По тонкому льду

До старта сезона и открывавших его этапов серии гран-при, на которые, разумеется, были заявлены Миша и Илья, времени оставалось все меньше и меньше. Утренние тренировки вновь стали начинаться еще раньше. Жалобы на отобранную возможность поспать «еще чуть-чуть» звучали с завидной регулярностью. Лед, зал, хореография для всех, плюс необходимость посещать занятия в школе для Лизы, для которой этот год обучения был последним, бесконечные разборы программ и обсуждение деталей будущих стартов – дни снова складывались в знакомую последовательность, в которой свободного времени почти не оставалось. И именно ближе к началу основной подготовки в группе появился новый спортсмен. И поначалу его появление не вызвало особого ажиотажа. В фигурном катании люди постоянно переходили между тренерами, приезжали на сборы в другие страны или искали новые условия подготовки. Поэтому еще один спортсмен на льду никого особенно не удивил. Тем более парень оказался действительно способным. Лоренцо Риччи, молодой итальянец, освоился в новой обстановке удивительно быстро. Он много работал, легко выдерживал предложенные нагрузки, быстро схватывал замечания тренеров и уже через совсем небольшой промежуток времени стал полноценной частью тренировочного процесса. Катался мощно, быстро и очень уверенно, словно тренировался в этой группе уже не первый год. Роман был доволен его отношением к делу. Татьяна тоже не раз отмечала, что Лоренцо явно не из тех спортсменов, кто приехал просто отбывать оплаченное федерацией время. Он внимательно слушал, задавал вопросы, не ленился раз за разом повторять элементы и действительно хотел прогрессировать. Да и в целом, впечатление производил исключительно положительное. Открытый. Общительный. Харизматичный. Из тех людей, которые легко становятся душой любой компании. Которые прекрасно понимают, как их воспринимают окружающие, и совершенно не стесняются этим пользоваться. Именно поэтому первое время никто не придавал особого значения тому, что Лоренцо все чаще оказывался рядом с Лизой. Сначала он просто вставал неподалеку во время разминки. Затем уже как будто само собой получалось, что он выходил со льда именно тогда, когда оттуда выходила она. Ничего такого, в общем-то. Только вот случайностей в поведении Лоренцо с каждым днем становилось все меньше. Лиза сначала вообще не обратила на него особого внимания. Ну появился и появился. Фигуристов вокруг всегда хватало. В группе постоянно кто-то тренировался, кто-то приходил на просмотр, кто-то уходил, кто-то возвращался. Поэтому новенький не стал для нее каким-то особенным событием. Но сам Лоренцо, судя по всему, придерживался иного мнения. Он быстро запомнил ее имя. Более того, называл ее именно Лиза, а не Элли, как большинство англоязычного окружения. С легким акцентом, чуть растягивая первый слог, так, будто само имя уже было частью комплимента. Начал здороваться первым. Сначала коротко, почти между делом. Потом – с улыбкой. Затем уже находил повод задержаться рядом на несколько секунд дольше, чем требовалось. Со стороны все выглядело совершенно безобидно. Пара фраз после разминки. Шутка во время перерыва. Легкий комментарий о музыке, прыжке или тренерском замечании. Ничего необычного. Во всяком случае, так казалось окружающим. До тех пор, пока однажды не стало очевидно, что интерес Риччи к младшей Малининой носит вовсе не спортивный характер. Он просто начал откровенно флиртовать. Без смущения. Без попыток сделать вид, будто это случайно. С неизменной итальянской улыбкой, мягким акцентом и таким количеством обаяния, что любая девушка уже улыбалась бы ему в ответ еще до того, как он успевал закончить фразу. Лиза на это реагировала спокойно. Вежливо. Иногда с легкой усмешкой, когда Лоренцо становился уж слишком самоуверенным. Но не более того. Она не поощряла его флирт. Не поддерживала игру. Не давала поводов подумать, что его внимание ей особенно приятно. Однако одного человека происходящее раздражало всё сильнее. Миша замечал слишком многое. Как Лоренцо чуть менял траекторию на льду, чтобы оказаться ближе к ней у борта. Как смеялся чуть громче, когда говорил именно с Лизой. Как смотрел на нее, не как на партнершу по тренировочному льду, а как на девушку, которую уже мысленно пригласил куда-то после занятия. Как однажды выждал момент и первым подал ей бутылку воды. Более того, Риччи делал все так уверенно, будто вообще не рассматривал возможность отказа. Окончательно терпение Миши дало трещину во время очередного перерыва. Лиза стояла у борта, поправляя перчатки, когда Лоренцо подъехал к ней на то расстояние, которое уже считалось откровенно приватным. Легко, будто случайно. Хотя о случайности там не было и речи. Он оперся локтем о борт, склонил голову набок и улыбнулся той самой улыбкой, от которой половина девушек на катке уже успела бы забыть, зачем вообще пришла на тренировку. - Может, выпьем кофе после тренировки, bella? Un vero espresso, обещаю. Лиза подняла на него взгляд. Спокойный. Почти равнодушный. Ответить она не успела. И, если честно, была этому даже рада. В этот момент Роман хлопнул в ладони, привлекая внимание спортсменов. - Закончили отдыхать! Возвращаемся на лед! Разговор оборвался сам собой. Тренировка продолжалась своим чередом. Каждый был сосредоточен на собственной работе. Кто-то отрабатывал дорожки шагов, кто-то – вращения, кто-то - прыжки. Миша заходил на очередной элемент. Скорость была высокой, очень высокой. Стоит отметить, что траектории спортсменов на тренировках вполне закономерно пересекались постоянно. Поэтому поначалу никто не обратил внимания, что Шайдоров и Риччи в очередной раз оказались на одном участке льда. Со стороны все казалось чистой случайностью. Оба не удержались на ногах. Но если Миша практически сразу мастерски ушел в контролируемое скольжение по льду, то для Лоренцо столкновение оказалось гораздо серьезнее, чем выглядело со стороны. Он не просто потерял равновесие. Его буквально вынесло в борт. Плечом. По катку разнесся глухой удар. Несколько человек одновременно подняли головы. Даже Роман отвлекся от планшета. - Аккуратнее, молодые люди! – крикнул он с другого конца катка. – Лед у нас один! Оба спортсмена почти сразу поднялись. Формально ничего серьезного не произошло. Подобное время от времени случалось на любой интенсивной тренировке. Но Лоренцо еще несколько секунд стоял возле борта, машинально растирая заметно ушибленное плечо. Он слишком хорошо чувствовал конек, чтобы не задаться одним вопросом. Действительно ли траектории пересеклись случайно? Миша спокойно подъехал ближе. Ни тени раздражения. Ни намека на эмоции. - Извини, – произнес он ровным голосом. – Не рассчитал траекторию. Фраза прозвучала безупречно. Именно так, как и должна была прозвучать. Но взгляд... Взгляд говорил совсем другое. Лоренцо несколько секунд молча смотрел ему в глаза. Будто пытался понять, действительно ли перед ним сейчас извинились... или только что очень вежливо о чем-то предупредили. Наконец, итальянец коротко кивнул. - Capita. Бывает. На губах Миши появилась едва заметная улыбка. - Конечно. На этом разговор закончился. Во всяком случае, для окружающих. Потому что сразу после этого Шайдоров спокойно развернулся и направился к борту, возле которого стояла Лиза. Она, как обычно во время небольшого перерыва, успела развернуть шоколадку и как раз собиралась откусить очередной кусочек. Миша остановился рядом. По-прежнему ни слова. Лишь на секунду встретился с ней взглядом. Потом совершенно невозмутимо наклонился, откусил добрую половину шоколадки прямо у нее из рук, легко коснулся губами ее щеки и, уже отъезжая обратно к центру катка, с улыбкой бросил через плечо: - Спасибо. За шоколадку. Лиза даже удивиться не успела. Но все происходящее уж точно не требовало ни объяснений, ни лишних слов. Миша лишь подмигнул ей и, как ни в чем не бывало, снова набрал скорость. Лиза проводила его взглядом. И все-таки не удержалась от улыбки. Потому что слишком хорошо знала Шайдорова. Столкновение у борта. Безупречно вежливые извинения. А теперь еще и это. Миша вполне закономерно и резонно мог бы сейчас устроить сцену ревности, но… И со стороны все выглядело настолько «между прочим». Для любого постороннего. Но не для Лоренцо. Потому что некоторые вещи прекрасно читаются без слов. На другом конце катка Илья наблюдал за происходящим вместе с Эмбер. Они оба видели все. От начала и до конца. И предложение выпить кофе. И столкновение у борта, когда траекторию Шайдоров выбрал совершенно осознанно. И момент с шоколадкой. Несколько секунд Эмбер молча смотрела вслед Мише, который уже как ни в чем не бывало заходил на очередной каскад. Потом медленно повернулась к Малинину. - Ну? – негромко спросила Эмбер, искоса посмотрев на Илью. Тот шумно выдохнул, даже не пытаясь сделать вид, что не понимает вопроса. - Что «ну»? – буркнул он, хотя прекрасно знал, к чему она клонит. Эмбер выразительно приподняла бровь. - Я же говорила, – с довольной улыбкой напомнила она. - Что именно? – Илья повернулся к ней, хотя ответ уже был очевиден. Она едва заметно кивнула в сторону льда. Шайдоров невозмутимо продолжал тренировку. Будто ничего не произошло. - Что там все серьезно. Илья проследил взглядом сначала за сестрой, потом за Мишей. После чего обреченно вздохнул. - Да вижу я... – признал он, уже без привычного упрямства. Эмбер тихо усмехнулась. - А красиво получилось, – заметила она с явным удовольствием. Малинин вопросительно посмотрел на нее. - Что «красиво»? – не понял он. - Все, – коротко ответила Эмбер. Она снова кивнула в сторону льда. - Он ведь даже ничего не сказал. Просто дал понять, что к его девочке подходить не стоит, – произнесла она буднично. А потом Эмбер улыбнулась шире. - И знаешь... получилось прямо эстетично. Без единого кулака. Она ненадолго задумалась, словно вспоминая нужное выражение. - Ты бы на его месте уже... как это у вас по-русски? – спросила она, смешно нахмурившись. Илья уже начал улыбаться. - Даже интересно, – хмыкнул он. Эмбер победно щелкнула пальцами. - «Пошли выйдем»! – с явным облегчением заключила она. Малинин всё-таки не выдержал и рассмеялся. - Ну... не исключено, – честно признался он, качая головой.

***

Дом уже давно затих. Лиза спустилась на кухню за водой почти перед самым сном. Внизу горела только небольшая подсветка над столешницей, поэтому комната утопала в мягком полумраке. Она как раз закрывала бутылку, когда за спиной негромко щелкнула дверь. Лиза обернулась. Миша. Девушка невольно улыбнулась. Он тоже. Шайдоров подошел ближе, легко забрал бутылку из ее рук и поставил на столешницу. Пластик негромко коснулся камня. После чего, не сказав ни слова, притянул девушку к себе в поцелуе. Сразу горячем и нетерпеливом. Лиза едва успела вдохнуть. Его ладонь уверенно легла ей на талию, прижимая к себе ближе. Так близко, что между ними почти не осталось воздуха. Сердце тут же предательски сбилось с привычного ритма. Несколько долгих секунд существовали только они. Тихая кухня. Полумрак. И ощущение, что весь остальной мир остался где-то очень далеко. Через какое-то время Миша чуть отстранился и посмотрел на нее сверху вниз. - Если этот Риччи еще раз позволит себе хотя бы просто повернуться в твою сторону, – негромко произнес он. – Я его сначала впечатаю в борт посильнее, а потом еще простым языком объясню. Он сделал короткую паузу. - По-пацански. Уголки губ Лизы дрогнули. Она тихо рассмеялась. - Ревнуешь? – почти шепотом спросила она. Миша с улыбкой провел большим пальцем по ее щеке и затем по шее, едва ощутимо. - Просто говорю, как будет. Он наклонился совсем близко. - Ты – моя девочка. В его голосе не было ни тени шутки. Только уверенность. И что-то еще, от чего по коже предательски пробежали мурашки. А потом он снова завладел ее губами. Лиза лишь выдохнула, позволяя ему целовать и ласкать себя. Миша легко приподнял ее и посадил на столешницу. Его руки скользнули под ее домашнюю футболку. Лиза не сдержала сдавленного и не очень тихого стона, когда его пальцы коснулись ее груди и слегка, очень нежно, сжали соски. - Тише, малыш… – Миша улыбнулся сквозь поцелуй. Но ему определенно нравилось, как Лиза реагировала на его совсем уже не невинные ласки. Стоило лишь коснуться… Более того, его самого это распаляло только сильнее. Он приподнял футболку и спустился губами. Лиза откинулась немного назад, удерживая себя на локтях. И тут… Сверху донеслась какая-то возня, послышались шаги. А затем по дому пронеслось совсем не тихое и крайне раздраженное: - Да чтоб тебя! Миша и Лиза одновременно вздрогнули. «Свидание» пришлось прервать. Опять. Несколько секунд они прислушивались. Сверху донеслось сердитое шипение. Потом короткое мяуканье. И еще одно ругательство. Миша тяжело вздохнул. - Что с ним там опять случилось? Лиза, на щеках которой появился характерный румянец, быстро поправила футболку и села ровно. - Кажется… – девушка осознала, что собраться с мыслями получается далеко не сразу. – Он наступил на Мисти. И вполне закономерно получил за это когтями. Наверху что-то еще раз грохнуло. После чего снова раздались быстрые шаги. И почти сразу хлопнула дверь спальни Ильи. Наступила тишина. Миша прикрыл глаза и обреченно уткнулся лбом ей в плечо. - Я Малинина когда-нибудь точно убью. Лиза тихо рассмеялась. - Прямо убьешь? - Мог он хотя бы сегодня уснуть с первого раза? Миша поднял голову. - Нет. Обязательно понадобилось куда-то идти и наступить при этом кошке на хвост. Или на голову. Лиза рассмеялась. И тут на кухню неспешно прошествовала сама виновница происшествия. Мисти остановилась у стола. Посмотрела на них. Мяукнула. Очень выразительно. Лиза тут же улыбнулась. - Иди сюда. Кошка одним прыжком оказалась у нее на коленях. Свернулась клубком и замурчала. Лиза ласково почесала ее за ухом. - Ну, Мисти. - Мяу. - Ну чего ты туда к нему пошла именно сейчас? - М-р-р. - Вот и я не знаю. Миша покачал головой. Потом тихо рассмеялся. - Удивительно. В этом доме даже кошки умудряются выбирать идеальный момент. Лиза улыбнулась, продолжая гладить Мисти. Та выглядела абсолютно довольной собой. Будто выиграла какое-то очень важное сражение. Миша посмотрел сначала на кошку. Потом на лестницу. Потом на Лизу. - Ладно. Он оттолкнулся от столешницы. - Полагаю, сегодня мы опять проиграли. - Похоже на то. Лиза осторожно опустила Мисти на пол. Та тут же направилась к своей миске, явно считая вопрос закрытым. - Пожалуй, мне все-таки стоит подумать о том, чтобы переехать, – Миша покачал головой. - Куда? - Куда угодно. Чтобы между нами и твоим братом было хотя бы три этажа, четыре двери и километр дистанции! – фыркнул Миша с видом абсолютной серьезности своих намерений. Лиза снова рассмеялась. А потом взяла его за руку. И они все-таки пошли спать. Каждый – в свою комнату. Так было правильно. По крайней мере, пока. Но после той ночи в горах оба слишком хорошо поняли одну простую вещь. Им отчаянно не хватало друг друга. Уже не хватало тех нескольких минут между тренировками. Не хватало украденных пылких поцелуев, быстрых объятий и ласк в пустом коридоре и случайных прикосновений, после которых приходилось расходиться в разные стороны, будто ничего не произошло. Когда-то этого было достаточно. Теперь – уже нет. И Лиза особенно остро почувствовала, что хотела бы повторения той их любви. А уж после этого откровенного порыва на кухне – тем более. Но… сегодняшний вечер совершенно точно остался за Ильей. И за Мисти.

***

Лиза вышла из примерочной и нерешительно остановилась перед большим зеркалом. Несколькими днями ранее Роман сообщил всем о предстоящем вечернем мероприятии, которое организовывали основные спонсоры сборной совместно с федерацией. Среди приглашенных ожидались представители крупных брендов, рекламных агентств, телевидения и спортивного бизнеса. Подобные мероприятия давно стали привычной частью жизни спортсменов мирового уровня. Новые контракты. Интервью. Знакомства. Переговоры. Иногда один такой вечер оказывался не менее важным, чем любой удачный прокат. Но существовало одно обстоятельство, к которому Лиза оказалась совершенно не готова. Официальный дресс-код. Если для парней вопрос решался одним хорошо сидящим костюмом, и таковые у них для подобных случаев имелись, то у нее неожиданно обнаружилась вполне серьезная проблема. В гардеробе младшей Малининой попросту не нашлось ничего, что соответствовало бы подобному мероприятию. Кожаные куртки. Любимые худи. Джинсы. Тяжелые ботинки. Кроссовки. Несколько концертных футболок. И ни одного вечернего платья. Так что поход по магазинам оказался не прихотью, а необходимостью. И, похоже, не зря. Платье оказалось именно таким, каким Лиза представляла его еще до того, как вошла в бутик. Длинное, черное, из струящегося атласа. Оно мягко повторяло силуэт, не выглядя при этом вычурно. Тонкие бретели открывали плечи, а высокий разрез по ноге добавлял образу той самой взрослой элегантности, которой ей иногда, как ей самой казалось, не хватало. Лиза осторожно поправила выбившуюся светлую прядь и еще раз посмотрела на свое отражение. Непривычно. Красиво. Но как будто немного... не она. Именно эта мысль первой пришла ей в голову. В этот момент ее взгляд встретился с отражением Эмбер. Подруга все это время молча сидела в кресле напротив, наблюдая за происходящим. Несколько секунд внимательно ее рассматривала. Потом медленно присвистнула. - Ну все... – многозначительно протянула Эмбер, не сводя с Лизы оценивающего взгляда. Лиза настороженно посмотрела на нее через зеркало. - Что? – с подозрением спросила она. Эмбер лишь улыбнулась еще шире. - Твой примерный красавчик дар речи потеряет, – уверенно заявила она. Лиза почувствовала, как щеки предательски начинают теплеть. - Эмбер... – смущенно протянула она, уже заранее понимая, что остановить подругу не получится. - Именно так, – невинно произнесла та, словно действительно не понимала причины такой реакции. Поднявшись с кресла, Эмбер неторопливо обошла Лизу по кругу, внимательно рассматривая платье со всех сторон, словно профессиональный стилист перед финальным вердиктом. Она даже слегка поправила складку атласа на талии и удовлетворенно кивнула сама себе. - Без вариантов. Лиза снова посмотрела на свое отражение в зеркале. И именно сейчас вдруг почувствовала себя непривычно. Даже не из-за платья. Не из-за открытых плеч. Не из-за высокого разреза. Причина была совсем в другом. В Мише. Вернее, в том, каким взглядом он, скорее всего, посмотрит на нее в тот вечер. От одной этой мысли почему-то стало еще жарче. - Не знаю... – тихо протянула Лиза, машинально поправляя тонкую бретель платья. – Может, все-таки слишком? Эмбер остановилась рядом. Сначала внимательно посмотрела на платье. Потом – на саму Лизу. И почти сразу все поняла. Уголки ее губ едва заметно дрогнули. Она усмехнулась. Но это не было насмешкой. Это было то понимающее выражение лица, которое появляется у человека, уже догадавшегося обо всем. - Ты, dear, сейчас не о платье переживаешь, – мягко заметила она. Лиза промолчала. Отвела взгляд. И это было красноречивее любого ответа. Эмбер только тихонько хмыкнула. Она еще раз посмотрела на подругу, после чего совершенно спокойно вынесла свой вердикт: - Ладно. Тогда скажу прямо. Эмбер выдержала короткую театральную паузу. - Готова поспорить на что угодно, что Шайдоров, увидев тебя в этом платье, до конца вечера не дотерпит. Лиза резко повернулась к ней. - Эмбер! – возмущенно воскликнула она, хотя по вспыхнувшим щекам было очевидно, что подруга попала точно в цель. Гленн только невинно улыбнулась. - Да? – с самым серьезным видом переспросила она. – Ну как будто я не вижу, как он на тебя смотрит. Лиза тут же отвела взгляд. И этим лишь окончательно подтвердила правоту подруги. Эмбер вернулась в кресло, привычно закинув ногу на ногу. - Тем более после вашей поездки в горы, – как бы между прочим добавила она. Лиза опустила взгляд куда-то в пол. Перед глазами совершенно некстати всплыли воспоминания о той ночи. Она попыталась поспешно отогнать их прочь. Эмбер лишь понимающе улыбнулась. - Элли... Она произнесла ее имя неожиданно мягко. - Он – мужчина. Ненадолго замолчала, подбирая слова. - И если раньше ему приходилось только представлять, каково это – быть рядом с тобой... то теперь он уже знает. Эмбер пожала плечами с таким спокойствием, будто говорила о чем-то совершенно очевидном. - Поэтому, поверь мне, после всего ему этого хочется гораздо сильнее, чем ты думаешь. Лиза окончательно смутилась и отвернулась к зеркалу. А Эмбер только тихо рассмеялась. - Я ведь не пугаю тебя, baby. Я просто констатирую факт. Она еще раз внимательно осмотрела платье, потом саму Лизу и удовлетворенно кивнула. - Поэтому платье мы берем. Лиза только покачала головой. Спорить было бесполезно. Да и, если уж совсем честно, бессмысленно. Потому что Эмбер оказалась права. Во всем. И в том, что платье действительно ей шло. И в том, что реакция Миши, скорее всего, окажется именно такой, какую предсказывала подруга. Лиза в последний раз взглянула в зеркало. Черный атлас. Светлые волосы. Незнакомо взрослая версия самой себя. Но вместо собственного отражения почему-то почти сразу возник совсем другой образ. Карие глаза. Легкая улыбка. И тот самый, особенный, взгляд, который Шайдоров обычно даже не пытался скрывать, когда забывал, что кто-то может его заметить. Лиза невольно улыбнулась. Эмбер тихо хмыкнула, без труда угадав ход ее мыслей, но на этот раз ничего не сказала. Да и не нужно было. По-хорошему… мысль о том, что Мише понравится, волновала Лизу гораздо сильнее, чем само платье. И, наверное, именно это сейчас значило для нее больше всего. До вечера оставалось еще пару дней. Совсем немного. Но почему-то именно теперь ожидание казалось почти невыносимо долгим, а желание – особенно сильным.