Процент важности

В Заполярном дворце у каждого из Предвестников Фатуи был свой кабинет. И, не смотря на то, что практически все из них имели свою лабораторию вне дворца, где в общем-то проводились только общие собрания да жила Её Величество, у Панталоне складывалось стойкое ощущение того, что его кабинет (которым он хотя бы пользуется по назначению, в отличии от остальных) был проходным двором.

[*****]

Чаще всего сюда заявлялась Сандроне. Клала на стол папку с чертежами и изящно присаживалась на стул, который она сама же однажды и принесла в один из таких визитов. Панталоне, как правило, в это время писал какой-нибудь отчёт. Но вот, отложив ручку и привычным жестом поправив очки, он начинал вчитываться в уже надоевшие ему документы. Даже не дочитав первую страницу, он сложил их обратно. – Это не будет спонсировано. – Спокойным голосом говорит он, складывая руки на столе. Сандроне отрывается от разглядывания картины, висящей на стене, поднимается со стула и берёт документы со стола, молча удаляясь из кабинета. Знает, что разговорами и криками ничего не добьётся. Уже пробовала. Не получилось. Когда дверь с оглушительным хлопком закрывается, Панталоне вновь поправляет очки, берёт ручку и продолжает писать отчёт.

[*****]

Если кто и заходил по делу, так это Арлекино. Что Панталоне в ней нравилось, так это конкретика того, к чему она стремилась. – Хочешь сказать, что поставки задерживаются? – Арлекино складывает руки на груди. – Не хочу, а говорю. – Отвечает Панталоне. – Хорошо. Дверь захлопывается уже куда тише, и на том спасибо. Но, в отличии от Сандроне, документы остаются в кабинете. Их в любом случае рассмотрят. А вот когда, вопрос времени.

[*****]

– Я от Пульчинеллы... Панталоне уже не надо было поднимать голову, чтобы Тарталья вошёл в кабинет, ожидая от него согласия. Тарталья вообще никогда не приходил сам. Потому что у него не было собственных проектов. Он только и делал, что бегал с бумажками от остальных. – Положи на стол справа. – Не отрываясь от чтения говорит Панталоне. – А ещё... – На стол слева. – И... – Можешь отнести это обратно Сандроне. Он уже настолько изучил этого мальчишку, что ему не составляет особого труда предугадать каждое его действие и слово. – Её Величество просила зайти после приёма граждан. И тихо прикрыл дверь за собой. Вот так бы все покладисто работали, может он и проектов бы финансировал больше.

[*****]

К Царице в кабинет Панталоне ходил тоже часто. Бывало, он даже задерживался у неё допоздна во время принятия каких-либо важных экономических решений или планирования подотчётности. Три коротких стука, краткий поклон. – Её Величество, вы звали. – Проходи, Панталоне. В кабинете Крио Архонта будто всё было пронизано элегантностью и простотой: ровные ряды книг на полках, аккуратные стопки документов на столе. Всë такое же холодное, как и она сама. Обычно Делец приходил со своими документами, но на этот раз цель визита была неизвестна и он остался стоять возле двери. – Вы что-то хотели обсудить? – Спокойно спрашивает он. – Проходи, Панталоне. В холодном помещении слова её, постоянно пропитанные теплотой, отзываются мурашками по всему телу. Мужчина садится на край кресла по другую сторону стола от Царицы. – Дотторе вновь превысил полномочия. – Говорит она, глядя ему в глаза. То ли констатирует факт, то ли хочет упрекнуть. – Понятия не имею о чём вы. – Уголки губ аккуратно ползут вверх. Архонт прищуривается. Воздух будто начинает трещать. – Я лишаю тебя права давать ему одобрения на проекты в течение следующего года. – Чеканит она, умудряясь сохранять мягкость в голосе. Продолжать смотреть ей в глаза становится тяжело и мужчина поправляет очки. – Это всё? – Ты можешь идти. Вновь короткий поклон. За дверью он выдыхает и прикрывает глаза, в надежде расслабиться. Сейчас бы закурить.

[*****]

– Я от Царицы. – Громко говорит Панталоне, снимая шубу. На всё помещение стоит равномерный стук. Где-то совсем рядом слышится взрыв. – Он тут! – Голос доносится откуда-то сверху и Панталоне поднимает голову, замечая машущую руку из какой-то машины. Дотторе был единственным, к кому из Фатуи он приходил сам. Дотторе был единственным, кто ни разу не был у него в кабинете. Панталоне проходит через весь зал, подмечая вокруг очень уж бурную деятельность. К нему подбегает один из клонов-подростков. – Что-то серьёзное? – Спрашивает он, стирая кровь с лица ребром ладони. Но лишь растирает её ещё больше. – Кое-кто очень плохо себя ведёт. – Панталоне мягко улыбается, аккуратно проводя прямо по полоске крови на щеке большим пальцем. Мальчишка краснеет ушами и хочет что-то ответить, но его зовут. – T-16! Живо сюда! Подсказку с буквами-цифрами вместо имён для клонов дал именно Панталоне. «Уже шестнадцатый?» Мысленно отмечает он, приподнимая бровь и находя взглядом оригинал. Дотторе идёт к нему хромая и без маски. – Как-то ты пиздец невовремя. – Констатирует он, проходя мимо него и махая рукой, в знак того, чтобы Панталоне шёл за ним. Они пересекают ещё половину зала, заходят в какую-то каморку и наконец оказываются в тишине. – Её Величество не одобряет твои нынешние проекты. – Мужчина кладёт шубу на стул, а сам присаживается на диван. – А она в курсе? – Дотторе садится рядом с ним и откидывается назад, прикрывая глаза. По мнению Панталоне, он сейчас может быть олицетворением слова "Усталость". – В курсе чего? – Напряжённо уточняет он. Снаружи слышится ещё пару глухих хлопков. – Знаешь, я не могу вливать деньги "вникуда". Ты бы хоть написал что-нибудь про медицинское оборудование. – Панталоне смотрит на Дотторе, разглядывая шрамы на лице, не скрытом маской. Доктор открывает глаза. Под ними залегли глубокие тени. Их взгляды пересекаются. Они вновь молчат. – Она на год запретила мне выдавать согласие на твои проекты. – Это будет самый стабильный год в экономике Снежной. – Дотторе хмыкает, а глаза его странно блестят. – Что за шумиха? – Хмурится Панталоне, выходя из себя. – И куда делись трое образцов "Т"? Хоть это и клоны, но использовать их как расходный материал не разумно. – Вообще-то сломалось всего семь... – Через некоторое время признаётся Дотторе, хлопая себя по карманам. – Кажется я оставил его в зале. Агх! Сломались. Ну конечно. Панталоне продолжает хмуриться. – Зандик. Чем ты тут занимаешься? – Строго спрашивает он. Но Дотторе игнорирует его слова. – Забыл где-то блокнот. Сейчас приду. Панталоне остаётся в комнате один, окидывая её скептичным взглядом. Судя по столу и стульям вокруг него, а также из-за наличия большого дивана, каморка служила чем-то вроде комнаты отдыха для работающих здесь. Насколько мог судить Панталоне, всего в попечении Дотторе было около двадцати клонов. Но несколькими из них являлись дети, которые уставали гораздо быстрее взрослых версий. Однако, как сказал он сам, в последнее время "сломалось" ещё семь клонов. Что же такого должно было произойти, чтобы Дотторе мог это допустить? Но мысли разбегались, не успев сформироваться. В последнее время из самых крупных подписанных контрактов был как раз-таки проект Дотторе. Куча деталей, нескончаемые ресурсы подготовки и топливо буквально сжирали весь бюджет. Что уж говорить про испытания. «Испытания... Может быть, он проводит испытания на клонах?» Из мыслей его вырывает тихий стук двери. Панталоне невольно вздрагивает и тут же поправляет очки. – Когда ты рассеянный, такой сексуальный. – Ухмыляется Дотторе, тяжело падая рядом с Панталоне и протягивая ему большой, открытый на середине, блокнот. Он пропускает его слова мимо ушей, моментально вчитываясь в чуть косой почерк. «Трансплантация сердца... Когнитивная рекалибровка при подготовке к активному запуску проекта...» Будто читая кривой перевод какой-то медицинской книги с тейватского на каэнрихский и обратно, Панталоне отрывками пытался уловить суть написанного. Пролистав три страницы, он наткнулся на схемы и параметры. Условно изображались все семь стихий, стрелочками расходились всевозможные реакции, а в углу фотография. – Это ведь Путешественник о котором столько рассказывал Чайльд? – Вполголоса проговорил Панталоне. – Да. Это Путешественник из другого мира. – Дотторе забрал блокнот из рук Панталоне, касаясь его своими ледяными пальцами. Быстро пролистал в начало. Повернул к Дельцу. – Как ты знаешь, он может владеть всеми стихиями сразу. Вся страница была усеяна кучей фактов, насколько мог судить Панталоне, о Путешественнике. Естественно он был интересен Дотторе, ну ещё бы. – И я решил, что мне необходима эта сила. – Ты хочешь сказать... Но он не договаривает. – Добыть ДНК этого пацана было проще простого. – Доктор встал с дивана, проходя к столу, и показал Панталоне колбу со светлыми волосами. – Конечно же я решил создать его клона. У меня не получилось. То ли из-за того, что он не из нашего мира, то ли из-за чего-то ещё. Далее я попробовал скрестить его ДНК и ДНК клонов. Это тоже ничем не обернулось. Но затем, лично встретившись с ним в Сумеру, я заметил одну особенность: его резонанс сил рядом с Дендро Архонтом. Что ж, далее пришлось повозиться, но я нашёл отчёты Синьоры о её первой встрече с Путешественником. Она отмечала, что Анемо Архонт был слаб. Но при этом Путешественник был очень даже силён... Панталоне окончательно потерял нить его повествования и теперь просто слушал, слегка нахмуренно щуря глаза. – И тогда я подумал, что раз уж он может владеть всеми стихиями, может быть наравне с Архонтом, то чем же я хуже его. Несколько опытов обернулись успехом: два клона смогли овладеть целыми пятью Глазами Порчи. Однако далее их ждала незавидная участь. При овладевании шестой стихией они просто обезумели от количества переполняющей их силы и убили друг друга. Ха-ха-ха... Это было потрясающее зрелище... На этом я тоже не остановился. Конечно, это было безумно опасно, но лично мне получилось овладеть тремя Глазами Порчи. Ты понимаешь? Я ещё никогда не был настолько близок к чему-то подобному. Я ещё никогда не чувствовал себя таким совершенным. Очки сверкнули в полумраке помещения. Панталоне резко встал. – Именно об этом и говорит Царица. – Медленно начал он. – Ты слишком превышаешь свои полномочия. У нас есть конкретная миссиия и мы её придерживаемся. Я конечно очень рад, что ты ничего не боишься и даже ставишь опыты на себе, но... Мне кажется ты зашёл слишком далеко. – О, поверь, дорогой мой, это ещё не далеко. – Глаза Доктора безумно сверкнули, когда он схватил Дельца за плечи. – Ты понимаешь, что я буквально могу стать самым могущественным существом. Сильнее Архонтов. Сильнее Селестии. Панталоне резко развернулся, отходя и подхватывая пальто со стула. – Когда придёшь в себя, не забудь подойти к Её Величеству и попробовать объяснить это ей. Тихо прикрыв дверь, Панталоне выскользнул из каморки, по пути надевая пальто.

[*****]

В дверь постучались. – Войдите. – Панталоне даже головы не поднял. – Ты представляешь, мне даже пришлось спросить у Пульчинеллы где находится твой кабинет. Панталоне сверкает очками, окидывая взглядом незваного гостя. Тот был при всём параде: в маске и шубе, которая уже лежала на его плановых отчётах на левом столе. – Мог не утруждаться. – Панталоне как ни в чём не бывало продолжил читать документы. – Ну... Знаешь ли... – Неясно отвечает Доктор, оказываясь за спиной Дельца. Тот почувствовал горячее дыхание прямо над своим ухом. – Это что, проект Сандроне? – Не знаю когда она уже успокоится. Который раз говорю ей, что... Руки Дотторе оказываются на чужих напряжённых плечах. Круговыми движениями больших пальцев он начинает их массировать. – Что ты ей говоришь? – Как ни в чём не бывало спрашивает он, когда Панталоне замолкает. Панталоне скидывает чужие руки с себя, отодвигает стул и встаёт, обходя стол. – Я не понимаю зачем ты пришёл. Финансирования хочешь? Всё равно ведь не смогу подписать. – А если хорошу попрошу? Как только Делец оборачивается, оказывается нос к носу с Доктором. – Что, страшно в глаза сказать? – Прищуривается Панталоне. Дотторе снимает маску. Красные глаза блестят в свете заходящего солнца. Панталоне легко смеётся, опирается на край стола поясницей, складывая руки на груди. – Я тебя внимательно слушаю. – Ты знаешь, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Дотторе ухмыляется, расстёгивая верхнюю пуговицу его рубашки и кусая Панталоне куда-то в шею. Тот остаётся стоять на месте. – Я больше не буду себя плохо вести. – Ещё один укус. – Я буду сам ходить к Её Величеству. Он опускается поцелуями ниже, как бы невзначай потираясь бедром о чужой пах. Панталоне прикрывает глаза, шумно выдыхая. – Ну что же вы, Феофан. Он хватает Дотторе за руки и одним движением переворачивает его спиной на стол, нависая сверху. – Вот, так бы сразу... – Губы растягиваются в улыбке. Панталоне затыкает его поцелуем, прикусывая чужую губу до крови. – Ещё хоть слово скажешь, ничем хорошим это для тебя не закончится. – Шепчет он на ухо Доктору. Тот лишь, словно кот, ластится к нему, помогая снять штаны. – Всю задницу отморозишь. – Цокает Панталоне, расстёгивая ремень. Недолго думая, связывает им руки Дотторе, поднимая их над его головой. Тот обхватывает голыми ногами чужую спину, выгибаясь. – Играете грязно, Феофан. – Всё больше распаляется Дотторе, тут же получая шлепок жёсткой кожаной перчаткой. – Я ведь сказал молчать. – Панталоне снимает очки, аккуратно складывая их на край стола. – Уронишь, заберу у тебя Т-16 к себе помощником. – То-то я смотрю тебя на малолеток потя-... Он не успевает договорить, как Панталоне тут же резко входит во всю длину, заставляя его вздрогнуть всем телом. – Я что, не ясно выражаюсь? Ненадолго задержавшись, Панталоне задаёт какой-то бешеный ритм, выбивая из Дотторе стоны один за другим. Впроброс кидая грязные ругательства, он наслаждается чужими страданиями. Дотторе скулит и извивается под ним, стараясь увеличить угол проникновения. Приподнимая бёдра, он смыкает ноги за чужой спиной. Но тут Панталоне останавливается, быстро спуская Дотторе вниз. – А?.. Но тот не успевает даже опомниться, когда его грубо разворачивают и наклоняют. Приходится схватиться за край стола, чтобы не упасть. Кабинет наполняется самыми непристойными звуками, разнося их по всему Заполярному дворцу. А то и по всей Снежной. – Я очень надеюсь, что больше никаких проблем не возникнет. – Горячо шепчет Панталоне, замедляясь и оттягивая Дотторе волосы. – Д-да... Конечно-конечно! – В промежутках между стонами отчаянно отвечает он. – Что угодно... Что угодно! Только не останавливайся. Панталоне щурится и обхватывает Дотторе за бёдра, заставляя того содрогнуться. Каждый толчок сопровождается криками. Каждый крик ударами по заднице. – Феофан!.. В последнюю секунду Делец с тихим стоном кончает. – Я запрещаю произносить тебе своё имя в пределах Заполярного Дворца. – А то, что? – А то придётся тебе спрашивать у Пульчинеллы местанохождение уже твоего кабинета. – Панталоне развязывает чужие руки. – Неужели он находится так далеко? Надевая очки, Панталоне чувствует, что начинает расслабляться. Дотторе продолжает спрашивать и говорить крайне глупые вещи, тем самым пытаясь оправдать себя за свои ранее сказанные слова по поводу своей силы. И всë же, Панталоне долго думал об этом: вчера вечером, когда вернулся от Доктора, ночью и сегодня. Что-то не давало ему покоя. Делец бросил взгляд на Дотторе, который уже сидел на принесëнном Сандроне стуле и продолжал о чëм-то рассуждать. Маска была снова на нëм, скрывая верхнюю часть лица. Панталоне знал что под ней шрамы. У каждого из клонов они были. Кроме подростков. Интересно, почему он их просто не уберëт, может ведь... – Кажется ты совершенно меня не слушаешь. Чужой голос вывел его из раздумий и он быстро моргнул два раза, поправляя очки. Дотторе ухмыльнулся, вставая и снимая маску. – Ладно, наверно я не правильно выразился до этого... – Начал он, обходя кабинет. – Дело в том, что я не ищу лëгких путей даже в самых простых вещах. Если я чего-то хочу, то я это получаю. Так было всегда, тебе ли не знать. Путешественник меня заинтересовал именно своими возможностями. Заметь, даже не способностями. Способностей у него маловато. А вот потенциал есть. И ещë какой. Понимаешь ли, как для учëного, для меня он как подопытная крыса. Мне лишь бы наделать кучу его копий и проводить тесты уже на них... – Доктор ненадолго умолк, повертев маску в руках. А затем хмыкнул каким-то своим мыслям. – Чайльд написал в отчëте, что у него есть сестра. И их пути разошлись ещë очень давно. Если она такая же, как он... Что ж, было бы интересно понаблюдать и за ней тоже... – Он вновь замолчал. – К чему я это всë, собственно. Я поговорю с Царицей сам. Я уверен, мы сможем найти компромисс. Я понимаю, что ты – смешок – волнуешься. Но если я хочу силу, я буду к ней стремиться... Любыми путями. Панталоне смотрел в красные глаза напротив и не моргал. Затем тоже встал и подошëл к столу слева от Дотторе. Достал из-под него невесть откуда взявшийся граммофон. – Не знал, что у тебя такое есть. – Думаю, обойдëмся без лишних слов. – Улыбнулся Панталоне краешками губ, прикрыв глаза. По кабинету полилась какая-то незамысловатая мелодия. – Не хотите потанцевать? Доктор положил маску рядом с граммафоном и подошëл к Дельцу, кладя одну руку ему на плечо.

Шаг. Поворот. Шаг.

Они кружились в пространстве небольшого кабинета, импровизируя на ходу.

Поворот. Поворот.

В музыке было совершенно никакого развития, она продолжала быть спокойной и монотонной. Но в каждом их новом движении проскакивали всë более и более неоднозначные ноты.

Шаг. Шаг. Шаг.

Они будто вели немой разговор, поддерживая один лишь зрительный контакт.

Поворот.

Безумие в глазах одного. Сожаление в глазах второго.

Шаг.

[*****]

Музыка уже давно закончилась. Они продолжили качаться в абсолютной тишине, особо не задумываясь ни над тем, сколько времени уже прошло, ни над тем, что их может кто-то ждать. Всë это вдруг стало неважным. И в этой тишине замерла недосказаннось, растворившись в слепом доверии.