По тонкому льду

После душа, короткого сна и нескольких часов, проведенных почти в полнейшей тишине, Миша, в конце концов, почувствовал себя хоть немного человеком, а не набором усталости, перелетов и мыслей. Илья появился в дверях его комнаты, одетый в простую футболку и джинсы. - Поехали куда-нибудь! – абсолютно буднично бросил он. - Куда? – Миша поднял взгляд. - Не знаю. Просто посидим. Музыка, люди, вкусная еда… – это прозвучало настолько спокойно, как само собой разумеющееся, что отказаться даже и в голову не пришло. Место оказалось неожиданно приятным. Не клуб. Не шумный бар с толпой и алкоголем. Скорее что-то среднее: полутемное пространство с теплым светом, живой музыкой и людьми, которые просто пришли приятно провести вечер. За стойкой тихо гремели бокалы, где-то у сцены играла кавер-группа, а по залу разливался мягкий гул разговоров. Миша сидел напротив Ильи в глубине зала, машинально крутя в руках стакан с каким-то навороченным чаем и слушая вполуха очередную историю про американские тренировки. И действительно было как-то легко. Просто нормальный вечер. И именно поэтому момент, когда Илья резко замолчал посреди фразы, сразу показался странным. Миша поднял взгляд. Илья смотрел куда-то поверх толпы. Очень внимательно. А потом… - What a fuck, мать ее?! – коротко, но с чувством и русско-американским колоритом выдохнул он. - Что? – не понял Миша. Но Илья уже подался вперед, продолжая смотреть в одну точку. - Она издевается? Миша машинально обернулся через плечо, пытаясь понять, что происходит, но людей в полумраке было слишком много. Илья уже поднимался из-за стола. - Я сейчас, – коротко бросил он. - Что случилось? Ты куда? – Миша пытался понять, что вообще происходит. - Нет, серьезно. Я сейчас вернусь. Миша проводил друга взглядом. Тот быстро прошел через зал, уверенно рассекая толпу, и через несколько секунд остановился возле девушки в черной косухе и крепко схватил ее за руку. Даже отсюда было видно, как она сначала вздрогнула от неожиданности, а потом мгновенно закатила глаза с выражением абсолютного: «Ну почему именно ты и именно здесь?». Миша невольно усмехнулся. Яркий блонд. Живые движения руками, пока она что-то эмоционально говорила, а потом резко вырвалась из стальной хватки Ильи и растворилась в толпе. Малинин вернулся за стол. Явно не в лучшем расположении духа. С тяжелым выдохом опустился на стул и одним большим глотком осушил большую половину бокала с водой. - Это кому ты так выговаривал? – с улыбкой спросил Миша. - Элли, кому же еще… – как-то обреченно выдохнул Илья. - Элли? – не понял Миша. Илья устало потер переносицу. - Ой, блин, Шайдоров… до тебя пока дойдет. Лиза. Сестра моя. Миша моргнул. - Подожди… это сейчас Лиза была? Мелкая? - «Мелкой», между прочим, уже скоро восемнадцать, – проворчал Илья. – Школу в следующем году заканчивает. Он бросил раздраженный взгляд в сторону бара, где до этого видел сестру. - Но поскольку пока еще семнадцать, тут ей быть вообще не полагается. Миша тихо усмехнулся, вспоминая уверенный взгляд блондинки еще пару минут назад. - Да уж… Не очень-то она похожа на сестренку, которой что-то «не полагается». Илья предпочел больше ничего не комментировать. Утро в Вене было неожиданно тихим. Солнце только поднималось над улицей, воздух еще сохранял прохладу после ночи. Миша возвращался с пробежки. Светлая футболка, худи, повязанное за рукава на шее, с влажными после утреннего холода волосами и наушниками в руках. После недавнего перелета организм отказывался воспринимать время адекватно, поэтому сон закончился где-то после пяти утра сам собой. Илья, для которого день начинался четко по будильнику в семь утра, встать и присоединиться категорически отказался. Миша уже зашел во двор, когда дверь дома открылась. И на крыльцо вышла девушка. Сначала он даже не понял, кто это. Белая рубашка, школьная юбка в клетку, галстук, завязанный слишком небрежно. Холодный блонд. Темный макияж вокруг глаз. Поблескивающий пирсинг в нижней губе. Даже… татуировка, мелькнувшая у запястья, когда она поправляла ремень сумки. И только глаза остались прежними. Зеленые. Очень знакомые. Девушка подняла взгляд и тоже резко остановилась. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. А потом Миша невольно усмехнулся от абсолютного сюрреализма происходящего - Ну привет, мелкая! И почти сразу понял, насколько автоматически это сказал. Потому что в его голове Лиза Малинина все еще оставалась той самой девчонкой-подростком с русыми кудряшками, которая постоянно таскалась за ними с Ильей по юниорским соревнованиям в огромных худи и обижалась, когда ее называли «мелкой» или «ребенком». Только проблема была в том, что сейчас перед ним стояла явно уже не девочка. Лиза медленно приподняла бровь. - Ничего более умного не придумал, Шайдоров? Тон был абсолютно невозмутимым. Даже немного ленивым. Но в глазах мелькнуло что-то, очень похожее на вызов. Миша несколько раз моргнул. Лиза тем временем спокойно прошла мимо него к калитке, вышла и направилась дальше по улице, даже не обернувшись. А Миша так и остался стоять посреди двора. Слегка ошарашенный. Потому что мозг все еще пытался совместить. Он медленно провел ладонью по затылку. - Что это вообще сейчас было… – тихо хмыкнул он себе под нос. На кухне пахло кофе и тостами. Илья, еще не до конца проснувшийся, стоял, прислонившись к холодильнику, в тренировочных штанах и футболке, лениво листая что-то в телефоне. На столешнице рядом светился экран ноутбука с какими-то графиками тренировок и расписанием льда. На фоне шумела супернавороченная кофемашина с кучей кнопок, поразительно напоминающая космический корабль. Миша сел напротив с кружкой в ожидании, пока доварится кофе. - О, я был уверен, что ты после перелета проспишь минимум до обеда. Доброе утро. Миша спокойно отпил воду из бутылки. - Доброе. Я уже и побегать успел. Илья даже отвлекся от телефона. - Побегать? Во сколько? В шесть утра?! - В половину шестого. Малинин выдохнул и лишь покачал головой. - Между прочим, я даже пытался тебя разбудить. Хотел позвать с собой… – продолжил Миша. - А я тебе что сказал? - Что твое утро начинается исключительно в семь ноль-ноль и ни минутой раньше, – невозмутимо процитировал Миша. – И настоятельно попросил «исчезнуть». Илья задумчиво кивнул. - Все правильно сказал. На несколько секунд в кухне воцарилось молчание, но потом Миша все-таки не выдержал. - Кстати… я Лизу встретил. В школу ушла. Илья посмотрел на друга поверх телефона. - И? До какой степени офигел? Миша усмехнулся. - Да как бы… Он все еще пытался уложить увиденное в голове. - Это все случилось в шестнадцать… – как-то очень уж спокойно сказал Илья, но чувствовалось, что он до сих пор не мог принять данный факт окончательно. - В смысле? - В прямом. Просто однажды пришла домой вот… такая. Блонд. Макияж. Пирсинг. А потом и тату, от которой у мамы с папой чуть одновременный инфаркт не случился. Миша рассмеялся. - И вы спокойно это приняли? - А что мы могли сделать? – невозмутимо пожал плечами Илья. – Наорать, запретить и отправить умываться? - Слушай, ну теоретически… эффектно, конечно! – Миша снова усмехнулся, отпивая кофе. – Кстати… а она живет здесь, с тобой? Я думал, она с родителями. Илья закатил глаза с видом человека, который этот вопрос слышит не впервые. - Она и с родителями бывает. Но чаще со мной. Так… спокойнее. - Тебе? - Всем. Илья поставил кружку на столешницу и устало провел ладонью по волосам. - У Лизы слишком талантливое сочетание хороших мозгов и полного отсутствия инстинкта самосохранения. Миша тихо рассмеялся. Звучало неожиданно правдоподобно. - В смысле, – продолжил Илья. – Если смотреть объективно, проблем, как таковых, от нее почти нет. Она – отличница. Реально. Учится лучше, чем я когда-либо учился. - Серьезно? – Миша вполне обоснованно ожидал услышать про прогулы и плохие оценки. - Да. Все эти ее панковские замашки – скорее, внешний спецэффект. По факту она приходит домой и садится решать математику так, будто пишет расчеты для последующих запусков спутников NASA. Миша невольно улыбнулся. - Но? – сразу уловил он. Илья тяжело вздохнул. - Но она упрямая. Очень. И если вбила что-то в голову – все, конец. Переубедить невозможно. Он сделал паузу и вдруг подозрительно прищурился. - А с чего вдруг такой интерес к моей сестре с утра пораньше? Миша мгновенно поднял руки. - Да иди ты! Я просто до сих пор пытаюсь понять, как «мелкая Малинина» превратилась вот в это. Илья с абсолютно серьезным видом кивнул: - Поверь. Мы все пытаемся. Ладно, надо выдвигаться… отец уже тактично интересовался, когда нас ждать. Через полчаса они уже ехали по утренним дорогам Вены. Городок просыпался. Больше света. Больше людей. Аккуратные улицы, кофейни, велосипедисты, школьные автобусы. Миша с интересом наблюдал за мелькающими пейзажами. Наконец, черный внедорожник свернул на парковку большого ледового комплекса. Снаружи здание выглядело довольно сдержанно – стекло, бетон, флаги у входа. Но стоило зайти внутрь, как Миша сразу почувствовал знакомую атмосферу. Холодный воздух. Запах льда. Шум катания за стеной. Тренеры с планшетами. Музыка программ, доносящаяся с катка. Дом… Илья вел его по коридорам спокойно и уверенно – так, как человек показывает место, где знает каждый угол. - Здесь основной лед. Там зал для ОФП. Наверху тренажерка. Но мне не нравится, я в другую хожу, покажу позже. Еще есть маленький зал для хореографии, только там постоянно кто-то занимает колонки и включает ужасную музыку. - Настолько ужасную? - Ты не понимаешь. Однажды я три часа слушал ремиксы на TikTok-песни. Миша тихо усмехнулся. Они остановились у бортика. На льду уже кто-то тренировался – короткие дорожки шагов, звук прыжков, команды тренеров. Миша медленно обвел взглядом арену. Большая. Светлая. Очень американская по ощущениям – современная, идеально организованная, с огромными экранами и стеклянными перегородками. - Красиво, – признал он. - Ага. Особенно когда ты здесь по шесть часов подряд. Илья собирался еще что-то сказать, когда со стороны входа послышались шаги. - Ну наконец-то добрались! Миша обернулся. К ним подошли родители Ильи – Роман и Татьяна. Оба выглядели именно так, как и должны выглядеть люди, всю жизнь проведшие в фигурном катании: спокойные, собранные, внимательные к деталям. Татьяна первой тепло улыбнулась Мише. - Миша, здравствуй. Как долетел? - Здравствуйте, Татьяна Валерьевна. Хорошо, спасибо. Долго, конечно, но нормально. - О, Боже, Миша… просто «Татьяна», а лучше – «тетя Таня»! Миша улыбнулся. - Ко времени еще не привык? – спросил Роман, пожимая ему руку. - Пока организм не понимает, что происходит. - Пройдет, – спокойно сказал он. – Уж вам-то не впервой. Через пару дней уже будешь жить по местному времени. Татьяна внимательно посмотрела на него. - Устроился нормально? Комната удобная? Миша кивнул. - Да, все отлично. Спасибо большое. - Илья хотя бы дал тебе поспать? – продолжала она. - Да он в пять утра уже по кварталу бегать пошел, пока я очередной красочный сон досматривал! – невозмутимо вставил Илья. Миша усмехнулся. Разговор получался удивительно простым. Без напряжения. Без лишнего официоза. Роман несколько секунд смотрел на лед, потом перевел взгляд на Мишу. - Мы с Алексеем Евгеньевичем уже созвонились, – сказал он спокойно, уже чуть более тренерским тоном. – План на ближайшие недели обсудили. Что нужно подтянуть – тоже. Миша сразу собрался. - Понял. - Ничего критичного, – добавил Роман. – Просто будем много работать. Очень много. - Как всегда, – тихо хмыкнул Илья. - Кто-то возражает? - поднял бровь Роман. Татьяна только улыбнулась, прекрасно зная интонацию мужа. Роман хлопнул ладонями один раз и кивнул в сторону льда. - Ну что. Хватит разговоров. Он посмотрел сначала на сына, потом на Мишу. - Вперед, чемпионы. На лед. Следующее утро в доме Малининых выдалось каким-то даже подозрительно спокойным. Миша с Ильей сидели за кухонным островком, лениво добивая завтрак перед тренировкой. Илья с тостом в зубах что-то листал в телефоне одной рукой, второй держал кружку с кофе. Миша, которого, наконец, накрыл джет-лаг после перелета и смены часовых поясов, молча ковырял омлет. - Я все же считаю, что тренировки в восемь утра – преступление против человечества! – пробормотал он. - Я так давно считаю, но от этого ничего не меняется. Даже если я прошу, – флегматично отозвался Илья сквозь тост. В этот момент на лестнице послышались шаги, и в кухню вошла Лиза. Свободная майка, короткие домашние шорты, растрепанные волосы, собранные кое-как наверх. Вид у нее был абсолютно невозмутимый. Девушка даже не посмотрела в их сторону. Открыла холодильник, достала фрукты, ягоды и йогурт, после чего спокойно наклонилась за чем-то на нижнюю полку. Миша резко отвел взгляд в кружку. Илья медленно прикрыл глаза. - Лиза, – тихо выдохнул он. – А можно… Она тем временем засыпала ягоды в блендер и нажала кнопку. Кухню мгновенно заполнил рев мотора. Илья продолжал что-то говорить с крайне возмущенным видом, активно жестикулируя кружкой, но из-за шума разобрать можно было примерно ничего. Миша не выдержал и прыснул в кулак. Лиза продолжала стоять, как стояла, даже не обернувшись. Через несколько секунд блендер затих. - …одеваться чуть более… нормально хотя бы с утра? – закончил Илья с видом человека, который уже сам устал от собственной роли старшего брата. Лиза спокойно перелила смузи в высокий стакан. Так, будто она была единственным разумным человеком в этой кухне, а все остальные по какой-то причине решили устроить драму на пустом месте. - Я у себя дома, Илья. Она сделала небольшой глоток и только потом перевела взгляд на Мишу. Тот как раз поднес кружку к губам. - И в обморок никто вроде не упал. Миша чуть не подавился кофе. В буквальном смысле. Он поспешно поставил кружку на столешницу и отвернулся, пытаясь справиться с внезапным приступом кашля. - Доброе утро, кстати, – невозмутимо добавила Лиза. Словно предыдущей реплики вообще не существовало. - А... угу. Доброе… – чуть запоздало ответил Миша, кое-как откашлявшись. Лиза едва заметно ухмыльнулась. Ровно настолько, чтобы окружающие могли усомниться, показалось им это или нет. После чего спокойно развернулась и направилась к выходу из кухни. Однако уже у самой двери она вдруг остановилась и обернулась через плечо. - И да, Илюш… – произнесла она с какой-то через чур уж нежной улыбкой. – Если тебя так пугают мои шорты, просто меньше смотри по сторонам! - Лиза!!! Но девушка уже ушла наверх. Из коридора донесся только ее смех. Несколько секунд на кухне было тихо. - Теперь понимаешь? – мрачно спросил Илья. Миша усмехнулся. - Начинаю. Минут через двадцать парни полностью собрались и вышли во двор. Утреннее солнце уже успело подняться над крышами домов, заливая тихую улицу ровным теплым светом. Где-то вдалеке проехала газонокосилка, кто-то выгуливал собаку, а в остальном пригород выглядел так, словно еще не до конца проснулся. Илья на ходу достал ключи и нажал кнопку сигнализации. Но почти сразу остановился. Машина оказалась открыта, а на заднем сиденье уже сидела Лиза. Полностью готовая: черные леггинсы, объемное худи, собранные волосы, спортивная сумка рядом. В руках – телефон. Причем выглядела она так, будто ждала их уже довольно давно, а если точнее – вечность. Девушка подняла глаза от экрана. Спокойно. Без малейшего удивления. - Невероятно, – довольно-таки картинно вздохнув, произнесла Лиза, убирая телефон. – Два профессиональных спортсмена собираются дольше меня. - Ты что тут делаешь? – подозрительно прищурился Илья. - Еду с вами на каток. Прикинь. Лиза ответила таким тоном, будто объясняла очевиднейшую вещь на свете. Илья не сдвинулся с места. - Зачем? - Ну если мне еще нужно объяснять тебе, зачем люди ездят на каток, то… – она сделала небольшую паузу и выразительно посмотрела на брата. – Я возвращаюсь. И нет, это не шутка. Илья начал что-то говорить про «травму» и «слишком рано», но замолчал на полуслове, осознав, что зря тратит время и очередную нервную клетку. Миша ели как сдержал улыбку, садясь вперед рядом с другом. Лиза встретилась с ним взглядом в зеркале заднего вида. Всего на секунду. Потом снова опустила глаза в телефон, будто ничего особенного не произошло. А Илья, заводя машину, уже даже не боролся с явным предчувствием, что сегодняшняя тренировка будет «веселой». В прямом и переносном смыслах. Каток жил привычным утренним шумом. Как всегда, скрежет лезвий по льду, музыка из дальнего угла арены, короткие команды тренеров – все смешивалось в один знакомый спортивный фон. Миша стоял у борта рядом с Ильей, потягивая воду из бутылки после разминки, когда внимание обоих автоматически переключилось на Лизу. Это произошло уже третий раз за последние минут десять. Разгон. Слишком быстрый. Слишком агрессивный. Она зашла на прыжок так, будто пыталась доказать что-то всему миру одновременно. Попытка… четверного акселя. Илья мгновенно напрягся еще до отрыва. - Нет-нет-нет… Недокрут. Лизу резко повело в сторону, и она тяжело рухнула на лед, проехавшись коленом почти до борта. Половина катка даже обернулась на звук. - Лиза! – рявкнул Илья. Она только зло выдохнула и сразу начала подниматься обратно. - Даже не думай, – уже жестче сказал он, быстро подъезжая ближе. – Совсем двинулась? В гипсе давно ковыляла? Последние целые кости на льду оставить хочешь? Нет, я сказал! Лиза раздраженно отбросила выбившуюся прядь светлых волос со лба. - Я все равно его прыгну! - Нет. - Прыгну! - Элли. Беатрис. Малинина! - И ничего ты мне не сделаешь! Илья закрыл глаза на секунду с выражением человека, которому Вселенная регулярно посылала испытания на прочность. Миша невольно усмехнулся. Со стороны это выглядело почти привычно – они явно спорили так уже не первый год. И даже сквозь раздражение Ильи чувствовалось что-то очень теплое, семейное. Он действительно переживал. Не как более опытный фигурист. А как старший брат. Которому было совсем не все равно. Лиза тем временем демонстративно отъехала подальше, всем видом показывая, что «разговор окончен». Илья тяжело выдохнул и вернулся к борту. - И всегда вот так? – с интересом спросил Миша. - Не всегда, – сухо ответил Илья. – Бывает и хуже. Миша тихо хмыкнул, наблюдая, как Лиза снова набирает скорость через весь каток. - Слушай… у нее реально травма была? Я к тому, что она такое тут крутит – не слишком ли вот так сразу? Илья посмотрел на него с тем самым выражением старшего брата, который уже устал объяснять миру, что его сестра – катастрофа в красивой упаковке. - Реально. Угу, ей об этом скажи… – он кивнул в сторону Лизы. – Навернулась, к слову, с мотоцикла. Миша ошарашенно повернул голову. - Чего? - Чего слышал. И да, это ответ на твой возможный вопрос, на что она потратила призовые за один из турниров. На секунду повисла тишина. - Так она еще и гонщица… круто! – невольно присвистнул Миша. Илья медленно повернул к нему голову. С таким взглядом, будто всерьез обдумывал, стоит ли прямо сейчас столкнуть друга лицом в лед. И так, чтобы запомнил он надолго. Миша уже откровенно смеялся. А где-то на льду Лиза снова пошла на разгон – до черта упрямая, злая и… красивая в этом своем безумном желании прыгнуть невозможное. И Миша вдруг поймал себя на том, что смотрит слишком внимательно.