Crown & Crush: Новая Эра

Зал для пресс-конференций телецентра «Королевской Битвы» лопался от сотен журналистов и вспышек камер. На подиуме, перед микрофонами, сидел Дарк Какао. На нем был идеально выглаженный угольно-черный костюм, а его взгляд заставлял репортеров в первых рядах нервно сглатывать. — Я буду краток, — низкий, рокочущий голос директора разнесся по залу, мгновенно оборвав весь гул. — Агентство «Vanilla Entertainment» предприняло умышленную попытку шантажа и фальсификации данных против участницы Кунь-Аман из группы BerryCrush. Дарк Какао кивнул ассистенту, и на огромный экран позади него вывелись неоспоримые доказательства: метаданные оригинальных аудиозаписей Кунь-Аман, банковские выписки скрытых платежей директора «Ваниллы» желтой прессе и IP-адреса ферм ботов. — Все улики переданы в прокуратуру. Торги акциями «Vanilla Entertainment» на бирже заморожены. Их лицензия аннулирована, — Дарк Какао поднялся со своего места, застегивая пуговицу пиджака, и посмотрел прямо в объектив центральной камеры. — Любая попытка навредить BerryCrush отныне будет расцениваться как прямая атака на «Cacao Entertainment». Всего хорошего. В зале поднялся невообразимый шум, но директор уже уверенно шагал к выходу. Справедливость была восстановлена меньше чем за три часа.

***

За кулисами BerryCrush стояли в обнимку перед экраном трансляции. Кунь-Аман плакала, но на этот раз — от облегчения и счастья, а Холлиберри и Грин Ти Мусс крепко сжимали её в своих сестринских объятиях. — Мы же говорили тебе, Принцесса! — Холлиберри звонко рассмеялась, вытирая слезы с щек подруги. — А теперь утрем нос всем остальным. Наша очередь зажигать! Когда BerryCrush вышли на сцену второго тура с концептом «Прошлое и Будущее», зал встретил их оглушительным ревом. Девочки выглядели невероятно: традиционные королевские элементы их нарядов переплетались со светящимися неоновыми портупеями и футуристичными деталями. Номер был безупречен. Кунь-Аман выдала настолько мощный, чистый и свободный хай-ноут в припеве, что у судей побежали мурашки. Грин Ти Мусс буквально летала по сцене, крутясь в бешеном брейк-дансе, а Холлиберри своим киберпанк-рэпом окончательно взорвала зал. Это был не просто триумф, это было полное уничтожение конкурентов.

***

Стоило девочкам сойти со сцены под нескончаемый шквал аплодисментов и завернуть в тихий коридор для участников, как их уже встречала группа поддержки. Каприсан, не сдерживая эмоций, подлетел к ним первым. В его глазах горело такое бешеное восхищение, что, казалось, от него сейчас полетят искры. — Ты... ты была просто невероятной! — выдохнул он, останавливаясь прямо перед запыхавшейся, сияющей Кунь-Аман. Девушка не успела ничего ответить. Каприсан резко, но бережно притянул её к себе за талию и, напрочь забыв про камеры, стафф и правила K-Pop индустрии, накрыл её губы своими в уверенном, горячем и безумно сладком поцелуе. Кунь-Аман удивленно округлила глаза, но уже через секунду полностью расслабилась, обвивая руками его шею. Холлиберри и Грин Ти Мусс позади них победно и весело заулюлюкали. Каприсан отстранился лишь через полминуты, нежно коснувшись своим лбом её лба: — Больше никогда не сомневайся в себе, моя Принцесса. Чуть поодаль Камелия мягко улыбнулся этой сцене и повернулся к Грин Ти Мусс. Он протянул ей изящную деревянную коробочку, перевязанную шелковой лентой. — Твой танец сегодня... он заставил мое сердце биться в такт твоим шагам, Мусс. Это подарок для тебя. Открой дома. Внутри коробки лежал эксклюзивный, созданный на заказ фарфоровый набор для чайной церемонии с гравировкой в виде листьев зеленого чая и цветов камелии, а также записка: «Для нашей следующей тишины на крыше». Макнэ нежно прижала подарок к груди, преданно глядя на музыканта. А в самом конце коридора, у выхода в VIP-зону, стоял Дарк Какао. Холлиберри, заметив его, со всех ног бросилась вперед и с разбегу запрыгнула на него, обнимая ногами за талию. Директор легко подхватил её, крепко прижимая к себе. — Ты видел? Мы уделали их! — гордо прошептала она ему на ухо. — Я видел, моя королева, — Дарк Какао мягко улыбнулся, целуя её в висок, а затем — в ее счастливые, горячие губы. — Вы официально лучшие. И это только начало вашего мирового господства.