За стенами рая

      Замок Рейс встречал ночь холодным каменным безмолвием.       Луна заливала серебром старые стены, башни, бойницы. Где-то внутри горели факелы, отбрасывая пляшущие тени на древние камни. Стража на стенах была начеку — Родрик не зря правил столетиями, он умел защищать своё.       Но Леви умел проникать.       Он двигался как призрак — бесшумно, стремительно, смертоносно. За ним — Микаса, такая же тихая и опасная. Армин и Энни прикрывали тылы, прокладывая путь через лабиринт коридоров.       — Подземелье должно быть под главной башней, — шепнула Энни, сверяясь с картой, которую когда-то видела в документах Рейсов. — Там есть потайной ход.       — Веди, — коротко приказал Леви.       Они углублялись в недра замка.       Тьма сгущалась, воздух становился тяжелее, сырость пробирала до костей. Где-то впереди уже слышались голоса — глухие, ритуальные, полные древней силы.       Леви ускорился.

******

      В подземелье Родрик Рейс заканчивал приготовления.       Чаша стояла на алтаре — древняя, покрытая письменами, пульсирующая тёмной энергией. Вокруг алтаря горели чёрные свечи, отбрасывая зловещие тени на стены.       Эрен висел на цепях.       Они впивались в запястья и лодыжки, блокируя силу, вытягивая энергию. Крылья были сложены, бессильно прижаты к спине, золото в глазах почти погасло.       — Красиво, — пробормотал Родрик, подходя к нему с ритуальным ножом в руке. — Ты даже сейчас прекрасен. Жаль, что придётся тебя убить.       — Ты ничего не получишь, — выдохнул Эрен. Голос его звучал хрипло, но в нём не было страха. — Моя сила не для таких, как ты.       — Ошибаешься, мальчик. — Родрик усмехнулся, проводя пальцем по лезвию ножа. — Сила не выбирает. Она просто течёт. И сегодня она потечёт в меня.       Он поднял нож, готовясь сделать первый надрез.       — Прощай, Эрен Йегер. Спасибо за бессмертие.       И в этот миг мир взорвался.       Не светом — тьмой.       Абсолютной, всепоглощающей тьмой, которая вытеснила всё — факелы, свечи, даже лунный свет, проникавший сквозь щели в потолке. Тьма была живой. Она дышала. Она давила.       А потом в центре этой тьмы зажглись два золотых глаза.       — Ты ошибся, смертный.       Голос раздался отовсюду сразу — из стен, из пола, из самой тьмы. Он был тихим, но в нём чувствовалась такая мощь, что Родрик выронил нож и отшатнулся.       — Кто здесь?! — закричал он, озираясь. — Выходи!       — Я всегда был здесь. — Фигура начала проявляться из тьмы — высокая, величественная, прекрасная и ужасная одновременно. Чёрные крылья распахнулись за спиной, закрывая полподземелья. Глаза горели золотом, в котором плескалась вечность.       Люцифер.       Падший ангел.       Князь тьмы.       Он стоял перед алтарём, глядя на Родрика с выражением, которое нельзя было прочитать — смесь презрения, гнева и какой-то древней, усталой печали.       — Ты хотел силы? — спросил он. Голос его звенел, как натянутая струна. — Ты хотел бессмертия? Ты решил, что можешь взять моё дитя и использовать его кровь для своих грязных целей?       — Я... я... — Родрик попятился, натыкаясь спиной на алтарь. — Ты не существуешь! Это сказки! Легенды!       — Легенды, — повторил Люцифер, и в его голосе послышалась усмешка. — Люди всегда так говорят. Пока легенды не приходят за ними.       Он шагнул вперёд.       И тьма вокруг него ожила.       Из неё начали проявляться фигуры — призрачные, полупрозрачные, но узнаваемые. Люди в старинных одеждах, в доспехах разных эпох, с лицами, искажёнными страданием.       — Узнаёшь их? — спросил Люцифер, обводя рукой призраков. — Это те, кого твой род принёс в жертву за эти столетия. Те, чью кровь вы пили, пытаясь обрести силу. Те, чьи души вы заперли в этом подземелье, чтобы они служили вам.       Родрик смотрел на призраков расширенными от ужаса глазами.       — Не может быть... — прошептал он. — Это иллюзия!       — Иллюзия? — Люцифер усмехнулся. — Посмотри внимательнее.       Призраки шагнули ближе. Один из них — молодая девушка в разорванном платье — протянула руку к Родрику. Её пальцы коснулись его щеки — холодные, неживые.       Родрик закричал.       — Хватит, — тихо сказал Люцифер, и призраки замерли. — Сегодня не их день. Сегодня — твой.       Он подошёл к алтарю, взял чашу в руки. Посмотрел на неё с брезгливостью.       — Тысячи лет, — проговорил он, рассматривая древние письмена. — Тысячи лет ваш род копил зло. Пытал, убивал, жертвовал. И ради чего? Ради иллюзии бессмертия? — Он разжал пальцы, и чаша упала на каменный пол, разлетевшись на тысячи осколков. — Всё это прах.       — НЕТ! — закричал Родрик, бросаясь к осколкам. — Ты не понимаешь! Это единственный шанс!       — Шанс для кого? — Люцифер шагнул к нему, нависая чёрной громадой. — Для тебя? Для твоего гнилого рода? — Он покачал головой. — Вы убили тысячи невинных. Вы превратили людей в титанов. Вы заточили целый народ за стенами. И думали, что это сойдёт вам с рук?       — Мы правили! — выкрикнул Родрик, вскидывая голову. — Мы имели право!       — Право? — Голос Люцифера упал до шёпота, но в этом шёпоте слышалась сила, способная дробить миры. — Единственное право, которое у вас было — предстать перед судом.       Он поднял руку.       И тьма сгустилась вокруг Родрика, принимая форму клетки.       — Что ты делаешь? — завизжал тот, пытаясь вырваться, но тьма держала крепче любых цепей. — Отпусти меня!       — Ты предстанешь перед теми, кого убил, — сказал Люцифер. — Перед каждой душой, загубленной твоим родом. И они решат твою судьбу.       Он щёлкнул пальцами.       Родрик исчез.       Вместе с ним исчезли призраки. Тьма начала рассеиваться.       Люцифер повернулся к Эрену.       — Прости, дитя, что долго, — сказал он, подходя к цепям. Одним касанием пальцев они рассыпались в пыль. Эрен рухнул бы на пол, если бы Люцифер не подхватил его.       — Ты... пришёл... — выдохнул Эрен, глядя на него благодарными глазами.       — Я всегда прихожу, когда нужно. — Люцифер улыбнулся — той редкой, тёплой улыбкой, которую видели только избранные. — Ты мой. Я не дам тебя в обиду.       — А... Родрик?       — Отправлен туда, откуда нет возврата. — Люцифер помолчал. — Его душа будет вечно скитаться среди тех, кого он убил. Это хуже любой смерти.       Эрен кивнул, чувствуя, как силы возвращаются. Крылья за спиной расправились, золото в глазах разгорелось ярче.       — Спасибо, — прошептал он.       — Не за что. — Люцифер помог ему встать. — Ты бы и сам справился. Просто я ускорил процесс.       В этот момент в подземелье ворвались Леви, Микаса, Армин и Энни.       — ЭРЕН! — закричала Микаса, бросаясь к нему.       — Я здесь, — ответил он, раскрывая объятия. — Я в порядке.       Микаса влетела в его объятия, сжимая так, словно боялась, что он снова исчезнет. Леви подошёл медленнее, но в его глазах горело такое облегчение, что Эрену стало тепло.       — Живой, — выдохнул Леви, касаясь его лица. — Дурак.       — Твой дурак, — улыбнулся Эрен.       — А это кто? — Армин смотрел на Люцифера с благоговейным ужасом.       — Мой... покровитель, — ответил Эрен. — Люцифер.       Падший ангел слегка поклонился.       — Рад познакомиться с теми, кого Эрен считает семьёй, — сказал он. — Берегите его. Он особенный.       — Мы знаем, — ответил Леви, не сводя глаз с Люцифера.       — Тогда я пойду. — Люцифер начал таять, становясь прозрачным. — Моё дело здесь сделано. Эрен, если понадоблюсь — ты знаешь, как позвать.       — Спасибо, — ещё раз сказал Эрен.       — Не за что, дитя. — Люцифер улыбнулся напоследок и исчез, растворившись в воздухе.       Тьма окончательно рассеялась. Факелы на стенах вспыхнули снова, освещая подземелье.       — Нам пора уходить, — сказала Энни, оглядываясь. — Стража скоро очухается.       — Идём, — согласился Леви, подхватывая Эрена под руку. — Дома поговорим.       Они выбрались из подземелья, прошли через замок, никем не замеченные — Акерман был мёртв, Родрик исчез, стража в панике металась по коридорам, не понимая, что произошло.       А на рассвете они уже скакали прочь от замка Рейс, оставляя за спиной руины старого мира.

*****

      В штабе их встречали как героев.       Ханджи плакала, Оруо хлопал по плечам, Петра обнимала всех подряд. Даже Эрвин позволил себе лёгкую улыбку.       — Ты как? — спросил Леви, когда они остались вдвоём в комнате Эрена.       — Живой, — ответил Эрен, прижимаясь к нему. — Спасибо, что пришёл.       — Я всегда приду. — Леви поцеловал его в лоб. — Всегда.       — Знаю. — Эрен улыбнулся, чувствуя, как золотая энергия в груди пульсирует ровно и спокойно. — Теперь точно знаю.       За окном вставало солнце.       Новый день начинался.       И впервые за долгое время Эрен Йегер чувствовал себя в полной безопасности.