Пароль от твоего сердца

В мире есть всего две вещи, которые имеют смысл: видеоигры и одиночество. В играх ты хотя бы знаешь правила - у каждого босса предсказуемый паттерн атаки, у каждого квеста чёткие условия выполнения, а если провалился, всегда можно нажать «загрузиться с последнего сохранения» и попробовать заново. В реальной жизни никакого сохранения нет, и это, на мой взгляд, самое большое упущение разработчиков Вселенной. Меня зовут Алекс Моррис, и если в школе Линвуд меня не замечают, то отлично, значит, я всё делаю правильно. В то утро я проснулся за пятнадцать минут до выхода - моя маленькая победа над системой, рекордно короткий сбор. Зубы, дезодорант, капюшон. В зеркало я принципиально не смотрелся, потому что какой в этом смысл? Отражение всё равно покажет одно и то же: парня, который выглядит так, будто хочет исчезнуть. Собственно, так оно и есть. На кухне мама оставила записку на жёлтом стикере, приклеенном к коробке с хлопьями: «Буду поздно. Ужин в холодильнике, разогрей. Люблю. Ма». Стикеров скопилась целая коллекция и я хранил их в ящике стола, потому что выбрасывать было почему-то стыдно. Мама работала на двух работах после того, как отец уехал в Орегон «искать себя» три года назад. С тех пор он нашёл только новый номер телефона, который забыл нам сообщить, и новую семью, о которой я узнал из фейсбука. Хлопья я ел прямо из коробки, запивая апельсиновым соком из пакета. В игре это называлось бы «крафт завтрака холостяка»: плюс десять к выживанию, минус пять к социальной адаптации. Школа встретила меня запахом хлорки из спортзала и гулом голосов - тем самым фоновым шумом, который я научился отключать ещё в седьмом классе. Это как в настройках звука: ползунок «окружающая среда» убавить до нуля, оставить только системные уведомления. Моими системными уведомлениями были: «не наступить на шнурки», «не встретиться взглядом с футболистами» и «успеть занять место у окна в восточном крыле, пока его не оккупировала какая-нибудь компания с гитарой». Место у окна было моей базой, моим сохранением. Там пахло пылью и старыми книгами, зато никто не трогал и можно было спокойно резаться в телефоне до начала уроков. В то утро я как раз проходил особенно сложный рейд в «Shadow Realms» двадцать четыре игрока, три фазы босса, и у меня роль хилера, а это значит, что если я отвлекусь хоть на секунду, вся команда отправится на респаун с криками в голосовом чате. Я почти добил вторую фазу, когда краем уха уловил, как гул в коридоре изменил тональность - едва заметное смещение частот, как в саундтреке к хоррору, когда ты ещё не видишь монстра, но уже понимаешь, что он рядом. Я поднял голову от телефона и тут же понял причину возмущения в силовом поле школы. Линдси Чен. Она шла по коридору, как авианосец в сопровождении эсминцев, и свита семенила за ней, размахивая айфонами. Я снова уткнулся в экран не потому, что испугался, а потому, что у меня были дела поважнее. Босс не ждёт, пока ты налюбуешься на школьную королеву. - ...сториз с Марком Ривзом! - донеслось до меня сквозь визг одной из подручных. Голос у неё был такой, будто кто-то скребёт ногтями по классной доске. Я фыркнул, не поднимая головы. Марк Ривз - квотербек, местный бог в бейсболке. Мы с ним пересекались на истории в прошлом году, и он ни разу не сдал ни одного теста без того, чтобы не списать у зубрилы с первой парты. Собственно, мы и сейчас сидим в одном кабинете - мистер Харрисон второй год подряд ведёт у нас историю, и Марк, разумеется, опять записался на его курс, потому что списывать у Харрисона проще, чем дышать. Интересно, Линдси Чен в курсе, что её компания обсуждает парня, который до сих пор путает даты Гражданской войны? Впрочем, какое мне дело? Это всё чужая ветка квеста, в которую я не вписан. Я вернулся в игру, но босс уже перешёл в третью фазу, а это означало зону поражения по всей площади. Пальцы забегали по экрану, выстраивая защитные заклинания, и в этот момент кто-то врезался в меня плечом. Телефон вылетел из руки. Звук, с которым мой айфон встретился с линолеумом, был похож на хруст костей в особо жестоком файтинге. Экран пошёл трещинами, а в наушнике раздался возмущённый вопль нашего танка: «Хилер, ты где? Мы все трупы!» Я поднял глаза. Линдси Чен собственной персоной стояла в луче света из окна, как финальный босс в плохо освещённой локации, и смотрела на меня с таким лицом, будто это я только что разрушил её идеальный мир. Форма чирлидера сидела на ней как влитая, волосы блестели, скулы сияли - я на секунду засомневался, настоящий ли это человек или кто-то включил графику на ультрах. - Смотреть надо, куда идёшь, - бросила она, подбирая свой телефон. У неё на экране тоже красовалась паутина трещин. Внутри закипело раздражение. Она врезалась в меня, а я должен оправдываться? - Это ты в меня врезалась, - сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Получалось плохо, но хотя бы без дрожи. - И, кажется, коридор - это общественное место, а не твой личный подиум. За её спиной одна из подпевал та, что с визгливым голосом, ахнула так, будто я оскорбил американский флаг. Вторая издала смешок, и я не понял, смеётся она надо мной или над ситуацией. Линдси шагнула вперёд, и толпа вокруг начала замедлять движение. Никто не хотел пропускать бесплатное шоу. - Что ты сказал? - её голос прозвенел, как удар колокольчика, но с металлическим оттенком, какой появляется, когда милая девушка вот-вот превратится в дракона. Я наклонился за телефоном, и капюшон сполз с головы - ненавижу, когда он сползает, сразу чувствуешь себя голым. Но раз уж так вышло, я решил довести сцену до конца. - Я сказал, что не все обязаны кланяться, когда ты проходишь мимо, Ваше Величество, - произнёс я, выпрямляясь и встречая её взгляд в упор. Глаза у неё были голубые, яркие, как лёд в каком-нибудь северном уровне, и в них полыхала такая ярость, что я почти почувствовал жар на лице. - Некоторым просто нужно дойти до кабинета химии. Я развернулся и пошёл прочь, пока она не придумала достойный ответ. Со спины донеслось шипение её свиты и шёпот зевак, но я не оборачивался. У меня была только одна мысль: уйти подальше, пока адреналин не схлынул и ноги не начали дрожать. Потому что, давайте начистоту, я не герой боевика. Я парень, который играет в «Shadow Realms» и ест хлопья из коробки. Я не говорю колкостей школьным королевам, обычно я вообще с ними не говорю. Но сейчас что-то включилось - какой-то древний инстинкт самосохранения, который кричал: «Если не ответишь, тебя сожрут». Я завернул за угол, прижался спиной к холодной стене и выдохнул. Сердце колотилось как после третьей чашки энергетика. Телефон в руке печально мерцал треснутым экраном, и в наушнике всё ещё орал танк: «Хилер, ау! Ты живой вообще?» Нет, не живой, подумал я, глядя в потолок. Меня только что убила школьная королева, а я даже не успел сохраниться. Остаток дня прошёл в тумане. На химии мы проходили таблицу Менделеева, и я честно пытался слушать, но перед глазами стояло её лицо - не злое даже, а удивлённое, как будто я нарушил какой-то древний закон, о котором знают все, кроме меня. На истории, как я и предсказывал, Марк Ривз снова списывал у Бекки с первой парты, пока мистер Харрисон делал вид, что проверяет почту. Мне хотелось ткнуть в Марка пальцем и закричать: «Вот ваш герой!» Но я, конечно, промолчал. На ланче я сидел один в углу столовой, за столиком, который считался «моим» просто потому, что на него никто никогда не претендовал. Поднос с пиццей, телефон с треснутым экраном, наушники в ушах - стандартная комплектация. Я пытался читать форум по стратегиям для «Shadow Realms», но буквы расплывались. Я вспоминал её глаза - голубые и холодные, но в тот момент, когда она шагнула вперёд, в них мелькнуло что-то ещё, что-то, что я никак не мог уловить. Глупости. Алекс, это глупости. Она - капитан чирлидерш, ты - ноунейм в капюшоне. Ваши социальные орбиты не пересекаются по определению, а сегодняшнее столкновение случайность, баг в матрице, который система исправит уже завтра. Вечером я сидел в своей комнате, уставившись в монитор. Игра была запущена, персонаж стоял в хабе, но я не мог заставить себя начать новый рейд. Внутри было пусто и тоскливо, как в локации, из которой вынесли всех персонажей и ты бродишь один среди декораций, не понимая, зачем ты здесь. Я открыл чат. Не игровой, а тот самый, анонимный, который скачал месяц назад из чистого любопытства и с тех пор заходил туда раз в неделю просто почитать, о чём говорят незнакомцы. Никто не знал моего ника. Никто не знал, кто я. Это было единственное место, где можно было побыть собой - не Алексом Моррисом из одиннадцатого «Б», не «тем парнем в капюшоне», не «сыном, чей отец уехал искать себя», а просто SilverRaven, голосом в пустоте. В чате висело новое сообщение. Я пробежал его глазами и замер. StrawberryMoon: Привет. Кому-нибудь здесь тоже знакомо чувство, когда ненавидишь себя за то, что позволяешь другим вытирать об себя ноги? Я перечитал сообщение дважды, потом ещё раз. Что-то в этих словах зацепило меня за живое не смыслом даже, а интонацией. Так пишут люди, которые устали притворяться и знают, что такое одиночество в толпе. Я не знал, кто скрывается за ником StrawberryMoon, и мне было всё равно парень это, девушка, ученик другой школы, инопланетянин с Альфа Центавра. Имело значение только то, что в эту секунду кто-то чувствовал то же, что и я. Пальцы сами набрали ответ: SilverRaven: Ты даже не представляешь, насколько. Я нажал «отправить» и откинулся в кресле. Сердце стучало ровно и спокойно впервые за день. Война с боссами подождёт до завтра, а сейчас у меня появился новый квест: узнать, кто прячется за ником StrawberryMoon и почему его одиночество так похоже на моё.