Bitch

Басы долбили по ушам так, что вибрация отдавалась где-то в грудной клетке. Клуб был залит неоновым светом: фиолетовые и алые блики скользили по разгоряченной толпе, из-за чего всё вокруг выглядело рваным и хаотичным. Вокруг вовсю крутили романы — кто-то уже без зазрения совести лизался у стен, кто-то жался друг к другу в темных углах, подогретый алкоголем. Тэхён на это только усмехался. Он двигался в такт треку — расслабленно, чертовски откровенно, дразняще покачивая бёдрами и прекрасно зная, сколько чужих голодных взглядов сейчас приковано к его силуэту. Чуть в стороне зависали Чимин с Юнги. Вот уж у кого была своя атмосфера людей, которые слишком сильно друг в друга влипли. Юнги прижимал Пака к себе со спины, уткнувшись носом в шею, будто без него вообще не мог находиться рядом, а Чимин в ответ только довольно жмурился, растворяясь в этих объятиях. Смотреть на них было одновременно приторно-сладко и завидно. Перекрикивая гул колонок, Тэхён наклонился к самому уху друга: — Чим, я к бару! В горле пересохло, капец просто, надо промочить. Чимин коротко крутанул головой, даже не думая отлипать от своего парня, и махнул рукой: — Давай, Тэ, только аккуратней там! Тэхён развернулся, лавируя между танцующими, и направился к светящейся стойке. Засмотрелся на цветные бутылки, отвлекся на секунду и... закономерно в кого-то влетел. Нога зацепилась за чужое тяжелое бедро, равновесие моментально полетело к чертям, и Тэхён почувствовал, как земля уходит из-под ног. Тело предательски обмякло, готовое пересчитать носом грязный пол. Но жесткого приземления не случилось. Секунда — и чья-то широкая, горячая ладонь намертво перехватила его поперек талии. Пальцы бесцеремонно впились в кожу сквозь тонкую ткань шелковой рубашки, резко дергая на себя. Тэхёна буквально впечатали в широкую грудь. Слишком близко. В нос тут же ударил резкий, дорогой парфюм с нотками терпкого табака и кожи. — Осторожнее, — голос был низким и слегка хриплым. Его обладатель поставил Тэхёна на ноги, но руки убирать не спешил, словно оценивая добычу. Тэхён выпрямился, поправляя сбившийся воротник, и, не удержавшись, вскинул голову. Сверху на него смотрели так, будто он был чем-то вроде надоедливого насекомого, которое случайно попало под руку. Но, чёрт, даже с таким выражением лица парень выглядел до неприличия красиво. — Кто бы говорил, — огрызнулся Ким, не отводя взгляда. Чёрт знает почему, но от этого взгляда хотелось только сильнее нарываться. — Тот, кто перед вами, — парировал незнакомец с такой невозмутимой уверенностью, что Тэхёна это вывело из себя окончательно. — Боюсь, боюсь — бросил Тэхён с нарочитым сарказмом. В этот момент из толпы, как чертик из табакерки, вынырнул Юнги. Он оглядел их двоих, прищурился. Уголок его губ дернулся в знакомой ухмылке. — О, Чонгук! — Юнги притормозил, переводя взгляд с одного на другого. — Вы что уже познакомились? — Я из-за него чуть не разложился на танцполе! — выпалили они одновременно. Тэхён даже оторопел от такой синхронности, а Юнги на секунду завис, глядя, как между ними явно что-то не ладилось. Он скептично приподнял бровь: — Ребят, да у вас тут какая-то клиническая недотраханность, не находите? — Мин, не неси ерунды, — сухо отрезал Чонгук. — Ладно, молчу, — Юнги поднял руки в примирительном жесте, хотя в глазах плясали черти. — Пойдемте лучше выпьем. Только сначала Чимина позову, а то он там уже со всем миром перезнакомился. Тэхён проигнорировал Юнги, продолжая сверлить Чонгука таким взглядом, каким обычно смотрят перед тем, как ударить. — Ким Тэхён, — процедил он, подчёркнуто медленно выговаривая свое имя. Он в упор смотрел на Чонгука, ожидая реакции. — Чон Чонгук, — отозвался тот, даже не моргнув. — Советую в следующий раз быть аккуратнее, Чон. — Тэхён растянул губы в ехидной усмешке. — Вам бы это тоже не помешало, Ким. Тэхён демонстративно закатил глаза и с намёком плюхнулся на высокий барный стул, стараясь даже не смотреть в сторону этого придурка. Но периферийным зрением всё равно ловил его силуэт. И это бесило. Ну почему этот козёл такой красивый? Прямо до тошноты. Идеальная линия челюсти, татуировки, выползающие из-под манжет, и этот взгляд, от которого хочется либо врезать, либо... ладно, об этом Тэхён подумает позже. Чонгук, ни капли не смутившись, занял место прямо напротив него. Бармен тут же вырос перед ним, ожидая солидный заказ, но Чон лишь коротко бросил: — Просто воду. Без газа. «Зануда», — тут же мысленно вынес вердикт Ким, скорчив едва заметную гримасу. Либо за рулём, либо просто строит из себя святошу. Третьего не дано. К этому моменту к бару наконец притащились Юнги с Чимином. Парни быстро сориентировались в пространстве и расселись: Чимин юркнул на соседний стул к Тэхёну, а Юнги привычно устроился под боком у Чонгука, попутно хлопая того по плечу. — Знакомьтесь, это Чонгук, — Юнги обвёл взглядом присутствующих, заменяя официальное представление ленивым кивком. — Мы с ним в одном универе штаны протираем. — Я Чимин, парень этого ворчуна, — Чимин лучезарно улыбнулся, протягивая руку, но взгляд его быстро зацепился за напряжение между двумя брюнетами. — А моё имя этот господин уже знает, — отрезал Тэхён, подпирая подбородок ладонью и демонстративно разглядывая свои ногти. Юнги перевёл взгляд с Тэхёна на Чонгука, у которого на лице не дрогнул ни один мускул. — Подождите. Вы когда успели так сблизиться, что уже именами обменялись? — И правда, — Чимин забавно захлопал ресницами, переводя взгляд с одного на другого. — Выглядит так, будто вы сейчас либо подерётесь, либо засосётесь. Тэхён проигнорировал реплику друга. Вместо этого он покрутил в пальцах свой бокал, не сводя с Чонгука глаз. — И чем же вы занимаетесь, Чон Чонгук? Чонгук лениво повёл плечом. Кажется, Чонгук прекрасно понял, к чему тот клонит. — Сижу на стуле, как видите, — ровно ответил Чон, пригубив свою чертову воду. — А вы? Тэхён хмыкнул, принимая правила игры. Он чуть подался вперёд, из-за чего вырез его шелковой рубашки опасно приоткрыл ключицы. — Тоже сижу на стуле, как видите. — А до этого на ком? — Чонгук скользнул взглядом по его губам. Чимин рядом тихо поперхнулся коктейлем, а Юнги окончательно выпал в осадок, переводя взгляд с одного друга на другого. Они сидели абсолютно ошарашенные, вообще не понимая, что эти двое успели не поделить за те несчастные три минуты, пока шли к бару. Тэхён от такой наглости на секунду лишился дара речи, но быстро взял себя в руки. На губах его появилась ехидная ухмылка. — А вас это не касается. И даже не мечтайте, Чон, на импотентах я не сижу, — выплюнул Ким, откидываясь на спинку стула. Попал. На лице Чонгука тут же остро проступили желваки, а пальцы, сжимающие стакан с водой, побелели в костяшках. Сука. Ким Тэхён явно не знал, с кем играет в эти кошки-мышки. Чонгук медленно поставил стакан на стойку, и в его взгляде появилось нечто такое, от чего у Тэхёна неприятно кольнуло где-то под рёбрами. Их прервал звонок телефона. Тэхён вытащил из кармана джинсов вибрирующий мобильник. На экране высветилось «Мама». Чёрт. Экран показывал глухую полночь, а она строга в плане комендантского часа. Тэхён быстро принял вызов, послушал короткий, не терпящий возражений приказ возвращаться домой, и уныло выдохнул в трубку: «Да, мам, уже еду». Он спрятал телефон и нехотя поднялся со стула, мысленно проклиная всё на свете — сцена оборвалась на самом интересном месте. А он так хотел повеселиться. — Ладно, ребят, я пойду, — Тэхён со вздохом заблокировал телефон и поднялся со стула. — Мама звонила, устроила допрос с пристрастием. Сказала, чтобы к комендантскому часу был дома. — Ц, жаль... Ладно, в другой раз тогда нормально посидим, — уныло протянул Юнги, который уже заметно расслабился от алкоголя. Чимин обеспокоенно нахмурился, провожая друга взглядом: — Тэ, а ты на чём поедешь-то? Юн уже в пьян, за руль не сядет. А такси сейчас вызывать тупо опасно, время глухое, да и ты сам тоже выпил немного. — Я его отвезу. Всё равно не пил, — внезапно подал голос Чонгук. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и лениво крутил в пальцах стакан с водой, глядя на Кима снизу вверх. Тэхён аж поперхнулся от такой щедрости. Он резко развернулся к Чону и ехидно сощурился: — Большое спасибо, дядя Чон, но я, пожалуй, вынужден отказаться от столь заманчивого предложения. Чонгук заметно помрачнел. Кажется, прозвище «дядя» ему совсем не понравилось. Теперь в этих тёмных глазах плескалась откровенно опасная темнота. — Да бросьте. Я вас не трону, не бойтесь, — Чонгук медленно ухмыльнулся, и в голосе послышалась насмешка. — Я же, по вашему авторитетному мнению, импотент. Чего вам тогда бояться? Юнги и Чимин одновременно переглянулись. На их лицах читался такой неописуемый ахуй, что в любой другой ситуации Тэхён бы точно заржал. Тэхён лишь независимо хмыкнул, скрестив руки на груди. — Тэ, хорош ломаться. Пусть тебя Чон подвезёт, нам так реально спокойнее будет, — как можно мягче вставил Юнги, пытаясь разрядить обстановку. Ким закатил глаза так, что они едва не сделали полный оборот, и неохотно кивнул, соглашаясь. Они наскоро попрощались с парнями и направились к выходу из клуба. Как только за ними закрылась стеклянная дверь, Чимин нервно выдохнул, провожая их взглядом сквозь панорамное окно: — Надеюсь, они друг друга не убьют по дороге... — Ну... Я бы так не сказал, — Мин хитро прищурился и двусмысленно толкнул Чимина локтем в бок. — Скорее всего, они займутся чем-нибудь куда интереснее банального смертоубийства. До Чимина дошёл намёк, и парни дружно заржали, возвращаясь к бару. На парковке Чонгук подошёл к своему матово-чёрному Porsche и демонстративно открыл переднюю пассажирскую дверь для Тэхёна. Тэхён оценил жест, плавно скользнув внутрь салона, но перед этим одарил Чона таким обжигающим, хитро-сладким взглядом, на секунду задержав взгляд на его браках. Чонгук молча обошёл машину, сел за руль и завёл двигатель. Салон наполнился низким, утробным рыком мощного мотора. — А ничего у вас машинка такая... — Тэхён демонстративно развалился на кожаном сиденье, оглядывая дорогую отделку салона. — Уютненько. — А что, ожидали худшего? — с явной издёвкой спросил Чон, выруливая с парковки на полупустой ночной проспект. — Ну, просто я не знал, что у импотентов... — Тэхён не успел договорить. — Я не импотент, — жёстко, отрывисто перебил его Чонгук, даже не повернув головы, но его пальцы на руле сжались так, что кожа на костяшках натянулась. — Пфф, — фыркнул Ким, отворачиваясь к окну. — И с чего вы вообще это взяли? — Чонгук бросил на него быстрый взгляд. — Вы меня ещё не проверяли, чтобы делать такие выводы. — И не проверю, даже не мечтайте, Импотент — Тэхён лениво поправил чёлку. — Ой, ну конечно. Вы же у нас ангелочек, — ядовито пропел Чон, — Не то что вы — выдал Тэ. — Сучка, — процедил Чонгук, явно начиная заводиться. — Чего?! Бля, ты кого сучкой назвал?! — Тэхён резко развернулся к нему корпусом. Чонгук ничего не ответил. Игнорировал. — Эй! Я с тобой вообще-то разговариваю! Всё. Чонгука окончательно заебал этот невыносимый, дерзкий парнишка. Он резко бьёт по тормозам, утягивая машину к обочине под визг шин. В ту же секунду Чон отщёлкивает ремень безопасности, нависает над Тэхёном, перехватывая его за затылок, и грубо, собственнически припадает к его губам. Поцелуй выходит диким, сбивающим с толку. Чонгук целует страстно, сминая чужие губы, а затем резко оттягивает зубами нижнюю губу Тэхёна и ощутимо прикусывает её. По рту разливается металлический привкус. Чон медленно слизывает проступившую капельку крови, заставляя Кима судорожно выдохнуть прямо ему в рот. Тэхён поначалу дёргается, упирается ладонями в эти широкие плечи, пытаясь оттолкнуть, но сопротивления хватает секунды на три. Тело предательски плавится от этого напора. С тихим стоном Тэхён сам вцепляется пальцами в чужую шею, отвечая со всей накопленной за вечер злостью и страстью. Чонгук, почувствовав взаимность, властно проходится языком по кромке зубов и проскальзывает глубже, мокро, жадно исследуя чужой рот и подчиняя себе. Когда воздух в лёгких окончательно заканчивается, Чонгук нехотя отрывается от его губ, но не отстраняется — дышит прямо в лицо, опаляя горячим дыханием. — Ещё одно слово, — хрипло, на грани рыка произносит Чон, и его потемневшие глаза горят совершенно диким обещанием, — и я тебя, стерву, нагну прямо здесь. На этом самом сиденье. Понял? Тэхён с трудом переводит дыхание, его сердце готово пробить рёбра, но природная дерзость никуда не делась. На его искусанных губах, где всё ещё оставался вкус Чонгука, заигрывает порочная, дразнящая ухмылка. Он медленно облизывается, не сводя с Чона вызывающего Взгляда. — М-м-м, вот как? А вы, оказывается, куда хуже, чем ночные таксисты... Чонгук опасно сужает глаза, его ладонь на шее Тэхёна сжимается чуть крепче: — Как ты там меня обзывал? Повтори. — Импотент, — едва слышно шепчет Ким, буквально нарываясь на повторение. — Разочаровался в своих словах? — Не думаю, — врёт и не краснеет. Конечно, Ким разочаровался. Вдребезги разочаровался. Но этот мелкий манипулятор ни за что в жизни в этом не признается — просто потому, что прямо сейчас он до безумия хочет сорвать с губ Чона ещё один такой же убивающий поцелуй. И Чонгук даёт ему то, что он просит, впиваясь в чужие губы с новой, ещё более сокрушительной силой. Чонгук целовал его так, будто пытался присвоить себе каждую клеточку этого дерзкого тела. Телефон снова зазвонил. «Мама» Тэхён с трудом, преодолевая дикое внутреннее сопротивление, упёрся ладонями в грудь Чона и отстранился от желанных, горячих губ. Кислорода не хватало, мысли путались, но он всё же смахнул зелёную трубку и прижал телефон к уху. — Да, мам? — голос прозвучал чуть более хрипло, чем обычно. — Милый, почему ты ещё не дома? Ты где вообще? Время видел? — в трубке послышался строгий, обеспокоенный голос матери. — Я... — Тэхён судорожно вздохнул, пытаясь отдышаться после поцелуя и лихорадочно соображая на ходу. Чонгук над ним даже не шелохнулся, продолжая нависать сверху и пристально, с затаённой усмешкой, наблюдать за его паникой. — Я ещё у Чимина. Мы засиделись немного. — Тэ, у тебя всё в порядке? Голос какой-то странный, — чуткое материнское ухо моментально уловило заминку. — Да, всё отлично, — Тэхён сглотнул, свободной рукой пытаясь отодвинуть Чонгука подальше, но тот лишь перехватил его запястье, намертво прижимая к сиденью. — Просто я... телефон долго в сумке искал, чтобы ответить. Торопился. — Хорошо, сынок, давай соображай быстрее и иди домой, — выдохнула женщина на том конце провода. И именно в эту секунду Чонгуку, видимо, надоело играть в послушного мальчика. На его губах заиграла откровенно хищная ухмылка. Он подался вперёд и бесцеремонно прижался губами к чувствительной коже на шее Тэхёна, прямо под челюстью. Тэхён резко выгнулся в спине, вцепляясь свободными пальцами в обивку сиденья. Чонгук повёл горячим языком вверх, к самому уху, а затем ощутимо присосал нежную кожу, оставляя яркий след. От этой волны удовольствия, прошившей тело до самых кончиков пальцев, Ким едва не застонал в трубку. Он вовремя прикусил изнутри собственную щеку, сдерживая рвущийся наружу звук. — Хорошо... мам, — Ким еле выдавил из себя эти два слова, чувствуя, как позорно дрожит его голос — Скоро буду. Кое-как сбросив вызов, Тэхён отшвырнул телефон куда-то на панель и уставился на Чонгука раздражённым взглядом. Чонгук нехотя отстранился, мазнув губами по чужой скуле, и вернулся на своё сиденье. На его лице блуждала сытая, чертовски довольная ухмылка. Он плавно снял Porsche с ручника и нажал на газ. Остаток дороги до дома Кима они ехали в относительной тишине, если не считать тяжёлого, наэлектризованного дыхания Тэхёна, который упорно смотрел в окно, пытаясь заставить свои колени перестать дрожать. Машина бесшумно затормозила у ворот высокого кирпичного забора. Тэхён облегчённо выдохнул, потянул ручку двери на себя, но... ничего не произошло. Заблокировано. — Эй, — Тэхён обернулся, вскидывая брови. — Открой. Чонгук медленно повернул к нему голову, расслабленно положив руку на руль. В полумраке салона его глаза казались абсолютно чёрными. — Мы не закончили, Ким. — Я же сказал, мне пора, — Тэхён попытался вернуть себе прежний независимый тон, но голос предательски дрогнул. — Мама и так на панике. — А мне плевать, — Чонгук подался в его сторону, сокращая расстояние до минимума. — Ты назвал меня импотентом и накричал на меня. Я такое не прощаю. Хочешь, чтобы я открыл дверь? Живо повернулся и нормально поцеловал меня. Сам. Иначе я сейчас глушу мотор, выхожу и лично иду знакомиться с твоей мамой. Расскажу ей, как её примерный сын-школьник зажигает в клубах с парнями. Тэхён аж воздухом поперхнулся от такой запредельной наглости. Пойти к маме?! Да она же его заживо закопает, если узнает про клуб, он же ещё школу не окончил! — Ты придурок? — прошипел Тэхён, но, взглянув в непроницаемое лицо Чона, понял: этот точно пойдёт. Сжав зубы и мысленно проклиная Чон Чонгука всеми известными матами, Тэхён резко подался вперёд. Он ухватил Чона за воротник куртки, грубо притягивая к себе, и впился в его губы злым, карающим поцелуем. Чонгук лишь тихо рыкнул от удовольствия, мгновенно перехватывая инициативу. Его ладонь взлетела к шее Тэхёна, пальцы до боли впились в кожу, фиксируя на месте. Чонгук прижался к его губам с новой силой, выжимая из младшего все соки, а напоследок снова ощутимо присосался к нежной коже на шее, прямо поверх старого следа. Наверняка там теперь расцветёт огромный, сочный фиолетовый засос. — Свободен, сучка, — хрипло выдохнул Чонгук, отстраняясь и наконец нажимая на кнопку разблокировки дверей. Тэхён вылетел из машины как ошпаренный, даже не обернувшись. Кое-как добежав до своей комнаты, он первым делом подлетел к зеркалу и включил фонарик на телефоне. Из отражения на него смотрел парень с пунцовыми, искусанными в кровь губами и ярким пятном на шее, которое не перекроет ни один тональный крем в этом доме. «Тварь», — обречённо выругался Тэхён, сползая по стенке.