Хоумтаунский карлик

Казалось бы, история должна была подойти к своему логическому завершению ещё в мае, закончиться на этом неловком диалоге. Но нет, нихуя подобного. Маховик дерьма только начинал раскручиваться. Об инциденте с "сынишкой" я никому более не рассказывал. Ни в сети, ни в реальности, а Рудольф держал стойкое молчание. С последних событий прошёл уже практически месяц, наступил довольно жаркий июнь, самый разгар летних каникул. Я работал в огороде как проклятый, Ториэль железной хваткой правила там, помыкая мной и Азгором. Урабатывался так, что после вечерней гулянки с друзьями заваливался спать как убитый и просыпался только где-то часов в 9, что для моей матери уже было довольно поздно. Как я слышал, Андайн, наша участковая, к Альфис ходила потом в конце мая, разобраться с неучтёнышем, о котором слухи ходят, да только вернулась ни с чем и не рассказывала ничего. Видать, тоже увидела этого "сынишку" и тоже его "испугала". Обоюдно они там испугались. До чёртиков. Отец Альвин тоже ходил, покрестить ребёнка, но ушёл он молча и, как говорят, за Альфис потом весь вечер молился у алтаря. Так, я отвлёкся что-то. В тот день проснулся я в 4 утра хрен пойми от чего, но усталости я не чувствовал совершенно. В компьютер позалипать варианта не было, оный бы разбудил своим рёвом родителей и не миновать мне карой тапком по жопе. Спать, что логично, не хотелось. Есть тоже. Я, не имея иных вариантов, вышел на крыльцо, глядя на лес через солидную такую полянку. Ночь уже уступала свои позиции рассвету, который брезжил на востоке, озаряя посёлок слабым светом утренних сумерек, светом достаточным, чтобы уже многое было видно, но недостаточным, чтобы видно было всё. Я прошёл по дорожке к калитке и, оперевшись на неё, набрал полную грудь воздуха и — замер, увидев, как вдалеке, в лесу, промелькнул высокий, чёрный силуэт. Не медвежий, не волчий, а именно что силуэт монстра или человека. Он прошмыгнул достаточно быстро, чтобы быть едва заметным, но я всё-таки его увидел. Вдали, как бы подтверждая, что это не наваждение, хрустели ветки. Силуэт снова промелькнул между деревьев, и я заметил, что это нечто совершенно не похожее на хоть что-то разумное. Ростом метра три минимум, руки длинные, чуть ли не земли касаются. Я стоял, скованный ужасом, ужасом, как мне казалось, самым сильным в моей жизни. Пошевелиться не представлялось возможным, а силуэт отдалялся от меня, отдалялся и хруст веток вместе с шелестом травы. Тут меня осенило, куда это нечто движется — к дому Альфис. Я осторожно открыл дверь калитки, которая отозвалась скрипом. Скрипом, который, как казалось в тишине, ревел, словно ракетный двигатель. От скрипа я замер на секунд 20, выслеживал движение в лесу, которого уже не было. На негнущихся ногах я пошёл в сторону дома Альфис, не знаю, что меня дёрнуло выдвинуться туда — чёрт, быть может, или просто моё слабоумие, смешанное с чрезмерной отвагой, но шёл я туда так уверенно, будто бы там были врата в рай или нормальное соединение с интернетом. Я пересекал улицу за улицей. Я уже был совсем у дома учительницы, когда увидел то, что заставило меня спрятаться за киоск. В придомовом участке, прямо на клумбе и пионами, стояло то самое существо из леса. Ростом оно реально было три метра, а то и больше, голову венчали величественные рога, но не костные, а хрен пойми из чего, словно то была тёмная материя, про которую я вычитал в случайном журнале, когда гостил у Бёрдли. Как минимум, я так её себе и представлял. Волосы, грязные и склеившиеся в безобразные пряди, висели до поясницы, и были они чёрного цвета, или это было из-за грязи... Неважно. На этом существе даже была одежда, точнее её обрывки — красная клетчатая рубашка, белая майка и нечто, что осталось от довольно, наверное, дорогих джинсов. Руки действительно были длинными, а ладони... буквально посередине оных были сквозные дыры, из которых, как казалось, сочилась какая-то тёмная, очень вязкая жижа. Само тело у существа тоже было не в лучшем состоянии — оно в прошлом точно было монстром, монстром-оленем, с которого на данный момент слезали потемневшие лоскуты шкуры и плоти. Я медленно выглянул из-за киоска и заметил, что это существо стояло у открытого окна и... о чём-то разговаривало с "сынишкой" Альфис. Точнее, они не разговаривали в привычном нам, людям и монстрам, понимании. Останки монстра невнятно рычали, а то время как "сын", глаза и зубы которого светились во тьме сумерек, то ли издавал слабый свист, то ли что-то говорил очень высоким, писклявым голосом. Методы их коммуникации я так разобрать и не смог. Трёхметровое существо, издав очередной рык, развернулось в мою сторону и медленно зашагало по огороду в сторону забора, в мою сторону. Я увидел лицо, а точнее то, что осталось от него в процессе обезображивания. Глазницы были пустыми, в их глубине горели два огонька — жёлтый и фиолетовый, а рот не мог закрыться из-за, во-первых, вытекающей из дёсен всё той же тёмной жижи и, во-вторых, из-за странного вида зубов, длинных и острых. Шерсть была грязной, потемневшей от... да хрен пойми чего, я не понимаю нихуя в биологии, в разложении там! И тут, в искажённом лице, в искажённом силуэте и рваной одежде я узнал знакомое лицо. — Десс? — вырвалось из моей груди как-то само. Блять, блять, блять, что, почему, как? Конечно же, Десс, а точнее, искажённая этим существом, этим чертобесом из дома Альфис, херня, услышала это. В два шага она оказалась надо мной и пригвоздила моё мягкое тело к глиняной дороге. — Десс! — начал вызвать я к существу, которое уже хотело размозжить мою черепушку о землю. — Десс, остановись, пожалуйста! Десс! Существо замерло, на меня капала эта густая жижа. Она падала на моё лицо, на шею, на грузь, ну и на землю, естественно. — Десс, это же я, я! Крис! Я не враг! Я твой друг! Друг детства! Помнишь меня? Существо наклонило голову и начало вроде как сверлить меня своими разноцветными глазами. — Если ты где-то там ещё есть... Десембер, Десембер Рождественская, где-то там, внутри... борись с этой хуйнёй, чем бы оно ни было! Давай! Десс, въеби ему! Существо встало в полный рост и начало дёргаться, словно в конвульсиях. — Борись! — продолжал я поддерживать свою подругу детства, не надеясь уже буквально ни на что и мысленно готовясь к смерти. Вдруг, существо осело, словно мешок картошки, гулко упав на пол и начав дёргаться, активно истекая этой чёрной жижей. Капля оной стекла с верхней губы мне в рот. Вкус этого чёрти что был настолько ужасным, что я не просто проплюнулся, а полноценно выблевал останки своего не очень-то и обильного ужина. Закончив откашливаться, я взглянул на существо и увидел не трёхметровое нечто, а Десембер, которая, свернувшись в клубок, дёргалась в крупной дрожи. Я подошёл к ней и положил ей руку на плечо, закрыв одну из дыр. Десс завернулась в клубочек, стараясь закрыть свои эрогенные зоны и посмотрела на меня. — К-Крис? Как ты?.. — Десс! Я обнял её, забыв в ту секунду, что она голая. Забыв про обстоятельства, забыв про всё. Моя подруга детства была почти полностью вымазана в этой чёрной жиже, измазался от обнимашек и я. Я хотел отвести её домой, вернуть Рождественским их дочь.. И помыться. — К-Крис..? Как ты оказался? Я в городе? — словно спросонья, начала задавать вопросы Десс. — Да, да, ты в городе, почти дома. Ты в... болото попала. — начал импровизировать я, лишь бы сгладить углы от произошедшего. — Б-болото? А... А где он? — Кто? — Кот. — Нет его. — Но он же... — Нет его. Я поднял глаза и огляделся. И тут я увидел того, о ком говорила Десембер. Он выглядывал из окна дома Альфис, именно из того же окна, на котором стоял пару минут назад "сынишка" Альфис. Он смотрел на нас, а затем, зыркнув мне прямо в глаза, многоголосо рассмеялся и просто... растворился в воздухе. Я закрыл глаза и вновь посмотрел на свою подругу, обняв её ещё сильнее. — Пошли домой. — обратился я к Десс, помогая ей подняться. С тех пор прошло уже 7 лет. Наш посёлок жил спокойной жизнью, а история о "сынишке" стала простой городской легендой, каковой и была история о хвосте. Кто-то дополнял её, а кто-то — выносил в отдельную легенду. К нам даже приезжали телевизионщики, уфологи и конспирологи разного разлива, но ничего дельного они из местных не извлекли. Со временем воспоминания о происходивших летом 1998 года событиях затёрлись как-то в глубине моего разума, особенно с учётом того, что наш посёлок начал оживать, расцветать и даже расти. Даже Азриэль и Десс поженились, да только на детей всё никак не решатся. Я уж вернулся из колледжа и работаю ныне здесь же, на своей малой родине. Да только вот вся эта моя идиллия была нарушена в один вечер, когда, выйдя на крыльцо, в глубине леса я увидел два глаза — фиолетовый и жёлтый, а под ними — два ряда ярко-белых зубов на фоне огромного кошкоподобного силуэта, который, многоголосо рассмеявшись, растворился во тьме...