассистентки блуждала мечтательная улыбка — она явно ждала, когда Энди окончательно проколется, потому что никто не мог делать эту работу так же хорошо, как Эмили, и Миранда скоро тоже это поймет. Эмили, кажется, получала от происходящего искреннее удовольствие. Энди выскочила из здания и наконец вздохнула полной грудью — можно было перевести дыхание. Жаль, путь до Старбакса был слишком коротким, чтобы успеть отдохнуть и прийти в себя, но с ее работой начинаешь ценить и это. Кофейня встретила Энди прохладой и манящим ароматом кофейных зерен. Злополучного Эндрю нигде не было видно, и девушка с облегчением подошла к кассе. Нет, она не хотела, чтобы его уволили, но, учитывая нервные потрясения последних дней, не очень хотелось добавлять к ним еще и разборки с персоналом заведения. Может, в другой день. Возможно, его вообще перевели в другую кофейню. Это было бы замечательно. Знакомый бариста, едва увидев ее, сразу принялся за заказ, управившись за рекордное время, и Энди с благодарностью улыбнулась. Она любила профессионализм. Но проверить стаканчик всё равно стоило. Несколько раз. Даже под картонкой, защищающей её руки от огненной жидкости. Даже на дне. Энди пока была не уверена, стоит ли что-то делать с этой тревожностью, или она, возможно, спасет ее когда-нибудь от неминуемого увольнения. Да, этот парень ещё ни разу не подставлял ее неуместными записками, всегда делал раскаленный кофе и прекрасно знал Миранду Пристли, но вряд ли Энди была удачлива настолько, чтобы пережить всё это во второй раз и отделаться легким испугом.