За стенами рая

      Вылазка за стену началась затемно.       Отряд Леви двигался на северо-восток, вглубь территории, где еще не ступала нога разведчиков по эту сторону Марии. Новая экспедиция, новый маршрут, новая надежда — добраться до моря, о котором так мечтал Армин. Но вместе с надеждой в воздухе висело и другое, более тяжелое чувство.       Они знали, что враг ищет их.       За прошедшие месяцы разведка донесла: люди из-за стен охотятся за силой Координаты. За силой, которой, по их мнению, обладал Эрен Йегер. Несколько стычек на границах, несколько допросов пленных — и картина сложилась ясная: враг не отступится, пока не получит желаемое.       Поэтому сегодняшний маршрут держался в секрете до последнего. Поэтому Леви лично возглавлял авангард, а Эрена держали в центре группы, под постоянным присмотром.       Лес сомкнулся над головами всадников стеной вековых деревьев. Солнце пробивалось сквозь кроны редкими лучами, рисуя на земле танцующие пятна света. Копыта лошадей стучали по мягкой почве, заглушаемые мхом и опавшей листвой. Тишина.       Слишком тихо.       — Всем держать строй, — бросил Леви, даже не оборачиваясь. Его голос резал воздух, как лезвие. — Йегер, не отставай.       — Есть, — коротко ответил Эрен.       Он ехал впереди, сразу за капитаном, чувствуя на себе взгляды остальных членов отряда. Петра, Оруо, Эльд, Гюнтер — ветераны, прошедшие с Леви не один десяток вылазок. Они не доверяли Эрену. Не то чтобы враждебно, но... настороженно. Слишком много раз их капитан рисковал жизнью ради этого мальчишки.       Эрен не обижался. Он понимал.       Внутри него ровно гудела золотая энергия. Спокойно. Уравновешенно. Она не рвалась наружу, не требовала выхода, просто была — частью его существа, готовая откликнуться в любой момент.       Он сжал поводья и погладил лошадь по шее. Та всхрапнула, но пошла ровнее — животные всегда чувствуют изменение в человеке. Эта лошадь больше не боялась его так, как раньше, когда от Эрена разило титаньей кровью.       — Лес редеет, — заметил Армин, ехавший слева и чуть позади. — Если мы выйдем на открытое пространство...       — Знаю, — оборвал Леви. — Будем двигаться по кромке.       И в этот момент сзади грянул бой.

******

      Крик.       Человеческий крик, полный ужаса и боли, разорвал тишину леса. За ним — лязг металла, треск ломаемых деревьев и тяжелый, чудовищный топот, от которого земля пошла волнами.       — Сзади! — заорал Оруо, разворачивая лошадь. — Титаны! Человек в облике титана!       Леви выругался сквозь зубы так, что даже Эрен вздрогнул.       — Арьергард принял бой! — крикнула Петра, всматриваясь в просветы между деревьями. — Капитан, это женская особь! Она прорывается к нам!       — Заслон! — рявкнул Леви, уже разворачивая лошадь. — Йегер, за мной! Мы уводим...       Он не договорил.       Потому что в ту же секунду лошадь Эрена всхрапнула и встала на дыбы — но не от страха. От неожиданного движения всадника.       Эрен отпустил поводья.       Они упали на шею лошади, безвольно повиснув. Юноша поднялся в стременах, разворачиваясь корпусом назад, туда, где из-за деревьев уже вырывалось огромное тело. Женская особь. Знакомая по прошлым стычкам — быстрая, смертоносная, разумная.       — Эрен, твою мать! — заорал Леви, бросая лошадь в его сторону. — Сядь в седло, придурок! Мы уходим!       Но Эрен его не слушал.       Он стоял, покачиваясь на скачущей лошади с идеальным равновесием, и смотрел на приближающуюся смерть. В его глазах не было страха. Не было ярости. Не было даже того привычного безумного блеска, с которым он раньше бросался на врагов.       Было только спокойствие.       И золото.       — Что... что это с ним? — выдохнула Петра, глядя на юношу.       А потом Эрен поднял руки.       И лес вспыхнул.

******

      Пламя родилось из ниоткуда. Оно просто возникло в ладонях Эрена, золотое, полупрозрачное, но такое яркое, что на него было больно смотреть. Оно текло, как жидкий металл, сворачиваясь в спирали, сгущаясь, обретая форму.       Клинки.       Два золотых клинка, светящихся внутренним огнем, пульсирующих в такт сердцу их создателя.       — Мать твою... — выдохнул Оруо. — Что это за херня?!       — Эрен! — закричал Армин, в голосе которого смешались ужас и изумление. — Что ты...       Но Эрен уже не слышал.       Он оттолкнулся от стремян.       Тело взмыло в воздух с неестественной легкостью — не так, как при использовании УПМ, а иначе. Плавно. Текучи. Словно гравитация для него стала лишь предложением, а не законом. Золотой свет окутал его фигуру, и в следующее мгновение Эрен Йегер полетел.       Прямо навстречу женской особи.

******

      Титаниха неслась сквозь лес, круша деревья, как сухую траву. Её ледяные голубые глаза были прикованы к одной точке — к фигуре на лошади, к тому, кто владел силой, за которой она охотилась. Ещё немного — и она схватит его, сожмет в ладони, унесет прочь от этих людей.       Но вдруг цель изменилась.       Мальчишка отделился от лошади. Взлетел. И в его руках горел свет.       Женская особь не успела удивиться. Не успела сменить траекторию. Не успела понять, что происходит.       Потому что в следующую секунду Эрен Йегер врезался в неё.

******

      Удар был чудовищным.       Золотые клинки вошли в плоть титана, как нож в масло — без сопротивления, без задержки. Эрен пронзил грудь женской особи насквозь, вылетев с другой стороны, и в воздухе за ним потянулся золотой шлейф — след от клинков, оставивших в теле титанихи две огромные дыры.       Но он не остановился.       Разворот в воздухе — и новая атака. Клинки описали дугу, вспарывая спину чудовища, перерубая позвоночник. Женская особь закричала — беззвучно, одними глазами, полными боли и непонимания. Её тело начало разваливаться, терять форму, пар повалил из ран.       А Эрен уже был рядом с затылком.       Он не убил её. Не вырезал плоть до самого позвоночника, не уничтожил человека внутри. Вместо этого он ударил плашмя — и золотая энергия хлынула в тело титана, парализуя, обездвиживая, выключая регенерацию.       Женская особь рухнула на колени. Её глаза — огромные, ледяные, человеческие — смотрели на Эрена с ужасом.       И тогда пар рассеялся.       И все увидели её.

******

      Эрен приземлился на обломок дерева в нескольких метрах от поверженного врага. Клинки в его руках все еще горели, но свет их стал мягче, спокойнее — как дыхание довольного зверя.       Он смотрел на фигуру, выбирающуюся из остатков титаньей плоти.       Рыжие волосы, собранные в пучок. Знакомое лицо. Холодные голубые глаза, которые сейчас были полны не боли даже — изумления.       — Энни... — выдохнул где-то позади Армин. Его лошадь остановилась в десятке метров, и он смотрел на происходящее, не веря своим глазам.       Энни Леонхард.       Она стояла на коленях в грязи и пару, тяжело дыша, прижимая руку к груди — там, где клинки Эрена прошли сквозь титана, оставив на человеческом теле странные золотые ожоги, которые не заживали. Её УПМ был сломан, форма порвана, но она всё ещё была жива.       И смотрела на Эрена так, словно видела его впервые.       — Ты... — прохрипела она. Голос сел от крика и боли. — Что ты такое?       Эрен шагнул к ней. Клинки в его руках дрогнули, но не исчезли. Он остановился в двух шагах, глядя сверху вниз на ту, что когда-то была его инструктором, его врагом, его загадкой.       — Вопрос не в том, что я такое, — ответил он тихо. — Вопрос в том, кто ты, Энни. И почему ты здесь.       Она усмехнулась — горько, безрадостно.       — Ты знаешь почему. — Она кивнула на него. — Ты — Координата. Ты — цель. Меня послали за тобой.       — Кто?       Молчание. Она отвернулась, глядя в сторону.       Сзади послышался топот копыт — Леви наконец прорвался сквозь оцепенение своих людей. Он спрыгнул с лошади, даже не потрудившись её остановить, и в три прыжка оказался рядом с Эреном.       — Какого хрена здесь происходит? — рявкнул он, но в его голосе не было привычной злости. Только сталь. Только готовность убивать. — Йегер, ты... — Он увидел клинки в руках юноши и осекся. Всего на мгновение. Но для Леви это была вечность.       — Потом, капитан, — сказал Эрен, не оборачиваясь. — Сначала — она.       Леви посмотрел на Энни, на её покалеченное тело, на золотые ожоги, которые не заживали, хотя титаны должны были регенерировать даже быстрее людей.       — Она жива, — констатировал он. — Почему?       — Я так решил, — просто ответил Эрен.       — Ты решил? — Леви шагнул к нему, схватил за плечо, разворачивая к себе. — Ты, мать твою, кто такой, чтобы решать? С каких пор ты... — Он замолк, глядя в глаза Эрена.       В них не было той пустоты, что раньше. Не было ярости, граничащей с безумием. В них было что-то другое. Что-то, от чего даже у Леви на мгновение перехватило дыхание.       Свет.       — Капитан, — сказал Эрен спокойно. — Я всё объясню. Но не здесь. И не сейчас. — Он кивнул на Энни. — Она нам нужна живой. Она знает больше, чем любой пленный до неё.       Леви смотрел на него ещё долгих пять секунд. Потом отпустил плечо.       — Петра, Эльд, — бросил он через плечо. — Связать пленную. Использовать цепи, не веревки. И не спускать с неё глаз.       — Есть! — отозвались ветераны, спрыгивая с лошадей.       Эрен наконец позволил себе выдохнуть. Он посмотрел на клинки в своих руках — и те послушно истаяли, втянувшись обратно в ладони, оставив после себя только легкое золотистое свечение, которое быстро погасло.       Армин подъехал ближе. Его лицо было бледным, глаза огромными.       — Эрен... — прошептал он. — Что это было? Что ты... кто ты теперь?       Эрен обернулся к другу. На его губах появилась слабая, усталая улыбка.       — Я всё расскажу, Армин. Обещаю. — Он положил руку на шею лошади друга. — Но сначала нам нужно убраться отсюда. На шум придут другие.       Армин кивнул, всё ещё глядя на него с каким-то новым выражением — смесью страха, надежды и изумления.       — Ты... ты спас нас, — сказал он тихо. — Ты остановил её. Не убил, а просто... остановил. Как?       — Теперь я могу выбирать, — ответил Эрен просто. — И сегодня я выбрал жизнь. Даже врага.       Где-то в лесу закричали птицы, вспугнутые приближающимися звуками. Отряд спешно перестраивался, готовый к отходу.       А в центре всего этого хаоса стоял Эрен Йегер — человек, который больше не был титаном, но который только что победил одного. И в его груди ровно и спокойно гудела золотая сила, готовая к новым выборам.